Как хорошо и удобно быть злодейкой (Новелла) - Глава 19

`Какие у нее скрытые намерения? Неужели она так хочет привлечь мое внимание?ʹ

Когда Дебора держала в рамках свое обычное поведение, Филап был сбит с толку.

Эта тщеславная дурнушка никому не уступит ради желания выставить всю себя напоказ.

Сейчас прекрасное время, дабы похвастаться, но почему она ведет себя столь тихо?

Филап, скрытно уставившись на спину Дебору, повернул голову и нахмурился.

Будто весь день пошел наперекосяк.

— Вау.

Несколько минут спустя Мия, стоявшая возле него, внезапно воскликнула.

— Что-то случилось?

— Та девушка с пурпурными волосами и вправду красива. В столице столько элегантных и изящных леди.

Элегантна?

Если бы она знала личность Деборы, то никогда бы не произнесла столь нелепые слова. Но, поскольку она девушка из бедной семьи, ей неведом этот мир.

Что ж, со стороны Дебора и правда выглядела изысканно. Возможно, из-за цвета волос и подходящего наряда нашлось потаенной уголок, привлекший внимание.

Белоснежная и длинная шея ярко выделялась благодаря черному колье, а утонченная фигура…

ʹЧерт. О чем я только думаю? Я что, выжил из ума?ʹ

Неважно, насколько слеп мужчина перед красотой женщины. Филап поспешно повернулся к Мии, чувствуя, как его ударили ножом по сердцу.

— Мия, ты намного элегантнее и привлекательнее. Никому не сравниться с такой девушкой.

— Не говорите подобные речи.

Мия, помахав рукой, как бы отрицая, слегка смутилась.

— Даже твоей скромности никому не под стать.

Филап нарочито разразился смехом, дабы кое-кто посмотрел.

ʹВремя будто остановилось. Как это пережитьʹ.

Смотря в окно, я почувствовала, как затвердела трапециевидная мышца.

ʹДолжно быть, меня уже заметили, да?ʹ

Спустя некоторое время Филап и Мия бурно что-то свое обсуждали, не отводя друг от друга глаз.

ʹИз его зениц стекает медʹ.

Надеюсь, у этих двух сложатся прекрасные отношения, пока они наслаждаются неудачей недруга.

И затем я бросила взгляд на профессора, стоящего перед трибуной, и молилась, чтобы меня не беспокоили.

Первый урок посвящался политологии.

Я вытащила из сумки перо и книгу под названием «Понимание политики».

ʹЧто еще за перо в стили принцессы?ʹ

Розовое перо с драгоценными камнями.

Пока я не училась, то не задавалась вопросом, зачем купила такие пестрые канцелярские товары.

ʹОх? Но мне повезлоʹ.

Перо дорогое? Ощущение, что скольжения по бумаге идеальное.

В отличие от перьев в башне, это было легким и нужной длины, поэтому держать в руке тоже было в неком роде мастерством.

В руке появился пишущий инструмент, который прекрасно мне подходил. Умение рисовать в прошлой студенческой жизни вылилось наружу, и я случайно придумала еще одну прекрасную вещь, в которой была хорошо Дебора.

ʹДа у меня золотая рукаʹ.

Я прекрасно чувствовала ловкость Деборы, поскольку до перерождения мои способности были никчемными.

Я внимательно смотрела на видневшееся издали за окном здание Академии и попутно воссоздавала сию картину. Что ж, получилось намного лучше, чем во времена, когда была студенткой Юн До Хи.

Если бы в прошлой жизни у меня была такая поразительная ловкость, то смогла бы поступить на архитектурный факультет.

Завершив в углу книги свой шедевр, я предоставила свое тело потоку сознания и потерла область вокруг глаз.

ʹСпа-ать…ʹ

Буквы разделились на три или четыре части, ибо меня окутал сон перед началом занятия.

Голос звучал ни тихо, ни громко, подобно колыбельной, и на место, где я сидела, падали солнечные лучи.

ʹНо, пожалуй, без разницы. Я все равно персонаж, который не учитсяʹ.

На меня нахлынули мысли и воспоминания.

Я без сознания заснула, и мне приснилась прошлая жизнь.

Я сидела в классе даже во сне.

Оказывается, большую часть моей двадцатичетырехлетней жизни я провела в классе. Двенадцать лет в школе и четыре года, учась на бакалавра. Невероятно, но прямо перед выпуском я попала в Академию мира романа.

Потому что у любой истории есть свой конец.

Пока я сетовала,будучи призраком, на то, что учеба тяжело давалась, раздался звук в лекционной комнате.

— Юн До Хи.

Я заскрежетала зубами.

Открылась дверь, и появился Ким Хан Чжун. Тот подлец был выдающимся.

— Сонбэ. Что случилось?

К сожалению, у меня не получилось выругаться бранными словами. Во сне издавались ласковые речи, словно я чем-то околдована.

— Ты поел?

— Н-нет еще.

— Пойдем сегодня вместе поедим. На этот раз я угощу тебя.

— Спасибо, я как раз проголодался.

О нет! Не стоит принуждать идти в студенческую столовую, дабы получить от меня самое дорогое.

И почему я была поражена, что потратила на свиную котлету целых 5000 вон.

— Юн До Хи. После еды хочется кофе выпить.

— Оппа, я заплачу за кофе.

Заткнись! Остановись.

— Могу попробовать новое меню в «Star Coffee Shop?»

— О, кстати, если еще получу две марки, то получу ежедневник.

— А, ну я тогда отдам оппе все марки.

Отдать марки? Он же постоянно, делая всякие выходки, мерзко поступал.

Глядя на стремительно уходящую черную историю и пребывая в позорной атмосфере, я слегка приподняла тело, хлопнув рукой по плечу.

ʹЧто. Я еще сплю?ʹ

Как только я открыла глаза, перед моим носом предстал красивый блондин. Глядя на мужчину, я нахмурилась.

Что ж, стало интересно, есть ли люди настолько до смешного красивые.

Должно быть, он ангел, снизошедший на землю, когда увидел бедную и жалкую меня, которой приснился кошмар с Ким Хан Чжуном.

Пребывая в печальном настроении, я смотрела на ангела, вторгшегося в мой сон.

Сцена с блондином, чьи волосы, будто созданные из расплавленного золота, как солнечный свет, ослепляют, завораживала.

Если его волосы были подобны солнцу, то его зрачки, прекрасно сочетавшиеся с привлекательным широким разрезом глаз, походили на изумрудное море.

Плавно приподнятый нос, будто создан искусным ремесленником, и к гладким губам приложена рука Богини, неустанно трудившейся три дня и три ночи.

Черты лица были одновременно изысканные и стройные, а вытянутая и жилистая линия шеи источала мужскую харизму.

От такой красоты я не могла оторвать глаз. Казалось, что вокруг мужчины время текло медленно, и прошли целые сутки.

И тогда.

Ко мне подошел мужчина, подобный ангелу, и заговорил.

— Занятие окончено. Леди Дебора.

Внезапно раздался плавный голос, доносящийся до барабанных перепонок.

ʹТак это был не сон?ʹ

Даже после того, как я протерла слипшиеся глаза, невообразимый красавец продолжал стоять передо мной.

— …Кто?

Я пришла в себе и нелепо пробормотала.

— Как оказывается, вы не знаете?

В его изумрудных глазах отразилась растерянность.

— А нужно знать?

Ответ прозвучал странно, но я тоже пребывала в замешательстве.

Как Дебора не может вспомнить такого привлекательного мужчину? Это вправду нетактично.

Во фрагментах воспоминаний Деборы остались только вещи, произведшие сильное впечатление, но, очевидно, блондин ничем не привлек Дебору.

ʹПодобное вообще возможно?ʹ

Теперь с уверенностью можно признать настоящую любовь Деборы к Филапу.

Насколько сильны чувства, чтобы не заметить такого мужчину?

Пока я размышляла, красавец, пришедший в чувства, широко улыбнулся. Когда на его привлекательных губах появилась нежная улыбка, едва сохраняя спокойствие, я почувствовала опасность.

ʹЭто тот самый…удар головой?ʹ

— Ха-ха. Может, и правда не знаете. Исидор Висконти. Мое имя.

Прекрасный мужчина, придя в себя, представился.

Исидор Висконти.

По-моему, я где-то его уже слышала. Оно упоминалось в бурном обсуждении тех леди, которых я встретила в Мэйсонде.

ʹОни больше всех им восхищалисьʹ.

Глядя на прелестное лицо, я сразу все поняла.

В Корее он бы достиг такой славы, что снимали бы даже его дыхание. А плакаты с фотографиями были бы расклеены по всем зданиям.

— Какова причина беспокойства?

На мой вопрос мужчина что-то протянул мне в своих белых кожаных перчатках.

ʹЭто…ʹ

То, что он мне передал, было связано с политологией.

ʹОн взял и лично для меня?ʹ

Возможно, это были распечатки на занятии, и он решил их мне отдать, когда я проснулась.

Однако это странно.

Но, если у него со слухом все в порядке, он же должен знать, что тут на районе я самая безумная женщина.

Я подозрительно взглянула на светловолосого парня.

Сомневаясь, я вспомнила сон с Ким Хан Чжуном и первую встречу с этим отпрыском. Ким Хан Чжун тогда тоже ждал, когда я проснусь, дабы отдать мне раздаточный материал, полученный от ассистента профессора.

Даже притворившись заботившимся обо мне, как алчный и развратный чиновник, он постепенно выжимал из меня пот и кровь, забирая все до последней капли.

— Я не нуждаюсь в чем-то подобном.

Я хладнокровно вернула распечатки, врученные им. Не составляло трудности на политологии, преподаваемой в Академии, открыто зевать. По сравнению с четвертым годом обучения в университете, книги по данной специальности в этом мире были на расплюнуть.

Раздаточный материал был нечто вроде кратким изложением предыдущей темы. Вполне достаточно запомнить информацию в книге.

— Но нет же ничего плохо в том, чтобы взять его, верно?

— …Что за бесцеремонное поведение?

— Вам приснился кошмар?

— Что?

— Пока вы спали, ваше выражение лица отражало, будто вас насильно заставляли работать. Ах, вы не голодны? Сейчас время обеда.

Меня поразила непринужденная смена темы.

Есть ли такие парни, подобные этому хитрецу?

— Я не голодна.

— Что ж, хорошо. Если честно, то я тоже не голоден. Можно просто выпить чаю.

— У меня нет времени на подобное. Так что прощайте.

Решительно отказав, произнеся лишь четыре слова, я отошла от мужчины.

Я почувствовала, как взгляд, полный замешательства, уставился на мою спину, но мой шаг лишь ускорился, словно за мной кто-то гнался.

Некоторое время назад вспыхнуло предупреждение.

ʹОпасноʹ.

Если продолжить смотреть на лицо, я бы поддалась искушению и потеряла голову, даже не спрашивая и упуская из внимания намерения мужчины.

Иначе говоря, именно блондин пробудил инстинкт самосохранения. Я бесконечно слаба к таким безнадежным мужчинам, как Ким Хан Чжун. К сожалению, подобный типаж в моем вкусе.

Однако у Исидора было беспощадное выражение лица, что отбросило все мои предпочтения.

ʹПовсюду шастают люди, которых следует опасатьсяʹ.

В конце концов это третьесортный роман. Осознавая, что не стоит терять разум и медленно мыслить, я с болью нажимала на ногти.

Уверенный, что прелестное лицо принесет победу, мастер, пытаясь приблизиться к принцессе Деборе, вернулся в гордом одиночестве.

Возможно, все из-за чувств? Это совершенное лицо пребывало в подавленном состоянии.

По неизвестной причине возник интерес к принцессе Деборе. С трудом поймав Пьеро, стремящегося обрести утешение, Мигель спросил невинными глазами.

— Мастер. Разве вы не сказали, что у вас назначена встреча на обед, и приказали вернуться мне первому?

Исидор прищурил глаза на лукавый вопрос Мигеля.

— Ты спрашиваешь, потому что знаешь или нет? Интересно, в чем же проблема. Моя правая рука либо нахальная, либо глупая. Это явно что-то одно из двух.

— Господин. Похоже, красота вашего лица не сработала. Кажется, вы слегка восприняли реакцию близко к сердцу?

— Не найдется слов, дабы что-то сказать.

Когда Исидор пнул Мигеля по твердому переднему краю большеберцовой кости, тот, издав предсмертный звук, подпрыгнул, паря в воздухе.

Выпустив гнев на невиновного, он взглянул на лицо, отраженное в стеклянном окне, и погрузился в глубины печали.

— Это лицо не может не приносить успеха. Я не знаю причины.

— Возможно, оно не во вкусе Деборы.

— Это совершенное лицо не может быть не во вкусе. Немыслимо, чтобы оно потерпело крах. У него золотое сечение. Верно?

— Везде есть исключения. Деборе больше по вкусу сэр Филап, нежели сэр Исидор.

Когда прозвучало имя Филап, глаза Исидора мгновенно сузились.

Примечания:

Быть увиденной у всех на глазах – досл.эффект демонстрации.

Трапециевидная мышца- поверхностная мышца спина (просто прикоснитесь к задней части шеи (это ее часть),тогда поймете о чем речь).

Стекает мед – смотрит на что-то очень привлекательное и любимое, быть очарованным кем-то.

Золотая рука – мастер на все руки.

Черная история- плохо прошлое, которое не хочется вспоминать.

Удар головой – тактика в тхэквондо,когда голова выполняет ту же функцию, что и удары ногами.

Четыре слова- на корейском предложение состоит из четырех слов.

Пьеро – можно перевести еще как актер театра масок, кукольного театра(Исидора сранивают с ним).

Во вкусе (про лицо,когда говорит Исидор)- т.е. нет ни симпатии, ни антипатии ; существуют те,кто любит, и те,кто нет. Можно перевести и как «во вкусе» .

Большеберцовая кость – та, что самая крупная кость голени, а передний край виднеется и прощупывается сразу под коленной чашечкой (посередине голени).