Благословение небожителей (Новелла) - Глава 189

Се Лянь ледяным тоном велел:

— С дороги.

Призрачные огоньки не сдвинулись с места.

— Почему вы хотите меня задержать?

Ответа не последовало. Маленькие огоньки лишь повторяли «не ходи туда», а самый главный среди них молчал. Не имея намерения воевать с этими созданиями, Се Лянь взмахнул рукой и рассеял их.

Конечно, не по-настоящему, только прогнал, подобно тому, как отгоняют ладонями рой светлячков или стайку золотых рыбок.

Принц быстро направился вперёд, под его ногами захрустели сухие ветки и опавшие листья. Однако, обернувшись, Се Лянь увидел, что призрачные огоньки летят следом! Видимо, собираются вновь встать перед ним стеной.

— Хватит меня преследовать, — предупредил Се Лянь.

Самый яркий огонёк летел впереди остальных собратьев. Он как будто не слышал предостережения. Тогда Се Лянь замахнулся для удара и пригрозил:

— Если не отстанете, я уничтожу вас без остатка!

Большая часть огоньков и впрямь испугалась, они замерцали в воздухе и испуганно попятились. Однако один, самый главный, замер лишь на мгновение, а потом вновь последовал за принцем на расстоянии пяти шагов. Се Ляню даже показалось, будто он тем самым говорит ему «не страшно, даже если ты уничтожишь меня». Или, может быть, он знал, что Се Лянь ни за что не ударит его по-настоящему?

Неожиданно душу Се Ляня охватил гнев. Раньше ни один призрачный огонёк не посмел бы пристать к нему, хватило бы одного предупреждения — улетел бы, трусливо поджав хвост. Но теперь не только простые люди позволяли себе попирать его ногами. Даже какие-то мелкие призраки не слушались его, не воспринимали всерьёз его угрозы! От гнева глаза принца покраснели, он пробормотал:

—Всего лишь какой-то мелкий демон, и тот так себя ведёт со мной… Все так себя ведут… И никого, кто поступил бы иначе!

Даже смешно, как такая мелочь может настолько сильно разозлить. Но Се Лянь в тот момент на самом деле преисполнился ярости. Вот только, стоило ему произнести те слова, и призрачный огонёк словно понял, что принц гневается и в то же время печалится. Он завис в воздухе, а затем вместе с несколькими сотнями своих товарищей медленно полетел прочь. Вскоре огоньки окончательно растворились в темноте ночи.

Се Лянь с облегчением выдохнул, развернулся и снова пошёл вперёд.

Спустя ещё несколько сотен шагов он увидел в тумане загнутые края крыш — похоже, там скрывался древний храм, построенный в горах. Се Лянь приблизился, пригляделся и округлил глаза от удивления.

Это оказался храм наследного принца.

Разумеется, разрушенный и заброшенный. Давным-давно мародёры вынесли отсюда всё ценное, священная табличка упала на землю и раскололась пополам. Се Лянь немного постоял на пороге храма, перешагнул табличку и вошёл внутрь. Божественной статуи в храме тоже уже не было — неизвестно только, разломали её или сожгли, а может, даже утопили. Божественный постамент пустовал, осталось лишь чёрное от копоти основание. По обеим сторонами постамента виднелась фраза «Тело пребывает в страдании, но душа пребудет в блаженстве», только теперь она была изрезана чем-то острым, словно лицо красавицы, порезанное ножом, — больше не прекрасное, оскалившееся в злой гримасе.

Се Лянь, стараясь сохранять спокойствие, сел на пол прямо в храме, ожидая появления Безликого Бая. Спустя полчаса из тумана снаружи храма и впрямь кто-то возник.

Но эта фигура оказалась незнакома принцу. В ней напрочь отсутствовала та непринуждённость и безмятежность, всегда присущая Безликому Баю. Шаги тоже отличались торопливостью, тогда как белый демон ступал бесшумно. Поэтому незнакомец точно не мог быть Безликим Баем. Он вообще не был знаком принцу.

В таком случае, кто же это?

Се Лянь насторожился всем своим существом, но только лишь когда незнакомец, громко топая, добежал до порога храма, принц смог рассмотреть его облик. Однако, вот ведь незадача, облик этот не совпал ни с одним ожиданием принца… Он походил на простого прохожего, ничего примечательного в этом человеке не имелось.

И всё же Се Лянь не ослабил бдительность. Кто знает — а вдруг это одна из личин Безликого Бая?

Непросто встретить кого-то в разрушенном храме посреди пустынных гор. Се Лянь отнёсся к незнакомцу настороженно, но и незнакомец с опаской глядел на Се Ляня. Спустя некоторое время молчания тот наконец попробовал заговорить:

— Уважаемый… даочжан? Вы знаете, что это за место?

Се Лянь чуть нахмурился, поднял голову и ответил:

— А тебе самому это неизвестно? В таком случае, как ты оказался здесь?

— Я заблудился! — ответил незнакомец. — Бродил по округе целый день, но никак не мог выбраться к людям.

Се Лянь прекрасно понял, что просто заблудиться тот не мог. И если это не Безликий Бай собственной персоной, следовательно, его заманила сюда тёмная тварь.

Принц ответил:

— Хватит бродить. Ты отсюда не выберешься.

— Что? Что вы сказали?

Но Се Лянь больше ни слова не произнёс, только продолжил медитировать. Если человека заманил сюда Безликий Бай, спешить куда-то не имеет смысла. Покуда демон сам не пожелает отпустить жертву, никому не выбраться из его лап. Лучше уж спокойно подождать и узнать, что он собрался с тобой сделать.

Человек, похоже, устал бегать, поэтому присел рядом передохнуть. Так они и сидели, не мешая друг другу, покуда из тумана не возник ещё кто-то. Когда другой незнакомец подошёл к храму, Се Лянь увидел такого же озадаченного путника, который, заприметив их, второпях заговорил:

— Уважаемые друзья! Могу я узнать, что это за место?

Двое путников завели разговор, а Се Ляня посетило некое предчувствие.

Что это ещё не конец. Непременно явится ещё кто-нибудь.

Так и вышло. Менее чем за два часа в храме наследного принца собралось несколько десятков людей, мужчины и женщины, старики и дети. Они шли то по одному, то по двое-трое, а то и целыми семьями, и большинство говорили, что заблудились, вот только очень странным образом. Кто-то даже просто шёл по широкой дороге, и вдруг оказался здесь, что казалось невероятным до невозможности. Среди пришедших Се Лянь увидел уличного артиста, который когда-то состязался с ним в разбивании каменной плиты на груди. Выглядел тот не очень хорошо — видимо, в прошлый раз и впрямь заполучил серьёзные повреждения. Они с принцем переглянулись, но промолчали, лишь кивнули друг другу.

Совершенно ясно, что все пришедшие — обычные люди, которых Безликий Бай намеренно заманил в этот древний лес среди диких гор!

Тревожный звон в душе Се Ляня звучал всё громче. Однако он, не подавая виду, выудил из рукава холодную маньтоу и с усилием откусил, с усилием прожевал, а затем так же с усилием проглотил. Принц пытался сохранить как можно больше физических сил, чтобы подготовиться к серьёзной битве, которая, возможно, вот-вот начнётся.

Спустя четыре часа храм наследного принца и даже территория вокруг храма заполнились «заблудившимися». Се Лянь насчитал около сотни человек. И никто из них не мог выйти из этого леса.

Когда людей стало много, храм заполнился шумом, в толпе послышались разговоры:

— Ты тоже оказался здесь случайно? Как-то слишком уж жутко!

Кто-то предложил:

— Может, поищем выход ещё раз?

— Пойдём, пойдём, — кто-то тут же поддержал. — Ну не верю я, что из всех нас ни один не может выбраться!

Се Лянь, сидящий в углу, вдруг поднял голову и вмешался:

— Как ни пытайтесь, бесполезно — выйти не получится.

— Почему это? — толпа обратилась к нему.

Се Лянь ледяным тоном ответил:

— Потому что вы здесь оказались по воле тёмной твари. Вы все — его игрушки. Думаете, он так просто вас отпустит?

— …

Кому-то показалось, что принц намеренно запугивает их; кто-то решил, что это лишь пустая болтовня; но были и те, кто воспринял слова принца всерьёз.

— Кто ты такой? — поднялся один. — И почему так говоришь?

Второй подхватил:

— Кажется, он явился сюда раньше всех. Когда я вышел к храму, он уже сидел внутри.

— Странно как-то…

— Ага! Ещё и лицо скрывает.

— У тебя есть доказательства?

Се Лянь спокойно ответил:

— Доказательств нет. Можете верить, можете не верить — всё одно. Демон заманил вас сюда, и наверняка не для того, чтобы вкусно накормить. Надеюсь, мне не придётся лишний раз напоминать вам соблюдать осторожность.

Никто не успел ничего сказать на это, когда снаружи издалека послышались шаги. Кто-то бежал сюда, так быстро, как только мог. Люди встрепенулись:

— Кто-то ещё явился!

Люди хотели выйти посмотреть, что к ним приближается, но, едва сделав шаг за порог храма, тут же юркнули обратно. Поскольку следом за шагами раздались крики!

Крики были настолько безумными, что даже казалось, человек не может их издавать. Люди переменились в лицах и разом отступили вглубь храма.

— Мамочки, какой же это человек? А вдруг это дикий зверь?!

Фигура из тумана всё приближалась, и Се Лянь, сощурившись, убедился и сказал:

— Нет, это действительно человек!

Вот только человек тот на бегу жутко вопил, к тому же закрывал лицо руками. Он уже почти добежал до храма, и Се Лянь, протиснувшись через толпу, встал в самом первом ряду, чтобы посмотреть, что же всё-таки случилось. Но бедняга, будто слепой, пролетел мимо ворот храма и врезался в дерево, растущее рядом. «Бум!», бегун отлетел на целый чжан, упал на землю и потерял сознание.

Остальные содрогнулись от испуга, сгрудились у выхода из храма, вытянули шеи и зашептались:

— Что… что с этим несчастным?

Знакомый Се Ляню уличный артист и ещё несколько смельчаков решили подойти и осмотреть странного незнакомца, но принц тут же предостерёг:

— Не приближайтесь к нему!

Кого-то опять до дрожи напугал его серьёзный тон:

— Но что же делать? Оставить его лежать там?

— Я сам посмотрю, — ответил Се Лянь.

— Что ж, тогда будь осторожнее!

Принц кивнул в ответ и медленно приблизился к человеку под деревом. Присев на корточки, он собирался отвести руки от лица незнакомца, но тот вдруг снова подскочил и издал два пронзительных крика.

Всё верно, именно два. К тому же, оба прозвучали одновременно. Один издал сам мужчина, а другой послышался от его лица… На лице этого человека росло ещё одно лицо!

Поветрие ликов!

В тот же миг Се Лянь весь покрылся гусиной кожей, а его зрачки сузились до точек. Люди в храме остолбенели от жуткого зрелища. Мужчина тем временем бросился к месту скопления людей, однако Се Лянь оказался быстрее — нанёс удар раскрытой ладонью и отбросил того на несколько чжанов, а сам отступил к воротам храма. Перепуганная толпа за его спиной заголосила:

— Но ведь эта болезнь бушевала только в императорской столице! Так много людей там погибло… И болезнь прекратила распространяться!

— Это ненастоящий недуг, так ведь?! У него правда прямо на лице растёт лицо?!

Но самое страшное, что в следующий миг послышалось ещё больше пронзительных воплей, и к храму, пошатываясь, приблизилось ещё около двух десятков человек.

Не нужно даже смотреть, чтобы понять — все они были больны поветрием ликов!

— Бегите! — закричал кто-то. — Врассыпную! Не давайте им приблизиться!!!

Се Лянь однако предостерёг:

— Не разбегайтесь! Ещё неизвестно, сколько их в лесу! А что если ещё больше? Тогда вам конец!

— Но что нам делать?!

— Нельзя же просто ждать, пока они сами нападут! Это всё равно что смерти дожидаться!

Ветка, которую Се Лянь сломил по пути сюда, ещё висела у него на поясе. Выхватив её и выставив перед собой вместо меча, он произнёс:

— Успокойтесь, они не тронут вас. Войти им в этот храм или нет — только мне решать!

Ведь это же его территория, храм наследного принца!

— Ты…

Не дожидаясь очередного вопроса, Се Лянь ветром вылетел из храма, несколько свистящих взмахов веткой — и поражённые поветрием ликов в тот же миг повалились на землю. Для Се Ляня одолеть их не составило труда, сказал и сделал — никто из заболевших действительно не смог приблизиться к храму. Толпа так и ахнула, зрелище «битвы» потрясло их до глубины души, а увидев, что Се Лянь одержал верх, люди принялись выкрикивать одобрения и громко благодарить Небеса и Землю за помощь.

Тем временем в ночном лесу беспорядочным танцем заморгали призрачные огоньки. Возможно, они хотели помочь Се Ляню прогнать больных? Во всяком случае, принц не заметил, чтобы огоньки пытались ему помешать.

Разделавшись с напастью, он по привычке хотел убрать «меч» в «ножны», однако ничего не нащупав на поясе, вспомнил, что в руках у него вовсе не меч, а простая ветка. Неловко замерев на мгновение, принц вдруг увидел неподалёку фигуру в белом, которая помахала ему рукой. Горячая кровь ещё не остыла в принце после битвы, он тут же бросился в погоню за врагом:

— Не думай сбежать!

И стайка призрачных огней с шорохом полетела с ним, освещая принцу дорогу. Безликий Бай, разумеется, бежать и не собирался — он ступал неторопливо, беззаботно, но всё равно оставался в нескольких шагах впереди. Се Лянь пробежал немного, но потом в его душе кое-что прояснилось, и он повернул назад. Заметив это, Безликий Бай остановился и позвал:

— Почему же ты не следуешь за мной?

Се Лянь, обернувшись, бросил:

— Ты же наверняка хочешь увести меня, чтобы наслать ещё волну поветрия? С какой стати я должен позволить тебе это сделать?

Однако Безликий Бай улыбнулся:

— Нет, ты ошибаешься. Моя цель — не отвлечь тебя. Ты и есть моя цель.

Принц не видел выражения его лица за маской Скорби и радости, но почему-то был уверен, что демон улыбается.

Стратегия «выманить тигра с горы» действительно не очень вяжется с логикой событий. Ведь если Безликий Бай хотел вновь наслать хворь на людей, он мог бы сделать это где угодно, и Се Лянь не имел бы ни единого шанса ему помешать. Для чего начинать распространение болезни именно в безлюдных горах?

Принц остановился.

— Так чего же ты добиваешься?

Этот вопрос он задавал уже бесчисленное множество раз и уже терял всякое терпение.

— Я же сказал, — ответил демон. — Я хочу, чтобы ты перешёл на мою сторону.

Се Лянь направил на него ветку дерева. Никакой угрозы этот жест демону не нёс и, более того, выглядел довольно комично, однако сейчас принц не имел иного оружия. И хорошо ещё, что какой-то особенно яркий призрачный огонёк подлетел и завис над концом ветки, тем самым прибавляя Се Ляню немного воинственности.

— Зачем мне переходить на твою сторону? — резко воскликнул Се Лянь. — Разве что забрать твою жизнь?

Тихо посмеявшись, Безликий Бай мягко произнёс:

— Ваше Высочество. Ты — прекрасный нефрит. Позволь мне наставлять тебя, я научу, как стать произведением искусства.

— …

Се Ляня его слова и рассмешили, и возмутили. Он не выдержал, с презрением сплюнул и процедил:

— Считаешь, что достоин быть моим наставником? Мой учитель — советник государства Сяньлэ. А ты кто такой?! Откуда ты взялся, монстр?!

Демон вытянул руку и покачал пальцем.

— Ты вновь ошибаешься. Ваше Высочество, следует уточнить, что во всём мире лишь я один достоин быть твоим наставником. Твой учитель? Советник государства Сяньлэ? — В его голосе слышалось безграничное презрение. — Передо мной не стоит даже упоминать эту дрянь. А то, чему я тебя научил, ты прекрасно запоминаешь.

Се Лянь разгневался:

— Чему ты научил меня? Что за вздор? Я не понимаю ни слова!

Безликий Бай усмехнулся:

— Первое, чему я научил тебя: на свете существует множество вещей, изменить которые ты абсолютно бессилен.

В памяти Се Ляня замелькали бесчисленные и беспорядочные звуки и картинки. В результате он, стиснув зубы, нанёс удар своим «оружием», но демон с лёгкостью уклонился.

— Второе… — Он одним движением схватил Се Ляня и с такой силой дёрнул на себя, что тот едва не упал, а потом мягко погладил по голове. — Ты стремился помогать людям, попавшим в беду? Но им совершенно не требуется, чтобы ты им помогал. Они этого не достойны.

Се Лянь снова застыл на миг, отбросил ненавистную руку и опять напал. Но вот послышался треск — это Безликий Бай сломал ветку в руке принца, в мгновение ока очутился у него за спиной и коснулся двумя ледяными пальцами затылка, грозясь нанести смертельный удар!

Се Лянь почувствовал, что демон в любой момент может просто продырявить ему голову насквозь, и замер как вкопанный. Позади него раздался голос:

—Откажешься перейти на мою сторону — никогда меня не одолеешь, будешь вечно проигрывать мне.

Принц сделал несколько тяжёлых вдохов и выдохов, после чего уверенно выкрикнул:

— Ну так давай!.. — Сделав паузу, он отчеканил слово за словом: — Я не способен одержать победу, но лишь сейчас. Ты можешь бессчётное множество раз меня повергнуть, но тебе не убить меня. А покуда тебе меня не убить, когда-нибудь настанет день, и я непременно тебя одолею!

Услышав слова принца, призрачный огонёк загорелся ещё яростнее, будто хотел озарить своим светом целое ночное небо. Безликий Бай замолчал ненадолго, затем спросил:

— Мне тебя не убить?

У Се Ляня перехватило дыхание.

На самом деле принц и сам не знал, до какой поры продержится бессмертное тело, которое ему даровал Цзюнь У. Но что если Безликий Бай в приступе гнева правда продырявит его голову? Останется ли тогда принц в живых?

Демон заговорил снова:

— Да, я действительно не могу тебя убить. Но я и не стану этого делать. Но не будь столь самоуверен. Смотри не пожалей об этом в будущем.

Пожалеть? Почему принц должен был пожалеть?

Се Лянь ещё не успел осознать этих слов, когда получил удар ребром ладони по шее сзади, и перед глазами всё погрузилось в темноту.

И в этой темноте откуда-то издалека принц чувствовал свет и тепло. Последовав за этим светом, он понемногу пришёл в себя.

С трудом открыв глаза, первым делом Се Лянь увидел над собой призрачный огонёк. Вероятно, свет и тепло, которые принц чувствовал сквозь дымку забытья, исходили от него.

Увидев, что Се Лянь пробудился, огонёк тут же метнулся к нему, однако решил, что слишком близко подлетать тоже не следует, и сразу отступил на более почтительное расстояние. Се Ляню всё время казалось, что этот огонёк какой-то особенный, и если принцу не изменяла память, это именно он призвал своих собратьев задержать Се Ляня на пути сюда. Принц попытался протянуть руку, однако… ничего не вышло.

Изумление помогло пробудиться окончательно. Тогда-то принц огляделся и наконец осознал, что не может пошевелиться по одной простой причине — он связан по рукам и ногам.

Оказывается, его крепко привязали к божественному постаменту, усадив прямо на полуразрушенное основание статуи божества. А внизу под этим постаментом собралось огромное множество людей, которые во все глаза смотрели на него.