Благословение небожителей (Новелла) - Глава 93

Всего через пару дней Се Лянь столкнулся с огромной опасностью.

В монастыре закончилась еда.

Сам принц мог прекрасно обойтись парой маньтоу, тарелкой солений, да ещё погрызть огурец, сорванный с грядки. Ему одному с избытком хватало тех подношений, что приносили жители деревни. Но теперь в монастыре прибавилось ещё три рта. Два живых человека и один живой демон очень быстро опустошили все его припасы.

Дети ели не так уж много, но вот Ци Жун, умерший демон, поселившийся в теле взрослого мужчины и никак не желающий выходить, не уставал бранить Се Ляня на чём свет стоит за то, что тот «не считает его за человека, раз кормит какими-то отходами», при этом съедал больше, чем любой из четверых, отчего Се Ляню искренне хотелось запихнуть тому в рот днище сковороды.

Когда есть стало совсем нечего, Се Лянь решил пройтись по городскому рынку, прихватив двоих мальчишек, и попробовать пособирать рухлядь и всяческий хлам, после чего покормить детей чем-нибудь вкусным.

Если учесть, что обычному Се Ляню не очень везло, то сегодняшнему Се Ляню не везло в особенности. Обойдя весь город, он не нашёл никакого подходящего хлама, и в конце концов, стоя на оживлённом перекрёстке, принял решение снова заняться привычным ремеслом.

Принц усадил детей неподалёку, сам вышел на середину улицы и громко объявил:

— Уважаемые земляки и приезжие соседи! Сегодня я впервые прибыл в ваши благодатные края, и в кошеле моём ни гроша, поэтому представлю на ваш суд скромный плод моих изысканий в искусстве! Надеюсь на горячую поддержку, а также пожертвования в виде продовольствия или монет на обратный путь…

Длинные рукава Се Ляня изящно развевались, придавая ему облик истинного святого, голос звучал глубоко и звучно, поэтому очень скоро вокруг собрались праздные зеваки с вопросами:

— Что ты умеешь? Ну-ка, покажи!

Се Лянь охотно ответил:

— Желаете взглянуть на крутящиеся на шестах тарелочки?

Народ замахал руками:

— Ничего сложного, простенький фокус, ерунда! Ещё что-то умеешь?

Се Лянь предложил снова:

— А что насчёт разбивания камня на груди?

Люди опять заголосили:

— Старьё, старьё! Ещё что-то умеешь?

Тут-то Се Лянь и осознал, что даже продавая собственное искусство на улицах, следует идти в ногу со временем. Его лучшие номера, которыми он промышлял когда-то, теперь безнадёжно устарели, подобно хризантемам на следующий день после Праздника хризантем, и уже ни у кого не вызывали восхищения. Видя, что толпа вот-вот разойдётся, принц понял — иного выхода нет — и решил выкинуть козырную карту. Он выудил из рукава стопку собственноручно нарисованных защитных талисманов и произнёс:

— За просмотр представления получите в подарок защитный талисман ручной работы! Господа, прох́одите мимо — не проход́ите мимо!

Едва заслышав о бесплатной раздаче, уже поредевшая толпа нахлынула вновь:

— Что за талисманы? В каком храме благословлены? Императора Шэньу?

— Они помогут привлечь удачу в денежных делах? Дай мне талисман Божества богатства, спасибо!

— Я хочу талисман Совершенного Владыки Цзюйяна¹, оставь мне один, будь добр!

¹Напомним, Цзюйян — прежнее название храмов Наньяна, а также нынешнее прозвище Фэн Синя, «Огромный член».

Се Лянь ответил всем:

— Нет. Нет. Я раздаю талисманы наследного принца Сяньлэ, благословлены они в монастыре Водных каштанов, чудодейственные свойства гарантированы.

Разумеется, гарантированы. Другим небожителям ежедневно поступает как минимум несколько тысяч молитв, от которых гудит в ушах, а всё, что приходит сверх того, и вовсе поручается исполнить младшим подчинённым. Ну а Се Лянь получает даже в самые удачные дни не больше десятка. Так скажите, у чьих молящихся шансы быть услышанными выше?

Толпа презрительно фыркнула:

— Это ещё кто такой? Никогда о нём не слышали!

Се Лянь ответил:

— Не страшно, если вы о нём не слышали, монастырь Водных каштанов стоит всего в семи ли отсюда, в деревне Водных каштанов. Приглашаю вас наведаться туда. Только приходите, не обязательно приносить благовония… — однако не успел принц договорить, а толпу как ветром сдуло. Каждый, кто успел отхватить талисман, пройдя совсем немного, не глядя швырнул его на землю. Се Лянь же бросился подбирать: поднимая талисман, он отряхивал его от пыли и с невозмутимым видом прятал обратно в рукав. Подбирал, подбирал, и вдруг заметил, что перед ним остановилась пара матерчатых туфлей.

Подняв взгляд, Се Лянь обнаружил перед собой пару чёрных глаз Лан Ина, уставившихся на него из-под повязок.

Се Лянь мягко спросил юношу:

— Что-то не так? Поди пока посиди вон там вместе с Гуцзы, подождите меня ещё немного.

Лан Ин хранил молчание. Внезапно на противоположной стороне улицы распахнулись ворота чьего-то дома, из которых с оглушительным криком вышвырнули человека:

— Шарлатан!

Послышался громкий топот шагов — пара десятков прохожих тут же сбежались посмотреть на представление, и талисманы, которые принц не успел подобрать, мгновенно затоптали в грязь, измятые и изорванные. Се Лянь молча округлил глаза, но уже не стал подбирать талисманы. Отправив Лан Ина следить за Гуцзы, он последовал за всеми посмотреть, что же всё-таки там случилось. Перед воротами дома принц увидел двоих без умолку спорящих мужчин: один из них походил на богатого купца, другой, пожилой господин, скорее всего, являлся лекарем. Купец клокотал от гнева:

— Что ты сказал мне, когда приходил вчера? Что всё прекрасно и беспокоиться нет нужды, так? Что же стряслось сегодня?! Моя жена не падала и ничем не травилась, как такое вдруг могло случиться?!

Лекарь же во всеуслышание оправдывался:

— Вчера, когда я осмотрел вашу супругу, она действительно пребывала в добрейшем здравии! Вам, как я погляжу, лучше поискать не лекаря, а монаха-заклинателя!

Купец взъярился ещё сильнее, упёр руку в бок и ткнул в лекаря пальцем:

— Мой сын ещё не родился, кто тебе, шарлатану, позволил проклинать его?! Берегись, я нажалуюсь на тебя куда следует, без гроша останешься!

Лекарь подхватил свою сумку со снадобьями и врачебными принадлежностями.

— Что толку от твоих жалоб? Я в самом деле не могу определить характер её пульса! В жизни ничего подобного не встречал!

Из толпы послышались советы:

— Найди другого лекаря!

— Лучше всё-таки обратиться к заклинателю!

Се Лянь инстинктивно ощутил, что дело явно нечисто, поэтому поднял руку в толпе:

— Посмотрите сюда. Заклинатель здесь, я и есть заклинатель.

Все взгляды вокруг мгновенно обратились к Се Ляню, кто-то удивился:

— Ты разве не уличный артист, торгующий цирковыми номерами???

Се Лянь вежливо заметил:

— Это лишь подсобный доход. Разрешите, — он направился через толпу к купцу. — Не могли бы вы отвести меня к вашей супруге?

В доме раздавались женские крики и плач, ясно давая понять, что целая толпа женщин пребывала в крайнем смятении. Новый лекарь, которого вызвал купец, не мог прибыть в самое ближайшее время, и мужчина, решив, что пока сгодится любой, в самом деле схватил Се Ляня и торопливо направился в дом. Принц же в свою очередь схватил и потянул за собой того, первого, лекаря. Войдя в дом, он увидел, что весь пол залит кровью, а на широкой кровати под разукрашенным пологом лежит молодая женщина, бледная и измученная. Казалось, от боли она вот-вот начнёт кататься по полу, схватившись за живот, но к счастью её крепко прижимали к кровати несколько пожилых дам и молодых прислужниц. Как только Се Лянь переступил порог комнаты, у него по спине пробежал холодок.

В комнате стояла крайне тяжёлая тёмная энергия, источником которой являлось определённое место.

Живот молодой женщины!

Се Лянь немедля остановил купца и лекаря за своей спиной, выкрикнув:

— Не подходите! С её животом непорядок!

Купец со смесью страха и удивления воскликнул:

— Моя жена рожает?!

Лекарь и пожилые женщины, не в силах слушать его причитаний, в голос ответили:

— Только пятый месяц, как она может родить?!

Тогда купец снова обрушился с гневной бранью на лекаря:

— Если она не рожает, отчего же ты не можешь сказать мне, что с ней такое, шарлатан?! Даже пульс не смог трактовать!

Видя, что женщина вот-вот потеряет сознание, Се Лянь прикрикнул на них:

— Замолчите! — и ловким движением вынул Фансинь. Остальные при виде внезапно сверкнувшего чёрным блеском холодного оружия в несколько чи длиной перепугались не на шутку:

— Что ты собрался делать?!

Однако прямо на их глазах Се Лянь отпустил рукоять, и меч сам по себе поплыл по воздуху!

На этот раз все остолбенели, потрясённые увиденным.

Фансинь тем временем завис в воздухе, остриё меча развернулось вниз, указывая прямо на выпуклый живот женщины. Оружие это обладало мощнейшей убийственной Ци, и все вдруг увидели, как живот зашевелился и вспучился округлым шариком, который принялся метаться то в одну сторону, то в другую, перетекая то влево, то вправо. В конце концов, женщину разобрало сильнейшим кашлем, и в процессе она выплюнула сгусток чёрного дымка!

Фансинь, который дожидался этого очень долго, одним ударом рассеял чёрный сгусток. Женщина пронзительно взвизгнула:

— Мой сын! — и тут же лишилась чувств.

Се Лянь наконец призвал меч, повесил обратно за спину и обратился к лекарю:

— Порядок.

Лекарь застыл, открыв рот и вытаращив глаза. Се Ляню пришлось несколько раз махнуть рукой перед его лицом, прежде чем тот нерешительно приблизился к женщине на кровати. Купец с радостью и надеждой спросил:

— Мой сын жив?

К его удивлению, лекарь ощупал пульс женщины и робко пробормотал:

— Его не стало…

Купец на пару мгновение замер, а после снова взревел:

— Его не стало? Как мог случиться выкидыш?!

Се Лянь повернулся к нему и поправил:

— У вашей жены вовсе не выкидыш плода. Его не стало. Вы понимаете, что значит «не стало»?

— Да разве это не то же самое, что выкидыш?

— Существует определённая разница. Выкидыш — это выкидыш и есть. «Не стало» же означает следующее: изначально в утробе вашей супруги находился ребёнок. Но теперь этот ребёнок исчез.

И в самом деле, ведь живот женщины только что вздымался, а теперь, очевидно, без каких-либо внешних повреждений, заметно сдулся, и к тому же крайне неестественно. Купец воскликнул:

— Но ведь мой сын только что был у неё в животе!

Се Лянь ответил:

— Только что внутри находился вовсе не ваш сын. Живот вашей жены раздулся из-за того сгустка чёрного дыма!

***

Лекарь убедился, что женщина всего лишь потеряла сознание и никакой опасности для жизни больше не существует, после чего удалился прочь. Купец обратился к Се Ляню:

— Даочжан, как следует вас называть? Из какого вы монастыря? Какому Совершенному Владыке служите?

Се Лянь ответил формальное «оставьте церемонии, моя фамилия Се», и уж было хотел добавить, что пришёл из «монастыря Водных каштанов», но когда слова оказались на языке, он по какой-то причине решил их изменить:

— Храм Тысячи фонарей.

Произнеся три слова, принц неожиданно для самого себя ощутил лёгкий жар. Купец удивлённо охнул:

— Не слыхивал. Должно быть, далеко отсюда?

Се Лянь и сам не имел понятия, далеко или нет, поэтому тихонько хмыкнул в ответ.

Обменявшись парой любезностей с принцем, купец всё-таки в нетерпении спросил:

— Даочжан! Что же это за чертовщина такая? Моя жена всё это время носила под сердцем… вот эту нечисть? Сгусток чёрной Ци?!

Тема разговора сменилась, и Се Лянь мгновенно сделался серьёзным:

— Всё ли время, доподлинно неизвестно. Вы ведь сказали, что вчера, когда пригласили лекаря, с вашей супругой всё было прекрасно? Тогда, должно быть, пульс ещё пребывал в норме и сбился только сегодня. Боюсь, беда стряслась с плодом ночью. Не затруднит ли вас припомнить, возможно, ваша супруга вчера ночью что-то делала? Или, может быть, с ней случилась какая-то странность?

— Вчера ночью ничего не случалось, моя жена даже не покидала комнаты! С тех пор как вымолила этого ребёнка, воскурив благовония в храме Огромного Члена, она даже специально установила в доме алтарь Совершенного Владыки Цзюйяна и ежедневно, не выходя за порог собственной комнаты, читала молитвы и возжигала благовония, проявляя устрашающую набожность!

— …

Се Лянь про себя произнёс: «Вот если бы Фэн Синь узнал, что женщина столь ревностно ему молилась, его реакция уж точно всех бы устрашила». Затем, подумав, задал ещё вопрос:

— Тогда… не видела ли она каких-либо странных снов?

Купец вздрогнул от страха:

— Видела!

Се Лянь тут же оживился. Купец рассказал ему:

— Даочжан, вы поистине необычайно прозорливы! Моей жене вчера ночью действительно привиделся странный сон. Она увидела маленького ребёнка, который с ней играл и называл её мамой. Посреди ночи она почувствовала, будто что-то толкнулось в её живот, и сразу же проснулась. Да ещё с радостью поведала мне, что это, наверное, дитя в её утробе не может дождаться встречи с родителями, поэтому приходило повидаться во сне. Я тогда даже посмеялся над ней!

Се Лянь мгновенно определил:

— Проблема именно в этом ребёнке! — затем, помолчав, добавил: — Сколько примерно лет ему было? Как он выглядел? Этого ваша супруга не сказала?

Купец в испуге покрылся холодным потом:

— Боюсь, она не запомнила, уже тогда она сказала мне, что не знает точно, сколько ему лет, но ей он показался совсем маленьким, а когда попросился на руки, оказался очень лёгким.

Призадумавшись, Се Лянь продолжил:

— Я спрошу у вас ещё кое-что, и вы непременно должны ответить правдиво, иначе мы так и не доберёмся до истины. Первое. Существует ли в вашем доме соперничество между жёнами и наложницами? Второе. Ваша нынешняя супруга когда-нибудь избавлялась от плода?

Первый вопрос принц задал, чтобы подтвердить или опровергнуть возможность насланного проклятия по причине соперничества или ревности. Ведь если женщина, круглый год томящаяся в глубинах внутренних покоев, взревнует мужчину, она способна вытворить всё что угодно; второй вопрос интересовал принца потому, что если женщина когда-то, без разумной на то причины, избавилась от ребёнка, в её теле могла сохраниться его остаточная затаённая злоба, которая не позволила бы новому ребёнку спокойно родиться.

Се Лянь ещё неоднократно задавал мужчине вопросы, чтобы удостовериться, и тот отвечал, не увиливая, причём каждое предположение принца оказалось верно. В имении купца не только проживало несколько наложниц, которые целыми днями переругивались между собой, он ещё и завёл любовницу на стороне, которая только и ждала, что он приведёт её в дом².

²Досл. — внесёт в паланкине.

После опрошенные служанки госпожи также признались, что сначала она являлась лишь наложницей и, забеременев однажды, поверила знахарю, который определил, что плод — женского пола. Но ведь для того, чтобы подняться до статуса жены, женщине необходимо было родить сына, поэтому она выпила снадобье, тем самым избавившись от ребёнка. Се Лянь, выслушав всех, почувствовал, что его голова вот-вот опухнет. Охваченный тревогой купец спросил:

— Даочжан, неужели это неродившаяся девочка пришла отомстить?

Се Лянь ответил:

— Вполне возможно, однако нельзя быть уверенными до конца. Ведь ваша супруга не сообщила ни возраста ребёнка из сна, ни его пола.

Купец спросил:

— Но… но даочжан, если сгусток чёрной Ци забрался в утробу моей жены только вчера ночью, то… куда же подевался мой собственный сын?