Болезненный муж? Жена по контракту (Новелла) - Глава 9

— Поэтому, матушка, вам не стоит беспокоиться о моем здоровье. Когда я потеряла сознание, вы же сами попросили Рэймонда позаботиться обо мне. Так что я уверена, что вам хорошо обо всем известно.

Камилла отвела взгляд куда-то в сторону, чтобы не встречаться с моим. Мои слова стали ударом по ее совести.

— Рэймонд бы сразу сообщил вам, если бы с моим здоровьем что-то было не в порядке, так ведь?

— …

Я так и не поняла, какие мотивы преследовала Камилла, позвав меня и напомнив о нашем с ней контракте, ведь о состоянии моего здоровья ей и так известно лучше, чем кому-либо другому.

— Также матушке известно, что Рэймонд завершил все необходимые медицинские обследования перед тем, как вы позволили мне стать частью вашей семьи. Меня уверили, что я полностью здорова, и мое состояние в полном порядке, — я спокойно объяснила Камилле ситуацию.

На самом деле бывшая герцогиня осведомлена о моем здоровье гораздо лучше меня самой. До подписания контракта она тщательно изучила состояние моего тела. Так что возможность того, что невестка, на которую Камилла потратила так много денег, имела проблемы с здоровьем, была полностью исключена, поскольку единственной ее задачей было рождение наследника. Поэтому я точно знала, что у меня нет никаких проблем.

— Однако же физическое состояние другого человека, вовлеченного в это все, никогда не проверялось.

— Другого вовлеченного человека?

Камилла уставилась на меня, слегка прищурившись, словно пытаясь угадать мои следующие слова.

— Физическое состояние Амодея.

Ее голубые глаза, которые так сильно напоминали глаза моего мужа, дрожали от волнения.

— …Тело Амодея?

Я видела, как сильно мои слова тяготили Камиллу, а потому быстро добавила:

— Мне кажется, несколько нечестным перекладывать всю ответственность за рождение ребенка на одну меня, — мой голос звучал серьезнее, чем когда-либо. — Мой муж также обязан усердно работать. Если имеется что-то, что в силах сделать лишь он, то ему нужно действовать ради рождения наследника, чего бы это ни стоило.

Глаза Камиллы вздрогнули еще сильнее, чем раньше. Выражение ее лица, что всегда было непоколебимым словно неприступная крепость, пошатнулось. Когда здоровье Амодея в очередной раз подорвалось, шансы на зачатие наследника стали ниже. Сейчас я била Камиллу по самому больному.

— Мы состоим в браке уже целых два года… И я до сих пор не смогла забеременеть.

— …Твое тело. Проблема точно в тебе… — слова Камиллы звучали очень растерянно и сумбурно. Она всегда доминировала надо мной в своей речи, но сейчас ее давление на меня начало заметно ослабевать.

— Тогда давайте пригласим Рэймонда, чтобы он вновь проверил мое здоровье.

— …

На мгновение Камилла, казалось, совершенно утратила дар речи.

— Давайте. Не имеет значения, сколько обследований мне нужно пережить, я готова. Если бы проблема действительно заключалась в моем здоровье, то мне бы просто не хватило смелости обсуждать с вами такие темы.

Бывшая герцогиня молча наблюдала за мной во время моего монолога.

— На самом деле, если вам нужен ребенок Амодея, то не так важно, на ком он женится, — я на мгновение замолкла и устремила свой взгляд на лицо Камиллы. — Вне зависимости от статуса женщины, если он проведет с ней ночь, может быть зачат будущий наследник.

Когда я говорила эти слова, мне было очень жаль Амодея. Его буквально заставляют провести ночь с женщиной только ради того, чтобы продолжить их славный род. И как его жена, я…

«Он еще более жалкий, чем я».

Вспоминая оригинальную историю, я глубоко вздохнула.

Камилла все еще не была повержена до конца. Мне нужно было надавить на нее еще сильнее.

— Поэтому, поскольку мы не знаем, окупятся ли старания матушки, не должны ли мы перестраховаться? Наследник герцогства Эфрет. Амодей… мы должны подготовиться, ведь никто не знает, что нам сулит будущее.

Лицо бывшей герцогини потемнело, как только я намекнула на здоровье Амодея.

— Амодей не умрет, — сердито проговорила она сквозь стиснутые зубы.

— Конечно, скорее всего это так, ведь за его здоровьем внимательно следит Рэймонд, а также материнская любовь греет его сердце. Но… что, если…

Камилла поставила чашку на стол и схватила ее обеими руками. Это была инстинктивная реакция, чтобы никто не смог заметить то, как сильно дрожат ее руки.

Зайдя так далеко, я вновь огласила свое намерение:

— Как я и говорила ранее, здоровье моего мужа напрямую связано с моими обязанностями, матушка.

Женщина, слушая меня, неожиданно засмеялась так, будто я произнесла невероятную глупость.

— Ну да, допустим, связано. Но чтобы кто-то вроде тебя… заботился о его здоровье? Да на что ты вообще способна? — с презрительной насмешкой выдала Камилла.

— Я, конечно, не так хороша, как Рэймонд, однако мои навыки лучше, чем ваши, матушка.

— Чт… Что?..

Пока Камилла не успела еще что-либо сказать, я быстро продолжила свою мысль:

— Матушка ничего не может сделать, кроме как оставаться подле Амодея и молиться о его здоровье. Однако я — другая.

После этих слов я не могла себе позволить и секундной паузы, потому как иначе мне уже никогда не выдастся момента поговорить об этом.

— Мне уже приходилось ухаживать за больными, пока я пыталась заработать денег, чтобы выплатить наши долги. Я заботилась об аристократке, прикованной к кровати, и даже получала много надбавок за то, что хорошо выполняла свою работу.

Конечно, денег, что я зарабатывала в то время, хватило бы, чтобы прокормить семью, но этого все еще было недостаточно, поскольку долги со временем только выросли.

— Пока я заботилась о леди, мы часто совершали небольшие прогулки, что благоприятно сказалось на ее здоровье, — я все еще помнила, как сильно она благодарила меня, крепко сжимая мою руку.

— И ты собираешься заботиться об Амодее просто потому, что делала подобное пару раз в прошлом? Ты правда считаешь, что горничные, приставленные к Амодею, владеют меньшим опытом, чем ты?

Всем было известно, насколько тщательно Камилла выбирала горничных для себя и для своего сына.

— Мне также приходилось работать ассистентом фармацевта.

— Ты же знаешь, как тут что работает, верно? Ну, тогда сделай лекарство сама.

Фармацевту, что был моим руководителем, слишком наскучила работа в аптеке. А потому он предпочитал отправляться на скачки без ведома его жены. К счастью, я всегда обладала хорошей памятью. А потому, просто дав мне рецепт к лекарству, он мог долгое время не возвращаться, ища себе приключений.

В те времена, пока фармацевта не было рядом, я надевала его бейдж и делала лекарства собственноручно. Если бы об этом узнал департамент фармацевтов, у меня были бы огромные проблемы. Так что это было довольно рискованно, поскольку у меня даже не было врачебной лицензии.

Конечно, из-за подобных рисков и уровня ответственности, которая требовалась в этой работе, мне платили несколько больше, чем прочим ассистентам. К тому же, порой мне выплачивали специальный бонус, если фармацевт выигрывал на ставках на скачках.

Я могла бы проработать там гораздо дольше, если бы его не поймала жена. Работа ассистентом фармацевта была самой прибыльной из всех, которыми я занималась. К тому же, там не требовалась особая физическая сила.

— Поэтому я обладаю некоторыми знаниями о травах и лекарствах.

И это не было пустым заявлением, взятым из ниоткуда. На мгновение я гордо выпрямила спину. В любом случае, знания, хоть они и были получены неформально, все же являются знаниями.

— Ты что, хочешь сама сделать лекарство, чтобы излечить недуг Амодея? — сказала Камилла, издевательски улыбаясь.

— Нет, но, во всяком случае, это лучше, чем отсутствие каких-либо знаний. И не важно, как много опыта в ухаживании за больными у горничных.

— …

— Я слышала, что причина заболевания Амодея неизвестна.

Амодей родился здоровым человеком. Однако в возрасте шестнадцати лет он начал страдать от внезапной болезни, причин которой никто не знал. Страдания от этих недугов и осознание того, что любой момент может стать для него последним, вероятно, и послужили причинами его отвратительного характера.

— Так что нам нужно предоставить ему более тщательную заботу. Я стану той, кто обеспечит ее ему. Потому что только будучи здоровым он сможет зачать сильного наследника.

Конечно, чтобы это произошло, нам нужно для начала совершить самое важное для семейной пары действо. Без этого зачатие ребенка было совершенно невозможным, если только на нас не снизойдет глубочайшая милость Создателя, чего точно никогда не случится.

— А потому прошу, оставьте это на меня. Я желаю появления наследника также сильно, как и матушка.

— …

Я нервно сглотнула, наблюдая за взором голубых глаз Камиллы. Она будто бы исследовала каждый сантиметр моего тела, с головы до пят. Умоляю, прими мое предложение.

«Тебе же это тоже на руку».

На самом деле я хотела спасти своего мужа для своего собственного благополучия. Ведь это означало спасение моей жизни. И без спасения сына Камиллы тут не обойтись.

Ее беспокойство было полностью объяснимо. После потери мужа, Камилла была вынуждена сама нести ответственность за защиту этой семьи. Одна. Полагаясь лишь на свои собственные силы, да еще и присматривая за болезненным сыном. Защита семьи Эфрет была единственной целью ее жизни. Если все пойдет по сюжету оригинальной истории, то я тоже потеряю смысл жизни.

— Амодей же мой сын. Это естественно, что я забочусь обо всем…

Совсем не так, как ранее, сейчас, слушая ее слова, которые негромко доносились из уст женщины, я могла видеть проблески надежды, что зарождались в ее сердце.

— Но он также и мой муж, — добавила я с уверенностью.

— Хоть это всего лишь брак по расчету, но существует ли еще хоть одна женщина, которая готова будет заботиться о нем так сильно, как я? Я позабочусь о здоровье своего мужа, а матушка получит наследника!

— …

Вот-вот все закончится. Так твердила моя интуиция. Еще совсем немножко.

Но Камилла до сих пор не дала своего позволения. Вместо этого она вдумчиво постукивала пальцем по своему виску, серьезно размышляя над чем-то.

— Но…

Неужели я совершила ошибку? Я нервно заглянула в ее лицо.

Вскоре женщина приоткрыла рот, с любопытством смотря на меня.

— С каких пор ты стала звать Амодея по имени?

— Прошу прощения? — чувство стыда настолько сильно захватило меня, что я застыла на месте с открытым ртом.

— Именно.

И когда это я начала звать его по имени? Неведомо для самой себя, я звала его так уже довольно давно.

— С каких пор ты стала звать его так интимно?

Я настолько растерялась, что некоторое время колебалась над вопросом Камиллы. Но вскоре ко мне пришло озарение, что вообще-то в этом не было ничего предосудительного.

— Разве я не могу его звать по имени? — сказала я после недолгих размышлений.

Камилла, кажется, вернула свое самообладание после моего невинного ответа.

— Он же мой муж. Было бы слишком холодно звать его “ваша светлость”.

На самом же деле мы были не в таких отношениях, чтобы подобное обращение можно было назвать “слишком холодным”. Мы просто жили в одном доме и порой делили одну кровать (по крайней мере, такую иллюзию мы создали для окружающих).

— Ты… быть не может… — Камилла быстро хлопала ресницами, отказываясь в это верить.