Я открыла дверцу птичьей клетки (Новелла) - Глава 3

Спустя несколько дней передо мной лежал портрет.

На нем было изображено лицо женщины. Темная кожа и вьющиеся волосы.

Бьянка Клей.

Так звали горничную, которая работала в особняке Себастьяна. Это была та женщина, которую он любил.

Я бессильно вздохнула. Мне стало интересно, почему Себастьян влюбился в нее, ведь она не была особенно привлекательной.

Поэтому все стало еще более печально.

Кусая губы, я отложила портрет на стол. Тогда служанка, которая стояла рядом со мной и рассматривала изображение, произнесла:

— Отдайте приказ, принцесса.

— …

— Принцесса — та, кто может сделать лорда Себастьяна своим одним лишь повелением.

Ее слова эхом отдавались в моих ушах.

Я знала, что это значит. Все приготовления к тому, чтобы Себастьян стал моим, были завершены.

Пожалуй, мои родители окончили бы все приготовления к распаду семьи Хьюз, как только я отдала бы им последний приказ.

Дала бы им возможность предоставить последний шанс, чтобы их любимая дочь смогла собственными руками завоевать Себастьяна.

Вот как работал герцог Лоуэлл.

Честно говоря, это было чрезвычайно заманчиво. Всего одно мое слово «исполнить», и я смогу заполучить Себастьяна, этого блестящего мужчину, в свое распоряжение.

Однако.

— Нет… — покачала головой я.

Себастьян был тем, кого я хотела бы видеть рядом с собой, но в то же время он являлся человеком, который имел для меня огромное значение. Человеком, который снова заставил меня поверить в людей.

Мне искренне хотелось бы, чтобы он пожалел о том моменте, когда протянул носовой платок в качестве одолжения.

Он нашел себе любимую, и я уже ничего не могла с этим поделать.

Себастьян был словно запретный плод. Сладок, но стоит его надкусить, и обратного пути уже не будет.

— Я не собираюсь докучать Себастьяну. Поскольку это тоже проявление любви. Скажи об этом моим родителям.

Я отказалась отдавать подобный приказ. Решила сдаться, забыть его и мучиться в одиночку.

Вскоре после этого я начала чувствовать себя плохо. Меня охватила лихорадка первой любви.

~•◊•𓅇•◊•~

Пока врач осматривал мое тело, я тяжело дышала.

Лежа на кровати, я смотрела в сторону, обливалась потом и издавала легкие стоны.

— Никаких признаков определенной болезни нет…

Закончив с осмотром, врач убрал стетоскоп с озадаченным выражением лица. Ответ был все тот же. С момента начала лихорадки к нам приходило уже несколько врачей, но все они говорили одно и то же.

— Эйлин…

Моя мать смотрела на меня с таким видом, будто вот-вот расплачется.

По правде говоря, все в этом особняке знали, что причиной моей лихорадки был Себастьян. И чем чаще я слышала, что никаких симптомов конкретной болезни не было, тем тверже утверждалась в этой мысли.

«Больно».

Очень больно. Ощущение первой любви, которое я испытывала впервые за все свои восемнадцать лет жизни, было ужасным.

Мое зрение помутилось. По многу раз в день голова становилась совершенно пустой, а во снах являлся образ Себастьяна. Даже когда я закрывала или открывала глаза, перед моим взором проплывал только его танец.

«Не умру ли я, попав в ловушку такой иллюзии?» — подумалось мне. Что еще я должна была сделать в такой ситуации? Я не знала. Просто держалась, мысленно стирала, а потом вновь обращалась к его образу, раз за разом всплывавшему в памяти, и затем снова стирала.

Мое тело медленно приближалось к своему пределу.

Я в очередной раз потеряла сознание.

Поэтому я не увидела, как мои родители решительно кивнули друг другу.

Через несколько дней в особняк пришел гость. Если быть точной, я стала свидетелем того, как какая-то женщина затеяла спор у парадного входа.

В тот день я вышла на улицу после длительного пребывания в доме, поскольку жар наконец спал. Врач советовал мне время от времени дышать свежим воздухом, поэтому я села в инвалидное кресло и отправилась на прогулку в сад.

Бледная и с пересохшими губами я вдыхала свежий воздух, когда со стороны входа донесся грохот.

— Пожалуйста, позвольте мне встретиться с принцессой Эйлин. Мне есть что ей сказать!

Стоило мне приблизиться к месту внезапного переполоха, как я заметила знакомое лицо.

Лицо, которое я видела на портрете. Бьянка Клей. Служанка, которую любил Себастьян.

— …Бьянка? — не осознавая, я произнесла имя женщины вслух.

Бьянка, ссорившаяся с рыцарями перед особняком, нашла меня взглядом и метнулась ко мне, отпихивая стражников.

— Разве это не дело рук принцессы? Почему принцесса беспокоит Себастьяна? — даже не поздоровавшись, накинулась на меня Бьянка.

Ее глаза дрожали, и казалось, что она вот-вот разрыдается.

— Что ты имеешь в виду?

Меня кольнуло внезапное тревожное предчувствие.

Обстоятельства, заставившие Бьянку войти в особняк, оказались крайне шокирующими.

Граф Хьюз окончательно лишился своего положения и имущества и стал падшим дворянином. Бьянка же сказала, что нигде не может найти работу. И что никто во всей империи не согласится принять ее.

— Почему вы притворяетесь, что ничего не знаете? Разве это не заслуга принцессы?

Я молча взглянула в сторону. Горничная с перепуганным лицом наблюдала за всей этой ситуацией.

Стоит ли говорить, что я была рада, что мои родители на некоторое время покинули особняк?

— Принеси газету.

В ней писали о падении графа Хьюза. Я вздохнула. Лишь тогда я поняла, что за время моей болезни произошло нечто важное.

Последний приказ все же был кем-то отдан.

С грустью в сердце я закрыла газету.

Затем посмотрела на Бьянку.

Мне пришло в голову, что никакие утешения или оправдания на нее сейчас не подействуют.

— Мне очень жаль. Я…

— Не стоит так мучить нас, принцесса, — прервал меня твердый голос Бьянки, когда я уже собиралась принести извинения. — Даже если вы будете продолжать так изводить меня, мое чувство к Себастьяну не изменится.

— …

Я замолкла и пристально посмотрела на нее.

Бьянка Клей. Женщина, которую любил Себастьян.

Бьянка, которой негде было жить после краха семьи, на которую она работала, выглядела потрепанной.

Однако ее взгляд, обращенный на меня, был до боли ясен. Вопреки невзрачной внешности, запечатленной на портрете, она обладала очарованием, которое покоряло сердца людей. Нетрудно было понять, почему Себастьян полюбил ее.

Я внимательно разглядывала эту женщину.

Острые, ясные черные глаза. Гладкая темная кожа. Две здоровые ноги.

Ее живость.

Все произошло в одно мгновение. Меня охватила безумная зависть.

— Себастьян любит меня. Я тоже люблю Себастьяна всем сердцем.

— …

— Так что не тревожьте нас больше. Действия принцессы никак не смогут повредить нам… Думаю, больше нет смысла для беспокойства.

Каждое ее слово и то, как гордо она называла Себастьяна по имени. Как отчаянно хлопала крылышками ради своей любви. И хотя все это казалось прекрасным, но оно странным образом перевернуло мое сознание.

Когда она закончила говорить, выражение моего лица стало мрачным.

Бьянка резко выпрямилась и не попрощавшись зашагала прочь.

— …

Глядя вслед ее удаляющейся спине, я отдала распоряжение стоявшей рядом со мной служанке кое-что сделать.

И через некоторое время Себастьян женился на мне.

~•◊•𓅇•◊•~

— Я предложила ему развестись.

Вернемся к настоящему. Закончив вспоминать, я слабо улыбнулась одними уголками губ. Приподняв голову, посмотрела на родителей.

— Этот брак, я сказала, что нам нужно расторгнуть его в первую очередь.

— Эйлин, неужели ты первая заговорила о разводе?

Глаза моих родителей расширились. Они смотрели друг на друга, словно в недоумении. Кажется, отец с матерью наконец заметили огромную перемену в моем сердце.

Мой отец, только что выплескивавший свой гнев на Себастьяна, сразу успокоился.

— Мы не понимаем, Эйлин. Почему ты так внезапно поменяла свое мнение?

— …Я просто решила отказаться от всего этого.

Пять лет назад я решила съесть запретный плод.

Для того, чтобы принудить Себастьяна остаться рядом со мной. Все закончилось тем, что мой выбор оказался преступен и был продиктован унаследованной мною кровью герцога Лоуэлла.

Однако вчера, когда я увидела, как он празднует уже четвертую годовщину нашей свадьбы, то задумалась кое о чем. Себастьян будет продолжать покупать торт каждый год в день годовщины нашей свадьбы, будет и дальше пораньше уходить с работы и праздновать со мной.

Как бы Себастьян ни презирал меня, но он так же сильно любил Бьянку. Ради нее он во всем слушался меня и исполнял любые мои желания.

Год за годом, из раза в раз, быть может, до самой моей смерти положение вещей будет оставаться неизменным.

…Что же это значит?

Я осознала ту истину, которую игнорировала все это время. Он не тот, кто должен быть со мной, не после всего, что произошло.

Он никогда не сможет полюбить меня. То внимание, которое, на первый взгляд, было обращено лишь ко мне, в итоге оказалось отнюдь не любовью — все было лишь моей жадностью.

Мысль о том, чтобы покончить со всем этим, была импульсивной.

Ради Себастьяна, ради меня.

Да, ради нас обоих.

— Все равно это были не более чем пустые супружеские отношения. У меня больше нет желания продолжать поддерживать их.

— Эйлин…

Моя мама выглядела так, будто вот-вот расплачется.

Казалось, она переживала из-за того, что я, перерезавшая нить жизни по имени Себастьян, могу снова потерять смысл своего существования.

Что ж, если подумать, то мне были вполне понятны чувства родителей. Все это время в их глазах я была дочерью, которая вела себя так, будто без Себастьяна сразу же умру. И если бы такая дочь вдруг переменила свои чувства и объявила, что намерена развестись с Себастьяном, нашелся бы родитель, который не стал бы волноваться за судьбу своего ребенка?

— Но есть кое-что, что я хотела сказать вам…

Однако на этот раз я не хотела утратить волю к жизни. Поэтому с сияющей улыбкой произнесла:

— Прошу вас, передайте мне герцогский титул. Думаю, время пришло.

Глаза родителей расширились.

Я собиралась найти свой собственный путь и жить дальше.