Как хорошо и удобно быть злодейкой (Новелла) - Глава 111

Грубые босые ноги тонули под белым песком, выжженным солнцем. Я интуитивно понимала, что это глупый сон. Мое тело двигалось независимо от моей воли.

— Сначала тебе нужно усмирить свою вспыльчивость!

Хотя я задыхаюсь, мой рот двигался сам по себе. Я увидела, как красноволосый мужчина опустился на безлюдную пустыню. Он внезапно встал и рассердился с взволнованным лицом. Однако я не могла расслышать, что именно он говорит, так как вокруг все гудело.

‘Что он говорит?’

— …Почему?! …знаю!

Едва я успела подобрать слова, как все вокруг стало расплываться, налетела сильная песчаная буря, и я была быстро изъедена палящим зноем.

‘Как… мучительно’

Несмотря на то, что это сон, кто-то, кажется, затаил дыхание.

Ощущение прохлады медленно покрыло мой лоб, когда нахлынул страх, словно я задыхалась от мелкого песка, проникающего в рот. Прикосновение нежной руки заставило мое сердце, которое дико билось, как будто могло разорваться от кошмара, постепенно успокоиться.

‘Мне хорошо’

Кто-то ласково погладил и слегка потер мой лоб, словно читая мои мысли.

Быстро придя в себя, я снова погрузилась в глубокую и темную бессознательность.

— !

Сколько времени прошло? Я почувствовала, как мое тело поднимается над водой, и открыла глаза.

— Ты в порядке?

Знакомый глубокий голос.

Пока я ошарашенно моргала, Исидор, который смотрел на меня сверху вниз, поймал мой взгляд.

— Что, что случилось?!

В моëм взгляде читалась жалоба на еще больший шок, как если бы я прямо смотрела на вспышку камеры.

— … Это должно быть так удивительно? — пробормотал Исидор с растерянным лицом.

‘Но что это за поза?’

Догадавшись по углу зрения, я в одно мгновение поняла, что предмет, на котором я лежала, был бедром Исидора, и тут же встала.

— Если ты так резко встанешь, у тебя закружится голова». — обеспокоенно сказал Исидор.

— …Уф.

Моя голова кружилась, как он и сказал, безжалостно все эти три дня.

Как только голубая вода залила мои глаза, я почувствовала далекий страх и пульсирующую головную боль.

‘Что? Я все еще сплю?’

Я осторожно потянула за собой свое колеблющееся «я».

— Сначала ляг. Но здесь нет ничего подходящего, чтобы положить голову, так что…

Он немного замешкался и постучал себя по бедру.

Большой пиджак Исидора уже использовалось в качестве моего одеяла. В конце концов, я снова использовала его бедро как подушку. Когда я плотно закрыла глаза, потому что мне было как-то неловко, помимо страха перед этой ситуацией, он положил мне на лоб мокрый платок.

— Проснись, когда почувствуешь себя немного лучше. Тебе, должно быть, все еще больно, так как тебя захлестнула волна маны.

— … Волна маны?

— Я предполагаю, что реликвия семьи Монтес была разбита и переполнена, и я думаю, что нас засосало в подпространство, связанное с реликвией.

Филаф, этот сукин сын! Он сказал, что покажет истинную силу Монтес, но, похоже, он планировал затащить меня в это странное пространство.

— Филаф, ты мусор…

Несмотря на то, что у меня не осталось энергии, во мне бурлил гнев.

— Я не позволю этой ситуации уйти, независимо от того, что он преемник Монтеса. — сказал Исидор резким голосом. — Я просто не позволю этому ускользнуть.

У него слишком много обвинений за нападение на мой рыцарский эскорт и на представителей прямой линии Сеймур и Висконти. Проблема заключалась в том, как выбраться из этого странного пространства, повсюду окруженного водой.

— …Есть ли способ выбраться?

— Даже если его нет, мы выберемся…

— …

— Не волнуйся и сначала восстанавливайся.

Это был голос, сладкий как мед.

На этот раз он снова сунул свой нос в мои дела. К тому же, его пронырливость всегда идеально совпадала по времени.

— Я снова у тебя в долгу… Спасибо.

— …Я не уверен. Если бы я пришел раньше, не было бы причин задерживаться в этом тошнотворном помещении. Я никогда не думал, что Филаф прибегнет к этому…

Я неосознанно открыла глаза на голос, который, казалось, что-то подавлял. У Исидора было холодное выражение лица. Казалось, что человек, увидевший его, замерзнет. Он прикрыл мне глаза, когда наши взгляды встретились.

— Я же сказал тебе отдохнуть.

Я почувствовала тошноту. Он выглядел так, как будто его поймали на чëм-то. Когда я увидела, что он сочувствует мне, рука, прикрывающая мои глаза, стала горячей.

— …Не сердись. Любопытство (nosiness) может разорвать на части.

Я неосознанно сделала игру слов, потому что было неловко, а атмосфера продолжала нагнетаться. Я пошутила, потому что «вкусно пахнущий»(nosy) на самом деле относилось к пиджаку, но это еще больше испортило настроение. (прим.переводчик:в английском тут игра слов: nosy стоит в обоих случаях, но переводиться по-разному — как «любопытный» и как «ароматный», ну и я немного адаптировала)

‘Мне не следовало этого делать’

— Я не любопытная. Если бы это было только по этой причине, я бы так себя не чувствовала.

Я чувствовала себя еще более странно, потому что он не ответил шуткой.

‘Я думала, что он подыграет мне, ведь его любопытство прочное, как дубовая древесина’

— Я не любопытный.

Он поднял руку и перевернул мокрый платок, снова заговорив. Затем он медленно погладил мой лоб.

‘Что потом?’

Мой вопрос поднялся до самого конца шеи, но в то же время появилось сомнение. Поэтому я закусила губу.

‘Какой ответ я хочу услышать от Исидора?’

Время проходило в смятении.

— Как ты себя чувствуешь?

Бедро Исидора, должно быть, болело от тяжести моей головы, но он спросил ласково, без намека на боль.

— Кажется, головная боль немного утихла.

— Встань медленно.

Я медленно подняла верхнюю часть тела, принимая его помощь. Когда тошнота отступиьа и мое тело пришло в норму, я огляделась вокруг.

‘Это действительно простое помещение’

Вода и каменные плиты, на которых мы с Исидором сидим. Оно состоит только из двух вещей. Я наклонила голову, глядя на синюю каменную плиту, плавающую как остров посреди бескрайнего моря. Форма оказалась квадратной.

— Куб, который похож на то, что держал Филаф. На первый взгляд цвета каждой стороны разные.

Исидор внимательно слушал меня.

— У меня возникла мысль, что эта каменная плита может быть связана с синей частью куба. — сказала я, глядя на гладкую каменную плиту.

— Также, если мои предположения верны, не будет ли чего-то необычного на плите, где она была разрушена твоим мечом?

— Этот древний артефакт не является вратами, но он может быть подпространством, куда можно помещать уменьшенные предметы.

— Ага. Если это просто врата, то нет причин для того, чтобы плита была такой формы.

Он кивнул головой.

— Кроме того, мы были единственными, кого засосало в это странное пространство, и Филафа, который стоял напротив нас, здесь нет. — добавила я быстро.

— Если каждая сторона играет важную роль, как игральная кость, то в сечении направления, в котором мы стояли, может быть проблема.

— Это отличная гипотеза. Я просто подумала, что это ошибка в воротах, но твоя дедукция гораздо убедительнее.

— Поскольку это куб, велика вероятность, что пространства соединены друг с другом, как развернутая фигура.

Я вздохнула, глядя на бескрайнее море.

— Но мы не можем переместиться в другое место, плавая здесь…

— Я могу применить магию полëта.

— Ты действительно… маг-мечник?

На первый взгляд кажется, что он использовал магию телепортации, но я не могу в это поверить. Маг-мечник — редкое существо, которое появляется раз в сто лет. Аура и круги маны. Было почти невозможно иметь дело с обоими одновременно.

— Почему ты скрываешь что-то настолько великое?

— Потому что это может докучать.

Хмм. Он надоедливый.

‘Какого черта этот мошенник вообще не появлялся в романе?’

Мастер также не знал, что он был магом-мечником.

‘Он очень загадочное существо’

Исидор ухмыльнулся, когда я сузила глаза, пристально глядя на него.

— Слушай. Как было бы неприятно, если бы все считали меня высокомерным.

— Почему-то мне кажется, что личность скорее проблема.

— Я добр к тебе. А теперь забирайся ко мне на спину.

Со смехом он встал на колени и показал свою спину. Пока я смотрела на его круглую и красивую голову, я шевелила руками, опуская взгялд на его широкую спину. Теперь, когда он сказал мне забраться ему на спину, я растерялась. За всю свою жизнь я никогда не садилась ни на чью-то спину, разве что когда была совсем маленькой.

Трудно поверить, что такой ублюдок, как Ким Хан Чжун, будет катать меня на спине. Если этот придурок напьется, он будет ворчать и просить меня понести его на спине.

Вздох, давай просто перестанем думать. Это злило меня совсем не так, как Филафа.

— Возможно, у меня что-то не так со спиной?

— Я никогда не каталась на чей-то спине… — неловко пробормотала я, и он сузил глаза.

— Я также никогда никого не катал на спине. Это первый раз для нас обоих. Никто не узнает, если мы будем идти в этой странной позе.

— Хорошо. Тогда…

Я неуклюже обняла его за шею, и Исидор сделал паузу.

— Я тяжёлая?

— О, нет.

— Как насчет того, чтобы использовать магию, чтобы сделать меня легче?

Я сделала странное предложение, поскольку оно укололо мою совесть, и руки Исидора некоторое время барахтались, прежде чем поднять мое тело. Я немного расслабилась, так как его движения тоже были неловкими. Затем Исидор медленно поднялся в воздух. Наши тела были так близко, что его золотые волосы развевались, как будто касаясь моих щек.

‘Хааах’

Вскоре после этого душная голубая волна развернулась в моем поле зрения. Мне вдруг стало страшно, и я непроизвольно крепче обняла его за шею. Затем тело Исидора на мгновение слегка вздрогнуло.

— Что-то не так?

На самом деле, я внезапно замерзла, но его голос был достаточно спокойным.

— … Я в порядке.

Его голос был намного глубже, чем обычно. Чуть позже я обнаружила, что шея Исидора была очень красной. Его шея была красной, как помидор, как будто она вот-вот лопнет, и я неосознанно быстро перевела взгляд вверх. Это было потому, что у меня было странное чувство, что я стала свидетелем чего-то, чего не должна была видеть.