Благословение небожителей (Новелла) - Глава 231

В темноте эта фигура сделала шаг вперед и, наконец, показалась в свете огня.

Лицо Му Цина было темным, но он ничего не говорил, а Фэн Синь схватил Се Ляня и добавил:

— Ранее в Небесной столице я просто нормально искал людей, когда кто-то внезапно ударил меня сзади, иначе почему бы я упал?

Мысли Се Ляня быстро закружились, и он моргнул:

— Это он ударил тебя?

Фэн Синь сказал с абсолютной уверенностью:

— Без сомнения, это был он!

— И после того, как он ударил тебя, ты сразу же потерял сознание? — спросил Се Лянь.

— Почти! — сказал Фэн Синь, — в любом случае, Ваше Высочество, следи за ним, не подходи так близко, или просто схвати его!

Му Цин невольно выругался:

— Чушь собачья…

Се Лянь быстро вмешался:

— Подожди! Фэн Синь, здесь есть проблема. Если он напал на тебя сзади, и ты потерял сознание сразу же после этого – как ты узнал, что ударивший тебя сзади был Му Цин?

Фэн Синь не ожидал, что он задаст этот вопрос, и был вынужден отступить. Му Цин мгновенно воспользовался этим моментом и хмыкнул:

— В то время Небесная столица была охвачена хаосом, не странно, что кто-то вырубил тебя, но ты просто должен был бросить этот бардак на меня, разве ты не можешь просто признать, что разглядел неправильно?

Тем не менее, Фэн Синь держался за Се Ляня и встал, его тон был мрачным:

— Нет, это определенно был ты!

— На каком основании ты выдвигаешь свое обвинение? — спросил Му Цин.

Фэн Синь провозгласил:

— Именно потому, что Небесная столица была охвачена пламенем и повсюду горел огонь, на земле отражалась тень того человека позади меня. Хоть у меня не было возможности оглянуться назад, но когда я упал, я увидел очертания этой тени и удар нападения. Это была твоя тень!

Се Лянь внимательно наблюдал, как они обменивались словесными ударами. Му Цин все еще не отступал:

— Все это болтовня, но ты все еще ничего не видел своими глазами, и для теней нормально размывать реальность, так как ты можешь определить, что это был я просто по тени? Что ты видишь, когда практически теряешь сознание?

— Ты прекрасно знаешь, могу ли я отличить их друг от друга. И Его Высочество тоже. — сказал Фэн Синь.

Се Лянь действительно знал. Несмотря ни на что, все трое росли вместе, вместе совершенствовались и были более чем знакомы с очертаниями и движениями друг друга, так что даже если они не видели лиц, то все равно могли быть уверены на восемьдесят процентов!

— Ваше высочество, вы оба пришли сюда вместе? — спросил Фэн Синь, — он сделал что-нибудь подозрительное по дороге?

— Ну… — сказал Се Лянь.

Честно говоря, Му Цин был слишком подозрителен всю дорогу, нервничал и шатался. Но в их нынешней ситуации Се Ляню было нелегко сказать это перед лицом Му Цина. Фэн Синь продолжил:

— Нет! Подумай хорошенько: то, что он вообще пришел, подозрительно. Судя по его характеру, зачем ему проходить через опасность, чтобы прийти и спасти людей? Это вообще Му Цин?

Лицо Му Цина потемнело:

— Не говори так безоговорочно. Завести сына – это не то, что ты сделал бы, но мы здесь?

— …

Се Лянь почувствовал направление этого разговора и быстро сказал:

— Хорошо, не спорьте. Если вы продолжите спорить, то нам придется тренировать идиомы, чтобы успокоиться!

Му Цин добавил:

— Кроме того, если это я вырубил тебя, зачем мне понадобились все эти усилия, чтобы заманить их сюда и найти тебя?

Фэн Синь ответил:

— Потому что ты не думал, что после того, как ты ударил меня сзади, я все еще могу указать на тебя! И кто знает, что это за адское место, ты заманил сюда Его Высочество и остальных, возможно, не для того, чтобы найти меня. Разве Собиратель Цветов Под Кровавым Дождем не отделился от тебя на полпути?

— Ты пытаешься назвать меня фальшивкой, чтобы заманить Его Высочество и остальных в опасную ловушку? Ну извините, Его Высочество и Собиратель Цветов Под Кровавым Дождем были со мной всю дорогу, не было никакого способа, чтобы они ничего не заметили.

— Это правда, да… — сказал Се Лянь.

Но это было верно только для Му Цина в пути. После того, как они вошли в подземный дворец У Юн, кто сказал, что его не подменили? Ни в чем нельзя быть уверенным.

Му Цин посмотрел на Фэн Синя и добавил:

— Ваше Высочество, я думаю, тебе лучше держаться от него подальше. В конце концов, он лежал тут с тех пор, как мы пришли, Собиратель Цветов Под Кровавым Дождем также исчез, и теперь он пытается разделить нас, ты не думаешь, что он больше похож на самозванца?

Безликий Бай и раньше маскировался под этих двоих, так что не было бы ничего удивительного, если бы он сделал это снова. Се Лянь потер лоб:

— Как насчет того, чтобы бы вам двоим не сказать что-то, что знаем только мы трое, чтобы мы могли проверить личности?

— Например, что? — спросил Му Цин.

Се Лянь задумался и небрежно сказал:

— На вершине снежной горы, что вы двое кричали друг на друга?

После того как он высказал это предположение, лица двух других застыли. Се Лянь засунул руки в рукава:

— Если ваши слова не совпадают, значит, кто-то из вас двоих не настоящий. Давайте прежде всего проверим личности.

Однако эти двое только смотрели друг на друга, не говоря ни слова. Сначала Се Лянь был не настолько любопытен, но теперь он не мог не любопытничать. Мгновение спустя Фэн Синь уклонился от ответа:

— Вы оба упускаете главное. Я не подозревал, что он не настоящий.

Му Цин сузил глаза:

— Так что ты пытаешься сказать?

Фэн Синь сказал прямо:

— Я с самого начала думал, что он настоящий Му Цин. Он терпеть не мог нас обоих, так что для него не было ничего странного.

Руки Му Цина сжались в кулаки, костяшки пальцев хрустнули, и он взмахнул рукой, посылая удар!

Фэн Синь был ранен и едва успел увернуться от удара. И тогда они начали драться. Хотя Се Лянь ожидал этого, он все еще не мог не чувствовать, как пульсирует его голова,

— Успокойтесь… почему бы нам не потренировать кое-какие идиомы, хм?

С их ударами Се Лянь чувствовал, что убийственная аура вокруг становилась все тяжелее. Несколько шаров огня беспорядочно летали вокруг, освещая всю комнату, и только тогда Се Лянь увидел, что повсюду на стенах и полках были сложены различные сабли, копья, мечи и другое подобное оружие, крайне холодное.

Так оказывается, это был оружейный склад. Неудивительно, что воздух вокруг был наполнен холодной убийственной аурой!

Сам Се Лянь владел таким очень дорогим его сердцу арсеналом, и часто терял чувство времени, находясь в нем, но этот арсенал заставлял его чувствовать себя крайне неуютно, и он не хотел оставаться здесь больше ни минуты. Но он не знал, чьим словам немедля доверять, поэтому не знал, с какой стороны помочь – по правде говоря, они оба очень подозрительны!

В конце концов, Се Лянь смог лишь крикнуть:

— Жое!

Сначала свяжи их обоих, а потом поговорим!

Жое, которая ждала, наконец-то получила шанс покрасоваться, и вылетела. Но неожиданно, еще до того, как белая шелковая лента вылетела, Се Лянь вдруг почувствовал еще один холод, пронизывающий его сзади.

Направление его атаки мгновенно изменилось. Он подхватил Жое и замахнулся ей назад. В тот момент, когда он почувствовал, что шелковая лента зацепилась за что-то, Се Лянь схватил Жое и сильно дернул, но что бы это ни было, оно не двигалось.

Се Лянь почувствовал ужас, и в следующий момент его дернули за другой конец Жое, его спина крепко врезалась в объятия, и было даже нечто холодное и твердое, тыкнувшее его в талию.

— ???

Хотя его тело не выглядело таким прочным, физическая сила была довольно внушительной. Если только этот кто-то не был каким-то гигантским существом, иначе как его можно так легко утянуть?

Се Лянь уже собирался дать отпор, когда почувствовал, как чья-то рука обхватила его за талию, а сверху раздался голос:

— Гэгэ, это я.

— Сань Лан? — спросил Се Лянь.

И действительно, когда он опустил взгляд, на руке, которая обнимала его, был серебряный наруч с вырезанными на нем кленовыми листьями, бабочками и зверями; когда он повернул голову, тот, кто поймал его, был высоким и стройным человеком в красном, спокойным и собранным, с серебряным ятаганом на поясе. То, что раньше ткнулось ему в поясницу, скорее всего, было его рукоятью.

Хуа Чэн!

Се Лянь мгновенно все понял. Оказывается, как раз сейчас Жое нарочно тащила его на сторону Хуа Чэна. Значит, он боролся один против двоих, так что, разумеется, его так легко утянули!

Он взял себя в руки и безмолвно поднял Жое, бормоча ей:

— Ах ты, маленькая предательница…

Жое мудро прикинулась мертвой, лежа неподвижно. Се Лянь тоже не хотел больше говорить об этом и убрал ее в сторону:

— Сань Лан, что только что произошло? Разве ты не следовал за мной? Где учитель?

— Это место очень странное. — сказал Хуа Чэн, — на полпути дорога назад была полностью закрыта. Мы столкнулись с кое-чем немного трудным, поэтому хлопоты об этом заняли некоторое время.

Даже Хуа Чэн сказал, что это было немного трудно, так что, похоже, это действительно было так. Се Лянь почувствовал легкое беспокойство:

— Ты в порядке?

— Конечно. — сказал Хуа Чэн, — но местонахождение Советника теперь неизвестно, так что нам, возможно, придется идти дальше. Кстати, из-за чего эти двое дерутся? Так шумно.

— О. Они… — Се Лянь оглянулся.

На стороне, Фэн Синь и Му Цин также, наконец, заметили изменения с этой стороны, и Му Цин немедленно закричал:

— Эй! Берегись, ты! Не подходи к людям, которые так просто выскакивают из ниоткуда!

Эти двое временно объявили перемирие, и Фэн Синь также сказал:

— Ваше Высочество, не лезь к нему, как только видишь!

Се Лянь немедленно объяснил сам себе:

— Что! Что ты хочешь этим сказать? Это не я лез, это вина Жое… — он замолчал, когда вдруг понял, почему они так нервничали.

Поскольку и Фэн Синь, и Му Цин подозревали, что они самозванцы, то… разве Хуа Чэн не был исключением?

Был ли тот, кто стоял перед ним, настоящим «Хуа Чэном»?

Хуа Чэн приподнял бровь:

— Итак, теперь вы все сомневаетесь, настоящий ли я, не так ли?

Се Лянь одной рукой поддерживал свой локоть, а другой щеку, когда начал внимательно наблюдать за ним.

Хуа Чен заметил его пристальный взгляд и перевел глаза на него.

— … — Се Лянь больше не мог продолжать наблюдать с этим пристальным взглядом, и после минутного размышления, он пришел к своему выводу и повернулся к двум другим:

— Я думаю, что это реально.

Му Цин был раздражен:

— То, что ты «думаешь», может быть неправильным. Не забывай, где мы находимся. Это старое логово Безликого Бай, все возможно. Придумайте способ проверить это сами.

Хуа Чэн, с другой стороны, усмехнулся:

— Ну, это легко. Гэгэ, подойди сюда, я расскажу тебе о хорошем способе, который поможет тебе немедленно судить.

Се Лянь выслушал его и подошел, виновато спрашивая совета:

— Какой хороший способ?

— Пожалуйста, не делай все, что он тебе говорит? Это он сейчас подозрительный, понимаешь?

Хуа Чэн сказал:

— Повтори мне первую половину моего словесного пароля духовной связи, а я скажу тебе вторую половину. Тогда ты поймешь, настоящий ли я.

— …

Они немного пошептались друг другу на ухо, затем Се Лянь повернулся, слегка откашлявшись, и обратился к двум другим:

— Ну… этот самый настоящий.

Фэн Синь, наконец, не выглядел таким напряженным, но Му Цин сомневался:

— Ты уверен? Не смотри на его лицо и не слети вдруг с катушек.

— Я уже сказал, что точно настоящий, почему вы оба должны говорить это, как будто я какой-то… — Се Лянь сжался.

— Хорошо, это решено и кончено. — сказал Хуа Чэн, — возвращаясь к теме — гэгэ, почему эти двое дрались?

Се Лянь таким образом дал краткий отчет, поддерживая свой лоб рукой:

— И это все… честно говоря, я действительно не знаю, кто более подозрителен.

Тем не менее, Хуа Чэн ответил:

— Ты еще спрашиваешь? Конечно, он самый подозрительный.

Он указывал в направлении Му Цина.

Му Цин был раздражен:

— Если ты собираешься обвинять меня ни про что, по крайней мере, есть причина? Не сбрасывай все на меня, когда что-то случается.

— Прекрасно. — сказал Хуа Чэн, — тогда позволь мне задать тебе вопрос – что это у тебя на запястье?»

Услышав это, лицо Му Цина сразу же изменилось.

Он отшатнулся на несколько шагов, но Фэн Синь был быстр и мгновенно схватил его:

— На запястье?

На его запястье была проклятая канга!

Му Цин оттолкнул руку Фэн Сина, вены вздулись на его лбу, и он посмотрел на него в ярости. Когда Се Лянь увидел это, он опустил руки и ошеломленно сказал:

— Му Цин, твоя рука?

Му Цин был бессловесен, его лицо потемнело. Хуа Чэн заговорил:

— Я предлагаю тебе честно ответить на следующие вопросы: почему Цзюнь У вызвал тебя в Большой Военный Зал? Что он тебе сказал? Почему ты получил лучшее обращение, чем другие небожители, и смог вернуться без вреда для себя? Почему ты ведешь себя так неестественно, вызываясь спасать людей, несмотря на все опасности здесь, на горе Тунлу? Что это за штука у тебя на руке? Зачем ты заманил нас сюда?

Видя, что ситуация ухудшается, Му Цин отступил на шаг и немедленно сказал:

— Подождите! Не нападайте первыми! Позвольте мне объясниться.

Хуа Чэн сделал открытый жест:

— Пожалуйста. Продолжай.

Фэн Синь сказал:

— Сначала скажи мне: это ты ударил меня?

После паузы, Му Цин наконец сказал сквозь стиснутые зубы:

— …Технически это был я. Но это не то, о чем вы все думаете!

Фэн Синь был разгневан, но Се Лянь сказал:

— Пусть продолжает.