Магистр дьявольского культа (Новелла) - Глава 90

Вэнь Нин мигом замолк. Только вода бурлила под стремящимся вперед паромом, когда Вэй У Сянь, мучимый невероятной головной болью, открыл глаза.

Он лежал, по-прежнему всем телом навалившись на Лань Ван Цзи. Внезапно к нему пришло осознание, что они уже не в Пристани Лотоса. Какое-то время ему никак не удавалось понять, что же случилось. И только увидев на левом рукаве Лань Ван Цзи пятна крови, похожие на вереницу цветков сливы на снегу, Вэй У Сянь наконец вспомнил, что происходило до того, как он потерял сознание от гнева. Он тут же в ужасе скривился и резко сел. Лань Ван Цзи попытался помочь ему приподняться, но звон в ушах Вэй У Сяня никуда не делся, а грудь все еще заполнял тяжелый запах крови. Ощущения не из приятных.

Вэй У Сянь боялся, что может снова закашлять кровью любящего чистоту Лань Ван Цзи. Махнув рукой, он развернулся и, держась за борт парома, попытался сдержать кашель. Лань Ван Цзи понимал, что Вэй У Сяню нехорошо, но ничего не стал спрашивать. Лишь положил ладонь ему на спину, посылая теплый поток духовной энергии.

Железный привкус пропал из горла. Вэй У Сянь наконец развернулся, и Лань Ван Цзи убрал руку. Помолчав немного, Вэй У Сянь попытался спросить: «Хань Гуан Цзюнь, как мы выбрались?»

На лице Вэнь Нина тут же проявилось беспокойство, он даже перестал грести. Как и ожидалось, Лань Ван Цзи сдержал обещание и ни словом не обмолвился об их тайне. Однако он никогда не врал и не придумывал объяснений, поэтому ответ был простым: «Мы сражались».

Вэй У Сянь поднял руку и потер грудь, словно пытаясь прогнать из сердца чувство подавленности. А потом вдруг выпалил: «Я знал, что Цзян Чэн не отпустит нас так просто. Этот сопляк… Как он мог так поступить?!»

Лань Ван Цзи нахмурился и низко произнес: «Не говори о нем».

Уловив недобрые интонации, Вэй У Сянь удивленно замер, но тут же ответил: «Ладно. Не буду».

Немного подумав, он снова заговорил: «Эм… Хань Гуан Цзюнь, не обращай внимания на то, что он сказал, ладно?»

Лань Ван Цзи уточнил: «На что именно?»

У Вэй У Сяня дернулся глаз. «На все. Этот сопляк с детства таким был. Стоит ему разозлиться, он болтает все, что в голову взбредет, какими бы дурными ни были слова. В такие моменты он забывает о манерах и воспитанности. Он скажет что угодно, выдумает самые ужасные оскорбления, лишь бы вывести противника из себя. За все эти годы он нисколько не исправился. Пожалуйста, не принимай близко к сердцу».

Говоря это, он тайком посматривал на Лань Ван Цзи, и его сердце постепенно тяжелело.

Вэй У Сянь изначально думал — или же надеялся, — что Лань Ван Цзи не примет слова Цзян Чэна близко к сердцу. К его неожиданности Лань Ван Цзи сделался совсем угрюмым, даже не ответил обычным «мгм».

Казалось, Лань Ван Цзи был расстроен оскорблениями Цзян Чэна даже сильнее, чем Вэй У Сянь мог себе представить. Возможно, ему просто не нравился характер Цзян Чэна или, возможно… ему особенно претило быть названным «бесстыжим», «бесцеремонным» и «неизвестно кем». В конце концов, орден Гу Су Лань всегда славился праведностью. Да и сам Хань Гуан Цзюнь никогда и ни у кого не ассоциировался с подобными словами.

Хотя за последние несколько дней Вэй У Сянь чувствовал, что Лань Ван Цзи относится к нему намного лучше и совсем по-другому, чем к другим людям, он никогда не осмеливался предположить, насколько же «лучше» было это отношение, или было ли это «по-другому» именно того рода, о каком он думал. Вэй У Сянь всегда считал, что самоуверенность никогда не бывает излишней, и вел себя соответствующим образом. Поэтому легенды частенько приписывали Старейшине И Лин бурную любовную жизнь, но на самом деле он никогда прежде не испытывал подобных волнений. Вэй У Сяню раньше казалось, что Лань Ван Цзи слишком легко понять, но теперь все было иначе. Страшно представить, что из них двоих только ему одному их отношения видятся именно такими, что он лишь принимает желаемое за действительное, что в нем слишком много самоуверенности.

Лань Ван Цзи молчал. Вэй У Сянь хотел развеять напряжение шуткой, уж в этом ему мастерства было не занимать, но побоялся, что вынужденный смех лишь усугубит неловкость. После некоторого колебания он вдруг спросил: «А куда мы направляемся?»

Смена темы разговора была невероятно резкой, но Лань Ван Цзи послушно поддержал: «А куда бы тебе хотелось?»

Вэй У Сянь потер затылок. «Мы еще не знаем, в безопасности ли Цзэ У Цзюнь. Также нам не известно, что собираются делать остальные. Как насчет того, чтобы сначала отправиться в Лань Лин… — Он внезапно кое о чем вспомнил. — Нет. Пока отложим Лань Лин. Отправляемся в Юнь Пин».

Лань Ван Цзи переспросил: «В город Юнь Пин?»

Вэй У Сянь сказал: «Да. Город Юнь Пин в Юнь Мэне. Я же тебе рассказывал, разве нет? Там, в Башне Кои, в потайной комнате Благоуханного Дворца я видел кое-какие документы. Прямо рядом с моими рукописями лежало подтверждение права собственности на одно место в Юнь Пине. Орден Лань Лин Цзинь богат и могущественен. Думаю, если бы не скрытые мотивы, Цзинь Гуан Яо не стал бы держать этот документ в тайне. Возможно, в Юнь Пине удастся что-нибудь найти».

Лань Ван Цзи кивнул. В этот момент заговорил Вэнь Нин: «Молодой господин, город Юнь Пин находится в этом направлении?»

Вэй У Сянь чуть не подскочил. «Что?!»

Они с Лань Ван Цзи сидели спиной к корме, потому он и не видел Вэнь Нина. Стоило кому-то внезапно заговорить, у Вэй У Сяня волосы встали дыбом, и он ошарашенно развернулся. «А ты как здесь оказался?!»

Вэнь Нин поднял голову и невыразительно ответил: «Я? Я тут с самого начала».

Вэй У Сянь напустился на него: «Тогда почему молчал?»

Вэнь Нин сказал: «Я видел, что вы разговариваете с Хань Гуан Цзюнем, молодой господин, поэтому не…»

Вэй У Сянь продолжал: «Хоть бы звук какой издал тогда!»

Подняв руку с веслом, Вэнь Нин возразил: «Молодой господин, я ведь греб. И постоянно производил этим шум. Вы разве не слышали?»

«…» Вэй У Сянь взмахнул рукой. «Я даже не заметил. Ладно, хватит, прекращай грести. Ночью здесь быстрое течение. Лодка и без весла хорошо пойдет».

Он вырос в Юнь Мэне и плавал по здешним рекам с самого детства, так что, конечно же, здешние течения были ему знакомы. Вэнь Нин подчинился и опустил весло, а потом сдержанно примостился у самого края, на расстоянии шести чи от Вэй У Сяня и Лань Ван Цзи. Они прибыли в Юнь Мэн в три часа ночи, с тех пор произошло столько всего, и уже занимался рассвет. По глубокой синеве неба разливалось белое свечение. Наконец показались горы по берегам реки.

Оглядевшись вокруг, Вэй У Сянь вдруг воскликнул: «Я проголодался!»

Лань Ван Цзи поднял голову. Конечно же, Вэй У Сянь вовсе не был голоден. Он только недавно умял три лепешки, купленных у торговца на причале возле ворот Пристани Лотоса. Лань Ван Цзи съел всего одну, и это была единственная пища за последние два дня. Вэй У Сянь явно что-то задумал. Казалось, впереди не было ни единого признака населенного пункта. Скорее всего, им пришлось бы еще довольно долго плыть по течению, чтобы добраться до города или поселка, где представится возможность отдохнуть и поесть.

После секундного молчания Лань Ван Цзи ответил: «Пристанем к берегу?»

Вэй У Сянь произнес: «Тут на берегах мало людей, но я знаю одно местечко».

Вэнь Нин тут же поднял весло и направил паром в указанном направлении. Вскоре течение поднесло их к ответвлению реки и дальше в заполненное лотосами озеро.

Поверхность озера плотным ковром покрывали всевозможных размеров листья лотоса. Узкий поток прорезал путь в самое сердце озера. Если бы кому-то подумалось посмотреть с высоты, можно было бы увидеть, как следом за потоком покачиваются на поверхности листья лотоса. Пробираться среди зеленых зонтиков, расталкивать в стороны большие листья, находить один за другим спрятанные под ними отцветшие лотосы с семенами — все это напоминало поиски сокровищ. Сияя широкой улыбкой, Вэй У Сянь как раз собирался протянуть руку и подхватить лотос, когда Лань Ван Цзи вдруг позвал: «Вэй Ин».

Вэй У Сянь протянул: «Что не так?»

Лань Ван Цзи спросил: «У этого озера есть владелец?»

Вэй У Сянь с самым честным лицом ответил: «Конечно же нет».

Разумеется, хозяин у озера имелся. Еще в одиннадцатилетнем возрасте Вэй У Сянь частенько воровал отцветшие лотосы и сладкую болотницу на многих озерах Юнь Мэна. Он давненько позабыл об этом увлечении, но теперь, когда возникла потребность в добыче еды для дальнейшего путешествия, пришлось вернуться к старым привычкам.

Голос Лань Ван Цзи звучал прохладно: «Я слышал, что у всех лотосовых озер в округе есть хозяева».

«…» Вэй У Сянь залился смехом: «Ха-ха-ха-ха, серьезно? Очень жаль. Ты и правда много чего слышал, да? До меня вот такие слухи не доходили. Ну, тогда поплыли».

Будучи разоблаченным, Вэй У Сянь прекрасно понимал, что ему не хватит бесстыдства заставлять Лань Ван Цзи помогать ему в таких глупостях. Чтобы прославленный Хань Гуан Цзюнь воровал отцветшие лотосы в чужом озере — это казалось чем-то совершенно неуместным. И только смущенный Вэй У Сянь собрался взяться за весло, как Лань Ван Цзи протянул руку и сорвал отцветший лотос.

Он протянул добычу Вэй У Сяню со словами: «Следующего раза не будет».