Благословение небожителей (Новелла) - Глава 230

Если бы эта гигантская каменная Божественная статуя была здесь, то они могли бы быстро пересечь реку несколькими гигантскими шагами. Но она была оставлена Се Лянем в Королевской Столице, чтобы охранять и подавлять злых духов, а эти три горных духа уже превратились в меч, так что было бы лучше, если они не приходили.

— Сань Лан, а серебряные бабочки могут перенести нас через реку? — спросил Се Лянь.

— От пара лавы серебряные бабочки могут растаять на полпути через реку. — ответил Хуа Чэн.

Было бы не слишком хорошо упасть в воздухе на полпути и улететь головой вперед в сердце потока лавы. Тем не менее, Хуа Чэн добавил:

— Однако, есть готовый путь.

Группа обратила свой взор туда, куда он смотрел, и мгновение спустя Се Лянь воскликнул:

— Почему в лаве есть люди?

Это была абсолютная правда, у Се Ляня не было галлюцинаций. Только сейчас, в это мгновение. Он увидел, как из лавы выкатилась трагически бледная рука и потянулась к небу. При ближайшем рассмотрении, Му Цин сказал:

— Они действительно есть! И не только один?

Там было по меньшей мере более тысячи людей, несколько тел и голов плавали на поверхности реки, некоторые катились и поворачивались под потоком лавы, а некоторые даже плыли против течения. Их тела были необычно белыми, лица расплывались. Они не были настоящими живыми людьми. Се Лянь понял это:

— Это те людские оболочки из Королевской Столицы У Юн… их смыло сюда лавой.

Судя по их боевым навыкам, использовать этих пустых оболочек-мутантов в качестве ступенек и перепрыгивать через них не составит особого труда. Только эти умершие духи мучительно боролись в горящем потоке, было бы довольно трагично, если бы на них тоже пришлось наступить. Но сейчас у них не было времени беспокоиться об этом. Му Цин пошел вперед первым, нацелившись на правильное положение, и несколькими взлетами и снижениями скоро он пересек ров, стоя на берегу другой стороне реки, оглядываясь назад. Се Лянь повернулся к Советнику:

— Давайте я сначала вас проведу.

В конце концов, Советник не был Богом Войны и не занимался боевыми искусствами, поэтому ему нужен был кто-то, кто бы взял его. Он кивнул и пошел вперед. Однако Хуа Чэн заговорил:

— Гэгэ, позволь мне.

Плывя по течению, Се Лянь согласился:

— Хорошо.

Таким образом, Хуа Чэн пошел вперед и держал руку Советника, как будто помогал пожилому старшему:

— Советник, господин, пожалуйста. Смотрите под ноги.

Советник повернул голову и увидел, что тот, кто помогал ему, был не Се Лянем, и нахмурил брови.

— А? Почему это ты?

Се Лянь предположил, что, во-первых, Хуа Чэн беспокоился, что Се Ляню может быть неудобно брать с собой еще одного человека, а во-вторых, Хуа Чэн хотел, ради какой-то определенной цели, показать себя немного перед старшим, продемонстрировать некоторое вежливое старание, поэтому он предложил взять дело на себя. Увидев это, Се Лянь не смог сдержать смех, скрывая его легким кашлем:

— Сань Лан очень искренне сказал, что хочет помочь вам, поэтому я…

Что касается Хуа Чэна, то он сказал с улыбкой на лице:

— Какая разница, я или гэгэ? Кроме того, я очень уважаю вас, господин, так что, конечно, я не против помочь, это ничего.

Советник на мгновение потерял дар речи, а затем сказал:

— Если ты действительно уважаешь меня, то убери эту фальшивую улыбку со своего лица. Этой фальши действительно слишком много…

Хуа Чэн немедленно убрал эту улыбку:

— Оу.

Затем, не говоря больше ни слова, он понес Советника, и в мгновение ока их фигуры уже переместились на другой берег.

Его движение было невероятно быстрым, и прежде чем Советник успел отреагировать, он уже стоял рядом с Му Цином, совершенно ошеломленный. Что же касается людских оболочек, на которых наступал Хуа Чэн, то они даже не заметили, что на них наступили, и только озадаченно смотрели в пустоту над собой, потирая головы и продолжая плавать в потоке лавы. Чувства, наконец, вернулись к Советнику, и он взглянул на Хуа Чэна, давая свой комментарий:

— Неплохо, я полагаю.

На этом берегу Се Лянь подумал: «Это слишком строго. Как такие навыки могут быть только «не плохими»? Потом он крикнул:

— Я тоже сейчас приду!

Хуа Чэн обернулся:

— Гэгэ, оставайся там, я приду за тобой!

Но Се Лянь действовал быстрее своих слов и уже двинулся, прыгая вверх, его пальцы легко касались живота пустой оболочки-мутанта, которая плавала с лицом, смотрящим вверх. Он почувствовал, как твердое тело под его ногами провалилось, но он уже выскочил снова, наклонив голову другой пустой оболочки впереди.

Таким образом, он перешагнул через пять или шесть из них и оказался в центре потока лавы. Как только Се Лянь собрался сделать еще один прыжок, его тело резко опустилось, почти потеряв равновесие. Используя свою несравненно быструю реакцию, чтобы устоять, он посмотрел вниз, и оболочка под его ногами действительно протянула руку и поймала его ботинок!

«О нет, только не это!» — внутренне застонал Се Лянь.

Его ужасная неудача снова обрушилась на него. Все люди перед ним переправились через реку просто отлично, но он просто обязан был столкнуться с трудным монстром, схватившим его правую лодыжку и не позволяя ему прыгать!

Эти пустые оболочки-мутанты могли плавать только на поверхности лавового потока, потому что были полыми, поэтому они не могли поддерживать слишком большой вес. От кипящего пара Се Лянь сильно вспотел, и уголок его рукава практически загорелся. Если он продолжит оставаться, то вместе с мостом из оболочек утонет в лаве, и весь загорится!

В последнюю секунду к Се Ляню пришла идея, и Жое вылетела, поймав другого мутанта пустую оболочку примерно в трех футах впереди, и потащил его, наступив левой ногой на спину этого мутанта. Таким образом, две каменные пустые оболочки поддерживали вес одного человека, увеличивая его плавучесть, так что он не сразу утонет. Кризис был предотвращен, поэтому Се Лянь вытащил Фан Синь и отрубил руку, которая схватила его. Когда он собирался подпрыгнуть снова, красная тень уже мелькнула рядом с ним, и Се Лянь сказал:

— Сань Лан? Я уже в порядке. Тебе не нужно было приходить.

Издалека Хуа Чэн использовал ладонь и разорвал полого мутанта, который поймал Се Ляня, на куски:

— Давай поговорим после того, как мы сойдем на берег.

Они подошли к берегу, и Се Лянь сказал:

— Прости, я заставил тебя волноваться.

— Это моя вина. — сказал Хуа Чэн, — я должен был сказать, чтобы ты подождал меня, прежде чем я переправлюсь.

— Ладно, ладно. — упрекнул его Советник, — прекрати это. Его Высочество не настолько слаб, он прекрасно справится сам, даже если ты не подойдешь, так зачем тебе понадобилось идти за ним? Идем! Этот путь.

Группа выбралась на берег, прошла еще немного и оказалась перед Дворцом У Юна.

Половина дворца была зарыта в землю, и после того, как группа вошла, путь был наклонен, направляясь прямо к глубоким тайникам подземелья.

Покинув поверхность, обжигающий воздух постепенно остывал. Весь подземный дворец был пуст, и даже малейшее движение отдавалось эхом.

Каждая группа зажгла отдельно по пальмовому факелу, освещая окрестности. Хотя этот дворец был запечатан в течение долгого времени, он все еще был довольно величественным и роскошным, свет от пламени отражал множество золотых, мерцающих узоров, изваянных колонн и расписных зданий. Однако без живых душ воздух был мертв, как будто это был гигантский мавзолей.

— Здесь Его Высочество вырос. — сказал Советник.

— Он действительно здесь? — спросил Му Цин.

— А ты как думаешь? — ответил Советник, — Здесь его могущество наиболее сильное, так что следите за собой.

В этот момент Се Лянь вдруг что-то заметил.

На поясе Хуа Чэна серебряный глазной шар на рукояти Э-Мина быстро вращался, неестественно взволнованный. Однако выражение лица Хуа Чэна было все еще холодным и сосредоточенным, полностью игнорируя его. Се Лянь не мог не протянуть руку, чтобы погладить Э-мина, и только тогда он немного успокоился. Хуа Чэн слегка опустил глаза, и увидев, что рука Се Ляня все еще лежит на рукояти, он уже собирался заговорить, когда из углов громадного зала донесся ряд «хехехе» кудахтанья.

Это был голос мужчины средних лет. Хитрый и коварный, как будто он что-то замышлял, заставляя все волосы на спине Се Ляня встать дыбом. И он уже слышал этот голос раньше.

Это был голос того духа плода!

Му Цин закричал:

— ВОН ТАМ! — след пламени вырвался наружу, осветив пространство над ними. Они могли видеть кусок чего-то белого, прижатого к высокому углу потолка дворца, как геккон, и это был тот самый дух плода!

Его длинный, яркий язык лизал собственную спину, словно почесывая зуд. Когда он увидел, что летит пламя, он захихикал и выплюнул что-то похожее на рвоту в сторону Су Цина. Му Цин увернулся, его лицо было полно презрения. Советник посмотрел на липкую материю на земле, затем на духа плода наверху и сказал с отвращением:

— Это действительно ребенок того сопляка Фэн Синя???

Се Лянь быстро крикнул:

— Подожди! Куо-Куо! Тебя ведь зовут Куо-Куо, верно?

Когда дух плода услышал свое собственное имя, он остановился на мгновение и повернулся, чтобы посмотреть на него. Се Лянь сказал:

— Куо-Куо, мы пришли найти… найти… найти твоего отца. Ты не знаешь, где он?

Когда этот дух плода услышал «твоего отца», он фыркнул, и используя все свои конечности, пата-пата, отполз и исчез. Се Лянь позвал:

— КУО-КУО? Быстро, найдите его!

Группа сразу же зажгла факелы ярче, обыскивая все вокруг. Внезапно Му Цин воскликнул:

— ТУДА?

— В какую сторону? — ответил Се Лянь.

Му Цин указал на тропинку:

— Я прямо сейчас видел, что он пошел туда.

Тропинка, на которую он указал, вела к дворцовому зданию – узкому и длинному коридору, мрачному и темному. Даже если они не могли сказать, куда она ведет, было очевидно, что это не хорошее место.

Хуа Чэн внезапно заговорил:

— Ты действительно видел, что он пошел туда?

Му Цин раздраженно ответил:

— Что толку мне лгать тебе?

Хуа Чэн «хах»-нул, но безэмоционально, и звучал он недружелюбно. Советник упрекнул:

— Из-за чего вы оба ссоритесь в такое время? Не упускайте ничего подозрительного, так что даже если мы просто посмотрим, все в порядке.

Этот длинный коридор был очень узким. Когда-то он, должно быть, был гораздо шире, но теперь, кажется, был раздавлен, и мог позволить пройти лишь одному человеку за раз. Возможно, Му Цин был возмущен тоном сомнения в голосе Хуа Чэна, поэтому он вошел первым. Хуа Чэн очень естественно шел впереди Се Ляня, чтобы расчистить ему путь, но Се Лянь заметил, что глаз Э-Мина на талии Хуа Чэна снова дико вращался. Его разум зашевелился, и он тут же потянул Хуа Чэна за себя. Хуа Чэн был удивлен:

— В чем дело?

Се Лянь мягко откашлялся:

— Разве я не сказал, что буду защищать тебя… встань позади меня.

Мгновение спустя Хуа Чэн тихо рассмеялся.

По мере того как они шли все глубже, Се Лянь чувствовал себя все более и более неуютно. Когда дело доходило до опасности, его инстинкт был очень остр, и то, что заставляло его чувствовать себя неуютно, приближалось впереди.

— Советник, вы помните, куда ведет эта тропинка? — спросил Се Лянь, — Почему чем больше мы идем, тем больше я чувствую, что там очень тяжелая…

Убийственная аура.

И это была не живая убийственная аура, а очень холодная и застывшая. Чем глубже они уходили, тем сильнее он напрягался.

Однако Советник не ответил ему. Что-то щелкнуло в голове Се Ляня, и он повысил голос, чтобы снова спросить:

— Советник?

Ответа по-прежнему не было. Се Лянь резко повернул голову, и кто знает, с каких пор, за ним уже не было ни души!

Причина, по которой он не заметил этого раньше, заключалась в том, что оба фонаря, выпущенные Хуа Чэном и Советником, все еще плавали в воздухе, шаркая и следуя за ним, освещая путь для мастеров, которые теперь исчезли.

Му Цин обернулся, чтобы тоже посмотреть, и был потрясен:

— Где Собиратель Цветов Под Кровавым Дождем??

Се Лянь вышел, не сказав больше ни слова, чтобы вернуться тем же путем, которым они пришли. Му Цин поймал его:

— Что ты делаешь? Мы почти на месте! Кроме того, ты действительно думаешь, что Собиратель Цветов Под Кровавым Дождем вернулся бы?

— …Нет. — ответил Се Лянь.

Это было страшно именно потому, что Хуа Чэн никогда бы не вернулся сам, не сказав ни слова!

Се Лянь внезапно вспомнил о том, что Хуа Чэн оставил на его теле, и поспешно поднял руку, чтобы посмотреть. Когда он увидел, что красная нить на его третьем пальце все еще была яркой и четкой, указывая на то, что Хуа Чэн был в порядке, и Се Лянь вздохнул с облегчением. Но когда он вспомнил змеиные глаза, которые выбросил Хуа Чэн перед тем, как они пришли, напряжение его бровей усилилось.

— Скорее всего, ты ничего не найдешь, даже если вернешься. — сказал Му Цин, — Так почему бы не продолжить движение вперед и не посмотреть, что именно находится внутри? Иначе, разве бы ты не терял время, вернувшись и ничего не найдя, а потом снова вернувшись?

Се Лянь только собрался заговорить, как вдруг затаил дыхание.

— Шшш. Слушай. Что это за звук?

Му Цин тоже внимательно слушал.

Это был звук глубокого и спокойного дыхания человека.

Он доносился впереди!

Оба были начеку, каждый крепко сжимал свое оружие и шел вперед.

Наконец они вышли из длинного коридора и оказались в комнате. Му Цин очень осторожно ощупал комнату, а Се Лянь щелкнул пальцем, посылая маленький огонек пламени вперед, мгновенно освещая фигуру, оседающую на земле.

В тот момент, когда он увидел спину этой фигуры, Се Лянь узнал его и подскочил:

— ФЭН СИНЬ?!

Перевернув человека, это действительно оказался Фэн Синь. Он был покрыт ожогами и ранами по всему телу, но его жизнь не должна была быть в опасности. Се Лянь осторожно похлопал его, прежде чем он медленно пришел в себя, и в тот момент, когда он проснулся, он выругался, но когда понял, что перед ним был Се Лянь, перестал ругаться:

— Ваше Высочество?? Почему ты здесь?

Се Лянь тяжело вздохнул:

— Почему бы тебе сначала не сказать мне, где это мы?

Фэн Синь сел и огляделся:

— Где это мы?

Как и ожидалось, Фэн Синь тоже не знал, поэтому Се Лянь ничего не просил. Он покачал головой и протянул руку:

— Для начала вставай. Теперь, когда мы нашли тебя, нам придется искать и Сань Лана.

— Ты говоришь о Собирателе Цветов Под Кровавым Дождем? — спросил Фэн Синь, — Что с ним случилось? Он не с тобой?

— Итак, — начал Се Лянь, — мы были вместе….

Прежде чем он закончил, Фэн Синь внезапно поднял руку:

— Подожди! Кто это у тебя за спиной??

Се Лянь оглянулся и увидел лишь неподвижную фигуру, погруженную в тень:

— Это Му Цин. Что такое?

Зрачки Фэн Синя внезапно сузились:

— ХВАТАЙ ЕГО, БЫСТРО!