Благословение небожителей (Новелла) - Глава 228

Просто в своем нынешнем состоянии гигант уже был подарком, и если бы сейчас был меч, это разве не было тем же, что и дать крылья тигру?

У Се Ляня появилось дурное предчувствие и он крикнул людям внизу:

— ВСЕ, БУДЬТЕ ОСТОРОЖНЫ!

Призраки были просто в пылу избиения крыс, и услышав его, они все посмотрели вверх, восклицая в страхе:

— КАКОЙ ГИГАНТСКИЙ ДЕДУШКА… АХ, НЕТ, СЕ ДАОЧЖАН!

— Чэнчжу, похоже, хорошо проводит там время, шарлатан!

— Нет, мы не дурачимся… — сказал Се Лянь, но прежде чем закончил фразу, этот пылающий острый меч, покрытый убийственной аурой, обрушился вниз. Се Лянь отпустил свои руки, едва увернувшись от атаки, и почувствовал тревогу от этой ауры меча и горячей волны этого удара.

Гигантская Божественная статуя уже едва отбивалась от гиганта, но теперь, она практически не могла противостоять ему!

В таких ужасных обстоятельствах он хотел призвать несколько Богов Войны, чтобы они превратились в меч, дабы помочь ему, но Цюань И Чжэнь в настоящее время лежал в разбитых кусках костяного дракона в Черной Воде, плавая, чтобы восстановиться; Лан Цянь Цю работал за сотню человек, поддерживая человеческий массив против возмущенных духов, бушующих все сильнее; Фэн Синь и Му Цин по какой-то причине отсутствовали с тех пор, как они прибыли сюда, и только Пэй Мин был свободен, но он также вырезал крыс, полностью сожженный чернотой, выплевывая кольца дыма, и решительно отказываясь показываться Повелителю Дождя, поэтому он, вероятно, был бесполезен. На самом деле не было никого, кого Се Лянь мог бы использовать!

И тут с земли донесся голос:

— ПОДОЖДИТЕ, ВАШЕ ВЫСОЧЕСТВО! ВАШ МЕЧ БУДЕТ ЗДЕСЬ С МИНУТЫ НА МИНУТУ!

Тот, кто кричал, был Советником. Се Лянь бросился к краю нефритовой платформы короны:

— ЧТО? ГДЕ МОЙ МЕЧ?

Советник обхватил руками рот и закричал:

— СОБИРАТЕЛЬ ЦВЕТОВ ПОД КРОВАВЫМ ДОЖДЕМ, АКТИВИРУЙ ЗАКЛИНАНИЕ СОКРАЩЕНИЯ РАССТОЯНИЯ! НА ГОРУ ТУНЛУ! МЕЧ ЗДЕСЬ!

Хуа Чэн решительно бросил кости и сказал:

— Активируйся!

Над ними, в непроглядной тьме облаков, что-то громыхало. Мгновение спустя Се Лянь прищурился, глядя туда.

Там действительно был меч!

Божественная статуя вскочила и потянулась к длинному мечу. Се Лянь использовал обе руки, чтобы сжать печать руки, которую он сформировал, и гигантская Божественная статуя также сжала рукоять в своих руках, затем резанула по направлению к «Небесной столице»!

Другой также немедленно поднял свой меч, чтобы парировать атаку, но когда два меча столкнулись, произошло то, что никто не мог себе представить – меч в руке Се Ляня рассек меч огненного гиганта!

Среди оглушительного грохота ломающегося металла огненный демонический гигант резко остановился.

Затем внезапно он разорвался на несколько кусков и вскоре после этого быстро упал на землю.

Се Лянь никак не ожидал, что этот меч был настолько мощным; выбить с одного удара? Он смотрел на меч в руках этой гигантской Божественной статуи, совершенно ошеломленный.

Сверкающий и тонкий, крайне острый. Что это был за меч?

Затем он вспомнил, как Советник велел Хуа Чэну открыть путь к горе Тунлу, и его осенило – вероятно, это был меч, выкованный телами тех трех горных духов!

Но у него не было времени больше думать об этом. Если эта гигантская штуковина рухнет, будет совсем не смешно. Се Лянь немедленно приказал гигантской Божественной статуе лететь вниз, удерживая гигантский валун, который вот-вот должен был развалиться, и изменил направление, отодвинув его на некоторое расстояние, прежде чем осторожно приземлиться в месте гораздо более отдаленном и более деревенском. Только тогда гигантская Божественная статуя убрала меч за пояс и встала на месте, положив одну руку на меч, а у другой раскрыла ладонь, чтобы явить две фигуры, как будто держала цветок. Она перестала двигаться, улыбка вернулась на ее лицо, когда она вернулась в позу Увенчанного Цветами Бога Войны.

Ни один падающий камень не приземлился на землю. Все в Королевской Столице ничуть не пострадали!

Это был удачный момент, прежде чем все люди, Боги и призраки посмотрели друг на друга:

— Все… все закончилось?

Се Лянь и Хуа Чэн также спрыгнули с ладони гигантской Божественной статуи и встретились со всеми. Холодный пот Ши Цинь Сюаня уже превратился в горячий, и он засунул веер Повелителя Ветра, который был снова сломан после одного использования, за пояс, ковыляя и шатаясь, прыгая и волочась, пока он скакал:

— Ваше Высочество! Все кончено? Обо всем позаботились?

Несколько других небожителей тоже собрались вокруг:

— Где Имп… Цзюнь У? Ваше Высочество, Вы победили его? Он мертв?

Со стороны Советник сказал:

— Как это может быть? Его Высочество … он не был бы побежден так легко.

Хуа Чэн протянул руку Се Ляну:

— Гэгэ, пойдем искать.

Се Лянь кивнул и подал ему руку. Хуа Чэн осторожно потянул его и втащил на вершину обломков. Призраки уже потеряли интерес к трупоедным крысам, которые были избиты и убежали в суматохе, и поэтому все они тоже вскочили, энергично бормоча, что хотят «очистить Небесную столицу», но Хуа Чэн сказал:

— Держитесь подальше. Все посторонние люди не должны подходить близко. — иначе, если бы они действительно столкнулись с Цзюнь У, это была бы верная смерть. Услышав это, призраки могли только спрыгнуть вниз, продолжая охранять там.

Однако в пределах бывшей Небесной столицы, которая теперь была превращена в гигантские обломки, не было и следа Цзюнь У. Се Лянь и Хуа Чэн осмотрели все вокруг и даже подняли золотую крышу Большого Военного Зала, но никого не увидели.

В этот момент Лан Цянь Цю внезапно повернулся к Пэй Мину:

— Генерал Пэй! Мне нужно кое-что сделать, пожалуйста, помогите мне на мгновенье.

Количество крыс, которых вырубил Пэй Мин, было не больше, чем у Повелителя Дождя, и он прямо чувствовал себя раздраженно-удрученным, когда его протащили через весь массив из ниоткуда. Но он только потер нос и почти ничего не говорил. Лан Цянь Цю вскочил на обломки и принялся рыться в них, когда, наконец, подняв провалившуюся крышу, воскликнул:

— НАШЕЛ ЕГО!

Се Лянь услышал его и подошел:

— Цянь Цю, будь осторожен!

Он думал, что Лан Цянь Цю нашел Цзюнь У, но неожиданно то, что он нашел, было шаром чего-то обугленно-черного, как червь, съежившийся в гигантской оболочке, и был даже крошечный звук кашля.

Се Лянь почувствовал, как его сердце сжалось, и сразу же снял эту обугленную оболочку вместе с Лан Цянь Цю, чтобы посмотреть, и маленький ребенок действительно выкатился, его тело изогнулось, обнимая голову, он весь был красным, вероятно, от ожогов. Но его жизни ничто не угрожало, и он все еще кашлял. После того, как он выкатился, зеленый шар маслянистого призрачного огня также выполз, плывя. Се Лянь посмотрел на него:

— Это…

Лан Цянь Цю схватил этот шар призрачного огня рукой, его глаза извергали огонь:

— У небес есть глаза, так что ты, Ци Жун, не умер полностью, и в конце концов все равно оказался в моих руках!

Ци Жун действительно стал «Лазурным фонарем в ночи». Теперь, вспоминая, когда Цзюнь У выпустил огненный след, Ци Жун защитил Гу Цзы, и именно поэтому этот ребенок не сгорел до смерти. Несмотря на себя, Се Лянь был немного удивлен. В конце концов, с его характером, Ци Жун скорее швырнул бы Гу Цзы, чтобы защитить себя, если бы был огонь.

Хуа Чэн мгновенно понял, о чем он думает, и сказал:

— Даже если он кинет ребенка, чтобы отгородиться от огня, это не поможет, он сгорит дотла в одно мгновение. Защититься и использовать в качестве щита не очень отличается в его понятии.

Даже если это и было причиной, он все равно защищал. Ци Жун был сожжен до не более чем зеленого шара маслянистого призрачного огня, и он все еще не рассеялся, пойманный в руки Лан Цянь Цю, и начал кричать в ужасе. Гу Цзы, которого они только что спасли, мгновенно проснулся и обнял ногу Лан Цянь Цю:

— Гэгэ, не убивай моего отца!

Лан Цянь Цю сердито воскликнул:

— ОТПУСТИ! Говорю тебе, даже если ты будешь умолять – это бесполезно, я не проявлю милосердия! — затем он сжал руку сильнее. Ци Жун был врагом, который уничтожил его семью, Се Лянь совершенно не мог вмешиваться, но он боялся, что в ярости Лан Цянь Цю случайно ранит Гу Цзы, поэтому Се Лянь собирался оттащить его, но неожиданно тот схватил его и обнял:

— МУСОРНЫЙ ГЭГЭ, СПАСИ МОЕГО ОТЦА!

— Гу Цзы… это действительно не твой отец. — сказал Се Лянь, — Разве ты не видишь, как он обращается с тобой?

Однако Гу Цзы сказал:

— ЭТО мой папа! Мой отец никогда не был добр ко мне, но потом стал по-настоящему добр. Он часто давал мне поесть мяса, и даже сказал, что возьмет меня жить в большие, красивые имения… он очень добр ко мне, мусорный гэгэ, пожалуйста, спасите его?

Ци Жун начал браниться:

— Глупый сын, не проси его! Этот снежный лотос с черным сердцем не спасет этого предка! На самом деле, он не может дождаться смерти твоего старика, ему все равно, буду я жить или умру!

Хуа Чэн искоса взглянул на него:

— Ты беспокоишься, что Лан Цянь Цю не сможет убить тебя, так что меня тоже придется втягивать?

Ци Жун все еще боялся его, и в тот момент, когда он заговорил, шар призрачного огня весь немного съежился. Тем не менее, он в любом случае собирался умереть, поэтому перестал беспокоиться:

— ХУА ЧЭН, ТЫ УБЛЮДОК, Я НЕ БОЮСЬ ТЕБЯ! Се Лянь, не думай, что я не знаю. Я принял тебя за Бога на небесах, НО ТЫ! ЗА КОГО ТЫ МЕНЯ ПРИНЯЛ? ТЫ НИКОГДА МЕНЯ НИ ЗА КОГО НЕ ПРИНИМАЛ! Ты игнорируешь меня, отвергаешь меня, думаешь, что я дурак, безумец, что я сумасшедший, смотришь на меня с презрением. Ты всегда смотрел на меня свысока! КАКОЕ ТЫ ИМЕЕШЬ ПРАВО СМОТРЕТЬ НА МЕНЯ СВЫСОКА? ТЫ НЕ МОЖЕШЬ УНИЧТОЖИТЬ ДАЖЕ ОБЫЧНОЕ ЮНАНЬ, ТЫ БЕСПОЛЕЗНЫЙ МУСОР!

— Ты…

Се Лянь произнес дишь одно слово, и в то время как Хуа Чэн не двигался, Се Лянь что-то почувствовал, быстро оттащил его назад и сказал:

— Не обращай внимания, брось это.

Хуа Чэн даже не хотел утруждать себя фальшивой улыбкой и хмыкнул:

— Ну и что, если он посмотрит на тебя свысока? Есть ли в тебе что-нибудь достойное высокого уважения?

Ци Жун кипел и нервничал:

— Я ПЛЮЮ НА ТЕБЯ, Я ПЛЮЮ! НУ И ЧТО, ЕСЛИ ВЫ ВСЕ БУДЕТЕ СМОТРЕТЬ НА МЕНЯ СВЫСОКА? У ЭТОГО ПРЕДКА… У ЭТОГО ПРЕДКА ЕСТЬ СЫН!

— …

— …

Ци Жун начал маниакально хихикать:

— Хе-хе! Хоть он и был дешево подобран, по крайней мере это все же лучше, чем вы, кровные немощные трусы! ДАЖЕ НЕ МЕЧТАЙ О ТОМ, ЧТОБЫ ИМЕТЬ ЕГО ЧЕРЕЗ ВОСЕМЬСОТ ЛЕТ! ХАХАХАХАХАХА…

Се Лянь и Хуа Чэн молча наблюдали за ним. Хуа Чэн также не хотел тратить больше слов на Ци Жуна, и лишь поднял брови на Се Ляна, произнося одними губами: «Никогда не знаешь.»

Се Лянь знал, что он просто шутит, и слабо улыбнулся. Но неожиданно, когда он улыбнулся, безумный смех Ци Жуна стал все уменьшаться и уменьшаться. Наконец тот шар зеленого маслянистого призрачного огня, который скакал вверх и вниз, угас.

Лан Цянь Цю не знал, был ли призрачный огонь Ци Жуна потушен сам по себе или задушен им, и стоял там, потрясенный. Гу Цзы тоже был ошарашен, и подошел, чтобы разжать каждый из пальцев Лан Цянь Цю. Но когда он увидел, что там ничего нет, он упал на землю и начал копаться в куче обугленных остатков на земле, царапаясь до такой степени, что его руки были покрыты черной сажей. Но зеленого света все еще не было, поэтому он не мог не вцепиться в халат Лан Цянь Цю:

— Где мой папа?…

Он умолял Лан Цянь Цю, но тот не знал, что сказать, поэтому он посмотрел на Се Ляня. Се Лянь тоже не знал, что сказать, и лишь вздохнул, поворачиваясь, чтобы уйти. Позади него раздался непрекращающийся голос Гу Цзы:

— Гэгэ, где мой отец? Он все еще здесь, верно? Он сказал, что уже культивировал для того, чтобы стать… самый могущественным королем трех королевств, он не может умереть. Он все еще здесь, верно?

Раздражающий Ци Жун наконец исчез.

Но Се Лянь не только не знал, что сказать, в этот момент он даже не мог понять, что чувствует.

Честно говоря, если бы он подумал об этом тщательно, слова Ци Жуна действительно казались неопровержимыми. С тех пор как они были молоды, он действительно не очень высоко ценил своего младшего кузена.

Сначала он чувствовал симпатию к Ци Жуну, позже это было раздражение, головная боль, и он делал все возможное, чтобы игнорировать его; с глаз долой, из сердца вон. Но если нужно сказать, что он смотрел на Ци Жуна с «презрением», то это тоже казалось весьма точным.

Это было не просто презрение. Он также когда-то ненавидел Ци Жуна так сильно, что хотел раздавить его прах и рассеять по всему миру. Но прожив так долго, испытав так много, когда он оглянулся, чтобы посмотреть на Ци Жуна, и впрямь не осталось ничего, кроме раздражения и усталости. Возможно, в нем была капелька презрения, но это уже не имело значения.

Ни радости, ни горя.

Они продолжали свои поиски, но они были тщетны. После того, как они спустились с обломков, Ши Цинь Сюань уже долго ждал на земле:

— Ваше Высочество, как дела?

Се Лянь покачал головой:

— Мы не нашли его.

— Как такое возможно?!

Небожители начали обсуждать:

— Неужели он действительно мертв? Превратился в пепел или что-то в этом роде.

— Если он прячется, то это слишком пугающе!

— Но где же ему спрятаться? Здесь наблюдают так много людей!

Ши Цинь Сюань огляделся и сказал:

— Ваше Высочество, у меня есть вопрос, который я хотел задать с самого начала. Где Нань Ян и Сюань Чжэнь?

Это правда, похоже, что никто не видел Фэн Синя и Му Цина уже долгое время. Небожители снова начали болтать:

— Эти два генерала не могут быть такими же, как генерал Пэй, верно? Застряли в собственных дворцах в Небесной столице и не вышли оттуда?

— Это невозможно… я видел, как вышел генерал Нань Ян! Кроме того, в то время он искал кого-то…