Благословение небожителей (Новелла) - Глава 152

Принц не ошибся. То ли пламя обошло этот участок стороной, то ли краска сверху, растаяв, стекла и накрыла рисунок, защитив от исчезновения, но под пальцами Се Лянь действительно ощутил очертания человеческого лица. Он принялся с осторожностью очищать со стены застывшую чёрную корку.

Пэй Мин, придерживая опухшую до огромных размеров руку, поинтересовался:

— Ваше Высочество настолько увлекается настенными фресками?

— Дело не в увлечении. А в довольно смелом предположении, которое меня посетило.

— Поделитесь?

— Нам выпала редчайшая возможность побывать на горе Тунлу. Возможно, помимо уничтожения потенциального Князя Демонов, мы также сможем разузнать что-то о её истоках? К примеру, кто создал гору и какая сила поддерживает её существование? Кто знает, вдруг нам удастся одним ударом уничтожить её раз и навсегда? И тогда больше не придётся беспокоиться о появлении нового Князя Демонов.

— И впрямь смелое предположение. Но если уж Градоначальник Хуа не докопался до истины, боюсь, мы потратим на это ещё больше времени. В данной ситуации я не рекомендую вам заниматься подобным.

Хуа Чэн однако возразил:

— Я не докопался до истины из-за собственной глупости и ограниченных способностей. Кроме того, тогда я был занят истреблением противников. Если же гэгэ возьмётся за дело, всё возможно.

Се Лянь:

— Нет, нет, нет. Это мои способности ограничены, а Сань Лан намного способнее моего.

— …

Будто не в силах больше их слушать, Пэй Мин передал Пэй Су на попечительство Бань Юэ, а сам развернулся и направился прочь из храма.

— Я лучше выйду подышать свежим воздухом.

Тем временем Се Лянь на удивление легко справился с избавлением стены от чёрной краски и растерянно застыл.

— Выходит, всё это можно…

Обожжённую корку можно соскрести со стены целыми кусками!

За время их недолгого разговора принцу удалось очистить большой участок, под краской обнаружилось человеческое лицо размером с кулак ребёнка. Линии отличались простотой, но выражение на лице казалось на удивление живым — оно словно стремилось к чему-то, кисть художника изобразила даже восторг во взгляде. Чёрная корка, вопреки ожиданиям, стала защитным слоем, который сохранил цвета фрески яркими, словно работу закончили только что.

Се Лянь обернулся и сказал:

— Сань Лан, давай вместе…

Но Хуа Чэн не сдвинулся с места, во тьме лишь сверкнул поток серебристого блеска. И очень скоро несколько сотен серебристых бабочек бесшумно возникли у стены, помахивая крылышками. По мере того как слаженно двигались их крылья, Се Лянь слышал тихий треск. По чёрной стене стало расползаться множество мелких трещин, будто по маске, которая по крошкам осыпается с лица.

А после маска слетела окончательно.

Чёрная корка с шумом осыпалась со стены, обнажив истинное лицо, скрытое за ней…

Огромную цветную картину!

Се Лянь задрал голову, глядя на стену, и почувствовал, как по коже пробежали мурашки.

Изображение отчётливо разделялось на четыре уровня. На самом верхнем клубились облака, пронизанные золотым сиянием, но не было людей.

На втором уровне появился человек, прекрасный юноша в белом одеянии. Вокруг него также вырисовывался ослепительный золотой блеск — той же краской, что и сияние на верхнем уровне.

На третьем уровне находились уже четверо. Их внешность, одеяния, выражения лиц и застывшие жесты совершенно отличались друг от друга, а ростом они были вполовину меньше юноши со второго уровня.

Четвертый и последний уровень разительно отличался от остальных количеством персонажей — здесь людей было огромное множество, и вновь размеры фигур уменьшились в половину. К тому же, лица совершенно не отличались друг от друга, как и выражения на них — восторженные, полные благоговения, будто завороженные. Первое лицо, что обнаружил Се Лянь, находилось именно на последнем уровне.

Картина, явно выполненная рукой мастера, потрясла принца. Спустя долгое время он наконец заговорил:

— Сань Лан, тебе… приходилось видеть что-то подобное?

Хуа Чэн медленно ответил:

— Я обошёл большую часть территорий горы, побывал почти во всех храмах Уюна. И могу утверждать, что ни в одном из них такого не встречал.

Се Лянь немного оправился от потрясения и предположил:

— Боюсь, возраст фрески не может насчитывать две тысячи лет.

Хуа Чэн согласился:

— Совершенно точно не может. Судя по цветам и по её сохранности, ей самое большее — сто лет. Возможно, что и меньше.

Иными словами, фреску изобразили многим позднее!

Се Лянь указал на самый верхний уровень.

— Должно быть, это «Небеса». Поскольку «Небеса» возвышаются над всем сущим. — Затем указал на второй уровень. — А здесь, думаю, изображён наследный принц Уюна. Раз уж в этом храме поклонялись именно ему, главным героем фрески, разумеется, должен быть он. Поэтому размерами он превосходит других, а сияние вокруг точно такое же, как от «Небес». Кроме того, он следует лишь на ступень ниже. — Затем принц указал на последний уровень. — Здесь люди изображены самыми маленькими, с одинаковыми лицами. Похоже, это народ государства Уюн. — В конце настал черёд третьего уровня. — Но кто эти четверо? По расположению на картине и по росту они находятся над людьми, но ниже наследного принца. Это означает, что и положением они обладали соответствующим. Крупные чиновники? Защитники? Или…

Хуа Чэн приблизился на несколько шагов и сказал:

— Гэгэ, взгляни, от них тоже исходит божественное сияние.

И правда, сияние исходит. Только его почти не видно из-за слишком яркого света вокруг наследного принца Уюна.

Се Ляня осенило:

— Это небесные чиновники, которых принц избрал своими помощниками по вознесении.

То есть, они занимали то же положение, что Фэн Синь и Му Цин во время первого вознесения Се Ляня. Принц ещё прошёлся по храму и убедился, что тайную подсказку скрывала лишь одна стена — остальные были обожжены до невозможного состояния.

Но кто оставил картину? И для кого? Что именно он хотел этим сказать?

Основываясь лишь на одном изображении, Се Лянь не мог понять всего. Помолчав, он обратился к Хуа Чэну:

— В дальнейшем будем посещать все храмы Уюна, что попадутся на пути. У меня предчувствие, что подобная фреска… не единственная.

Хуа Чэн согласно кивнул.

— Именно это я собирался предложить.

Вдвоём они, помогая Бань Юэ нести Пэй Су, вышли из храма. Тут Се Лянь вспомнил ещё кое о ком.

— А где Генерал Пэй?

Пэй Мин сказал, что выйдет подышать воздухом, но они находились в храме довольно продолжительное время, а он так и не вернулся.

Се Лянь несколько раз позвал, но не дождался ответа.

— Он ведь не мог потеряться в такой момент?

Они ещё поискали по заброшенному посёлку, но ничего не обнаружили, а сетью духовного общения на горе Тунлу воспользоваться нельзя. И когда Се Ляню уже казалось, что найти пропавшего не получится, Хуа Чэн сказал:

— Гэгэ, не волнуйся. У меня есть способ.

Он вытянул руку, и с ладони его вспорхнула крошечная серебристая бабочка, которая закружилась возле Се Ляня. Принцу малютка показалась очень милой, однако в чём её назначение, он так и не понял.

— Что…

И вдруг он услышал дыхание, а потом и голос мужчины, который раздавался прямо от бабочки:

— Вот уж никак я не ожидал, что встречусь здесь с тобой.

Пэй Мин!

Се Лянь перевёл взгляд на Хуа Чэна, который, улыбаясь, объяснил:

— Ночью я оставил по бабочке на каждом из нас.

Пэй Су с трудом поднял голову и проговорил:

— Значит… ты можешь с их. Помощью наблю… дать за. Каждым нашим шагом, а… мы не. Почувствуем твоего присутстви… я? Истинный Собиратель. Цветов под. Кровавым дождём.

Хуа Чэн:

— Не умеешь разделять фразы, лучше помолчи.

— …

Се Лянь усадил крошечную бабочку на ладонь и спросил:

— Генерал Пэй? Где вы? Кто с вами?

Хуа Чэн заметил:

— Прости, гэгэ. Можно только слушать. Он тебя не услышит.

Се Лянь, подумав, ответил:

— И то верно.

Если бы голос слушателя также мог передаваться, было бы очень легко выдать себя.

Затем от бабочки раздался прохладный и утомлённый голос молодого мужчины:

— Старина Пэй, мой тебе совет… Не стоит сейчас пускаться в никому не нужные рассуждения. Иначе я прихлопну тебя одним ударом.

Се Лянь чуть округлил глаза при первых звуках этого голоса.

Мужское обличие Линвэнь!

Принц воскликнул:

— Вот как! Выходит, мужчина в чёрном, что по дороге сюда учинил смертоубийство… это Линвэнь в мужском обличии.

Пэй Су спросил:

— Это. Госпожа Линвэнь. Схватила Генерала Пэя?

Се Лянь ответил:

— Не знаю, послушаем ещё.

Тем временем Пэй Мин отозвался:

— Дражайшая Цзе, к чему так сильно гневаться?

— Замолчи. Сказано, не говори ничего. Это гневаюсь не я, а кое-кто другой. Скажу сразу. Сейчас я не могу контролировать своё тело. Если покалечу тебя ненароком, не ищи расплаты.

— Мы оба сейчас в одной лодке — не можем сдвинуться с места. Кого ты пытаешься напугать?

Се Лянь поднял взгляд.

— Не Линвэнь схватила Генерала Пэя. Сейчас они оба в плену у кого-то другого. — Принц задумчиво добавил: — Если он смог управиться даже с Божеством парчовых одежд… что же это за противник?

Пэй Мин спросил:

— На тебе сейчас до сих пор надето…?

Он не договорил, но все прекрасно поняли, о чём речь.

Божество парчовых одежд!

Линвэнь ответила:

— Да. И ты ему очень не нравишься. Лучше тебе последить за своим языком.

— Откуда ты знаешь, о чём он думает? Я просто преклоняюсь перед тобой. Как нужно было себя корить, чтобы такое устроить? Дерзновенно отправиться во дворец Шэньу, выкрасть тварь, разбив собственную золотую чашу¹! А теперь ты явилась на гору Тунлу. Это он тебя заставил?

¹Обр. в знач. — выгодное положение.

— Нет. Я сама так решила. Старина Пэй, прекрати спрашивать! Он сердится. Я это чувствую.

Пэй Мин подчинился. Спустя несколько секунд Линвэнь тихонько выдохнула — похоже, Божество парчовых одежд успокоился.

— Старина Пэй, а ты как здесь оказался? Зачем тебе в твоём-то прекрасном положении вдруг срываться на гору Тунлу? Тебя в руку покусал миллион ос? Почему она так распухла?

Голос Пэй Мина сделался крайне подавленным.

— Всё с самого начала не заладилось. Долгая история. Я не мог вот так бросить Сяо Пэя. Ситуация изначально не была настолько плачевной, но откуда я знал, что наткнусь на врага? Если бы не это ранение, считаешь, я бы позволил себя схватить и притащить в это проклятое место? Я даже не разглядел его лица.

Се Лянь подумал: «Скорее скажите, что за проклятое место?! Пещера или помещение? Говорите, так мы хотя бы будем знать, где вас искать!»

Впрочем, кое-какие подсказки всё же имелись. В пределах горы Тунлу невозможно применить Сжатие тысячи ли, следовательно, Пэй Мин наверняка где-то поблизости. Судя по голосу, вокруг них достаточно пустого пространства, даже слышалось небольшое эхо. К тому же, Се Лянь смутно уловил шум воды.

По дороге им не попадалось ни рек, ни озёр, а кроме храма Уюна вокруг не наблюдалось более просторных помещений. Следовательно, сейчас они могли находиться только…

Под землёй!

Но ведь и посёлок не такой уж маленький, где же именно их искать?

Пэй Мин продолжал разговор:

— А ты сама? Слышал, ты убила больше тысячи демонов по пути сюда, испугала нечисть до чёртиков. Достойно поздравлений. Первым Богом Литературы тебе больше не быть, можешь переучиться на Бога Войны. Так что же за твари удалось тебя скрутить?

Линвэнь печально усмехнулась.

— Я тоже этого не знаю. Имела неосторожность вступить в схватку с Повелителем Дождя, а после, пока в голове не прояснилось, кто-то нанёс удар со спины. Видимо, прятался во тьме, ожидая момента. Спрашивать не придётся, он рано или поздно явится сам. Главное, не раскрой себя, и всё будет в порядке.

Неожиданно в их диалог вмешался чей-то третий голос:

— Спуститесь с небес, бесстыжая парочка! Пэй Мин, Наньгун Цзе… мне ли не знать, что вы собой являете на самом деле?!