Магистр дьявольского культа (Новелла) - Глава 1

— Вэй Усянь мёртв! Вот так прекрасные новости!

Не прошло и дня с осады горы Луаньцзан1, как добрые вести разлетелись среди заклинателей2, будто на крыльях, ничуть не уступая в скорости когда-то разгоревшемуся пожару войны. И в самых именитых кланах, и среди простых бродячих заклинателей3 — всюду оживленно обсуждали осаду, которую возглавили Четыре Великих Ордена, собрав под свои знамёна сотни союзников.

1 Гора Луаньцзан — досл. — заброшенное кладбище, общее захоронение.
2 Заклинатель в контексте данной новеллы — человек, совершенствующий тело и дух, изучая боевые искусства и следуя даосским практикам.
3 Бродячий заклинатель — заклинатель, не принадлежащий ни к одному ордену или клану.

— Прекрасно, прекрасно, событие и в самом деле отрадное! Что же за герой покончил со Старейшиной Илин?

— Разве мог это быть кто-то ещё, кроме его собственного шиди4, Цзян Чэна? Именно он повёл за собой Четыре Великих Ордена — Юньмэн Цзян, Ланьлин Цзинь, Гусу Лань и Цинхэ Не и, поступившись братскими узами ради великой цели, уничтожил логово Старейшины Илин — гору Луаньцзан.

4 Шиди — младший брат в Ордене Заклинателей. В уся/сянься новеллах в орденах заклинателей соблюдается семейная иерархия, независимо от того, являются ли его адепты кровными родственниками. Цзян Чэн в данном случае младший брат Вэй Усяня не по родителям, а в соответствии с этой иерархией.

— И хорошо, что покончил, скажу я вам по справедливости.

— Так и есть, хорошо, что покончил! — вторили прочие голоса. — Если бы не Орден Юньмэн Цзян, что призрел и взрастил Вэй Усяня, оставаться бы ему поганым босяком до конца своих дней. Ни о чём другом и говорить не приходится… Прежний Глава Ордена Юньмэн Цзян воспитал Вэй Усяня, словно родного сына, а он – подумать только! – отрёкся от них, восстал против всего мира, покрыв клан Цзян несмываемым позором и доведя почти до полного уничтожения. Это ли не пример черной неблагодарности?! Самый что ни на есть!

— Цзян Чэн слишком долго позволял этому отродью творить бесчинства. На его месте я не только пронзил бы Вэй Усяня мечом в тот же самый миг, как вскрылось предательство, но и сверху донизу перетряхнул весь орден, чтобы среди учеников не осталось тех, кто вздумал следовать по стопам потерявшего человеческий облик. Здесь уж не до тёплых чувств к бывшему соратнику и другу детства.

— Но до меня доходили совсем другие слухи! Вэй Ин5 выбрал Путь Тьмы6, и Тьма ответила ему сполна: собственные призрачные солдаты растерзали его тело на мелкие кусочки. Говорят, в тот момент он был ещё жив.

5 Вэй Ин — первое имя Вэй Усяня. Называя Вэй Усяня таким образом, заклинатель проявляет к нему крайнюю неучтивость.
6 Путь Тьмы — заклинание (подчинение) темной энергии и использование ее в своих целях (подробнее см. 14 главу).

— Ха-ха-ха-ха-ха… Вот оно, немедленное воздаяние. Я сразу хотел сказать, что его призрачные солдаты подобны бешеным псам, что бросаются на любого, кто встретится у них на пути. В конце концов они обратили клыки против своего хозяина. Поделом же ему!

— Однако осада не возымела бы успеха, не знай молодой Глава Ордена Цзян о слабостях Старейшины Илин. Именно он составил план действий. Не забывайте, чем владел Вэй Усянь, и что помогло ему стереть с лица земли три тысячи заклинателей за одну ночь.

— А разве не пять?

— Три, пять — всё едино. Хотя, пять, скорее всего, ближе к истине.

— Он и в самом деле потерял человеческий облик…

— Хорошо, что перед самой смертью он уничтожил Тигриную Печать7 Преисподней8, можно сказать, совершил одно доброе дело. А иначе этот артефакт остался бы в мире людей и продолжил причинять им вред. Тогда преступлениям Вэй Усяня не было бы конца.

7 Тигриная печать – металлический знак в форме тигра, дающий право командовать войсками. Одна его половина находилась у императора, а другая — у военачальника. Только когда половины соединялись, генерал (или иной обладатель печати) мог приказывать солдатам.
8 Преисподней – ориг. — темное начало “Инь”, совокупное обозначение всего «дурного и темного».

Эти три слова — «Тигриная Печать Преисподней» — разом оборвали все разговоры, и повисло опасливое молчание.
Через некоторое время кто-то сокрушенно вздохнул:

— Эх… А ведь когда-то Вэй Усянь был одним из самых одаренных заклинателей, молодым господином именитого ордена, прославившимся в юном возрасте. Как великолепен и своенравен был… Почему же его жизнь завершилась столь плачевно?..

Тема разговора поменялась, и спор разгорелся с новой силой.

— Это ещё раз подтверждает, что заклинатель должен следовать Правильному Пути9. На первый взгляд Путь Тьмы кажется весьма и весьма соблазнительным, будто на нём любой может достичь небывалых высот. Но чем же все закончилось?

9 Правильный Путь — классический путь накопления светлой энергии в даньтяне с конечной целью обретения бессмертия.

Кто-то прогрохотал:

— От него даже целого трупа не осталось!

— Но не всему виной Путь Тьмы. Говоря начистоту, сам Вэй Усянь был довольно безнравственным человеком, его поступки вызывали всеобщее возмущение. Каждому, так или иначе, воздастся по делам его. Небеса милостивы и справедливы!

***

Так болтали обыватели после смерти Старейшины Илин. Почти везде шли разговоры об одном и том же, а любые попытки возражать немедленно пресекались.

Однако же была одна мысль, что тревожила всех, но никто не решался высказать её вслух.
Невзирая на полное уничтожение тела Старейшины Илин на горе Луаньцзан, никто не мог призвать душу Вэй Усяня.

Может быть, призрачные солдаты разорвали её на куски и пожрали?..

Или, может быть, ей всё же удалось ускользнуть?..

Первый вариант наполнял сердца людей безмерной радостью. Но с другой стороны, слухи утверждали, будто Старейшина Илин способен перевернуть Небо и землю, сдвигать горы и осушать моря, поэтому для него не составило бы труда противостоять призыву. В тот же день, когда его душа вернётся, заклинатели со всех концов земли или даже весь мир столкнутся с самым беспощадным и мстительным чудовищем, повергающим всех и вся в пучину кровавого хаоса, где миром правит Тьма.

Именно поэтому на вершине горы Луаньцзан возвели сто двадцать каменных изваяний для подавления тёмных сил, а все крупные ордены постоянно пытались призвать его душу, и от их пристального внимания не ускользал ни один подозрительный случай.

Прошёл год. Ничего не случилось.

Минул второй. Ничего не случилось.

Пролетел третий. Ничего не случилось.

…

Шёл тринадцатый год. По-прежнему повсюду царил порядок и спокойствие. Мало-помалу, люди поверили, что Вэй Усянь не был таким уж могущественным, и возможно, в самом деле сгинул навечно.

Он был способен уничтожить этот мир мановением руки, но в итоге уничтоженным оказался сам. Никто не может стоять на пьедестале величия вечно — мифы остаются лишь мифами.