Благословение небожителей (Новелла) - Глава 210

Се Лянь переспросил:

— К-какая награда?

Хуа Чэн спросил в ответ:

— А как ты думаешь?

Принц живо представил, как Хуа Чэн приподнял бровь и дёрнул уголком губ. У Се Ляня не поворачивался язык что-то на это отвечать.

— Кстати говоря, — продолжил Хуа Чэн, — гэгэ задолжал мне немало магических сил и до сих пор не вернул. Я ведь не ошибаюсь?

Се Лянь осторожно ответил:

— Нет.

— И что же, гэгэ уже придумал, как будет мне их возвращать?

Се Лянь, помолчав, сказал:

— Тоже нет.

Хуа Чэн, кажется, улыбнулся, и произнёс:

— Раз ты не придумал, быть может, я сам что-нибудь предложу? Когда все дела будут улажены и ты сможешь от них отдохнуть, мы вместе постепенно произведём возврат долга. Согласен?

Се Лянь, с трудом выдерживая напор Хуа Чэна, то и дело бросал осторожные взгляды на Цзюнь У.

— Гм, гм, — невпопад ответил принц.

Хуа Чэн же, шаг за шагом увлекая Се Ляня в свои сети, наконец получил желаемый ответ и остался вполне доволен, поэтому временно пощадил его и спросил:

— Так что же? Для чего гэгэ в кои-то веки первым связался со мной при помощи духовной связи?

Цзюнь У внимательно наблюдал за Се Лянем.

Он велел принцу связаться с Хуа Чэном, чтобы демон успокоился, нескоро заметил неладное и оставался послушно сидеть внизу. Разумеется, Се Лянь понимал, что хочет услышать Цзюнь У, поэтому медленно произнёс:

— На самом деле никакого особенного повода нет, просто я боялся, что ты забеспокоишься, если от меня долго не будет вестей.

— Э? Но ведь гэгэ только что сам говорил, что ушёл лишь на пару часов. С какой стати тебе бояться, что я забеспокоюсь?

Се Лянь совершенно запутался, занервничал, и в то же время ему стало немного смешно.

— Я понял, — вдруг сказал Хуа Чэн.

Се Лянь задержал дыхание на миг и спросил:

— Что ты понял?

С той стороны, кажется, послышался лёгкий смешок, затем Хуа Чэн, растягивая слова, произнёс:

— Гэгэ, неужели, расставшись со мной совсем ненадолго, ты так сильно по мне соскучился?

— …

Если раньше их диалог звучал размыто и довольно прилично, эта фраза прозвучала совсем уж неприкрыто, и как ни старайся, не получится притвориться, что в ней нет никакого подтекста. Под внимательным взглядом Цзюнь У лицо Се Ляня начало гореть, спустя некоторое время он тихо хмыкнул:

— Гм.

Хуа Чэн тоже понизил голос:

— И я тоже. Мне так хочется прямо сейчас забрать тебя с Небес.

Сердце Се Ляня обдало лёгким жаром и подвесило в воздухе, он встретился взглядом с Цзюнь У.

Если Хуа Чэн в самом деле явится в столицу бессмертных, что они будут делать? Что с демоном сделает Цзюнь У?

С трудом подавляя эмоции, принц постарался ответить как можно естественнее:

— Всё же не стоит. Здесь творится полная неразбериха, а если ты появишься в чертогах Верхних Небес, только сильнее перепугаешь небесных чиновников. Подожди ещё немного.

Хуа Чэн лениво протянул:

— Хорошо, гэгэ, я не стану подниматься и пугать их. Мне претит этот слепящий свет вашей столицы бессмертных, к тому же люди, стоящие в круге, нуждаются в моей поддержке. Я послушно буду ждать твоего возвращения.

Се Лянь не то выдохнул с облегчением, не то облился потом, и сказал:

— Хорошо. Будь умницей.

— Только, если я буду умницей, гэгэ ведь не может вернуться ко мне с пустыми руками? Мне полагается награда за труды.

— Непременно, непременно.

Они обменялись ещё парой незамысловатых, но двусмысленных фраз, затем несколько раз попрощались, никак не желая прекращать беседу, и наконец вышли из сети духовного общения.

Се Лянь тихонько выдохнул, а Цзюнь У заметил:

— Вижу, Сяньлэ весьма увлекательно проводил время в мире смертных.

Принц не знал, что на это отвечать. Цзюнь У же похлопал принца по плечу, развернулся и направился к выходу из дворца.

— Владыка! – позвал за его спиной Се Лянь.

Тот остановился.

— Кто же вы такой? – спросил принц. – Вы Владыка? Или же нечто иное?

Подозревая советника в возможной связи с Безликим Баем, Се Лянь с трудом принимал подобный факт. Но связь Цзюнь У с демоном просто переворачивала весь мир с ног на голову.

Ведь Цзюнь У – первый Бог Войны трёх миров, которым Се Лянь всегда восхищался, на которого стремился походить!

Но Цзюнь У не ответил ему и ушёл, не сказав ни слова. Се Лянь остался в одиночестве и, обдумывая план действий, утомлённо поплёлся во внутренние покои дворца.

Дворец Сяньлэ превратился для него в клетку, но клетку весьма роскошную. Во внутренних покоях даже установили бассейн из белого нефрита для омовения. Попав в Медную печь и сражаясь с белым демоном несколько дней кряду, пробираясь где ползком, где кувырком, теперь Се Лянь настолько утомился, что решил – всё равно он ещё нескоро покинет это место, почему бы не принять омовение и не освежиться немного?

Скинув одежды, принц погрузился в горячую воду и, опершись на край бассейна, принялся бессознательно перебирать и складывать свои одеяния. И вдруг из верхнего халата что-то выпало и со стуком прокатилось по полу. Приглядевшись, Се Лянь увидел изящные, искусно вырезанные игральные кости.

Принц подобрал кости и сжал в ладони, вспомнив слова, сказанные ему Хуа Чэном: «Если хочешь увидеться со мной, ты всегда сможешь это сделать, и не важно, какое число выпадет на костях».

На самом деле во время их разговора некоторые фразы уже прозвучали достаточно неестественно, чтобы Хуа Чэн догадался – что-то не так. Но даже если тот почувствует неладное, подняться сюда всё равно не сможет, поскольку столица бессмертных оказалась ограждена от остального мира барьером, который Цзюнь У установил лично, а значит, только Владыка мог снять барьер.

Прекрасно осознавая сложившееся положение, Се Лянь понимал, что, выбрось он на костях хоть две шестёрки, Хуа Чэна не увидит, и всё же решил попробовать. Кости со стуком прокатились по краю бассейна, и невезение принца его не подвело – выпало две единицы. Как и следовало ожидать, никакого результата это не принесло.

Се Лянь вздохнул и уж было окунулся в бассейн с головой, как вдруг услышал:

— Гэгэ.

Принц тут же выпрямился, с шумом подняв волну брызг.

— Сань Лан?

Неужели он и правда вызвал Хуа Чэна???

Однако, посмотрев по сторонам, принц никого не обнаружил. Но голос, который он только что слышал, не мог быть иллюзией, вызванной его собственными чаяниями. Покуда сердце Се Ляня заколотилось как бешеное, до него снова донёсся голос:

— Ваше Высочество!

— …

И тут принц наконец заметил, что голос исходит из его собственного рта!

Просто в просторном помещении, наполненном клубящимся паром и шумом воды, он искажался и казался немного нереальным. Се Лянь на мгновение замер, но сразу же понял, в чём дело – Перемещение души!

Удивлённый и обрадованный, он воскликнул:

— Повелитель Ветров?!

Из его рта снова послышалась взволнованная речь:

— Да, это я! Ха-ха-ха-ха, не ожидали? Моё Превосхо… то есть, я снова обзавёлся магическими силами!!!

Ранее было сказано, что Перемещение души применяется крайне редко из-за огромных затрат магических сил. Оно сильнее заклинания духовного общения, но в то же время хитрее и применяется нечасто, поэтому при установке магического заслона мало кто задумывается включить его в число ограничений.

Во время битвы с Божком-пустословом Ши Цинсюань и Се Лянь уже обменивались душами. Впоследствии Ши Цинсюань лишился магических сил, и для него дверь в душу Се Ляня закрылась с одной стороны. И вот открытый когда-то проход пригодился снова!

— Цинсюань, — заговорил принц, — но для Перемещения души требуется так много магических сил, где вы их взяли? – Впрочем, только задав вопрос, Се Лянь и сам понял – где же ещё он мог взять магические силы?

И он оказался прав, Ши Цинсюань ответил:

— Долгая история! А хотя… не такая уж и долгая. Этот ваш Собиратель цветов под кровавым дождём дал мне несколько чёрненьких конфеток, поразительно чудесных! Едва проглотив их, я тут же ощутил мощнейший прилив магических сил! Пусть не навсегда, но на какое-то время их всё же хватит, например, чтобы связаться с вами. Только на вкус странноватые… тьфу-тьфу-тьфу!

— …

Се Лянь невольно вспомнил конфеты со вкусом демонов, съеденные Пэй Мином, и подумал, что Хуа Чэн, должно быть, дал ему нечто похожее, только для поднятия уровня магических сил.

— А кто только что назвал меня «гэгэ»?

— Я!

Се Лянь, не зная, плакать, или смеяться, спросил:

— Зачем вы это сделали? Я было решил…

— Знаю, вы решили, что это Собиратель цветов под кровавым дождём явился к вам?

Се Лянь тихо кашлянул, а Ши Цинсюань добавил:

— Это он велел мне так назвать вас. Он сказал, что так вы поймёте, что он рядом, и это вас успокоит.

И это действительно сработало. Услышав «гэгэ», Се Лянь хоть и удивился, но в большей степени всё-таки успокоился.

— Он сейчас рядом с вами? Как дела в императорской столице? Озлобленные духи не доставили вам хлопот?

— В столице всё замечательно, духи уничтожаются. Только вот, когда Собиратель цветов под кровавым дождём связался с вами при помощи заклинания духовного общения, он то улыбался, как будто говорил с вами не знаю о чём, то вдруг, опустив руку и прекратив разговор, сделался до ужаса угрюмым и сразу велел мне попытаться переместиться к вам сюда. О, верно, Ваше Высочество, он просил вам передать: «Ваше Высочество, пожалуйста, оденьтесь». Несколько раз напомнил! К чему такая спешка? В чертогах Верхних Небес ведь нельзя простудиться.

— …

Се Лянь чуть не грохнулся в обморок, со скоростью молнии схватил и набросил на себя одежду, заикаясь:

— О-о-о-он… Сань Лан, он… может меня видеть???

— Ага! Мне ведь тоже довольно хлопотно всё время описывать ему, что тут происходит, так что я просто передаю ему всё, что вижу и слышу. Он знает, что вы делаете и что говорите. Только не может сам передать вам весть или управлять вашим телом, вот и всё.

Ваше Превосходительство, вы уж слишком откровенны!!!

Знал бы раньше, — и не подумал бы об омовении… А ведь принцу казалось, что придётся ещё поломать голову, прежде чем найдётся способ выйти из создавшегося в столице бессмертных положения!

— Не волнуйтесь, Ваше Высочество, я же не думал, что вы так переживаете по этому поводу. Мы все здесь мужчины, и вы раньше тоже смотрели на градоначальника Хуа. Да и не так уж много я рассмотрел…

Он и правда излишне откровенен. Се Лянь ударил себя ладонью по лбу и быстро оделся, затем схватил игральные кости и направился из внутренних покоев, говоря на ходу:

— Сань Лан, как ты понял, что что-то случилось?

Помолчав, Ши Цинсюань ответил:

— Собиратель цветов под кровавым дождём говорит, что понял это сразу, как только вы обратились к нему. Вот то, что градоначальник Хуа хочет вам передать: «Гэгэ столь застенчив, как он мог по своей воле назвать мой пароль для духовного общения, не случись с ним ничего серьёзного?»

— …

Как и предполагал Се Лянь, причина в этом. Ши Цинсюань, похоже, говорил Хуа Чэну:

— Ладно, ладно, я не трачу время на болтовню, перехожу к делу. – Затем он снова обратился к принцу: — Ваше Высочество, что у вас там всё-таки произошло? Владыка отлучился?

Се Лянь не представлял, с чего начать рассказ.

— Всё так повернулось именно потому, что он здесь!

После краткого объяснения важнейших моментов Ши Цинсюань потрясённо затараторил:

— Мамочки, мамочки, мамочки! Ваше Высочество, вам это точно не приснилось?! Владыка – ведь это же Владыка?!

— Он это или нет, я уже не могу сказать наверняка. А что думает Сань Лан?

Спустя мгновение Ши Цинсюань ответил:

— Собиратель цветов под кровавым дождём не выглядит потрясённым, он только сказал «ничего удивительного, он мне давно не нравился».

Се Лянь прыснул со смеху:

— Тебе ведь никто на свете не нравится?

Это он сказал Хуа Чэну.

— Он говорит «да, кроме тебя», — ответил Ши Цинсюань. – Послушайте, градоначальник Хуа, тут вы не правы, ведь ещё есть я! Я тоже вам не нравлюсь??? Да что с вами такое???

— Ладно, ладно, мы ведь просто шутим, — поспешил успокоить Се Лянь. – В общем, сейчас все Боги Войны повержены, всех небесных чиновников заперли в их дворцах, а столица бессмертных отделена от всего мира, и подняться сюда не сможет никто.

— Собиратель цветов под кровавым дождём сказал, что способ подняться всё же есть, только нужно, чтобы кое-кто пришёл на выручку.

— Кто? – спросил Се Лянь, почти сразу вскрикнув: — Кто?!

Последняя фраза предназначалась не Хуа Чэну и не Ши Цинсюаню. Это была реакция принца на странные звуки за его спиной.

Кто-то идёт!