Благословение небожителей (Новелла) - Глава 118

Бык отвечал:

— Хэх, я ведь не хвалил вас, к чему говорить «помилуйте»? Мы заняты пахотой, не видали, чтобы кто-то захаживал.

Пэй Мин ответил:

— Вот как, — с такими словами он шагнул вперёд.

Но земледельцы тут же замахнулись на него мотыгами и закричали:

— Раздавил! Раздавил!

Пэй Мин чуть нахмурился.

— Что раздавил?

Бык ответил:

— Ты раздавил посевы, что они высадили с таким трудом. Извинись.

Пэй Мин опустил взгляд и, вооружившись терпением, произнёс:

— Если глаза мне не врут, это всего лишь сорная трава.

— Боевой генерал, привыкший проливать кровь, что б ты понимал? — удивлённо сказал бык. — Эта трава — и есть посевы. Мы возделываем землю, уж нам-то лучше знать!

Се Лянь прекрасно понял, что обитатели угодий Повелителя Дождя намеренно придираются к Пэй Мину, но даже принца невольно охватило любопытство, так всё-таки — трава или посевы?

Пэй Мин — величественный Бог Войны северных земель, разве станет он извиняться перед горсткой крестьян по столь нелепой причине? Проигнорировав требование, мужчина сделал ещё пару шагов вперёд и, набрав воздуха, выкрикнул:

— Цинсюань, выходи! Твой брат встретился с Небесной карой, но прогноз неблагоприятный, может случиться несчастье!

— …

Ши Цинсюань сначала твёрдо принял решение сидеть в хижине и не высовываться, всё равно Пэй Мин не стал бы прорываться с боем. Но услышав такие слова, тут же воскликнул:

— Что?! — и выбежал наружу.

Пэй Мин, бросив взгляд на быка, крикнул Ши Цинсюаню:

— Так ты в самом деле прибежал сюда!

Ши Цинсюань растерянно замер, но спустя мгновение понял, что произошло, и тут же отскочил назад.

— Т-т-ты меня не пугай, разве Небесная кара могла прийти так скоро? И как-то слишком неожиданно, я думал… в запасе хотя бы несколько месяцев!

Но тогда в столице бессмертных Повелитель Вод действительно в спешке покинул свой дворец, словно ему предстояло решить какое-то срочнее дело. Ши Цинсюань тут же сложил два пальца и коснулся виска. Это был жест для применения заклятия духовного общения, однако, уже совершив его, Ши Цинсюань вспомнил, что полностью лишился магических сил. Но сейчас ему было не до расстройства по этому поводу, он сразу же схватился за Се Ляня.

— Ваше Высочество, помогите разузнать, правда ли это?

Се Лянь и Мин И одновременно подключились к сети духовного общения. Как и ожидалось, там всё смешалось в кашу, небесных чиновников охватило крайнее беспокойство. Кажется, многие небожители собрались у Восточного моря, наблюдая за каким-то зрелищем. Слышались их возгласы:

— О, Небеса… вот это мощь… и впрямь — Водяной самодур!

— Н-н-но… возможно ли такое выдержать…

Чем мощнее магические силы небожителя и чем больше количество пройденных Небесных кар, тем опаснее для него становится каждая следующая. Ши Уду единолично заведовал водными путями, господствовал над потоками богатства, и теперь столкнулся уже с третьей Небесной карой. Нетрудно догадаться, что это была за мощь.

Се Лянь произнёс:

— Это правда.

Путь Пэй Мину всё ещё преграждал бык, и тот не мог применить грубую силу, чтобы добраться до Ши Цинсюаня, поэтому выкрикнул издалека:

— Ты ведь не дитя малое, кто бы стал обманывать тебя такими вещами! И Небесная кара — это не на свидание сходить, или ты думал, что можно точно высчитать день, да ещё успеть переодеться в новое, а потом отправляться в путь? Она приходит без предупреждения и всегда застаёт врасплох! Сейчас он над Восточным морем, такие волны поднялись, что никто не может ни близко подойти, ни выбраться оттуда. Пока он бился с волнами, кто-то оповестил его, что ты сбежал, сможет ли он, по-твоему, теперь спокойно пройти через Небесную кару?!

Ши Цинсюань воскликнул:

— Так скажи ему скорее, что я во владениях Повелителя Дождя!

Се Лянь, слушая, что по этому поводу говорят в сети духовного общения, возразил:

— Не выйдет. Сейчас весь регион Восточного моря, где Повелитель Вод проходит Небесную кару, обернулся участком беснующихся магических сил. Боюсь, связаться с ним не получится из-за помех!

Ши Цинсюань бросился вперёд.

— Перенеси меня туда!

Пэй Мин протянул руку:

— Идём!

Однако Мин И молниеносно оказался перед Ши Цинсюанем, его лицо омрачилось суровой задумчивостью.

— Мин-сюн, что такое? — спросил Ши Цинсюань.

Мин И хмурил брови и молчал, но Се Лянь примерно догадывался, о чём он думает и почему задержал Ши Цинсюаня.

Отправиться сейчас помогать Повелителю Вод проходить через Небесную кару… правильный ли это поступок?

Ведь если подмена судьбы — правда, Повелителя Вод неизбежно ждёт соответствующее наказание. В таком случае, пока ещё не до конца выяснилось, какова его ответственность, помогать ему подняться ещё на уровень выше… действительно ли в этом поступке нет ничего предосудительного?

Се Лянь догадался о мотивах Мин И, поскольку сам размышлял о том же. Ши Цинсюань тем временем, поколебавшись пару мгновений, всё-таки испустил долгий вздох и сказал:

— Мин-сюн… я… премного тебе благодарен. Но как бы то ни было, это всё-таки… я не могу спокойно стоять и смотреть, сначала преодолеем этот рубеж, а там посмотрим!

Договорив, он подбежал к Пэй Мину, затем обернулся и воскликнул:

— Я очень благодарен вам, Ваше Высочество! И Её Превосходительству Повелителю Дождя! И быку! И всем вам! В будущем я вам отплачу! — затем двое второпях покинули владения Повелителя Дождя. Мин И секунду постоял на месте и направился следом. Се Лянь глядел им вслед, не шевелясь.

Хуа Чэн вышел из хижины, медленно приблизился к нему и спросил:

— Гэгэ, ты не идёшь?

Подумав, Се Лянь всё же покачал головой и неторопливо ответил:

— Здесь я ничем не смогу помочь. Посмотрим для начала, как они сами разрешат проблему.

Ши Цинсюань, будучи непосредственным участником событий, до сих пор не придумал, как следует действовать, ему тоже приходилось нелегко. И хотя Се Лянь понимал, почему Ши Уду поступил именно так, а не иначе, всё же принц не одобрял подобных методов. Идеальным исходом стало бы добровольное признание вины Повелителем Вод, добровольное принятие наказания. Должно быть, Мин И тоже на это надеялся, поэтому попытался удержать Ши Цинсюаня. Но Ши Уду настолько честолюбив, своеволен и деспотичен, что подобное практически невозможно. Из тех, кто столько лет просидел на таком высоком посту, никто не пожелает добровольно с него спускаться.

Окажись на месте Повелителя Вод кто-то другой, Се Лянь, наверное, сразу доложил бы о преступлении чертогам Верхних Небес. Но, подумав о Повелителе Ветров, который всегда относился к нему по-дружески… в момент, когда его брат оказался в опасности, принц пока что не мог так с ним поступить. Это походило бы на полное пренебрежение былой дружбой, будто бы принц решил, воспользовавшись чужой бедой, забросать камнями упавшего в колодец. Остаётся только наблюдать, к какому итогу они придут сами, и если окончательное решение всё же окажется неподобающим…

Задумавшись об этом, Се Лянь с долей самоиронии обратился к Хуа Чэну:

— Сань Лан, видимо, ты верно предостерегал меня тогда. Ох, ну и дела…

Губы Хуа Чэна тронула лёгкая улыбка, и он только открыл рот, чтобы заговорить, как вдруг лицо Се Ляня мгновенно переменилось. Он услышал в сети духовного общения голос Линвэнь:

— Что?! Туда занесло несколько сотен рыбацких лодок??? В такой момент?!

Се Лянь потрясённо замер и растерянно проговорил:

— Рыбацких лодок? Куда занесло? В Восточное море?

Если ранее сеть духовного общения уподобилась каше в котле, то теперь его опрокинули на землю на корм собакам. Линвэнь не успевала никому отвечать, однако ей всё же удалось сохранить относительное спокойствие.

— Будьте добры, скажите, кто из Богов Войны как раз на дежурстве? Старина Пэй?

Пэй Мин отозвался в сети:

— Не волнуйся, я с Ши Цинсюанем уже направляюсь на место, Повелитель Земли тоже с нами. Пока сосчитай, сколько в точности человек попало в шторм, мы постараемся вывести их всех, не упустить никого.

Линвэнь ответила:

— В таком случае, благодарю вас за помощь. Его Превосходительство Повелитель Вод развернул масштабное магическое поле, которое никому не позволяет попасть в область, где он борется с Небесной карой. Если чиновники Средних Небес окажутся там, от них наверняка мокрое место останется, но божества Верхних Небес всё же могут попытаться прорваться через заслон. Боюсь, людей туда затянуло больше двух сотен, и вам двоим не справиться, нужен ещё один Бог Войны. Который из Их Высочеств здесь? Генерал Наньян? Генерал Сюаньчжэнь?

Кто-то ответил ей:

— Но ведь оба генерала наказаны строгим заточением за разрушение столицы бессмертных, сейчас их не дозваться…

— А Тайхуа? Его Высочество Тайхуа вернулся?

— Не вернулся! До сих пор отсутствует.

— А где Циин?

— Кто ж знает, куда он запропастился, этот мальчишка постоянно отключается от всех сетей духовного общения и никого не слушает. Вам ведь это прекрасно известно!

Но какой ещё Бог Войны, кроме перечисленных, подойдёт для этой миссии? Даже посреди всеобщего беспокойства Се Лянь поймал себя на лёгком расстройстве — неужели ореол мусорного божества настолько силён, что все позабыли о его статусе Бога Войны?

— Я! Я здесь. Я отправлюсь туда. В Восточное море, спасать рыбаков, верно? — поспешно воскликнул принц.

Линвэнь ответила:

— Ваше Высочество, сейчас на Восточном море поднялась крайне опасная буря, а вы утратили магические силы, что если…

— Не страшно. Я ловил рыбу во всех четырёх морях¹, и каждый раз попадал в серьёзный шторм. Мне часто приходилось дрейфовать в открытом море по десять, а то и пятнадцать дней, так что для меня это дело привычное.

¹Иногда «страной четырёх морей» образно называют Китай.

— …

Все присутствующие в сети духовного общения чиновники невольно подумали: «И такое возможно?! Чем же тебе ещё приходилось заниматься, скажи на милость???»

Ситуация сложилась критическая, поэтому времени на лишние раздумья не оставалось.

— Хорошо, — ответила Линвэнь. — В таком случае, надеюсь, вас это не затруднит. Генерал Пэй, окажите содействие!

Пэй Мин отозвался:

— Хорошо!

Се Лянь отключился от сети духовного общения, обернулся и произнёс:

— Сань Лан, в Восточном море…

Однако к его удивлению, повернувшись, принц увидел, что Хуа Чэн уже надел чистые рыбацкие одежды, бросил кости, поймал их одной рукой, а другой коснулся двери и просто сказал:

— Идём!

Се Лянь было замер в недоумении, но потом тоже улыбнулся, ответил «Хорошо!» и последовал за ним.

Дверь открылась, и за ней, вместо простого убранства хижины, раскинулся серый пейзаж.

Они вышли из маленького рыбацкого домика на берегу, который чаще всего использовался для перемещения к Восточному морю при помощи Сжатия тысячи ли. От берега разливалось необъятное, бескрайнее море. Пляж казался серым вовсе не из-за цвета песка, а потому, что и небо, и море отливали серым. Чёрные-чёрные тучи клубились, нависая над морем, даже придавливая, отчего становилось трудно дышать.

Вдали над поверхностью моря то и дело поднималась огромная волна, подобная громадной высокой стене, вырастающей на ровном месте, которая затем падала и разбивалась, так же, как и устремлённые в небо водяные столбы, подобные водным драконам, кружащиеся с бешеной скоростью смерчей. По небесам свирепыми кривыми линиями расползались зловещие сизые молнии.

На причале стояла новенькая большая джонка. По морю нельзя передвигаться без плавательного средства, ведь если полететь по воздуху, вполне возможно получить удар молнии, поэтому придётся плыть на лодке. И сама джонка, разумеется, являлась не обычным транспортом. На ней уже стояли Пэй Мин, Ши Цинсюань и Мин И. Увидев, как двое — Хуа и Се — выходят из рыбацкого домика, Генерал Пэй позвал:

— Ваше Высочество!

Ши Цинсюань же вздохнул:

— Ваше Высочество, вы… ох! Благодарю за помощь. Мои искренние извинения.

Се Лянь взошёл на борт и ответил:

— Это лишь долг моей службы. Как управлять этой лодкой?

Увидев за спиной принца Хуа Чэна, который стоял с беззаботным видом, скрестив руки на груди, Пэй Мин предостерёг:

— Посторонним лучше держаться подальше, этот шторм вам не праздная забава.

Сейчас Хуа Чэн даже в скромной заплатанной одежде выглядел живо и элегантно, ни дать ни взять — симпатичный молодой рыбак.

— Я вовсе не какой-нибудь посторонний. Я лишь сопровождаю своего Его Высочество, вот и всё, — с улыбкой ответил он.

Се Лянь подтвердил:

— Он из моего дворца.

Пэй Мин всё же обнажил меч и, не желая уступать, стоял на своём:

— Назад.

Се Лянь не успел ничего сказать в ответ, как Хуа Чэн с необыкновенной решимостью в голосе произнёс:

— Нет. В этот раз я непременно должен отправиться с тобой.

Они препирались всего несколько секунд, а Ши Цинсюаню уже казалось, что прошли годы. Он обратился к Пэй Мину:

— Генерал Пэй, с этим человеком всё в порядке, давайте скорее отплывать!

Пока они говорили, с небес сорвалась яркая молния и ударила в море. Вся поверхность воды озарилась изумрудным сиянием, которое то и дело сверкало, словно море обернулось огромным бьющимся сердцем и задышало. Зрелище потрясало величием, но вместе с тем пугало. Пэй Мин тоже не желал больше ждать и выкрикнул:

— Отплываем!

Джонка содрогнулась, послышался звук вращающихся колёс и шестерёнок, а затем, без какого-либо человеческого воздействия, судно само по себе отплыло от берега и на огромной скорости полетело в широкие воды моря, прокладывая путь сквозь вспышки молний и яростные волны.

Однако, несмотря на шторм, Се Лянь, Хуа Чэн, Пэй Мин и Мин И держались на палубе весьма устойчиво, и только Ши Цинсюаня качало из стороны в сторону, так что Мин И приходилось его держать.

— Эта лодка сможет выдержать такие волны?! — громко крикнул Се Лянь.

Пэй Мин ответил:

— Такие как сейчас, думаю, выдержит с грехом пополам! Сдюжит ли дальше, трудно сказать!

Лодка уже неслась невероятно быстро, из-под бортов в стороны с шумом летели вздымающиеся ввысь брызги. Но Ши Цинсюань всё равно торопил:

— Нельзя ли ещё быстрее???

Пэй Мин крикнул в ответ:

— Судно поглощает магические силы! Скорость и так предельная!

Ши Цинсюань сжал правую ладонь — ту, в которой обычно держал Веер Повелителя Ветров. Один взмах — и ветер поднялся бы на ровном месте, а с добрым ветерком лодка поплыла бы как минимум на треть быстрее. Но сейчас руки Ши Цинсюаня пустовали, и он невольно испустил тяжкий вздох. Тем временем Хуа Чэн похлопал Се Ляня по плечу и тихо произнёс:

— Гэгэ.

Се Лянь повернул голову, и его глаза мгновенно округлились. В семи-восьми чжанах от них на волнах кружилось рыбацкое судёнышко, на котором мелькали силуэты людей. Они, кажется, звали на помощь, вот только их крики тонули посреди рёва моря и грохочущих молний.

Рыбаки, попавшие в беду!

Это и есть цель их нынешнего морского похода. Жое вылетела сквозь бурю, обвилась вокруг пояса нескольких рыбаков и забрала людей на джонку. Несчастные, когда их ноги коснулись деревянной палубы большого судна, едва не свалились от усталости, но Пэй Мин тут же открыл дверь каюты и забросил их туда. Когда рыбаки в следующий раз откроют эту дверь, то обнаружат себя уже на берегу.

Хуа Чэн и Се Лянь выловили тридцать-сорок пострадавших рыбаков, а джонка тем временем, раскачиваясь на волнах, неумолимо приближалась к самому эпицентру разыгравшейся бури и огромных волн. Прямо сейчас немало небожителей наверняка издали наблюдали за страшным действом, а также немало простых смертных изумлялись и ужасались мощи Небес. Молний, бьющих в лодку, тоже прибавлялось — их притягивал любой источник магической силы, целью становились те, у кого больше всего магических сил. Именно по этой причине, когда один небожитель переживает встречу с Небесной карой, лучше всего спрятаться как можно дальше, поскольку пострадать могут даже посторонние².

²Досл. — беда постигает и рыбу в пруду, вторая часть пословицы «когда горят городские ворота, беда постигает и рыбу в пруду», в знач. — при большом несчастье даже малому трудно уберечься.

Ши Цинсюань стал простым смертным, магических сил Се Ляня хватало лишь на то, чтобы задавать вопросы в сети духовного общения, Хуа Чэну не было нужды применять свои магические силы, поэтому он держал их при себе. Поэтому получалось, что молнии привечали одного лишь Пэй Мина. Уже множество раз ему пришлось отражать их удары своим мечом, и выходило это настолько ловко и умело, что Се Лянь восхитился его высокому мастерству. Если бы на его месте оказался какой-то чиновник Средних Небес, его бы не просто осыпало молниями, для небожителя не осталось бы малейшего шанса отразить удар, поэтому таких нельзя было пускать сюда.

Они прорвались сквозь магическую завесу, и вскоре Ши Цинсюань вдруг вскрикнул:

— Брат!!!

Се Лянь вскинул голову и увидел посреди семи-восьми бьющих в небо водяных драконов в воздухе фигуру Ши Уду. Он стоял со сложенной в форме креста ручной печатью, и его белые одежды неистово трепетали на ветру.

Судя по его состоянию, Повелитель Вод всё ещё удерживал довлеющую позицию над волнами, однако его явно что-то тревожило, и потому положение казалось совсем не стабильным. Бешено крутящиеся водяные драконы время от времени приближались, выбрав подходящий момент, чтобы проглотить его целиком, и Ши Уду множество раз едва удавалось избежать этой участи. Джонке до него оставалось несколько десятков чжанов, и если бы Ши Цинсюань ещё владел Веером Повелителя Ветров, он бы мог на порядок усмирить разбушевавшуюся стихию. Но теперь он стал простым смертным, и даже его голос не простирался достаточно далеко, всё, что ему оставалось — это бесполезное беспокойство. Но стоило Пэй Мину открыть рот, и его голос разнёсся вокруг мощной волной:

— Водяной шисюн! Цинсюань нашёлся!

Едва он замолчал, Ши Уду открыл глаза.

В тот же миг к небесам поднялась огромная волна, которая сразу же ринулась вниз. Джонка, оказавшись высоко в воздухе, не успевала за скоростью водного потока, и потому, ненадолго зависнув, начала стремительно падать на воду. Се Лянь, применив технику Веса тысячи цзиней, крепко схватил Хуа Чэна за руку и крикнул:

— Осторожно!

В общем-то, это довольно странно — будучи явно выше принца, Хуа Чэн мог без особого труда оторвать того от земли одной рукой. Но Се Ляню всё казалось, что он лёгкий как пушинка, будто малейший недосмотр, и его унесёт ветром, поэтому принц вцепился в него покрепче. А Хуа Чэн тоже ухватился за него в ответ.

Пэй Мин тем временем воскликнул:

— Водяной шисюн, соберись! Если не усмиришь волны, твой младший брат точно утонет по твоей вине!

Ши Уду увидел их лодку и услышал слова Пэй Мина, после чего на его лице мелькнула вспышка гнева, он сложил пальцы в иной печати, и от него словно разошлась магическая волна — кружащиеся вокруг водяные драконы мгновенно разрушились от удара и обернулись дождём, который с шумом пролился с небес.

Капли, подобно камням, загрохотали по палубе. А попадая в людей, даже причиняли лёгкую боль. Но когда дождь стих, буря тоже немного успокоилась. Ши Уду медленно спустился с небес на палубу джонки. Остальные после дождя промокли до нитки. Ши Цинсюань, вытирая лицо, пробормотал:

— Брат…

Ши Уду всё ещё пребывал в гневе, он широким шагом приблизился и обрушился на брата с руганью:

— Я сказал тебе послушно сидеть на месте! Кто просил тебя сбегать, не подумав?! Хочешь рассердить меня до смерти, и тогда ты будешь счастлив, да?!!

Ши Цинсюань на самом деле не знал, что ответить на его слова. Пока он не видел брата, очень переживал за него, а увидев, вспомнил обо всём случившемся, о той пропасти в душе, которую теперь никак не мог преодолеть.

— А… я просто… я…

Наконец он потрепал себя за волосы и вздохнул:

— Главное, что ты прошёл через Небесную кару. Я думаю… мне всё же кажется…

Однако Ши Уду перебил:

— Кто тебе сказал, что я прошёл через неё?

Ши Цинсюань потрясённо застыл.

— Но разве это была не она?

Пэй Мин, набрав в ладонь воды, пригладил волосы и произнёс:

— Рано радуешься. Это третья Небесная кара твоего брата, разве она может быть настолько простой? Как минимум потребуется семь дней и семь ночей. То, что происходило только что — лишь начало представления, только и всего.

В действительности, даже первую Небесную кару пережить не так-то просто. По-видимому, та «Небесная кара», с которой в момент вознесения столкнулся Ши Цинсюань, в сравнении с другими небожителями, сделала ему большую скидку. Наверняка сам Ши Цинсюань тоже об этом подумал, поэтому его лицо снова помрачнело. Се Лянь, памятуя о цели их похода, задал вопрос в сети духовного общения:

— Линвэнь? Мы уже находимся в районе, где Повелитель Вод проходит через Небесную кару. Не укажешь ли нам путь к рыбакам, которых затянуло в шторм?

Линвэнь ответила:

— Минуту. — Спустя некоторое время, вновь послышался её голос: — Проблема. Сегодня в тот морской участок затянуло двести шестьдесят одного рыбака, и к тому же их разбросало слишком далеко друг от друга, мелкими группами…

Она не успела сказать и пары фраз, как голос стал прерываться и запинаться, так что Се Лянь не мог ничего расслышать.

— Что такое? Линвэнь?

Принц решил было, что его магические силы иссякли, однако, подняв взгляд на Пэй Мина, по его лицу понял, что с ним произошло то же самое. Они ещё не успели обговорить дальнейшие действия, как Се Лянь вновь увидел неподалёку качающиеся на волнах потрёпанные судёнышки и произнёс:

— Должно быть, из-за остаточных магических помех от «начала представления» заклинание духовного общения не действует. Возможно, вскоре всё придёт в норму. Линвэнь сообщила, что двести шестьдесят одного рыбака разбросало по волнам, пока спасём тех, кого найдём.

Разумеется, никто не стал протестовать. Пэй Мин сказал:

— Водяной шисюн, пока можешь пойти в каюту, передохнуть немного. Ты пережил начальную волну Небесной кары, и неизвестно, когда придёт следующая. Ох, и не повезло тебе в этот раз, затронул такое количество простых смертных…

Ши Уду, похоже, действительно немного утомился. Ответив лёгким кивком, он открыл дверь в другую каюту, вошёл и принял позу для медитации. Ши Цинсюань, кажется, хотел завести с ним какой-то серьёзный разговор, но раз уж Небесная кара ещё не окончилась, сейчас он не нашёл в себе сил открыть рта — проглотил слова, что вертелись на языке, и уже собирался понуро отойти в сторону вместе с Мин И, как вдруг Ши Уду открыл глаза и сурово позвал:

— Нечего шататься где попало. Подойди и сядь здесь.

Ши Цинсюаню пришлось присесть рядом с ним.

Прошла большая часть дня, и вот уже глубокой ночью джонка направилась вглубь Восточного моря.

Сеть духовного общения всё ещё работала с перерывами, иногда связаться удавалось, иногда нет, но, тем не менее, они могли как-то приноровиться к этому. За всё время Се Лянь и остальные уже спасли более двухсот рыбаков. Люди привычно вышли в море за рыбой, и никто не мог предположить, что поднимется такая сильная буря, что их унесёт слишком далеко от берега — только своими силами они ни за что не сумели бы вернуться обратно. Так и дрейфовали бы дни и ночи, пока, возможно, не умерли бы от жажды и голода, а потом превратились бы в высохшие на солнце трупы. Внезапная подмога поистине стала спасением от неминуемой гибели, чему рыбаки несказанно обрадовались.

Неизвестно, сколько дней небожителям ещё придётся вот так качаться на волнах, чтобы спасти всех рыбаков. Да к тому же существовала опасность, что третья Небесная кара Ши Уду нагрянет в любой момент, начавшись по-настоящему. Но даже в такой ситуации Пэй Мин по-прежнему не изменял своим повадкам. Посреди ночи они спасли нескольких девушек-рыбачек, которые от страха выплакали все глаза. Пэй Мин, источая нежное внимание и искреннюю заботу, прижал бедняжек к груди и ласковым голосом утешил их, лишь после проводив до спасительной каюты. А девушки ещё долго не желали его покидать, надеясь снова увидеть спасителя, когда дверь откроется в следующий раз.

Ши Уду после продолжительной медитации, восстанавливающей силы, выглядел уже намного лучше. Он открыл глаза и поинтересовался:

— Ты разве обыкновенно не придерживался довольно высоких требований?

Молодые рыбачки находились в самом расцвете юности, однако обладали внешностью заурядной, в действительности далеко не соответствующей прежним стандартам Пэй Мина в погоне за красотками. И всё же, пообнимавшись с женским полом, Генерал Пэй так и просиял, затем усмехнулся, потирая подбородок:

— Мы всю дорогу спасали заросших бородой старых рыбаков, а встретив среди них девушек, я счёл их небывалыми красавицами, ха-ха-ха-ха.

Ши Цинсюань и Мин И, послушав его, не захотели удостаивать Пэй Мина и взглядом. Се Лянь же покачал головой, ему ситуация, напротив, показалась немного забавной. Они с Хуа Чэном присели бок о бок, но, посидев немного, принц неожиданно обнаружил, что у него в желудке пусто.

Остальным пассажирам лодки не требовалось принимать пищу, и хотя Ши Цинсюань сейчас являлся простым смертным, Се Лянь подозревал, что Ши Уду накормил его какой-то божественной пилюлей, которая может утолить голод на несколько дней, поэтому он до сих пор не выказывал желания поесть. Кроме того, их судно не являлось простой лодкой, сделанной в мире людей для выхода в море, так что здесь наверняка не заготовили съестных припасов. Се Лянь поднялся, чтобы нырнуть в море в поисках пары рыбёшек, но Хуа Чэн вдруг что-то ему протянул. Опустив взгляд, Се Лянь увидел белоснежную мягкую маньтоу.

Он вновь уселся рядом с Хуа Чэном и тихо сказал:

— Спасибо, Сань Лан.

Хуа Чэн также тихо ответил:

— Гэгэ, продержись пока на этом, ещё немного осталось.

Всё так же поделив маньтоу пополам, они неторопливо принялись есть, сидя рядом. Пэй Мин на другом конце лодки, услышав их тихие разговоры, пригладил волосы назад и произнёс:

— Господа, вы что-то обнаружили? Может, покинете свой маленький мирок и поделитесь с нами?

Се Лянь только собирался отшутиться парой фраз, но тут внезапно нахмурился.

— Вам не кажется, что кое-что здесь не так?

Мин И тоже нахмурился и поднял взгляд.

— Да.

Се Лянь поднялся на ноги.

— Такое ощущение, что лодка сильно замедлилась. Магических сил недостаточно?

Пэй Мин ответил:

— Это невозможно. Перед отплытием её заполнили магическими силами до отказа, она может ещё два дня пробегать по морям.

Се Лянь подошёл к краю джонки и оперся рукой о борт.

— Но мне всё кажется, что лодка вдруг потяжелела… — он не договорил, внезапно осекшись.

Остальные, кроме Ши Уду, тоже собрались у борта с вопросом:

— В чём дело?

В ответе не было нужды — достаточно взглянуть самим, и станет ясно. Даже в ночной темноте всё ещё можно разглядеть, как осадка джонки внезапно переменилась — сделалась намного глубже. И до сих пор уходила под воду!

Се Лянь тут же воскликнул:

— В дне лодки пробоина?! Мы наскочили на риф? Или что-то спряталось под водой и пробило дыру?

Пэй Мин ответил:

— Невозможно! Разве мы могли не заметить удара о риф? И судно это не из обычных, его ничем просто так не пробить, разве только…

Ему в голову будто пришла какая-то мысль, от которой он сразу замолчал.

Мин И спросил:

— Разве только — что?

Пэй Мин:

— Плохи дела.

Ши Цинсюань:

— Почему дела плохи?

Пэй Мин резко развернулся.

— Во владениях демона лодки тонут, едва коснувшись воды. Нас занесло в демонические края к Черноводу.