Любимая Кукла Тирана (Новелла) - Глава 87

Итон выглядел как и раньше. Даже по прошествии четырёх лет он совсем не постарел. Всё было так же, за исключением его чуть более светлого цвета волос.

— Твоё лицо действительно выглядит ужасно, – сказал Итон мягким голосом. — Что-то случилось, пока меня не было?

Сеж беспомощно кивнула. Итон сел у окна и протянул к ней руку, нежно притягивая к себе.

— Иди сюда.

Тёплая рука погладила Сеж по спине, в то время как она только молча смотрела на него.

— Луна умерла.

— Вот оно что. Луна была твоей подругой?

— Да, моим единственным и неповторимым другом… она была мне как член семьи.

— …

— Она умерла из-за меня.

— О чём ты говоришь?

— Просто… Это произошло из-за меня. Вот и всё.

Сеж было трудно объяснить всё произошедшее: тот факт, что она знала о смерти Луны заранее, и то, что, несмотря на это знание, не смогла ничего изменить. Бесспорно, это была её вина.

— Сеж, в смерти некого винить, – успокаивающе сказал Итон. — Смерть – это то, что человек не может изменить. Что бы ни случилось, это не твоя вина. Я уверен, что Луна тоже бы так сказала.

Человек не может изменить? Сеж внезапно посмотрела на Итона.

— Итон, помнишь, что ты сказал мне тогда?

— Я помню большую часть того, что говорил тебе.

— Ты сказал, что, если я научусь создавать стабильный ветер, ты исполнишь моё желание.

— Да, было такое.

Теперь есть надежда – маленький проблеск надежды. Если человек не может ничего изменить, то, может быть, с помощью магии?..

— Я могу сделать это. Не так хорошо, как когда ты помогал мне, но я стала куда искусней.

— …Сеж, – Итон догадывался о чем она собиралась попросить. Выражение сочувствующего сострадания, которое было в его лице, поразило девушку.

— Я правда могу это сделать. Я могу показать тебе прямо сейчас. Итак, моё желание… Разве ты не можешь спасти Луну?..

— …

— Ты знаешь, как творить магию…

Если магия может это сделать, но Итону не хватает мастерства, Сеж может практиковаться всю свою жизнь, так долго, как только возможно. Если бы только она могла спасти Луну…

Однако ответ Итона оказался не таким, какого ожидала Сеж.

— Сеж, этого сделать нельзя.

Итон похлопал Сеж по спине, чтобы успокоить её, и продолжил говорить:

— Как только человек умирает, его нельзя вернуть к жизни. Это невозможно. Это то, что даже Бог не может сделать.

— …Вот оно что.

Опущенная голова Сеж отразилась в его красных глазах.

Затем Итон тихо произнёс:

— Если бы это было возможно, я бы уже сделал это.

Даже если бы это означало потерять всю силу, которой он обладал, Итон сделал бы это тогда, и Сьярхвина была бы жива.

— Итон… Ты потерял кого-то дорогого?

Итон молчал. Кто-то дорогой. Этих двух слов было недостаточно, чтобы описать Сьярхвину.

— Как я могу быть в порядке?.. Станет ли мне лучше со временем? Скажи мне, Итон…

— …Не знаю, – сказал Итон с горьким выражением лица. — Кажется, это случилось со мной только вчера.

Смерть Сьярхвины произошла очень давно. Однако Итон был запечатан примерно в то же время и застрял с этим воспоминанием. С тех пор прошли сотни и тысячи лет, но для Итона это было не так.

— Люди говорят, что ты должен отпустить того, кто уйдёт первым.

— …Как?

— Ну, я не знаю, как или что это значит, так как я только слышал это.

— Вчера Каен тоже сказала мне это. Если мне будет слишком грустно, если я буду продолжать держаться за неё, Луна не сможет уйти.

— Не сможет… уйти?

— Она сказала, что мы должны помнить счастливые воспоминания, а не плохие. Но я не понимаю. Чем больше я оглядываюсь на эти воспоминания, тем больше слёз я проливаю… – Сеж тихо вздохнула.

Вытирая слёзы Сеж, Итон размышлял. Если это правда, то даже если пройдут ещё сотни лет, душа Сьярхвины никогда не покинет этот мир.

— Тогда просто выплачь всё своё сердце. Плачь, пока не останется больше слёз. Тогда настанет день, когда она исчезнет. Точно так же, как говорят люди.

Даже если ты не сможешь отпустить её навсегда, я надеюсь, что тебе станет чуть лучше. Будь то замешательство, печаль, тоска… или даже гнев, – искренне надеялся Итон.

— Тогда однажды, когда ты поймёшь, как отпустить её вместе со своим сердцем, не подскажешь ли ты мне дорогу? Я буду ждать.

— …Итон?

— Я не могу придумать способ, поэтому я не знаю, как это сделать, – горько рассмеялся Итон. — Но ты в конце концов найдёшь способ, потому что ты доброжелательный и добросердечный ребёнок.

Большая рука погладила её взъерошенные светлые волосы.

Сеж вытерла слёзы и кивнула.

— Прости. Мы давно не виделись, но я говорила лишь о себе.

— Ничего страшного.

— Ты нашёл запечатывающий камень?

— …Да, я нашёл то, что искал.

Припухшие глаза Сеж расширились. Это потому, что выражение лица Итона было мрачным.

— Что-то случилось?

— Нет, ничего. Ладно… Может, поговорим о чём-нибудь другом?

Итон быстро стёр мрачное выражение со своего лица.

— Ты стала куда выше. Когда я видел тебя в последний раз, ты едва доставала мне до груди.

— Правда?

— Твоё лицо тоже сильно изменилось, что я даже не сразу узнал тебя. Если бы мы столкнулись друг с другом на улице, я бы едва узнал тебя.

— Лжец.

— Я серьёзно.

— Я бы узнала тебя с первого взгляда.

— …

— Я абсолютно уверена в этом. Почему ты всё такой же? Почему ты совсем не изменился?

Сеж задала два вопроса подряд, но Итон не ответил ни на один из них и просто улыбнулся.

— Рад увидеть тебя спустя столько времени, Сеж.

— Я… тоже.

Это звучало искренне. Итон по-прежнему оставался загадочным человеком, но было приятно увидеть его снова.

Сеж чувствовала себя так, словно снова соединилась с давно потерянным другом.

— Куда ты сейчас направляешься? Возможно… Ты собираешься снова уйти?..

— Нет, – Итон покачал головой. — Есть кое-что, что я должен увидеть собственными глазами. Я не уйду, пока не сделаю это.

Взгляд Итона внезапно обратился к окну. Казалось, что он смотрит на Дворец Рейтана.

— Твой брат… Что он задумал? – ни с того ни с сего спросил Итон.

Сеж тихо ответила:

— Ну-у… Ничего особенного… вроде бы. Он сильно заботится обо мне… Он даже приходил сюда некоторое время назад. По крайней мере, мне стало куда лучше именно благодаря ему.

— Понятно, – ответил Итон с ничего не выражающим лицом.

Но как насчет этого кровавого запаха, Сеж? Кто является причиной этого? …Не раскрывая своих истинных намерений.

— Скоро взойдёт солнце. Тебе лучше лечь поспать.

— А как насчёт тебя?..

— Я вернусь туда, где был раньше. Место, где я впервые встретил тебя.

— Дворец Леди Лизы?

— Совершенно верно.

— Ум. Но Императорский Дворец в последнее время стоит на ушах… Если тебя поймают…

— Не беспокойся об этом. Ты ведь уже догадалась, верно? Никто не может войти ко мне, если я не позволю.

Итон вновь сказал нечто, чего она не понимала.

Бесконечные вопросы появлялись в голове. Сеж поколебалась, затем открыла рот:

— В тот день, когда мы впервые встретились, ты позволил мне? Когда я вошла в ту комнату.

— Нет, – многозначительно усмехнулся Итон. — Это было возможно, потому что ты особенный ребёнок.

В одно мгновение лицо Сеж застыло, напряжённое и растерянное лицо делало её милой. Сеж была особенным дитя. Впервые Итон увидел кого-то, способного делать то, что делала она. Ему показалось, что она забавный ребёнок, и сегодня он думал так же.

— Сеж, марш спать. Ночной воздух холоден, так что не забудь одеяло.

Сеж слабо кивнула в ответ.

Пришла пора уходить. Итон медленно встал перед окном, а затем повернул голову назад с таким выражением лица, как будто он что-то забыл.

— У тебя всё ещё есть твоё желание, так как я не смог выполнить просьбу спасти Луну. Подумай о другом желании. Но я хочу, чтобы ты загадала желание, которое сможет сделать тебя счастливой. Что бы это ни было.

— Спасибо.

— Но не затягивай с ним.

…Потому что у меня осталось не так много времени, – Итон мысленно закончил предложение.

— Спокойной ночи, Сеж, – с этими словами Итон выпрыгнул из окна.

Оставшись одна, она безучастно постояла перед окном, а затем подошла к своей кровати, чтобы лечь.

…Значит ли это, что у Итона есть кто-то, кого он должен отпустить? Кто этот драгоценный человек, которого потерял Итон? И Рейтан… почему он сказал, что не сможет прийти завтра? Вопросы, на которые не было ответов, продолжали поступать непрерывно.

Сеж заснула вскоре после рассвета.

А на следующий день пришло сообщение о смерти Йохана Франца.