Брачный бизнес (Новелла) - Глава 14

На следующий день примерно в обеденное время в одном из уголков замка Арно поднялась большая суматоха.

Но в этом не было ничего необычного, поскольку после возвращения рыцарей, покидавших замок из-за войны, на следующий день всегда было шумно. Одинокие женщины, достигшие возраста замужества, и мальчишки, восхищавшиеся рыцарями, всегда крутились вокруг вернувшихся и настойчиво призывали их поделиться рассказами.

Истории рыцарей были столь же захватывающими и волнительными, как будто они вели повествование о легендарных воинах, сразивших страшного дракона. Женщин, конечно же, больше интересовали более приземленные вопросы, чем небылицы, но истории рыцарей были единственным развлечением в этом тихом и спокойном месте. Вот почему считалось большой удачей, если удастся уговорить их оторваться от своих рутинных обязанностей и поведать увлекательную сагу о последнем походе.

Впрочем, сегодняшняя суматоха не имела никакого отношения к этому. В этот раз стены замка оглашал громкий женский плач и хлесткий звук, за которым всегда следовал мучительный крик.

Замок Арно чаще всего был тихим и мирным, как спокойное озеро, поэтому производимый шум, эхом разносившийся по коридорам, звучал так отчетливо, словно кто-то размерено забивал гвоздь в тишине.

Иногда, конечно, в замке возникали некоторые проблемы или ссоры между жильцами, так как он был местом, где проживало немало людей, но сегодня все было иначе. А все потому, что тем, кто «вбивал гвоздь», была Бьянка, хозяйка замка.

Обычно Бьянка вела себя тихо и неразговорчиво, и откровенно говоря, ничуть не интересовалась окружающими людьми, предпочитая торчать все время в комнате. Более того, она всегда была до такой степени безразлична ко всему, что было сомнительно, есть ли вообще в её хрупком тельце хоть какие-то эмоции, которые она могла проявить перед другими людьми.

Но несмотря на такое отношение к окружающим, она, будучи графиней, всегда тщательно следила, чтобы уровень компетентности слуг оставался высоким, и насколько своевременно выполняются ее приказы. В свою очередь дворецкий Винсент, который присматривал за замком, всегда ставил ее требования превыше всего и дотошно обучал всех слуг, чтобы они не говорили глупостей в присутствии хозяйки.

Благодаря этому у нее редко возникали какие-либо трения со слугами.

И даже если она слышала, как они говорили о ней за спиной, она никогда не вмешивалась, считая, что достаточно и того, что они не перечат ей и хорошо справляются со своими обязанностями. Бьянка даже не смотрела на девушек, в такие моменты, хотя знала, что они сплетничают о ней. Крепко сжав губы и подняв повыше подбородок, она шла дальше с таким видом, будто её это не касалось.

Но по сути, она просто прикрывалась своим высокомерным видом, чтобы никто не понял, как это её задевает, а оставшись потом в одиночестве в своих покоях, она утешала себя, говоря, что простолюдины просто слишком глупы и беззаботны, поэтому и высмеивают её.

Бьянка была придирчивой и требовательной к слугам, но в целом, как хозяйка, она была довольно удобной.

Поэтому служанки никак не могли понять, чем вызвано, неожиданное изменение поведения Бьянки в этот день.

Тело горничной, начиная от светлых волос, выглядывающих из-под чепца, и заканчивая мысками туфель, видневшимися под юбкой платья, сильно дрожало. Ее щеки раздулись и покраснели от злости, а на лице застыло ошеломленное выражение, явно свидетельствовавшее о непонимании текущей ситуации. Остальные служанки в это время в смятении топтались на месте.

Она холодно посмотрела на белокурую служанку.

Бьянка была примерно на полголовы ниже девушки, но ее ледяная аура и властная, полная достоинства, манера держаться, делали её выше, чем она была на самом деле.

— Меня не волнует, проклинаешь ли ты меня или жалуешься за моей спиной. Мне это безразлично. – Суровым тоном произнесла Бьянка.

Очевидно, так оно и было до сих пор.

Теперь же она была сыта по горло разговорами служанок о том, как они злятся на жену графа, которая не сказала своему мужу ни слова, хотя он подарил ей подарок, или, как им не нравится идея вытряхивать пыль с гобеленов день за днем, а также — почему, черт возьми, граф все еще живет с такой бессердечной женой.

Тем не менее ответа от служанки не последовало.

На самом деле не все их слова были ложью, и с некоторыми из них Бьянка даже была согласна.

Но.

Всегда была граница, которую слугам не следовало пересекать.

Не важно, насколько она наплевательски относилась к словам окружающих, все же было то, с чем она никогда не стала бы мириться или терпеть. И вот теперь пришло время преподать урок тем, кто был в самом низу, и позабыл свое место.

— Однако таким, как ты, не позволено сравнивать меня, вашу хозяйку, с собой.

Пощечина!

Изящная рука Бьянки с яростью рассекла воздух и со всей силы опустилась на щеку светловолосой горничной.

Белая ладонь Бьянки стала такой же красной, как и щека служанки, а внутренняя сторона горела жаром.

Бросив взгляд на свою покрасневшую руку, Бьянка холодно сказала:

— Принесите хлыст. Мне придется наказать её физически.

Одна из горничных, оглядевшись по сторонам, заметила, что никто не двигается, а затем побежала, чтобы принести хлыст, как велела Бьянка.

При виде хлыста белокурая служанка разразилась слезами.

«Почему же ты сейчас так громко плачешь, когда еще недавно самым наглым образом оскорбляла меня и сравнивала с собой?»

Глаза Бьянки застыли при виде этого зрелища. Лицо горничной со слезами на глазах и в обрамлении светлых волос, было довольно красивым, а фигура с округлостями в нужных местах, выглядела соблазнительно. Вероятно, она осмелела, потому что верила в силу своего прекрасного лица.

Думая об этом снова и снова, Бьянка находила такое заблуждение смешным и в тоже время жалким.

«И как я оказалась в таком положении?»

Бьянка задумалась над оскорблениями, которые услышала ранее.

Тот факт, что она посетила покои графа в день его возвращения, немедленно распространился по всему замку. Вполне естественно, что все узнали об этом, ведь она отправилась в вестибюль, где собрались все рыцари и часть прислуги, чтобы встретиться с Закари.

Разумеется, люди были удивлены неожиданным поступком Бьянки, и задавались вопросом, почему она искала Закари.

Разве графиня не игнорировала его все это время? До сих пор она оставалась единственной во всем замке Арно, кто отвергал и ненавидел графа.

А теми, кто в особенности интересовались отношениями супружеской пары, были горничные.

Граф Арно был молод, красив, серьезен, богат и могущественен. И в дополнение к этому имел прекрасное тело. Поэтому для них он был все равно что сказочный принц.

Было немало служанок, которые бросали на него томные взгляды, лелея в своих сердцах мечту, стать его любовницей. А то, что у него уже была жена, они не считали большим препятствием. Если бы граф так сильно любил свою жену, он бы не оставлял её надолго одну, и так как все знали, что их отношения были ничем иным, как фикцией, у многих служанок были тщеславные мысли.

И Бьянка, конечно, знала, что они так думают. Им достаточно было лишь сохранять эти желания в своих сердцах, тогда ничего подобного бы не произошло.

На следующий день по среди рабочего процесса служанки беззаботно болтали о событиях вчерашнего вечера, когда Бьянка посетила спальню Закари и была в последствии изгнана. Так совпало, что Бьянка проходила мимо них, и не заметив ее присутствия, они принялись громко сплетничать.

— Значит, никто не слышал, что там произошло?

— А кто осмелился бы подслушать, когда дворецкий стоял там все время на страже?

— Хм, ну и черт с ним.

— Но разве это не хороший знак? Если мадам сама пошла к графу, это может быть признаком того, что она хочет сблизиться с ним.

— Не говори глупостей. Должно быть, это просто её очередная прихоть.

— Ну, даже пускай это прихоть, все равно за последние несколько лет такое произошло впервые. Сейчас она повзрослела и вполне могла передумать.

Когда другая горничная не настроилась под настроение так, как хотелось, горничной, которая первой заговорила, она надула губы. Это была белокурая служанка.

Затем она ворчливо опровергла слова другой служанки.

— Хм. Передумала? И что с того? Не думаю, что граф захочет сблизиться со своей женой. Как по мне, так она слишком мрачная женщина.

— Эй, Анте! Попридержи-ка язык.

— А разве не все так думают? Рыцари и слуги того же мнения о ней.

Светловолосая горничная, которую звали Анте, вздернула подбородок и повысила голос, хотя другая горничная сделала ей предупреждение.