Благословение небожителей (Новелла) - Глава 129

— Ваше Высочество Циин? Ваше Высочество? Вы слушаете?

Се Лянь помахал рукой перед лицом Цюань Ичжэня. Тот, кажется, только что погрузился в свои мысли, и лишь сейчас вернулся обратно.

— А?

Видимо, он не слушал. Се Ляню неловко было его упрекать, принц сказал:

— Выходит, наша задача первостепенной важности — отыскать это парчовое одеяние? А его истинная форма…

Цюань Ичжэнь отозвался:

— Окровавленная одежда, похожая на холщовый мешок без рукавов и ворота.

Се Лянь улыбнулся:

— Ну вот, вы же всё знаете! Я-то думал, вы не читали свиток. Однако, поскольку это демоническое одеяние, оно обладает удивительным свойством менять свой вид. В мире столько разнообразных одежд… Искать всего одну среди них — всё равно что ловить иглу, упавшую в море.

— Хм. И что же нам делать?

— Нечисть, заполучившая в свои руки это одеяние, обыкновенно оборачивается торговцем, который в местах скопления людей расспрашивает, не желает ли кто купить или обменять новую одежду на старую. Но это было несколько сотен лет назад, а если кто станет так поступать теперь, непременно навлечёт подозрения. И тем не менее, их привычки и образ мыслей не так просто поддаются изменениям. В общем, предлагаю сначала отправиться в город и обратить внимание на разговоры о чём-то подобном.

В таких вещах демоны осведомлены больше, чем люди, да и сведения в их мире распространяются быстрее и проще. Иными словами, пожелай принц напрямую спросить Хуа Чэна, это немало убавило бы им хлопот. Но совсем недавно Се Лянь сказал ему, что пока видеться не стоит. И если теперь, выдвинув такую просьбу, сам пойдёт на попятную, выглядеть это будет не слишком хорошо. К тому же, Божество парчовых одежд только что было похищено, и похититель наверняка не осмелится сразу же вредить кому-то с его помощью.

Цюань Ичжэнь кивнул и поднялся, сделав два шага за принцем. Се Лянь же почувствовал, что и Лан Ин пошёл за ними, поэтому сказал:

— Тебе лучше остаться.

Лан Ин помотал головой, но Се Лянь не успел сказать ни слова, как вдруг услышал позади грохот — кто-то снова упал.

Принц рывком обернулся.

— Что с вами?

Пурпурный цвет вновь залил лицо Цюань Ичжэня, он некоторое время держался, но всё же не выдержал — встал на четвереньки, и с громким звуком всё содержимое его желудка оказалось на полу.

— …

Тошнота отступила, и Цюань Ичжэнь снова перевернулся лицом наверх. Казалось, его душа сейчас вылетит из тела через рот.

Се Лянь спросил:

— Циин… вы ещё можете идти?

Цюань Ичжэнь, распластавшись на полу, ответил:

— Я думаю, что нет.

— …

Ничего не поделаешь, Се Ляню пришлось оттащить потерявшего боеспособность Цюань Ичжэня в сторону и накрыть одеялом, чтобы тот пришёл в себя.

Только на следующий день юноша стал выглядеть получше. Се Лянь не решился больше давать ему есть что попало, сходил в дом старосты и попросил немного жидкой каши на двоих человек. Цюань Ичжэнь сидел на месте, которое обычно занимал Хуа Чэн, и почему-то Лан Ин всё время таращился на него, как будто относился не слишком дружелюбно.

Се Лянь поставил перед ними чашки с кашей и, не задумываясь, бросил:

— Сань Лан…

Двое немедленно воззрились на него. Се Лянь остолбенел, наконец сам понял, что сказал, кашлянул и проговорил:

— Ничего, продолжайте.

Покуда двое сидели за столом для подношений и пили кашу, Се Лянь взял топор и вышел за дверь. За рубкой дров принц воскресил в памяти детали, указанные в свитке: «Божество парчовых одежд хранилось в одном из дворцов Шэньу, который защищён сильнейшими печатями. Кроме того, сам дворец строго охраняется, охраны там что облаков на небе, и простое беспокойство, охватившее всех демонов, пожалуй, не могло заставить тварь сбежать саму по себе. Наверняка кто-то улучил момент, чтобы украсть одеяние в создавшейся суматохе…»

Обычно дрова рубил Хуа Чэн, и теперь, когда пришлось делать это самому, принцу почему-то показалось, что он рубит не так хорошо, как Хуа Чэн. Цюань Ичжэнь, чьё состояние по-прежнему оставляло желать лучшего, выпил немного каши и вновь завалился спать в монастыре Водных каштанов. Лан Ин же вышел на улицу, видимо, чтобы помочь рубить дрова, но Се Лянь сказал ему:

— Не нужно! Сань… Лан Ин, я согрею воды, чтобы ты помылся.

Принц вспомнил, что Лан Ин, кажется, уже давно не мылся. На самом деле демоны не покрывались потом и жирной грязью, но всё же, когда целыми днями шатались на улице, пыли к ним липло немало. Конечно, прямо указывать на это не стоило, дабы не задеть чьё-нибудь самолюбие. Лан Ин, кажется, удивился, но не успел вставить и слова, когда Се Лянь уже понёс дрова в дом, чтобы согреть воды.

— Вчера я сдал рухлядь в посёлке, купил тебе пару осенних одёжек. Как помоешься, примерь, в пору ли они.

Лан Ин как раз надел на себя новое, а услышав Се Ляня, не говоря ни слова, развернулся и направился прочь. Се Лянь остановил его и серьёзным тоном произнёс:

— Не уходи! Помыться нужно обязательно. Не волнуйся, я не стану снимать повязки с твоего лица.

Но Лан Ин по-прежнему стоял на своём и молча вышел рубить дрова, не желая заходить в дом. Се Лянь не мог его заставлять, пришлось самому собрать дрова в кучу, согреть воды и начать раздеваться. Жое круг за кругом соскользнула с его груди, когда Лан Ин снова зашёл в дом с охапкой дров. Увидев принца по пояс голым, юноша вмиг округлил глаза. Се Лянь же потрогал воду рукой, решил, что температура как раз подходящая, и залез в бочку прямо в штанах. Увидев юношу, принц сказал:

— А, ты как раз вовремя. Передай мне, пожалуйста, свиток, он под моей шляпой на стене.

Но Лан Ин не только не подошёл, но даже наоборот — попятился за дверь и с громким стуком захлопнул её за собой. Се Лянь ничего не понял. Но не прошло и минуты, как юноша, словно о чём-то вспомнил, вновь открыл дверь сильным пинком.

Се Лянь всполошился:

— Не пинай эту дверь! Её…

Но Лан Ин, даже искоса не взглянув на принца, направился прямо в дом, схватил за шиворот лежащего в мертвецкой позе Цюань Ичжэня и поволок наружу. Видимо, тот спал очень глубоко, и только какое-нибудь мощное землетрясение могло бы его разбудить — по дороге за дверь он ни разу не пришёл в себя.

Се Лянь, не зная, плакать ему или смеяться, воскликнул вслед:

— Что ты делаешь? Ничего страшного, я ведь не девица. Заходи!

В отсутствие Хуа Чэна принц не раз принимал водные процедуры в монастыре. Ведь помещение действительно слишком маленькое, условия здесь не отличались роскошью, и помыться в чане с водой — уже неплохо. Здесь не было бассейна длиной в десять чжанов, отгороженного ширмой, в котором принц мог бы в своё удовольствие плескаться и даже кататься на лодке. При этом, случайно ли, нет ли, Се Лянь никогда не омывался в присутствии Хуа Чэна. Однако теперь рядом был вовсе не Хуа Чэн, а другой человек, поэтому принц не видел ничего плохого.

— …

Лан Ин отвернул Цюань Ичжэня от принца и забросал горой какой-то одежды. Сам же, опустив голову, передал Се Ляню свиток, который тот просил, и уселся в углу. Се Лянь развернул свиток и принялся внимательно изучать написанное, между делом распустив волосы.

От горячего пара лицо принца чуть порозовело, длинные волосы и ресницы стали более яркими и влажными. Вскоре принц нащупал на груди тонкую серебряную цепочку с алмазным кольцом.

Се Лянь взял кольцо в ладонь и слегка сжал пальцы. Как вдруг боковым зрением заметил на краю стола для подношений маленький цветок.

Принц машинально взял цветок и вгляделся в него. Се Ляню всё казалось, что туман, царящий в голове, похож на горячий пар перед глазами — стоит только взмахнуть рукой, и дымка рассеется. Внезапно снаружи раздался стук.

Этот звук привёл Се Ляня в чувство. Принц положил цветок на стол и вознамерился спросить, кто там, но тут же понял, что стучат не в монастырь, а в дверь дома старосты деревни по соседству.

Следом послышался очаровательный девичий голос:

— Есть кто-нибудь дома? Меняю старое на новое, меняю старое на новое! У меня есть совершенно новое платье, но мне оно не пригодилось, хочу обменять на понравившиеся старые одежды. Хозяева, согласны ли обменяться? Есть кто-нибудь дома?

Искать не пришлось — тварь сама пожаловала на порог!

Гостья продолжала стучаться в каждый дом, но никто не вышел, чтобы ей открыть. И не мудрено — в дни, свободные от сбора мусора, Се Лянь проводил в деревне Водных каштанов лекции, рассказывал всем матушкам, бабушкам, тётушкам сотни хитростей, к которым прибегает нечисть. Никто из жителей деревни ни за что не удостоит вниманием такого, совершенно очевидно непростого, незваного гостя, явившегося посреди ночи. Теперь людей провести стало не так просто, как в древности. Тварь прошлась по всем домам, так и не добилась к себе внимания, и наконец оказалась возле монастыря Водных каштанов. Се Лянь задержал дыхание в сосредоточенном ожидании. Но только нечисть даже в дверь стучать не стала — почувствовала, что это не то место, куда ей следовало являться, тихо ойкнула и, судя по шагам, направилась прочь.

Се Лянь сразу же воскликнул:

— Постой! Я хочу обменяться.

Затем прошептал Лан Ину:

— Скорее открой дверь, не бойся, всё в порядке!

Лан Ин совсем не выглядел напуганным — сразу подошёл и отворил дверь. Снаружи показалась молодая девушка, очаровательная и грациозная, и даже по нижней половине лица становилось ясно, что это обладательница привлекательной внешности. Однако на голову девушка надела платок, который закрывал верхнюю часть облика. Казалось, у неё нет глаз, отчего становилось немного не по себе.

Девушка заглянула в дом и, прикрывая рот, засмеялась.

— Даочжан, какую старую одежду ты хочешь обменять на моё новое платье?

Се Лянь до сих пор не вылез из чана с водой, чтобы ослабить её бдительность.

— Тут нужно взглянуть, что за новое платье ты предлагаешь, — с улыбкой ответил он.

Девушка вытянула руку, легко тряхнула, и из дорожного узла выпало сверкающее парчовое одеяние, потрясающее великолепием. Вот только по фасону выглядело немного устаревшим, а ещё сверху до низу так и источало демоническую Ци.

Се Лянь восхитился:

— Прекрасное, прекрасное платье. Лан Ин, дай девушке одежду, которую я принёс из посёлка.

Лан Ин одной рукой взял одежду и протянул гостье. Девушка отдала им новое платье, хихикнула, взяла старые одежды и уже развернулась, чтобы уйти, но вдруг переменилась в лице, будто что-то ужалило её в руку. Громко вскрикнув, девушка бросила выменянные одежды на землю. В холщовых тканях свернулась кольцами Жое. Неизвестно, в какой момент лента заползла внутрь, но теперь высунулась из ворота, словно ослепительно-белая ядовитая змея, которая с шипением высовывала язык в сторону девушки. Да только «девушка» оказалась и не девушкой вовсе! Когда Жое внезапно напала, как она вскрикнула, как подпрыгнула, так и свалился платок с её головы. Нижняя часть лица поражала несравненным очарованием, тогда как верхняя потрясала обилием морщин и старостью, контраст вышел весьма жуткий. Какая же это «девушка»? Ясно ведь, что перед ними старушка преклонных лет!