Благословение небожителей (Новелла) - Глава 32

Се Лянь знал, что эту вещицу наверняка оставил Хуа Чэн. Он некоторое время повертел кольцо в руках, внимательно изучил и подумал: «Что же это?»

Будучи наследником благородных кровей, Се Лянь вырос во дворце государя Сяньлэ. В его государстве людям нравилось любоваться прекрасными драгоценными изделиями, подобное увлечение являлось обычным делом. Дворец государя тем более отличался роскошной обстановкой: колонны здесь покрывали чистым золотом, ступени делали из благородной яшмы. Во дворце хранилось бессчётное множество необыкновенных редчайших сокровищ. Дети членов правящего дома и аристократии часто игрались разноцветными драгоценными камнями, перекидываясь ими, словно шариками из простого стекла. Се Лянь повидал множество драгоценностей, и потому смог определить, что кольцо, похоже, создано из самого настоящего алмаза.

Кроме того, выглядела вещица весьма изящно: обычному ювелиру, каким бы выдающимся мастером он ни являлся, не под силу была подобная работа совершенной красоты. Кольцо выглядело более изысканным и сверкающим, чем всевозможные алмазы, которые принцу довелось повидать на своём веку. Сияло оно настолько ярко, что завораживало взгляд. Поэтому принц и не мог точно определить, что именно кольцо из себя представляет.

Однако, пускай он не мог сказать точно, что же это, одно было ясно наверняка — вещь весьма драгоценная и значимая. Кроме того, если кольцо висело у принца на шее, значит, его не могли обронить случайно. Напрашивался лишь один вывод — Хуа Чэн преподнёс ему памятный дар перед тем, как уйти.

Получить памятный подарок стало неожиданностью для Се Ляня. Он неловко улыбнулся и решил оставить кольцо при себе, а в следующую встречу спросить у юноши, что означает этот жест. Принц владел лишь маленьким ветхим монастырём, в котором не предусматривалась сокровищница. Подумав, Се Лянь всё же решил, что самый безопасный способ хранения — носить кольцо на себе. И потому снова надел тончайшую цепочку на шею.

Закончив с происшествием на горе Юйцзюнь, принц почти без передышки помчался ещё и в государство Баньюэ. Так что, вернувшись из путешествия, несколько дней пролежал пластом в монастыре Водных Каштанов. И если бы не чересчур сердобольные жители деревни, что преподносили ему так много маньтоу и рисового отвара, который принц всё никак не мог доесть, он бы всё это время пролежал без крошки во рту.

Так минуло несколько дней, пока однажды Се Лянь не получил внезапное послание от Линвэнь: как можно скорее поднимитесь на Небеса.

Тон её голоса ничего хорошего не сулил, однако Се Лянь догадался, в чём дело, в душе он давно к этому подготовился.

— Вопрос касается инцидента в Крепости Баньюэ?”

Линвэнь ответила:

— Так и есть. Как только вернётесь в столицу бессмертных, отправляйтесь прямо во дворец Шэньу.

Услышав о дворце Шэньу, Се Лянь замер на мгновение и понял — Цзюнь У возвратился.

С тех пор, как принц вознёсся в третий раз, он так и не виделся с   Цзюнь У. Будучи первым Богом Войны, тот целыми сутками, месяцами и даже годами пропадал, если не в уединённой медитации, то где-то по делам судеб мира. Либо поддерживал стабильность мироздания. В этот раз принц не мог не явиться на зов. И потому, так и не отдохнув как следует, вновь отправился в столицу бессмертных.

Дворцы всевозможных небожителей были собраны в столице бессмертных. Здесь их имелось великое множество, и каждый был по-своему прекрасен. Где-то виднелись резные балки и расписные колонны, где-то изящные мостики, перекинутые через бегущие ручейки, под ними клубились плотные облака — божественность буквально парила в воздухе.

В столице бессмертных главная улица была названа в честь Шэньу. Разумеется, в мире людей также существовало множество улиц Шэньу, построенных во славу Цзюнь У, однако, как говорилось ранее, многие вещи в мире людей являлись лишь подражанием, тусклой тенью обстановки Небесных чертогов. Именно поэтому лишь улица Шэньу в столице бессмертных являлась единственной настоящей. По этой широкой улице Се Лянь и направился к дворцу Шэньу. По пути он встретил немало небожителей, что спешили по своим делам, однако ни один из них не посмел даже обратить на него внимание.

По правде говоря, в прошлом, когда Се Лянь шестовал по Небесным чертогам, никто точно так же не обращал на него внимания. Но только тогда «не обращать внимания» означало, что бессмертные чиновники не позволяли себе пройтись с ним рядом или же первыми заговорить с ним. И всё же они соблюдали минимальные правила приличия, приветствуя принца кивком головы.

Теперь же все нарочно притворялись, что не видят Се Ляня, словно даже один взгляд мог навлечь на них неприятности. Небожители впереди него ускоряли шаг, те, что шли позади, — замедляли, сетуя лишь на то, что не могут обойти его как можно дальше. Се Лянь давно привык к подобному, не придавал особого значения происходящему. Всё-таки он совсем недавно сдёрнул с пьедестала могущества молодого небожителя, занимающего высокий пост — Младшего Генерала Пэя — вполне объяснимо, почему остальные небожители держались от принца подальше. Он бы даже удивился иному поведению. Поэтому Се Лянь, продолжая идти, не ожидал услышать за спиной оклик:

— Ваше Высочество наследный принц!

Се Ляню услышанное показалось странным. Он подумал, раз кто-то в такой момент набрался смелости, чтобы окликнуть его, мужество этого небожителя заслуживает всяческих похвал. Однако обернувшись, он увидел, как младший по рангу небожитель, что воскликнул «Ваше Высочество наследный принц», второпях пробежал мимо, в направлении другого прохожего, на бегу продолжая восклицать:

— Ох, мой принц! Как вы могли забыть пропускной жетон, отправившись во дворец Шэньу на собрание? Без него вы бы не смогли пройти внутрь!

Лишь теперь Се Лянь понял. Вот оно что — обращение «Ваше Высочество наследный принц» предназначалось вовсе не ему. Верхние Небеса обыкновенно пестрили разнообразными Их Высочествами наследными принцами. Ничего удивительного в том, что иногда их путали друг с другом.

И всё же, когда Се Лянь бросил взгляд на другого наследного принца впереди, не удержался от лёгкого изумления.

Молодое лицо. Прямые вразлёт брови. Яркие, словно звезды, глаза. Улыбка, совсем не похожая на улыбки других небожителей Верхних Небес, бесхитростная и беззаботная настолько, что, вне всяких сомнений, придавала и без того прекрасному лицу оттенок детской наивности. Оценивай его немного более язвительный небожитель, Му Цин, к примеру, он бы, скорее всего, отпустил комментарий в духе: «блаженный чудак».

Мужчина был одет в военное обмундирование, в высшей степени потрясающее своим видом, но на нём это одеяние не излучало суровых эманаций воина на поле битвы, напротив — сверкало благородством аристократа с широкой и светлой душой. Се Лянь на мгновение остановился, глядя на молодого мужчину перед собой. Оба небожителя впереди, ощутив его взгляд, обернулись. Младший небожитель, увидев его, мгновенно изменился в лице. Се Лянь же легко кивнул и с мягкой улыбкой обратился к мужчине:

— Здравствуйте, Ваше Высочество наследный принц!

Очевидно, Его Высочество обыкновенно не интересовался происходящими вокруг делами и не знал Се Ляня в лицо. Поэтому, услышав приветствие, немедленно расплылся в ослепительной улыбке и громко ответил:

— Здравствуйте!

Младший небожитель рядом с ним легонько подтолкнул принца и произнёс:

— Идёмте, идёмте, Ваше Высочество, вам ещё нужно попасть во дворец Шэньу на собрание.

Молодой мужчина же, без капли осознания ситуации, совершенно не понял, почему вдруг его подчинённый внезапно бесцеремонно пихнул его. И потому удивлённо спросил:

— Зачем ты меня толкаешь???

Се Лянь так и прыснул со смеху. Младший небожитель же толкнул принца сильнее и поторопил:

— Владыка, должно быть, давно ожидает вас, идёмте, Ваше Высочество!

Наследному принцу только и оставалось, что направиться за ним, недоумённо оглядываясь на Се Ляня.

Когда они ушли, Се Лянь всё ещё оставался стоять на месте. Вскоре его ушей достигли шушуканья небожителей низшего ранга чуть поодаль.

— …Неловко вышло, ничего не попишешь. Вот уж точно — мир тесен.

Оба — небожители Верхних Небес, рано или поздно этот день бы настал. Если хочешь знать моё мнение, всё же я с большей охотой посмотрел бы на столкновение Генерала Наньяна с Генералом Сюаньчжэнем.

— Ха-ха, ну и что ты переживаешь? Это ведь случится довольно скоро! Все уже собрались во дворце Шэньу, только его и ждут!

Кто-то вдруг добавил:

— Да, мир тесен, но это ещё что. Возмутительно, что их вообще сравнивают друг с другом, ведь они совершенно не похожи! Оба — наследники престола, но лишь Его Высочество Тайхуа может считаться истинным представителем правящей элиты. Если бы подобное случилось с ним, даже оказавшись на самом дне, он бы не стал творить столь позорные вещи.

— Государство Юнань было сильнее, чем Сяньлэ, значит наследный принц Юнань, разумеется, сильнее принца Сяньлэ. В разных условиях воспитываются разные люди, это самая простая истина.

Северные земли находились во власти дворца Мингуана, Бога Войны Пэй Мина. Западным Богом Войны являлся Цюань Ичжэнь, глава дворца Циина. Юго-востоком заправлял Фэн Синь и его дворец Наньяна, юго-западом — Му Цин и дворец Сюаньчжэня. Ну а на востоке восседал свой Бог Войны, и то был Лан Цяньцю, которому принадлежал дворец Тайхуа.

Ещё до вознесения Лан Цяньцю, как и Се Лянь, являлся Его Высочеством наследным принцем. И, кроме того, наследником государства Юнань. А государство Юнань было тем, что пришло на смену государству Сяньлэ. Его предком-основателем являлся предводитель мятежного войска, что с боем взял столицу Сяньлэ.

Се Лянь, скитаясь по миру людей, бывал и на востоке. Разумеется, он узнал, что и наследный принц государства Юнань тоже вознёсся на Небеса. И поскольку теперь оба они являлись божествами, принц давно подозревал, что рано или поздно два Высочества столкнутся в чертогах Верхних Небес. И потому ничего странного в этом не видел.

Те младшие небожители перемывали ему кости, однако при этом даже не думали говорить тише. Если бы на месте Се Ляня был кто-то другой, возможно, они бы побоялись быть услышанными, но Се Лянь будто вовсе не внушал им страха — напротив, они специально говорили достаточно громко, чтобы он услышал, так ведь более волнительно. Се Лянь притворился, что ничего не заметил, и направился дальше по своим делам, ни слова не сказав. Внезапно кто-то снова окликнул:

— Ваше Высочество наследный принц!

Се Лянь подумал: «Да ладно, ещё один?» Однако, обернувшись, убедился, что звали действительно его. К нему подошла Линвэнь с кипой свитков в руках и чёрными кругами под глазами. Она произнесла:

— Все вернулись в столицу и уже отправились во дворец Шэньу на собрание. Ведите себя осторожнее, когда окажетесь там.

Се Лянь, разумеется, понял, о чём речь, и спросил:

— Какое наказание на этот раз ждет Младшего Генерала Пэя?

Линвэнь ответила:

— Ссылка, надо полагать.

Се Лянь подумал: «Что ж, это не худший вариант, можно сказать, не так уж страшно.

Ссылка означала «временное низвержение». В случае если небожитель совершил преступление, но такое, которое всё ещё можно пересмотреть, у него есть возможность восстановиться в должности. И однажды, если он проявит себя с положительной стороны, его, вполне возможно, вытянут наверх. Это могло случиться как и через три-пять-десять лет, так и через сотню-другую. Вот только принц считал подобный исход дела «не худшим вариантом» согласно собственным стандартам. Для Генерала Пэя всё было совсем иначе.

Се Лянь вспомнил ещё кое-что.

— Линвэнь, послушай, в прошлый раз я рассказывал тебе о юноше с поветрием ликов на горе Юйцзюнь. Твои подчинённые разузнали, что с ним? Есть ли о нём известия?

Линвэнь ответила:

— Примите искренние извинения, Ваше Высочество, пока ещё нет. Мы займёмся этим вопросом вплотную.

Даже небожителю Небесных чертогов было не так уж легко найти в бескрайнем океане людей одного человека. Разумеется, процесс шёл быстрее, но всё же «быстрее» означало, что если простому смертному на поиски понадобится десять лет, то небожитель потратит один год. Се Лянь произнёс:

— Спасибо. Это нелёгкий труд.

К тому моменту они дошли до конца улицы и как раз остановились перед грандиозным в своём величии дворцом.

Дворец явно был отшлифован временем, при этом выглядел многое повидавшим на своём веку, но не состарившимся. Золотые крыши, покрытые глазурью, высились друг над другом сверкающим каскадом, ослепляя своим блеском. Се Лянь поднял взгляд наверх и увидел, что под нижней золотой крышей красуются иероглифы «Дворец Шэньу», внушительные и мощные. Они совсем не изменились за несколько сотен лет. Опустив взгляд, принц сделал шаг и вошёл внутрь. В главном зале давно собрались небожители, и теперь либо стояли группами по двое-трое, либо в молчаливом одиночестве.

Исключительно небожители Верхних Небес, пережившие вознесение, удостаивались права стоять здесь, каждый являлся баловнем судьбы, повелителем одной из сторон света. Духовные силы каждого текли через край, на остальных они смотрели свысока. У Се Ляня от такого зрелища запестрило в глазах. Однако на данный момент все были предельно сосредоточены, никто не смел разговаривать слишком громко. На троне в противоположном конце главного зала восседал Бог Войны в белом доспехе.

Лицо Бога Войны отличалось красотой, однако сейчас он закрыл глаза и молчал, что придавало ему крайне торжественный и строгий вид. За спиной его высились блистательные стены дворца Шэньу, под ногами сверкали белоснежные верхушки облаков. Когда Се Лянь вошёл, Бог Войны, будто ощутив его присутствие, открыл глаза.

Глаза эти были непроглядно-чёрными, и в то же время чрезвычайно ясными, словно сделанными изо льда веками не тающего холодного омута. Затем Бог Войны мягко улыбнулся и произнёс:

— Сяньлэ¹, ты пришёл.

¹Император обращается к принцу в соответствии с титулом, который тот избрал при вознесении — Сяньлэ, идентично названию своего государства.

Се Лянь смиренно склонил голову, ни слова не произнеся.

Стоило Цзюнь У заговорить, голос его без каких-либо усилий мощной волной прокатился по дворцу Шэньу, привлекая внимание всех находящихся здесь небожителей. Тогда Се Лянь прекрасно понял, в чём дело.

Данное собрание было созвано вовсе не с целью обсудить наказание Младшего Генерала Пэя за происшествие в Крепости Баньюэ. Главная роль сего действа предназначалась, видимо, ему самому.