Как найти возлюбленную моему жениху (Новелла) - Глава 25

Взгляд Пансиона на краткую долю секунды обратился к Герену. Глаза засияли в лучах качающейся лампы. В них не было ни следа каких бы то ни было чувств.

— Почему ты не доложил об этом мне?

— Это тоже было приказано господином Тернером.

— Ты отлично разбираешься в этих вещах.

Пансион поднялся, подошел к винному стеллажу и вынул бутылку красного вина из верхнего отделения. Темная жидкость, колышущаяся на свету, походила на волну.

— Мой прекрасный брат оставил особняк в совершенном хаосе. Разве это не так, Герен?

Дворецкий не ответил, как будто кивок обозначал у него чувство сожаления.

— Моему брату не полегчало?

— Согласно докторам, осталось не больше полугода.

— Полгода…

Для Пансиона это было ни долго, ни коротко.

Он осторожно встряхнул бокал в руке и затем медленно выпил алкоголь. На его лице не появилось особенно удовлетворенного выражения. Он снова заговорил только после того, как поставил бокал.

— Через неделю императорская семья объявит северу войну. Дата отбытия — две недели спустя сегодняшнего дня. Принц Незар уже принял решение, я отправлюсь на поле боя.

Герен издал тяжелый вздох про себя. Если они отправятся наказывать северян, это займет как минимум пять лет, даже учитывая мощь империи.

Место наследника Йентеры будет пустовать пять лет.

— Прежде всего, пересели Карен на мою половину особняка. Я не могу продолжать притворяться, что не знаю о бесцеремонном поведении Марлен.

— Пожалуйста, пересмотрите решение об отъезде. Если вы уедете, не останется преемника, который мог бы унаследовать титул Йентеры.

— Преемника? Карен тоже наследница, разве не так? Согласно традициям, принятым на востоке империи, даже если ее законность несколько уступает… Если ты тревожишься, попытайся убедить мою мать как можно скорее.

Бокал для вина выпал из руки Пансиона в мусор.

— Смерть моего брата неизбежна. Когда думаешь, что еще рано, оказывается, что уже слишком поздно. Порядочная мать должна была раньше узнать о проделках своего второго сына.

***

— Почему ты должна это делать?

Я прекращаюсуетиться, услышав неожиданный вопрос, закатываю глаза и заглядываю в кабинет.

Тут есть кто-то еще, кроме меня и Рика?

Неважно, сколько бы мы ни смотрели, только мы и издавали здесь звуки, переворачивая страницы. Я стучу ногтями по столу, а затем запоздало поднимаю голову.

— Ты сейчас говоришь со мной?

— Тут больше никого, кроме тебя, нет.

Даже сидя напротив него, я слышу, как душат его слова.

Рик поднял взгляд, смотрит мне в лицо и затем снова опускает голову. Книга толщиной с его ладонь задрожала под моим подбородком. У меня закружилась голова, когда я взглянула на красиво написанные буквы, плотно прилипшие друг к другу как песчинки.

— Не понимаю, о чем ты говоришь. Ты дразнишь меня потому, что я сейчас читаю?

Если бы все было как прежде, я не взглянула бы на него и не стала бы сидеть рядом. Одной из наиболее необходимых добродетелей для леди являлось овладение литературой.

Последние двадцать минут я читала поэмы, полные непонятных метафор. Наслаждаться искусством — это трудный и тяжелый опыт.

— Это нормально — продолжать заниматься тем, что тебе незнакомо. Я хочу сказать, тебе действительно необходимо разорвать помолвку?

Я молча закрываю рот, услышав его неожиданный вопрос.

Рик был единственным, кто знал о моем намерении разорвать помолвку.

Я спокойно очищаю разум и отвечаю:

— Знаешь, Незар и я, возможно, не в братско-сестринских отношениях, но сложно было бы сказать, что мы друг друга любим.

— Это имеет смысл, Кейт. Ты всегда таскалась за ним, а теперь собираешься сделать что-то такое, чего никогда не совершала прежде? Это по-детски.

— Полагаю, ты кое о чем забыл: я и есть ребенок.

Ребенок, ведущий себя как взрослый человек, если быть точнее.

Часто мне казалось иллюзией, что я вступила в пубертат. Мне это представлялось затянувшимся сном: на самом деле мне просто пятнадцать, я обычная как в физическом, так и духовном отношении.

Это было куда более логичное и правдоподобное предположение, чем тот факт, что моя реальность изменилась. Однако я уверена, что прежняя моя жизнь тоже не была ложью, ведь воспоминания о прошлом, которым следовало представляться мне неясными как туман, оставались очень четкими.

Я не отрицаю прошлую жизнь, которой жила семнадцать лет. Однако воспоминания о моей прежней жизни не заслуживают того, чтобы дать им взять надо мной верх сейчас.

Так как персонаж по имени Катрина Эгелот была просто пятнадцатилетней девушкой, которая как раз растет.

— Честно говоря, никогда бы не подумала, что Незар прислушается к моим приставаниям и принесет клятву на помолвке. Конечно, я вцепилась в него как клещ, но все же…

Это забавно.

Перед Незаром я, Катрина Эгелот, привыкла вести себя как ребенок, но в своей прошлой жизни действительно осуждала его.

Когда мне не удается правильно высказать свое мнение, и когда я, в итоге, замолкаю, Рик спокойно произносит:

— Кейт, это благодаря Его Высочеству твое положение сейчас так стабильно. Ты, должно быть, тоже так думаешь.

— Ты советуешь мне расплатиться с ним своим телом и невинностью? Вот что обеспокоит Незара.

Мои чувства к Незару были глубже родственной любви и сильнее романтической, но это не означало, что они сопровождаются сексуальным желанием. Я представить себе не могла, чтобы мы поцеловались, да и не хотела этого представлять. Это было странно.

Ну, может быть, дело просто в том, что я еще юна.

— Причина, по которой Незар не может отказать мне, заключается всецело в его сострадании и чувстве долга, что у него присутствует. Это все равно что швырнуть самым дорогим шоколадом в бедного ребенка.

Если это сострадание и чувство долга постепенно угаснут с течением времени… Я не сумею вынести такую неопределенность. Вот почему мне нужно отступить. Будучи связанными помолвкой, мы неизбежно причиним друг другу вред.

Больше вреда будет Незару, наследному принцу, чем мне, младшей дочери графа.

Ох, черт возьми! Будь я просто глупой пятнадцатилеткой, мне не пришлось бы беспокоиться об этом!

— Это звучит как предубеждение. Как много ты знаешь о Его Высочестве?

— А что я не знаю о нем? Представь себя на моем месте. Даже если ты чего-то не видишь, ты можешь это почувствовать.

Теперь Рик откидывается на спинку стула и смотрит на меня, скрестив руки на груди.

На его лице настолько сложное выражение, что едва ли можно описать простыми предложениями.

— Так как ты молода, у тебя было много разных мыслей. Это неплохо. Однако я хочу сказать тебе, что перед тобой много путей, и ты можешь свернуть не на тот.

Я недовольно поджимаю губы. На самом деле, Рик не ошибается.

— Не находишь ли ты, что дело уже сделано? Наполовину это твоя ответственность. Если ребенка надолго оставить без присмотра, он свернет на странную дорожку. Прямо как я.

Старые плохие и хорошие воспоминания о детстве пришли ко мне на ум.

Оглядываясь, я понимала, что до десяти лет находилась в тишине лишь мгновения. Широкий луг, где паслись лошади, и сидела я. В те времена я всегда была одна.

— Вот почему я забочусь о тебе сейчас.

При словах Рика раздается смех. Хотя нежное внимание — это хорошая подкормка, неизбежно, что в долгосрочной перспективе тебя ждет разочарование.

— Какой от всего этого прок? Прошлое уже в прошлом.