Болезненный муж? Жена по контракту (Новелла) - Глава 58

ак только я вернулась в свою комнату, то села на кровать. Все тело болело, словно меня избили до синяков.

Когда я прилегла и повернулась, то увидела сумку, лежавшую на стуле.

После того как я взяла эту старую сумку из гардероба в последний раз, я просто держала ее при себе, не возвращая обратно.

Она была тем, что не сочеталось ни с богатой обивкой стула, ни с окружающим интерьером.

Во всяком случае, ранее Рона протерла ее, поэтому сейчас она блестела.

Я снова поднялась с кровати и пошла относить сумку обратно в гардеробную, держа ее за изношенную ручку.

И так же, как два года назад, когда я в первый раз вошла в особняк, положила кожаную сумку на то же самое место.

Собираясь вернуться в комнату, я передумала и обернулась. Затем, опустилась на колени, чтобы раскрыть сумку.

Старый ржавый замок не поддавался даже тогда, когда я резко попыталась открыть его, поэтому мне пришлось немного побороться с ним.

Лязг, лязг.

Красная порошкообразная ржавчина отпала и мгновение спустя замок наконец-то открылся.

То, что было внутри сумки, вряд ли стоило тех усилий, которые мне пришлось приложить, чтобы открыть ее.

Внутри был дневник, где я иногда зарисовывала наряд, в котором была, когда пришла в это место, часы, ранее принадлежавшие отцу, которые вот-вот свалятся с ремешка, и иголка с ниткой матери.

Больше ничего.

Я уже собиралась закрыть сумку, но вместо того, чтобы сделать это, протянула руку поглубже и вытащила плоский конверт.

Это был контракт, который я стала внимательно просматривать.

Слова «Сторона А» и «Сторона Б» встречались бесконечное множество раз, подразумевая, что «Сторона А» всегда оставалась в выигрыше.

Для каждого раза, когда появлялась «Сторона Б», было написано, что стоит делать, а чего не нужно.

Вознаграждение за успешное выполнение условий контракта также было прописано.

В конце многочисленных пунктов был один, который, казалось, выводили несколько раз.

Это был секретный пункт.

Здесь было написано, что во время действия контакта в обмен моей семье будут отправляться деньги.

Слова были обведены несколько раз, потому что они являлись самым важным условием.

Только после этого были детали вознаграждения.

[«В дополнении, если «Партия Б» родит здорового ребенка, то вознаграждение в размере пятьсот тысяч золотых будет выплачено, как и было оговорено»].

В тот момент, когда я увидела такую сумму — пятьсот тысяч золотых! — то снова и снова перепроверяла ее, протирая глаза несколько раз.

Но то, сколько раз я моргнула, значения не имело, ведь количество нулей не уменьшалось.

Было предельно ясно, это все еще оставалось невероятной суммой денег, что тогда, что сейчас.

Все они будут отданы после достижения цели, которая была прописана в контракте.

«Родить ребенка и стать матерью наследника герцогства. Ты не должна быть герцогиней только по названию, как сейчас. Если ты хочешь наслаждаться подобной роскошью, придумай что-нибудь получше. Не используй те же самые уловки».

И я начала читать контракт заново, с того момента, где остановилась.

Мой взгляд упал на последний пункт.

Секретный пункт.

Именно по этой причине я не смогла ответить ему, когда он спросил: «Почему?»

Что, если Амодей узнает о подробностях контракта?

До этого момента Камилла уделяла пристальное внимание всему тому, что я говорю, вне зависимости от того, узнает ли ее сын о контракте или нет.

Потому что тогда было бы раскрыто, что она «купила» девушку для своего сына, чтобы зачать ребенка.

Но на данный момент, даже если он узнает о деталях контракта…

Поможет ли он мне?

Я не была уверена в этом. Наоборот, вероятнее всего, он меня возненавидит еще больше.

И, если Камилла выяснит, что он все знает, то, вероятнее всего, мне придется заплатить за это…

Чем больше я думала об этом, тем больше путались мои мысли.

«Проваливай».

Я тоже хочу уйти.

Зачем мне оставаться с тобой, когда я могу умереть, продолжая быть на твоей стороне?

Но я не могла сказать этого.

Глубокий вздох сорвался с губ, когда я подумала об Амодее, который становился все беспощаднее, хотя умирал от неизвестной болезни.

Воспоминания о ночи, проведенной рядом с упавшим Амодеем, когда он спокойно спал, а я не могла ни на минуту отойти, даже в ванную, постепенно возвращались ко мне.

Все это было нужно, чтобы улучшить мои отношения с Амодеем.

Обвинения, выдвинутые слугами, против Селены в «Короне Леди» были ужасными.

«Я не могу поверить, что она обманула его светлость и сбежала с незнакомым мужчиной».

«Она уже была замужем за богатым мужчиной. Она дворянка по имени, но на самом деле словно нищенка. Я слышала, что добрая пожилая дама хорошо платит ей».

«Она была ослеплена богатствами».

«Разве его светлость не заметил, к чему это идет, почему она это сделала? Я уверена, она убила его светлость в первую очередь, потому что она боялась быть изгнанной из дома герцога, который узнал о ее злостных намерениях».

«Мне очень жаль, милорда».

Селену изображали герцогиней, у которой был роман с другим мужчиной, и она убила своего мужа, чтобы собственность герцога перешла ей.

Даже если бы у меня было десять жизней, это не то место, где бы я смогла остаться.

…Но именно по этой причине у меня не было другого выбора, кроме как обмануть его.

Я продолжала притворяться, что моей руке до сих пор не стало лучше.

Я даже сделала ложное признание.

Размышляя обо всех своих грехах, я пришла к выводу, что не смогла бы обвинить его, задумай он меня убить.

Он до сих пор не узнал о контракте, который я заключила с Камиллой.

В особенности о последнем пункте.

Сейчас Амодей все еще неправильно понимает, что я хочу от него ребенка.

Даже если он думает, что в любом случае не способен зачать его, даже если ненавидит меня, все будет хорошо, пока он здоров.

Меня это устраивало. Если он станет здоровым, я исчезну с его поля зрения.

Единственная проблема — это то, что он может умереть раньше, чем это произойдет. Я пыталась изменить судьбу, но все сводилось к одному исходу.

Его питание и лечение были безупречными, но приступы не прекращались.

Я знала, что может произойти в будущем, но не знала, как и почему это случится. Это вводило меня в отчаяние.

Именно поэтому мне нужен был кто-то на моей стороне.

Единственный способ расторгнуть этот контракт и безопасно покинуть особняк…

…Невозможно использовать без помощи Амодея.

Неделю спустя вся одежда, отправленная Паулой, была доставлена в особняк.

— Взгляните на нее, миледи.

Рона радовалась больше, чем я, увидев множество коробок, сложенных в комнате. Мне приходилось открывать коробки одну за другой с плотно сжатыми губами.

— Как и ожидалось, платья совершенно другого уровня, из лучшего бутика столицы. Ткань, шитье, отделка — даже материалы, используемые для украшения, наилучшие!

— Это потому, что они стоят целое состояние.

Ответила я тихо. Цена и материалы соответствовали друг другу.

Если у тебя есть много денег, совершенно естественно, что ты можешь получить более красивые и качественные вещи.

— Да, дорогие вещи — это другое, совсем другое.

— Конечно.

Я кивнула, и, вспомнив сумму, потраченную на платья, почувствовала, как на мгновение закружилась голова.

Камилла, которая получит счет, вероятно, придушит меня.

«Она же не заставит меня заплатить за это, да?»

Пф-ф, не заставит. Это было герцогство Эфрет. У этой семьи достаточно собственности, чтобы конкурировать с императорской семьей. Их богатство не пострадало бы после покупки нескольких дюжин вещей.

Я знала это, но все равно нервничала. Хотя Камилла не ругала меня… пока.

Возможно, я тревожилась потому, что была единственной ненастоящей женой по контракту, и остаточные воспоминания Селены просачивались сквозь меня, заставляя ее чувство неполноценности портить мой разум.

Никто не знал деталей контракта, но почему это все продолжалось?

Переживания снова мучили меня, и я тяжело вздохнула.

Когда я не вела себя подобающе, не только Амодей и Камилла, но и горничные со слугами игнорировали меня.

Я не беспокоилась о деньгах даже тогда, когда впервые зашла в имение, и просто приняла одежду, которую мне дали.

Горничная, приставленная ко мне, рассказала, где найти бутик, в котором смогли бы снять с меня мерки и сшить одежду так скоро, насколько это было возможно.

Эта горничная насмехалась над герцогиней, у которой даже не было свадьбы, и неправильно сняла мерки. В результате, сшитая одежда сидела не так, как нужно.

Кажется, это было так давно.

Я бы могла попросить вернуть вещи или даже потребовать, чтобы служанка ответила за такую работу и за подобие платьев, которые она дала мне.

Изменилась бы моя судьба хоть немного? Как минимум, Селене не пришлось бы умирать в муках, повешенной с клеймом «убийца своего мужа».

Что мне нужно было прямо сейчас, так это просто заставить еще одного человека встать на мою сторону.

Доверие ко мне. Вот что мне было нужно, и еще уважение. Я не хочу, чтобы на меня смотрели свысока.

Каждый элемент одежды был детально расшит.

Рона открывала коробки одну за одной, вытаскивая платья и раскладывая их.

Каждый раз, открывая коробку, она восхищалась так, будто открывала подарок.

— Но если бы у Вас были более модные платья…

Произнесла жалобно Рона так, словно она не могла избавиться от своих давних чувств.

Однако недавно сшитая на заказ одежда была достаточно хорошей. Просто не такой красочной.

Даже так было очевидно, что Паула с особой внимательностью выбирала материалы для шитья и украшения.

— Хотела бы ты надеть их однажды?

Наконец-то Рона открыла все коробки и рассортировала их, затем вытащила одно платье, чтобы показать мне.

— Вот это.

Я коротко кивнула, затем Рона помогла мне переодеться.

— Посмотрите, миледи, вы выглядите уже совсем по-другому.

Стоя перед зеркалом в новом платье, я чувствовала себя другим человеком.

— Раз вы так нарядились, почему бы вам не посетить Милорда? Жалко не показать Вас с такой стороны.

— …Правда?

— Я хорошенькая?

— Взгляните поближе. Платье действительно хорошо смотрится на вас, оно также подчеркивает ваши глаза.

Розовое платье, выбранное Роной, была восхитительным.