Магистр дьявольского культа (Новелла) - Глава 70

Госпожа Цзинь сердито нахмурилась.

— Цзысюнь!

Улыбка Вэй Усяня испарилась, и он переспросил:

— Воспитание? — А потом медленно повернул голову: — Кривая дорожка?

Лань Ванцзи с нажимом позвал:

— Вэй Ин.

Необычную атмосферу заметили все вокруг, включая Цзинь Цзысюня. Затаив дыхание, они смотрели на Вэй Усяня, который снова улыбнулся.

— Хочешь знать, почему я не ношу с собой меч? Что ж, мне не сложно вам разъяснить.

Он развернулся и произнёс, чеканя слова:

— Потому что я хочу, чтобы вы знали: даже не используя меч, не имея при себе ничего, кроме того, что вы называете «кривой дорожкой Пути Тьмы», я всё равно останусь на недосягаемой высоте, а вы будете смотреть мне в спину.

Почти все присутствующие онемели, ошеломлённые его словами.

Ни один заклинатель никогда не осмеливался произносить столь высокомерные речи перед столькими людьми. Несколько мгновений спустя, придя наконец в себя, Цзинь Цзысюнь завопил:

— Вэй Усянь! Ты всего лишь сын слуги! Как ты смеешь дерзить?!!

Взгляд Лань Ванцзи заледенел, едва он услышал те два слова. Зрачки Вэй Усяня сузились. Его рука, казалось, уже готова была коснуться Чэньцин. Повисшее в воздухе напряжение грозило вот-вот взорваться, но кто-то вдруг произнёс:

— А-Сянь!

При звуке этого голоса сердце Вэй Усяня смягчилось. Он обернулся:

— Шицзе?

Цзян Яньли поманила его рукой:

— А-Сянь, встань за мной.

Вэй Усянь замешкался, но не успел и пошевелиться, как Госпожа Цзинь быстро взяла Цзян Яньли за руку.

— А-Ли, это их дела, тебе не стоит вмешиваться.

Но Цзян Яньли, виновато улыбнувшись Госпоже Цзинь, сделала несколько шагов и, встав перед Вэй Усянем, приветственно поклонилась Цзинь Цзысюню и остальным.

Цзинь Цзысюнь и его люди не знали, как реагировать. Кто-то ответил на приветствие, кто-то — нет. Цзян Яньли тонким голосом обратилась к Цзинь Цзысюню:

— Молодой господин Цзинь, из ваших слов получается, что А-Сянь прибрал себе треть добычи на горе Байфэн, не соблюдая правила, что является излишней дерзостью. Я… тоже никогда ни о чём подобном не слышала. Должно быть, это действительно причинило всем неудобства. Я приношу вам извинения вместо него.

Договорив, она снова поклонилась. Её выступление выглядело весьма серьёзным извинением.

Вэй Усянь воскликнул:

— Шицзе!

Цзян Яньли, не выпрямляясь, посмотрела на него и едва заметно покачала головой. Вэй Усяню оставалось лишь сжать кулаки и молчать.

Цзинь Цзысюань тяжёлым взглядом смотрел на них издалека. Лицо его выражало сложную гамму чувств. Цзинь Цзысюнь и остальные, однако, даже не пытались скрыть торжество и самодовольство.

Цзинь Цзысюнь усмехнулся.

— Дева Цзян, вы и в самом деле обладаете подобающими манерами и вникаете в суть дела. Поступок вашего шиди крайне неприличен и действительно причинил нам множество неудобств. Но поскольку вы имеете представление о приличиях, извинений от вас не требуется, памятуя о добром имени девы Цзян и Главы Ордена Цзян. Так или иначе, Ордены Юньмэн Цзян и Ланьлин Цзинь всегда были близки, как братья.

Он едва сдерживался от напыщенного хохота. Вэй Усянь кипел от гнева и до хруста сжимал кулаки. Только он собрался заговорить, как Цзян Яньли выпрямилась и со всей серьёзностью продолжила:

— Однако, несмотря на то, что я впервые принимаю участие в охоте, одно я знаю наверняка. За всю историю охотничьих состязаний мне ни разу не доводилось слышать ни о едином правиле, которое запрещало бы участникам в одиночку загонять слишком много добычи.

Улыбки на лицах заклинателей застыли, едва успев появиться.

Цзян Яньли продолжила:

— Итак, вы сказали, что А-Сянь нарушил правила… Так какое именно правило он нарушил?

Теперь настал черёд Вэй Усяня рассмеяться.

Лицо Цзинь Цзысюня потемнело, но ему нечего было возразить. И тому имелось две причины. Во-первых, прежде Цзинь Цзысюнь ни разу не видел, чтобы Цзян Яньли вступала с кем-то в полемику, поэтому не знал, насколько сурово должен ответить и стоит ли это делать. Госпожа Цзинь и Цзян Чэн высоко ценили Цзян Яньли, и Цзинь Цзысюнь не осмеливался безрассудно пойти против неё. Во-вторых, если заглянуть в правила, найти подобный запрет в самом деле невозможно!

К этому моменту кое-кто из толпы уже не мог держать себя в руках. В подобных ситуациях первым всегда срывался Глава Ордена Яо:

— Дева Цзян, это не самая удачная формулировка. Хотя некоторые правила и не записаны, все их осознают и с уважением придерживаются.

Кто-то закричал:

— Сколько всего тварей на горе Байфэн? Сотен пять хотя бы есть? Сколько людей участвует в облаве? Больше пяти тысяч! Мы изначально боремся за добычу изо всех сил. Если он забирает себе так много добычи, используя подлые методы, что остаётся делать другим?

Вэй Усянь ухмыльнулся, собираясь было что-то ответить, но Цзян Яньли остановила его, прошептав:

— Не говори ничего.

Кто-то недовольно добавил:

— Да! Иначе мне бы удалось хотя бы одну тварь достать.

Цзян Яньли ответила:

— Но… в том, что остальные не могут загнать добычу, нет его вины. — Заклинатель поперхнулся от возмущения. Она продолжила: — Разве суть охоты не в том, чтобы проявить истинную силу? Пусть гули ушли, но ведь остались ещё монстры и оборотни. Даже если бы он не забрал себе треть добычи или вообще не участвовал в охоте, те, кто не смог поймать добычу сейчас, не смогут сделать это в любом случае. И хотя методы А-Сяня отличаются от тех, что используют другие, это всё же развитая им лично способность. Нельзя называть это кривой дорожкой только потому, что остальные лишились доступа к трети добычи, не так ли?

У заклинателей вокруг Цзинь Цзысюня лица потемнели не хуже него. И всё же, учитывая положение Цзян Яньли, они не осмелились прямо возразить ей.

Девушка прибавила:

— Кроме того, охота это охота, так зачем поднимать вопрос воспитания? А-Сянь — адепт Ордена Юньмэн Цзян. Он вырос вместе со мной и братом, поэтому он тоже мне как брат. Называть его «сыном слуги»… Извините, но для меня это неприемлемо. И потому… — она выпрямила хрупкую спину и повысила голос: — Надеюсь, молодой господин Цзинь Цзысюнь принесёт извинения Вэй Усяню из Ордена Юньмэн Цзян!

Если бы это сказала не Цзян Яньли, а кто-то другой, Цзинь Цзысюнь наверняка уже отвесил бы говорящему оплеуху. Его лицо почернело от гнева, но он держал рот на замке. Цзян Яньли молча смотрела на него в упор, отказываясь отвести взгляд.

Госпожа Цзинь заговорила:

— А-Ли, к чему ты так серьёзна? Это пустяковое дело. Не нужно сердиться.

Цзян Яньли мягко ответила:

— Госпожа, А-Сянь — мой младший брат. И когда его унижают, для меня это совсем не пустяковое дело.

Госпожа Цзинь бросила взгляд на Цзинь Цзысюня и холодно фыркнула:

— Цзысюнь, ты слышал?

Цзинь Цзысюнь воскликнул:

— Тётушка!

Извиниться перед Вэй Усянем было для него по меньшей мере невозможно. Разве Госпожа Цзинь могла не знать его характер? Однако сложившаяся ситуация и так была довольно неприятной. Цзинь Цзысюнь, извинившись, наверняка вернётся в Башню Золотого Карпа в дурном настроении и закатит скандал, да не один. Представляя себе это, Госпожа Цзинь чувствовала, как внутри нарастает раздражение, и уже даже хотела схватить Цзинь Цзысюня за шею и заставить принести извинения, но неожиданно все увидели отблески приближающихся мечей. Это были Цзинь Гуанъяо и Лань Сичэнь.

Лань Ванцзи произнёс:

— Брат.

Лань Сичэнь удивлённо спросил:

— Ванцзи, почему ты тоже здесь?

Цзинь Гуанъяо же поинтересовался:

— Господа, что здесь происходит?

С его прибытием сдерживаемый ранее гнев двоих людей мигом нашёл себе цель. Как только Цзинь Гуанъяо сошёл на землю, Госпожа Цзинь принялась браниться:

— Всё улыбаешься? Такое серьёзное происшествие, а ты считаешь уместным улыбаться? Ты только посмотри, никчёмыш, что за охоту ты организовал!

На лице Цзинь Гуанъяо всегда держалась одна и та же улыбка. Совсем не ожидавший быть обруганным сразу по прибытии, он мигом согнал её с лица и сделался серьёзнее.

— Матушка, что здесь, в конце концов, происходит?

Госпожа Цзинь прищурилась.

— Что здесь происходит… сам не видишь? Разве ты не славишься умением прочувствовать атмосферу?

Цзинь Гуанъяо не ответил, зато заговорил Цзинь Цзысюнь:

— Треть всей добычи на горе Байфэн пропала. На что здесь охотиться пяти тысячам собравшихся?! — он воспользовался возможностью отбрехаться от необходимости извиниться перед Вэй Усянем.

Цзинь Цзысюнь как раз собирался продолжить, когда вмешался Лань Сичэнь:

— Ляньфан-цзунь уже распорядился расширить территорию охоты. Пожалуйста, успокойтесь.

Когда Цзэу-цзюнь заговорил, Цзинь Цзысюнь понял, что ему не стоит больше пререкаться. И дальше спускать пар на Цзинь Гуанъяо он уже не мог. Бросив стрелу на землю, Цзинь Цзысюнь холодно рассмеялся:

— В этот раз охота — сплошной фарс! Неважно. Если не поучаствую в ней, ничего со мной не случится. Я ухожу.

Цзинь Гуанъяо удивлённо замер.

— Цзысюнь, скоро всё будет устроено. Подождать придётся не более часа…

Глава Ордена Яо тоже вмешался:

— Молодой господин Цзинь, в этом нет необходимости!

Цзинь Цзысюнь ответил:

— Охота уже потеряла всю справедливость. С чего мне ждать? Прошу извинить, но я вынужден вас покинуть!

Он собрался вместе со своими заклинателями встать на мечи. Цзинь Гуанъяо поспешил к нему, чтобы уговорить остаться. Кое-кто хотел последовать за Цзинь Цзысюнем, другие мешкали и пока не собирались сдаваться. Ситуация мгновенно вышла из-под контроля.

Цзян Яньли покачала головой и повернулась к Госпоже Цзинь:

— Госпожа Цзинь, я доставила вам столько неудобств.

Госпожа Цзинь взмахнула рукой.

— Ты никогда не доставишь неудобства своей тётушке. Ругай этого неразумного паршивца Цзысюня как тебе угодно, мне до него дела нет. Если всё ещё злишься, могу помочь тебе его поколотить.

Цзян Яньли ответила:

— Что вы, не нужно… В таком случае, позвольте откланяться.

Госпожа Цзинь поспешила сказать:

— Обратно к трибунам? Я прикажу Цзысюаню проводить нас.

Говоря это, она старательно сверлила взглядом Цзинь Цзысюаня, стоявшего вдалеке от них уже довольно продолжительное время.

Цзян Яньли тихо ответила:

— В этом нет необходимости. Я бы хотела перемолвиться парой слов с А-Сянем. Он может меня проводить.

Госпожа Цзинь вскинула брови и смерила Вэй Усяня взглядом. Выражение лица у неё было слегка настороженное, словно ей что-то не нравилось.

— Молодой человек и молодая девушка… разве подобает вам оставаться всё время вдвоём без постороннего присутствия?

Цзян Яньли напомнила:

— А-Сянь — мой младший брат.

Госпожа Цзинь поспешила уверить:

— А-Ли, прошу, не сердись. Расскажи, какую глупость мой упрямый сопляк вытворил на этот раз? Я прикажу ему как следует загладить вину.

Цзян Яньли покачала головой.

— В самом деле, в этом нет необходимости. Госпожа Цзинь, не заставляйте его.

Госпожа Цзинь воскликнула:

— Да разве кто-то его заставляет?! Это вовсе не принуждение!

Вэй Усянь склонил голову.

— Вынуждены откланяться, Госпожа Цзинь.

Они с Цзян Яньли одновременно поклонились, но стоило им развернуться, чтобы уйти, как Госпожа Цзинь схватила Цзян Яньли за руку, никак не желая отпускать.

В суматохе к ним побежал Цзинь Цзысюань, громко выкрикнув:

— Дева Цзян!!!

Вэй Усянь притворился, будто ничего не слышал. Он потянул Цзян Яньли за собой:

— Шицзе, быстрее, пойдём.

Цзинь Цзысюань снова крикнул:

— Всё не так, дева Цзян!

На этот раз Вэй Усянь уже никак не мог притвориться глухим. Ему и Цзян Яньли пришлось повернуться на крики. Даже громко переговаривавшиеся заклинатели из группы Цзинь Цзысюня обратили внимание на Цзинь Цзысюаня. Все раздумывали над тем, что же значило это «всё не так». Цзинь Цзысюань пробежал ещё несколько шагов, словно хотел догнать Вэй Усяня и Цзян Яньли, но потом остановился чуть поодаль. Он сделал несколько глубоких вдохов, на лбу выступили синеватые вены.

А потом он вдруг закричал:

— Всё не так, дева Цзян! Моя матушка тут ни при чём! Это не она придумала! Меня не заставляют, совсем не заставляют!!! — Помолчав пару секунд, он наконец выпалил: — Это всё я и только я! Именно я хотел, чтобы вы пришли!!!

Цзян Яньли:

— …

Вэй Усянь:

— …

Госпожа Цзинь:

— …

Цзинь Цзысюнь:

— …

После всех этих криков бледные щёки Цзинь Цзысюаня вдруг вспыхнули кроваво-алым.

Он отшатнулся на несколько шагов, а остановиться смог, лишь наткнувшись на дерево. Подняв взгляд, Цзинь Цзысюань замер. Словно наконец вспомнив о множестве находившихся рядом людей и осознав, что именно сказал перед ними, он довольно долго стоял молча, прежде чем понял, что произошло. Затем неожиданно вскрикнул и умчался прочь.

После нескольких секунд гробового молчания Госпожа Цзинь гневно воскликнула:

— Дурень! Почему ты убегаешь?!

Она притянула к себе Цзян Яньли со словами:

— А-Ли, давай продолжим наш разговор позже на трибунах! Сначала мне нужно поймать его!

Она ушла, не успев закончить фразу. Вместе с несколькими остававшимися заклинателями вскочив на меч, Госпожа Цзинь понеслась в направлении, где скрылся Цзинь Цзысюань, выкрикивая его имя.

Вэй Усянь тоже совершенно не ожидал, что всё так обернётся. После произошедшей сцены он даже не знал, плакать ему или смеяться, поэтому лишь проговорил:

— Что за ерунду он творит! Шицзе, пойдём.

Цзян Яньли, замешкавшись, кивнула. Вэй Усянь махнул рукой Лань Ванцзи.

— Лань Чжань, я пошёл!

Лань Ванцзи кивнул, ничего не сказав, а потом всё так же молча проводил силуэты Вэй Усяня и Цзян Яньли, пока они не исчезли среди деревьев.

Тем временем Цзинь Гуанъяо так и не смог удержать Цзинь Цзысюня и остальных. Вся компания встала на мечи и улетела, громко жалуясь на все лады. Изначально собравшаяся огромная толпа поредела наполовину. Видя, что больше никаких представлений не предвидится, остальные тоже начали расходиться.

Цзинь Гуанъяо стёр пот со лба и вымученно улыбнулся.

— Всё это просто какое-то…

Лань Сичэнь похлопал его по плечу.

— В произошедшем сегодня нет твоей вины.

Цзинь Гуанъяо вздохнул и потёр переносицу.

— Боюсь, мне не удастся всё организовать даже за два часа.

— Почему?

— На самом деле, проблема не только в том, что молодой господин Вэй прибрал к рукам треть добычи. Помимо этого, наш Старший Брат в одиночку истребил больше половины оборотней и монстров.

На этих словах Лань Сичэнь рассмеялся.

— Что ж, вот такой он, наш Брат.

Лань Ванцзи же как будто задумался о чём-то своём. Цзинь Гуанъяо продолжил свою мысль так, словно у него отчаянно раскалывалась голова:

— И поэтому территорию охоты придётся расширять ещё больше.

Лань Сичэнь сказал:

— Что ж, давай приступим как можно скорее.

Цзинь Гуанъяо извинился:

— Прости, Брат. Ты здесь для того, чтобы участвовать в охоте, а я заставил тебя прийти на помощь в срочном порядке.

Лань Сичэнь улыбнулся.

— Мне это не в тягость. Ванцзи, мы приступим без тебя, или ты тоже не против помочь?

Лань Ванцзи молча призвал Бичэнь.

— Я помогу.

Когда они улетели на мечах, посреди леса осталось всего несколько человек, которые всё ещё обсуждали случившееся. Вскоре кто-то вышел к ним из леса. Оценив ситуацию, он на мгновение застыл.

Этим человеком был не кто иной, как Цзян Чэн. Он слышал на горе Байфэн разговоры о том, как в небе пронеслись вихри от мечей Лань Ванцзи и Цзинь Цзысюаня, словно эти двое подрались. Боясь, что рядом с Цзинь Цзысюанем могла оказаться Цзян Яньли, Цзян Чэн пришёл проверить, но опоздал — все уже разошлись.

Среди немногих оставшихся он увидел единственного хоть сколько-то знакомого человека, Главу Ордена Яо, и обратился к нему:

— Глава Ордена Яо, что здесь произошло?

Тот бросил на него взгляд и многозначительно произнёс:

— Глава Ордена Цзян, ваш Вэй Усянь та ещё личность.

Цзян Чэн нахмурился:

— О чём это вы?

Глава Ордена Яо рассмеялся.

— Я не тот, кто осмелился бы вам это объяснять. Глава Ордена Цзян, не стоит принимать близко к сердцу мои слова.

Лицо Цзян Чэна потемнело. Он знал, что речи эти ничего хорошего в себе не содержат, и решил после найти Вэй Усяня, чтобы тот как следует поплатился за содеянное, что бы это ни было. Не желая вести притворно вежливые беседы с кем-то строящим из себя умника, Цзян Чэн развернулся и пошёл прочь. По пути ему удалось уловить шепотки за спиной. Словно боясь, что он их услышит, говорящие сильно понижали голос, но благодаря обострённым чувствам Цзян Чэн всё равно четко различал каждое слово.

Один из глав кланов угрюмо произнёс:

— На этот раз Пристань Лотоса в самом деле отличилась! Почти все злобные духи и лютые мертвецы были призваны на территорию лагеря Ордена Юньмэн Цзян. Наверняка теперь многие заклинатели захотят переметнуться в их ряды.

Глава Ордена Яо ответил:

— Что мы можем с этим поделать? Чья вина, что в наших орденах нет Вэй Усяня?

— Присутствие Вэй Усяня в ордене — вовсе не обязательно к лучшему. Я не хотел бы, чтобы в моём ордене был человек, вечно доставляющий мне неприятности.

— Вэй Усянь… он и в самом деле слишком дерзок. Так или иначе, я больше не буду принимать участие в ночной охоте, где будет появляться он.

Кто-то ухмыльнулся.

— А? Переметнутся в Орден Юньмэн Цзян? Не думаю. Говоря по правде, если так случится, то только из-за Вэй Усяня. Разве во время Аннигиляции Солнца Орден Юньмэн Цзян не прославился исключительно благодаря Вэй Усяню?

Цзян Чэн почувствовал, как тело налилось тяжестью. Будто что-то отбросило навязчивую тень на его лицо и сердце.