Благословение небожителей (Новелла) - Глава 200

Именно в этот момент двое неожиданно почувствовали волну дрожи, улыбки мгновенно исчезли с их лиц, взгляды сделались настороженными.

— В чём дело? – немного обеспокоенно спросил Се Лянь. – Это дрожит божественное изваяние? Оно ведь не рухнет?

Всё-таки печать на Медной печи была сделана из огромного камня в десять тысяч цзиней, полного тёмной энергии. И если из-за этого громадная статуя развалится, принца постигнет безмерное раскаяние. Ведь это лучший его образ, высеченный для него Хуа Чэном.

— Не стоит волноваться, — сказал Хуа Чэн. – Статуя в порядке. Это дрожит гора.

Так и есть – внизу стремительным потоком сходил снег, в некоторых местах обнажилась сама гора. Похоже, что-то пыталось вырваться из Медной печи.

Хуа Чэн заслонил Се Ляня собой, а принц произнёс:

— Это Безликий Бай.

Разумеется, принц не стал бы самонадеянно полагать, что каменная статуя одним ударом раздавила бы Безликого Бая насмерть. Возможно, он лишь недолго находился в бессознательном состоянии, и потому не стоило терять бдительность. Однако вскоре на них налетела волна раскалённого воздуха.

Эта волна выплеснулась из жерла бездонного вулкана и несла в себе запах вулканической серы.

Се Лянь инстинктивно ощутил приближение опасности, Хуа Чэн тоже серьёзным тоном произнёс:

— Гэгэ, уходим!

Се Лянь сложил руки в магической печати и вместе с Хуа Чэном взбежал по руке статуи, в несколько прыжков оказавшись на её плече. Изваяние, слушаясь приказа, сдвинулось с места и помчалось вниз с горы вместе с бурным снежным потоком. Одно скольжение, и позади оставались несколько ли, в стороны летели снежные волны. Руки статуи оказались свободны, что позволяло огромному изваянию в десять тысяч цзиней держать равновесие. Но только они добрались до середины спуска, как гора содрогнулась сильнее прежнего, отчего божественная статуя едва не упала. Обернувшись, Се Лянь и Хуа Чэн увидели, как вместе с оглушительным грохотом, потрясшим небеса и землю, из вершины Медной печи, словно способный уничтожить целый мир, повалил столб чёрного дыма!

Се Лянь так и остолбенел от этой картины. Но в тот же миг небо над ними заволокло густыми чёрными тучами, и в этих тучах, скрывших солнечный свет, замелькали бесчисленные человеческие лица, руки, ноги… Невероятно жуткое зрелище!

Се Ляню уже доводилось видеть нечто подобное несколько сотен лет тому назад. И вот сегодня пришлось узреть снова!

— Это ведь…?

Хуа Чэн сосредоточенно ответил:

— Души погибших людей Уюна.

Должно быть, души всех погребённых под пеплом извергшегося вулкана жителей Уюна собрались над ними.

Хуа Чэн вдруг воскликнул:

— Гэгэ, внизу, в десяти чжанах!

Се Лянь немедля приказал божественной статуе нанести удар каменной рукой в указанном направлении.

Там среди белого марева стояла белая фигура. Безликий Бай. Он почти слился со снежным потоком воедино, и всё же не укрылся от их глаз. От удара толстый пласт снега поднялся огромной волной, но цель ускользнула.

Подвергшись совершенно недавно атаке каменной статуи в темноте, на этот раз демон, разумеется, был готов. Белый силуэт мелькнул, а уже в следующий миг очутился на колене громадного изваяния. Статуя, не промедлив ни мгновения, занесла руку для удара, но на полпути Се Лянь, сжав зубы, приложил усилие, чтобы её остановить, и подумал: «Ещё немного, и я бы попался!»

Статуя только что пробилась через печать Медной печи собственной головой, и если Се Лянь позволил бы изваянию нанести удар каменной ладонью по каменным коленям, малейшая ошибка могла бы привести к тому, что оно лишилось бы руки или ноги. Похоже, это и была цель Безликого Бая – заставить статую навредить самой себе. Се Лянь вовремя приказал каменному божеству остановиться, а тем временем Хуа Чэн медленно вынул из ножен длинный и тонкий серебряный клинок своей сабли.

— Убирайся, — бросил он Безликому Баю.

Безликий Бай поднял голову, глядя на них. Хуа Чэн с угрозой добавил:

— Не тебе касаться этой статуи своими грязными лапами.

Неожиданно Се Лянь воскликнул:

— Сань Лан!!!

Он указал на вершину Медной печи. За чёрным дымом нечто выплеснулось наружу.

Нечто текучее, цвета алого золота, обжигающе-кипящее.

Вулканическая лава!

Красно-золотая лава смешалась с клубами чёрного дыма и потекла вниз с горы, накрывая всё на своём пути. Воспользовавшись замешательством, Безликий Бай спрыгнул со статуи и исчез среди снегов. Се Лянь, отбросив мысль броситься в погоню, закричал:

— Бежим!

Громадная статуя, послушавшись приказа, в несколько широких прыжков, которые грохочущим эхом раздались по округе, сбежала с Медной печи. Казалось, земля содрогнулась, когда ноги статуи коснулись ровного подножия горы!

Изваяние двигалось быстро, однако лава и чёрный дым также поражали скоростью – пугающий поток почти настиг их. Оказавшись внизу, Се Лянь не решился останавливаться, тут же велел статуе подняться и бежать прочь. На бегу принц понял, что скорость статуи снижается! В душе это показалось ему странным и нехорошим знаком, принц даже решил было, что ему лишь померещилось, когда вместе с каменным исполином он остановился и ухнул вниз.

Изваяние, перестав слушаться, встало на месте и опустилось на одно колено!

Затем и вовсе подалось вперёд, словно лишилось сил и вот-вот свалится от усталости. Сердце Се Ляня мгновенно подскочило к самому горлу.

Беда! Они падают!

И огненный поток вот-вот настигнет их!

Прямо в этот момент Се Лянь ощутил на поясе руки Хуа Чэна, который притянул его к себе, одной рукой крепко обнял за талию, другой приподнял голову за подбородок и прижался чуть холодными губами.

— …

Принц округлил глаза, затем его грудь наполнил приятный освежающий поток, который растёкся по всему телу, придавая сил. Поцелуй вышел коротким – Хуа Чэн почти сразу отстранился и сказал:

— Гэгэ, попытайся ещё раз поднять её!

Се Лянь немедленно пришёл в себя, сложил руки в печати, и статуя, которая уже почти упала лицом вниз, резко выбросила вперёд руки, упираясь в землю.

И следующим шагом поднялась снова!

Оказывается, изваяние не только с виду истратило все силы – это случилось на самом деле. Чтобы управлять таким огромным божественным образом, необходимо затратить страшное количество магических сил, и принц без остатка сжёг те, что ему передал Хуа Чэн перед прыжком в жерло вулкана. Не удивительно, что статуя замедлилась и стала падать. Только вновь ощутив магические силы, статуя «ожила». И на этот раз она бежала быстрее прежнего, двигалась намного проворнее. Однако Хуа Чэн воскликнул:

— Гэгэ, ещё быстрее!

Се Лянь и сам хотел бы приказать статуе бежать быстрее, но в то же время переживал, что так затратит больше магических сил, поэтому неуверенно спросил:

— Выдержит ли она? Что если магические силы опять иссякнут?!

Уверенный голос Хуа Чэна прозвучал возле уха принца:

— Этого не случится, думай только о скорости! Никогда ничего не бойся, я здесь, с тобой!

Хуа Чэн стоял рядом, крепко держа принца руками за талию. И присутствия его одного было достаточно, чтобы Се Лянь почувствовал, будто бы весь мир встал на его сторону. Принц сделал глубокий вдох, закрыл глаза и ответил:

— Хорошо.

Затем вытянул руки вперёд, задействовал все магические силы, чтобы сложить самую сильную печать, и выкрикнул приказ:

— Беги!

Бум! Бум! Бум! Бум!

Каменная божественная статуя понеслась вперёд, одним прыжком преодолевая несколько ли, перескакивая через ущелья и перелетая через холмы. Они действительно оставили чёрные дымовые облака и лаву далеко позади! На такого огромного «бегуна» было невозможно не обратить внимание, от одного его шага волной расходилась мощная дрожь, будто с небес падали булыжники!

Эта дрожь затронула бесчисленных демонов, рассеянных по всей территории горы Тунлу, и все они растерянно остолбенели. Многие, задрав головы, увидели собравшиеся в небе чёрные тучи, однако только подивились, не придавая большого значения. Всё-таки они находились в месте, где могло случиться что угодно, и это всего лишь озлобленные духи, а демоны практически ничем от них не отличаются, каждый день таких встречается несметное множество – чего тут бояться?

Но стоило демонам узреть огромную бегущую статую Бога Войны, они так и застывали, потрясённые …

Это что ещё такое?!

Тут же раздались испуганные вопли:

— Какая громадина-а-а-а-а-а!

Им никогда не доводилось встречать настолько исполинские статуи. Зрелище поистине пугающее!!!

Сначала Се Лянь хотел обогнуть столицу Уюна, чтобы его божественная статуя не превратила в руины старинные здания с двухтысячелетней историей, но вдруг вспомнил:

— Сань Лан, Генерал Пэй, Повелитель Дождя и остальные… они ведь всё ещё где-то здесь?

— Да.

— Возвращаемся, возвращаемся, — торопливо велел изваянию Се Лянь. – Мы кое-что забыли, подберём и унесём их тоже!

Статуя, которая бежала слишком быстро, резко остановилась, даже отшатнувшись, и уже развернулась назад, когда Се Лянь вдруг ощутил, как всё вокруг содрогнулось, под ногами опустело, и сам он подлетел в воздух.

Только тогда принц осознал, что же произошло.

Статуя упала!

Се Лянь и Хуа Чэн ровно опустились на грудь каменного колосса. Приказывая статуе подняться, принц посмотрел вперёд и обнаружил, что изваяние упало не по его вине, а по иной причине.

Перед ними вздымалась высокая гора.

Конечно, она не могла сравниться по высоте с Медной печью, но всё же оказалась выше каменной статуи принца. Се Лянь прекрасно помнил, что они не перебирались через гору, когда бежали вперёд, поэтому заглянул дальше, через неё.

Как и следовало ожидать, за первой горой встали ещё две, примерно такие же по высоте. Три величественные горы преградили огромной каменной статуе божества путь назад.

— Гэгэ, будь осторожен, — предостерёг Хуа Чэн. – Это и есть «стражники» горы Тунлу. «Старость», «Болезнь» и «Смерть».