Болезненный муж? Жена по контракту (Новелла) - Глава 54

— Ах…

Как до такого дошло? Я могла лишь смотреть то на него, то на руку.

Мое тело, застывшее от страха, совсем не шевелилось.

— Ну так что? Тебе в голову пришла блестящая идея притвориться, что я повредил твою руку?

Я пыталась вырваться из его объятий, но без шансов.

Он улыбнулся и снял повязку.

— Н-Нет…

Я не успела остановить его, он грубо потянул мою руку и яростно снял покрывавшие ее бинты.

Я мог только беспомощно наблюдать за его действиями.

Я больше ничего не могла сделать.

Затем он с яростью взглянул на меня, держа в руке рваные бинты.

— А ведь когда ты стояла передо мной на коленях и молила о моем выздоровлении, я думал, что ты была искренна.

— …

— Я и подумать не мог, что ты способна на гнусный фарс.

— …

— Ты даже была мне немного симпатична.

Он был в ярости.

— Хоть и на короткое время.

— Амодей…

Прошептав это, я непонимающе уставилась на него, но он продолжил в резкой манере.

— У тебя, конечно же, есть для этого причина. Тебе нужны деньги, поэтому было необходимо приставить себя к больному мужу и притворяться печальной.

— …

— Я не знаю всех подробностей, но кажется, что ты делаешь это после подписания какого-то договора с моей матерью.

— Нет… Нет, это не так…

Я быстро покачала головой. Откуда он узнал? Я ничего об этом не говорила.

— Были времена, когда я даже хотел притвориться обманутым, зная правду.

Он продолжал говорить приглушенным голосом.

— Потому что у тебя огромный долг.

Он крепко сжал ее руку, а его глубокие голубые глаза были до ужаса пронзительными.

— Прости, я… Я и не думала делать что-то еще, я… Я просто беспокоюсь о твоем здоровье…

Я не могла сдерживать слезы, которые стекали по моим щекам.

— Я, я в самом деле… Это только то, что я… Я думала лишь о твоем выздоровлении…

Разрыдавшись, я не могла нормально говорить, но он, казалось, понял достаточно.

И он ни за что мне не поверит.

Его выражение лица пугающе ожесточилось.

— Хватит делать из меня дурака.

Его острый тон и скрежет зубов вызвал мурашки по всему телу.

В тот момент я немного взяла себя в руки.

— …Амодей.

Я беспомощно назвала его имя, а он лишь медленно встал.

— Герцогиня Эфрет.

— ……

— Это титул, который ты так отчаянно хочешь защитить.

Его голос был холодным, как озеро в зимнюю стужу.

— Весь этот фарс, что ты начала. Ты должна была сделать все возможное, чтобы дурачить меня до самого конца.

Амодей встал и усадил меня на кровать.

— Спи здесь.

— ……

— Притворись, как ты обычно это делаешь. Переночуй у меня. На этот раз обмануть всех будет проще.

Его взгляд спускался по моему лицу, шее и даже ниже. Он смотрел прямо на мою грудь.

…где он оставил много темно-красных следов.

— А-Ах…

Только тогда я поняла, что халат полностью развязался, и грудь была почти оголена.

В тот момент, когда я пришла в себя, я поспешно прикрылась.

Амодей, который смотрел на меня в момент моей взволнованности, отошел от кровати.

— Где же ты будешь… — спросила я, подскочив с места.

— …

— Ты слишком сильно стараешься.

— …

— Когда я вижу, как ты сходишь с ума от желания родить от меня наследника, у меня возникает чувство, будто я вот-вот умру от отвращения.

Я опустила голову, потому что не решалась взглянуть ему в глаза. В них читалось, что он ощущал себя преданным.

— Давай поговорим об этом, Амодей.

Он даже не оглянулся.

Единственным ответом был звук закрывающейся двери, который эхом разнесся по всей комнате.

***

— Чай остывает, миледи.

Независимо от того, что сказала Рона, я сосредоточилась исключительно на вышивке, которую держала в руках.

Но из-за рассеянности я не смогла добиться какого-то прогресса.

Я просто все чаще колола свои пальцы иглой.

— Ай…

Это случалось уже не впервой. Уколовшись в очередной раз, я посмотрела вниз и увидела красные капли, окрасившие вышивку.

Они появились не только здесь, но были почти незаметны, потому что на всей ткани находилось лишь несколько капель.

В конце концов, я вздохнула и отложила вышивку.

— Миледи, вы хорошо себя чувствуете?

Рона подошла и помазала пальцы лечебной мазью.

— Это уже седьмой раз. Пожалуйста, остановитесь, госпожа.

— Хорошо.

Я беспомощно кивнула головой.

— Боже, у миледи кожа лица шелушится.

— А?

— Ваша кожа будто покрыта песком.

Я дотронулась до лица. Как она и сказала, моя кожа была суше, чем обычно.

— У вас есть индивидуальный уход за кожей, миледи. Просто пройдите процедуры, тогда ваша кожа станет мягкой и шелковистой, и еще… Что-то случилось, миледи?

— Все без толку.

Я махнула рукой Роне, продолжавшей смотреть мне в лицо.

«Вот бы ничего этого на самом деле не случилось бы».

На самом деле, его слова продолжали преследовать меня после той ночи.

Когда я ела, гуляла, вышивала.

— А ведь когда ты стояла передо мной на коленях и молила о моем выздоровлении, я думал, что ты была искренна.

Дело не в том, что я хотела от него ребенка.

Мне было жаль его… Но помимо этого, я все еще была связана контрактом с Камиллой. Так что даже после первой совместной ночи я все еще была напугана. Я все равно продолжала надеяться. Но он продолжал ненавидеть меня.

Я вспоминала прогресс, достигнутый нами в течение последних нескольких недель, раз за разом. Несмотря на мои навязчивые просьбы прогуляться вместе, он соглашался и был относительно добр.

Но потом я…

— А, теперь я знаю, — сказала Рона.

— Что на этот раз?

Я нутром чуяла, что Рона скажет что-то настораживающее.

— Это сильно беспокоило миледи, да?

— О чем ты?

— Все слухи о том, что господин слаб в постели, были ложными, не так ли? Видите, я знала об этом.

У Роны была гордая улыбка, но я протянулась к ней и сжала ее плечи.

— Где ты об этом услышала?

— Что вы имеете в виду… Я слышала, как Лиза обсуждала это со всеми горничными?..

— Лиза?

Лиза была одной из горничных Камиллы.

— Тогда… Только не говори мне…

— В чем дело, миледи?

Когда Камилла говорила, что эти слова могут вызвать недопонимание.

Как можно гарантировать, что истеричный голос Камиллы не будет услышан прямо за дверью?

— Этого не может быть…

Я бормотала, вцепившись в собственные волосы.

— Вы не будете сегодня выходить на прогулку с господином?

— Нет, не буду.

По правде говоря, я просто не могла, но я не должна об этом говорить. Я еле подняла свою репутацию в этом особняке, так что это бы мгновенно все разрушило.

— Тогда, если вы не возражаете, я немного почищу гардероб миледи. Погода становится теплее, так что пыль, попадающая внутрь — не шутка.

— Хорошо.

Я кивнула, и Рона достала свои чистящие приспособления и поставила их перед дверью.

Я слышала возню, пока она убиралась. Через некоторое время она вернулась.

— Хм…

Рона несла на руках кучу платьев.

— Что-то не так? — осторожно спросила я, глядя на одежду.

Рона подняла платья, осматривая их одно за другим, а затем с серьезным лицом заговорила:

— Почему бы вам не пройтись по магазинам за новой одеждой, миледи?

— Новой одеждой? Так внезапно?

Я наклонила голову вбок, будто не понимая, о чем она говорит.

— Все это слишком старомодно, разве вы не согласны?

Я осмотрела платья, которые она принесла.

— Одежда отражает достоинство человека. Для герцогини, как миледи, это… слишком простые наряды.

Все эти платья были подарены мне, когда я только пришла в особняк.

Камилла, которая посмотрела на мою одежду, подняла скандал и приказала мне снять ее. Она сказала, что лучше быть голой, чем носить такие лохмотья.

Она в спешке заказала мне платья в бутике.

Из-за спешки качество платьев было не таким уж хорошим.

Обычно, когда дворяне покупают одежду на заказ, портного нередко вызывают прямо в особняк. Но не в моем случае.

Некоторые платья были слишком малы, а другие — слишком велики, поскольку они были сделаны с помощью примерных мерок, на глаз.

Некоторые платья были свободны в талии, некоторые — слишком тугими. Некоторые были слишком короткими и открывали взору мои лодыжки, а другие были настолько длинными, что тащились по полу.

Ни одно из них не подошло мне. То же самое было и с одеждой, которую я носила в данный момент.

«Я все еще в том же положении».

Когда я осознала реальность ситуации, то на мгновение почувствовала, что мое сердце разрывается.

— Я впервые надела его примерно в то время, когда попала в это поместье.

Я вытащила желтое хлопчатобумажное платье из кучи одежды.

— Что это?

Рона была в шоке, увидев его.

Это было платье, полное рюшек и ленточек, которые слабо крепились к желтому платью, а его цвет напоминал мне цыпленка. Очевидно, что оно было сделано в спешке. Цветовая гамма тоже была выбрана не очень подходяще.

— Это не то, что стала бы носить герцогиня. Кто его сделал?

Ну, это потому, что я не настоящая герцогиня.

Даже слуги, которые не знали условий моего договора с Камиллой, игнорировали мое существование.

Было очевидно, почему молодая леди из такой бедной благородной семьи была принята в качестве невесты для больного герцога. Да и Камилла относилась ко мне не благосклонно.

Но я не могла жаловаться.

Потому что я в любом случае должна была это терпеть.

Все, что мне было позволено сделать, это ждать уважительного отношения, которое мне обещали после рождения наследника.

— Ты закончила разбирать шкаф?

— Конечно. Там было много пыли и много одежды, которую вы больше не носите. И еще, что это за сумка? Она довольно старая.

Рона держала в руках старую желтую кожаную сумку.