Благословение небожителей (Новелла) - Глава 194

Се Лянь, всё ещё захваченный пронзительными криками духов, не сразу пришёл в себя, под маской его лицо покрылось холодным потом.

— Не нужно обращаться ко мне подобным образом, — ему явно было не по себе от слов «Ваше Высочество».

Каждый раз они словно напоминали ему о чём-то и тем самым чрезмерно раздражали, каждый раз его сердце обдавало страхом.

Но Умин возразил:

— Его Высочество навсегда останется Его Высочеством.

Принц, обратив к нему взгляд, конечно, не увидел лица воина, только улыбающуюся маску. И тот, в свою очередь, тоже видел лишь мертвенно-бледную маску на лице Се Ляня.

Принц пригрозил:

— Посмеешь ещё раз так назвать — и я развею тебя по ветру. Не думай, что ты в самом деле настолько силён.

Юноша в чёрном молча склонил голову. Се Лянь, успокоившись, продолжил:

— Осмотри окрестности излучины Ланэр, отыщи самое подходящее место для высвобождения духов.

— Слушаюсь.

Се Лянь закрыл глаза, посидел так немного, затем снова открыл и, увидев перед собой воина, нахмурился:

— Почему ты ещё здесь?

— Место будет определено, — ответил тот. — Но что насчёт времени?

— Времени?

— Души умерших изнывают от нетерпения, нужно найти для них объект проклятия, нельзя тянуть слишком долго.

И действительно, тянуть слишком долго нельзя. Помолчав немного, Се Лянь ответил:

— Через три дня.

— Почему именно через три?

По какой-то причине Се Лянь чувствовал некое раздражение, говоря с ним.

— Через три дня наступит полнолуние, мощь насланного поветрия ликов многократно возрастёт. Ты задаёшь слишком много вопросов. Ступай скорее, это всё, что от тебя требуется.

Умин ответил кивком и бесшумно удалился. Се Лянь вновь сомкнул веки и накрыл лоб рукой, в надежде хоть немного облегчить головную боль. Неожиданно за его спиной послышался ехидный смешок.

При первых же звуках Се Ляню показалось, что вся кровь в его теле замёрзла. Резко повернувшись, он увидел позади на божественном постаменте белоснежную фигуру в маске Скорби и радости, в погребальном облачении с широкими рукавами, закрывающими руки.

Безликий Бай!

Се Лянь выхватил меч и нанёс удар, но демон схватил клинок, со звоном зажав между пальцами, и вздохнул:

— Как я и думал, этот образ тебе весьма подходит.

Сейчас, если не снимать маски, они оба выглядели практически одинаково с головы до пят. Завязалась битва, и если бы за тем, как двое в белом одеянии обмениваются ударами, наблюдал кто-то посторонний, он бы ни за что не смог различить, кто есть кто. Безликий демон легко уходил от меча Се Ляня, при этом разглагольствуя:

— Ваше Высочество, не считаешь ли себя виноватым перед родителями за то, что похоронил их в чужой земле, такой неплодородной и холодной?

Сердце Се Ляня ухнуло вниз.

— Ты посмел тронуть тела моих царственных родителей? Ты уничтожил их останки?!

— Нет, как раз наоборот. Я помог тебе похоронить их достойно.

Се Лянь так и застыл, а Безликий Бай продолжил:

— Я перенёс их тела в императорскую усыпальницу Сяньлэ, а также облачил в редкое одеяние, которое сохранит их в целости на тысячи лет. И когда ты отправишься повидаться с ними в следующий раз, сможешь видеть их лица, словно они ещё живы, — затем он рассказал Се Ляню о местоположении усыпальницы и о том, как в неё попасть. Всё это должны были поведать принцу его отец и наставник, но только они не успели. Один мёртв, другой потерян без вести.

В душу Се Ляня закрались подозрения.

— Откуда тебе может быть известно, как проникнуть в императорскую усыпальницу Сяньлэ?

Демон улыбнулся:

— Мне ведомо всё, что касается тебя, Ваше Высочество.

— Ни черта тебе не ведомо! — выругался Се Лянь.

И всё-таки принцу непривычно было слышать подобные грубости, вылетающие из собственного рта.

Словно вновь догадавшись о ходе мыслей принца, Безликий Бай внимательно посмотрел на него и мягко произнёс:

— Не страшно. Начиная с этого момента, больше ничто тебя не сдерживает, никто не возлагает на тебя излишних надежд, и более того, никто не узнает, кто ты такой. Поэтому тебе дозволено творить всё, что душе угодно.

В груди Се Ляня совершенно естественно зародилось странное чувство.

Зачем этот монстр явился к нему? Чего он хочет?

Выразить дружественные намерения.

Да. Звучало довольно смехотворно, однако интуиция подсказала Се Ляню, что тварь именно этим и занимается. Достойное погребение родителей и утешение принца — всё это служило одной цели.

Он наверняка безмерно счастлив, счастливее, чем в какую-либо другую их встречу. Словно видеть такого Се Ляня доставляет демону удовольствие, так что он даже невольно начал относиться к принцу с заботой, по-родному. И эта забота на какой-то момент даже растрогала Се Ляня, но затем его захлестнуло отвращение.

Принц ледяным тоном отрезал:

— Не радуйся слишком рано. Не думай, что я позволю такой твари как ты существовать на свете. Когда уничтожу Юнань, приготовься — я приду поквитаться с тобой!

Безликий Бай развёл руки в стороны со словами:

— Прошу, с огромным удовольствием. Пусть даже ты пожелаешь меня убить, я всё равно буду ждать тебя здесь. Когда ты действительно станешь достаточно сильным, чтобы расправиться со мной, твоё обучение у мастера будет завершено. Вот только…

Кажется, под маской его улыбка чуть померкла.

— Ты… в самом деле сможешь уничтожить Юнань?

— Что ты хочешь сказать?

— Совершенно ясно, что ты мог бы сделать это прямо сейчас, почему же намеренно отложил на три дня? Неужели, когда дошло до дела, ты вновь предаёшься колебаниям? Неужели тебе не хватает решимости свершить месть даже после полной потери своей семьи и страны? Неужели мне предстоит увидеть очередной провал Его Высочества наследного принца?

«Провал» — это слово невыносимо резануло слух. Се Лянь вскинул меч и ринулся в атаку, однако оказался повален на пол одним пинком.

Каким-то образом демону удалось отнять у принца чёрный меч, мягкость и сердечность в голосе мгновенно обернулись презрением:

— Знаешь, на кого ты сейчас похож?

Се Лянь схватился за белоснежный сапог, которым его придавило к полу, но как ни старался, не мог сдвинуть его ни на волос.

Безликий Бай, чуть склонившись к нему, продолжил:

— Ты похож на маленького ребёнка, который всё делает назло. Но решимости в твоих действиях нет ни капли.

Се Лянь в гневе выкрикнул:

— Кто сказал, что у меня нет решимости?!

— Ну а что же ты сейчас делаешь? Где твоё проклятие? «Чтобы они все сдохли, все до одного» — где всё это? Бедные, бедные твои родители, твоё войско и твой народ, которым не посчастливилось повстречать такое божество! Ты не мог защитить их, пока они были живы, а после их смерти ты даже отомстить за них не способен! Бесполезная дрянь!

Он приложил силу, и из горла Се Ляня под маской Скорби и радости брызнула кровь.

Безликий Бай приставил к шее принца остриё сверкающего словно чёрный нефрит меча и провёл им по проклятой канге, пробуждая воспоминания.

— Хочешь, я напомню тебе ощущения от того, как твоё сердце сотню раз пронзает меч?

Невыносимый ужас заставил Се Ляня задержать дыхание, он не смел пошевелиться. Но демон, напугав его, вновь сделался доброжелательным.

Он убрал сапог и усадил Се Ляня, пока того сковало ужасом, потом повернул его лицо, чтобы тот куда-то посмотрел, и сказал:

— Погляди, погляди же. Вот как ты теперь выглядишь.

Он заставил Се Ляня взглянуть на разбитую божественную статую на разбитом божественном постаменте.

Цветок и меч из рук изваяния давным-давно пропали, его обожгли пожаром, изрубили топорами и тесаками, подняли и бросили о пол. Половина статуи почернела от пламени, тут и там откололись куски, больно смотреть. И впрямь очень похоже на образ Се Ляня, который существовал в его сознании обрывками.

— И кого же ты должен благодарить за то, что сделался таким? Думаешь, меня?

Он будто насильно промыл Се Ляню мозги, вновь залив ему в голову нечто новое, отчего принц чувствовал себя всё более сбитым с толку, сомневающимся во всём. Он даже забыл о своей ярости и растерянно спросил:

— Какова же в итоге твоя цель? Для чего ты привязался ко мне?

— Я уже говорил, — ответил демон, — что буду наставлять тебя. И третья вещь, которой ты должен научиться: если не можешь спасти этот мир, то уничтожь его. Только попирая этих людей ногами, ты заставишь их поклоняться себе!

Голову Се Ляня вдруг объяло болью, словно она вот-вот взорвётся. Обхватив её обеими руками, принц закричал.

Озлобленные духи!

Плач и крики бесчисленных духов раздавались в его голове, так что от боли он готов был кататься по земле. Безликий Бай же лишь рассмеялся и мягко произнёс:

— Они уже не могут ждать. Не выпустишь поветрие ликов, не дашь проклятию цели через три дня — и сам станешь этой целью. Знаешь, во что ты тогда превратишься?

Се Лянь почувствовал, как ледяная рукоять чёрного меча вновь легла в его ладонь, а возле уха прозвучало:

— У тебя нет шанса повернуть назад!

Лишь когда боль медленно спала, Се Лянь опустил руки и открыл глаза. В разрушенном храме наследного принца он остался один, а демон в белом, выглядящий в точности как он сам сейчас, исчез.

Неизвестно, сколько уже прошло времени, но снаружи давно спустилась ночь, поэтому в храме было темно, без единого лучика света. Се Лянь вдруг кое-что осознал.

Из трёх дней один… уже прошёл.

И тут в непроглядной темноте как будто сверкнуло что-то белое.

Се Лянь, решив, что ему померещилось, повернулся, а когда увидел, что это за вспышка, то его зрачки под маской сузились.

Схватив то, что увидел, он проговорил:

— Откуда… откуда здесь цветок?

Свежий белый цветок с маленькими хрупкими лепестками, который кто-то вложил в левую руку полуразрушенной почерневшей статуи, на фоне темноты вокруг казался ещё белее и печальнее. Создавалось впечатление, что статуя претерпела все нанесённые ей раны, только чтобы защитить крохотный цветок.

Се Лянь сам себе не мог объяснить, почему от этой картины его охватил такой безудержный гнев.

— Призрак, выходи! — закричал он.

Вскоре перед ним действительно появился тот воин в чёрном с саблей на поясе.

Он ещё ничего не успел сказать, как Се Лянь напустился на него:

— Откуда здесь цветок? Кто это сделал? Ты?

Умин чуть склонил голову, недолго посмотрел на цветок, который принц так сильно сжал в руке, что казалось, вот-вот разотрёт в порошок, и в конце концов прошептал:

— Не я.

— Кто же тогда оставил здесь его?!

— Почему Ваше Высочество так рассердились, увидев цветок?

Се Лянь помрачнел ещё сильнее, бросил цветок на пол и пробормотал:

— Это отвратительная злая шутка.

— Почему Ваше Высочество посчитали это злой шуткой? Возможно, здесь в самом деле ещё остались последователи, которые поклоняются вам.