Мои друзья детства пытаются прикончить меня (Новелла) - Глава 148

За некоторое время до этого Лелии приснился сон.

Это произошло в тот день, когда они с Оскаром болтали всю ночь. Когда на следующее утро она собиралась сходить к Сене и дать ей лекарство, до нее дошло, что в голове у нее прояснилось. Разговор с Оскаром позволил ей расслабиться.

— Оскар, вернувшись из Храма… как ты поживал?

По сути, она хотела спросить это со дня их встречи.

Оскар мягко ответил:

— …Все время скучал по тебе. Каждый день ждал от тебя письма.

— Отец тебя не беспокоил?

— Да мне в целом было плевать. Ведь когда я думал о тебе, все становилось нормально.

От этих слов Лелиа рассмеялась, ведь то же самое относилось и к ней.

Когда ей было холодно, голодно и одиноко, а окруженная служанками Джулианна сияла румянцем. Когда она сдерживала к принцессе Джулианне зависть, и когда принцы-близнецы обращались с ней, как с червем. Когда она в одиночестве залечивала сердечные раны, нанесенные ей императором Персеем. Ей все было нипочем, когда она думала о своих друзьях.

Что может быть лучше, чем иметь таких друзей, как у нее? К чему завидовать Джулианне? Лелиа ни капельки ей не завидовала. Думая так, она успокаивалась. Мысли о друзьях ей всегда помогали.

— …А ты? — спросил Оскар, слабо улыбнувшись Лелие.

— Я… — та на миг заколебалась. Ей не хотелось говорить правду, но она решила все-таки это сделать. — На самом деле, в письмах я делала вид, что у меня все хорошо, но… Мне было очень одиноко. Я жила сама по себе в маленькой башенке, и вокруг не было ни души.

— …

— Я голодала и боялась… но для меня это тоже было терпимо. Воспоминания о Храме были такими счастливыми, что я сочла нормальным побыть немного несчастной.

Не говоря ни слова, Оскар пошевелил пальцами. Коснулся кончика ее мизинца. Лелиа сидела рядом с ним, привалившись спиной к стене, и лишь их мизинцы соприкасались. Она так странно себя чувствовала. Так, словно вернулась в детство. Тогда ладошки Оскара были гораздо меньше, да и сам он был куда ниже, а она… Снова посмотрев на ручищи Оскара, гораздо более крупные, чем у нее, Лелиа надулась. Послышался его голос:

— Прости, что сразу тебя не узнал.

— …

— Прости, что так на тебя смотрел.

Лелиа слабо улыбнулась в ответ. Разумеется, ее это тогда напугало и ранило, но… Если так подумать, это не имело особого значения. И все же Оскар сожалел о том, как прошло их воссоединение. У него было такое выражение лица, словно он находился при смерти.

— Все говорили о том, что собирались отомстить. Но что вы планировали делать после этого?

— …

— Ты, должно быть, хотел вернуться в Храсвельг и захватить трон?

— Нет.

Услышав твердый ответ Оскара, Лелиа вскинула бровь? А что тогда? На этот ее вопрос Оскар без колебаний ответил:

— Я собирался умереть.

— …Что?

— Я собирался умереть вместе с тобой.

— Ого, что это еще за шуточки? Как жестоко…

— Тогда бы я смог быть рядом с тобой.

— …

Оскар сообщил это с таким серьезным видом, словно шутки были ему незнакомы. Лелиа так удивилась, что закусила губу. Вся ее спина покрылась мурашками. Похоже, Оскар говорил совершенно серьезно. Он и правда собирался умереть.

Лелиа к нему повернулась, у нее перехватило дыхание. Подумав, она поняла, почему Оскар был так ослеплен ей. Однако… припомнив все свои оправдания, покачала головой.

— …Я пыталась выжить, — честно ответила она.

Она хотела рассказать Оскару о себе и о своей жизни. Наверное, он поймет. Если Лелиа поведает о том, как она дорога семье Суперионов, это заставит его передумать? Она гадала, сможет ли она выправить отношения с ним, запутавшиеся, словно клубок ниток.

Лелиа рассказала о некоторых событиях из детства. О голоде, о приказе императора ехать в Нейтральную зону, о ранах, нанесенных ей братьями-близнецами после ее возвращения оттуда. Ей было неловко, но еще она рассказала о том, как завидовала Джулианне. Оскар спокойно слушал ее историю. Договорив, Лелиа почувствовала его мизинец на своем.

— Мне убить ее?

— Что?

— Если хочешь… я убью кого угодно.

— …Ну вот, опять. Хватит уже этих кровожадных шуточек, Оскар.

— …

Лелиа смутилась и сделала вид, что приняла все за шутку, но она знала, что Оскар говорил всерьез. Она что, рассказывала о себе впустую? Лелиа слабо вздохнула и улыбнулась. Уже взошло солнце, а они все продолжали эту неловкую беседу. После нее Оскар почувствовал себя немного уютнее.

Закрытые веки медленно приоткрылись. Проснувшись, Лелиа посмотрела на знакомый, но отчего-то показавшийся незнакомым потолок. Она находилась в своей комнате. Во владениях Суперионов.

— Очнулась?

Обернувшись, Лелиа увидела Ромео, глядевшего на нее с тревогой.

— …Ромео.

— Я рад. Каликс, этот монструозный ублюдок, быстро тебя нашел… Мне стоило раньше выпнуть его на поиски.

Ромео ухмыльнулся и разворошил Лелие волосы. Та, посидев в прострации, широко распахнула глаза и спросила:

— Ух, мама… Где мама?

— Ты о женщине, которую взяла с собой? Она в другой комнате.

— Она проснулась?

— Нет.

Лелиа медленно выбралась из постели. Ей стоило поторопиться в ту комнату… Ей столько всего предстояло объяснить семье.

— Вся твоя семья уже знает. Каликс в общих чертах все рассказал. Ты говорила, что твоя мать жива?

— …А…

Лелиа устремилась в гардеробную: сначала ей нужно было переодеться. Однако она не смогла сделать и несколько шагов: силы оставили ее, ноги подкосились, и она плюхнулась на пол.

— Ты в порядке? — послышался дружелюбный голос.

Ромео медленно ее поднял и уложил обратно в кровать.

— Успокойся.

— …Ромео.

— Говори.

— Оскар… Я думаю, Оскар болен, — моргая, сказала Лелиа.

У нее перед глазами по-прежнему стояло последнее воспоминание об Оскаре. Его плечи болезненно подрагивали, а сам он прятал лицо, в чем, казалось, не было смысла.

— Несмотря на то, что он наш друг, он — псих, который тебя похитил. Я ожидал, что нечто подобное однажды произойдет… Просто это случилось совсем уж внезапно.

Ромео цокнул языком. Он покачал головой так, словно ничего не мог поделать с Оскаром.

— Поэтому, Лелиа, позабудь его. Разве у него не поехала крыша из-за того, что ты была к нему добра? Он тебе больше не друг.

— Как… Как ты можешь так говорить? — к словам Лелии примешивались слезы.

— …Лелиа, ты в порядке?

— Оскар правда… Он и правда болен. Правда.

Пока Лелиа так говорила и плакала, выражение лица Ромео становилось все серьезнее и серьезнее. Он действительно болен? Ромео ничего не знал об этом. Он думал, что речь шла о чем-то вроде тех приступов, что были у него в детстве, однако Лелиа реагировала так остро.

— Успокойся, Лелиа. Ладно?

— Я хочу вернуться. Помоги мне, Ромео.

Лелиа вспомнила волшебный свиток, который Ромео дал Каликсу. Она цеплялась за его руку, а он ей согласно кивал.

— Для начала успокойся. Ведь ты… Да. Тебе надо повидаться с дедушкой. Все о тебе волнуются.

Выслушав Ромео, Лелиа успокоилась и кивнула. Но в глубине сердца она все равно продолжила тревожиться.

— Лелиа, как ты? В порядке?

— Да, дедушка…

Семья Суперионов собралась в большом кабинете, где обычно устраивались встречи с вассалами. У дедушки было серьезное выражение лица, у дяди Зинона жесткое, а у тети Атиас опухли глаза. Рядом с ней рыдал дядя Кариус.

— Элизабет была жива, а я и не знал…

На лицо дедушки опустилась тень. Он радовался и грустил одновременно. Лелиа все им рассказала: то, как встретила маму в Нейтральной зоне, и все, что она слышала об ее жизни. Однако она не стала говорить, почему она не просыпалась: не была уверена, что сможет объяснить, как воскресила свою убитую мать. Лелиа лишь сказала, что та потеряла сознание от шока, когда умер ее наставник. Дядя Кариус плакал на протяжении всего рассказа.

— Но раз уж мы снова ее нашли… Теперь все хорошо. Когда она проснется… — беспомощно пробормотала бабушка и спрятала лицо в ладонях.

Лелиа оглядела свою семью и произнесла:

— Она потеряла память… Даже проснувшись, она вас не узнает.

Она сказала это, чтобы родственники не сильно расстраивались, если мама их не узнает. Она изготовила еще одно зелье для восстановления памяти, однако сейчас важнее всего было маму разбудить.

Почему она до сих пор не очнулась?

Прежде чем идти в кабинет, Лелиа заглянула в комнату к матери и долго смотрела на ее спящее лицо. Она была в том же состоянии, что и днем ранее. Глядя на нее, Лелиа забеспокоилась, все ли с Эликсиром было в порядке. Это лекарство спасает жизни, однако выпившие его так никогда и не просыпаются? В таком случае, как же ей быть? Она пыталась попросить о помощи Алхимчика, но тот так и не ответил, можно ли было что-то с этим сделать. Лелиа нервно закусила губу.

— Теперь все закончилось, как отец и сказал. Нам нельзя допустить, чтобы что-то подобное произошло еще раз, — решительно заявил дядя Зинон. Дедушка поднял на него взгляд, и он твердо произнес: — Я больше никому не позволю лишить меня члена семьи. Даже императору Персею или Оскару Храсвельгу, который украл Лелию. Даже ему.

Тетя Атиас поморщилась от его слов.

— Хочешь сказать, что не желаешь сообщать об этом императору Персею?

— Конечно.

— Да, поддерживаю.

Несмотря на то, что тетя Атиас потрясенно задала свой вопрос, она спокойно выразила свое согласие. А дядя Кариус все же сомневался, ведь он лично видел раздавленного горем Персея.

— …Элизабет никогда к нему не вернется. Если ему захочется ее повидать, пусть приезжает сюда. В любом случае, во дворец я ее больше не отпущу. Даже если Элизабет этого захочет, туда она больше никогда не поедет, — твердо заявил дедушка.

Это само собой разумелось: раньше Элизабет с Персеем были парой, но теперь уже нет. Все-таки у императора появились новые жена и дети. Герцог какое-то время раздумывал, а затем повернулся к Лелие.

— Лелиа, и ты тоже. Как же дедушка удивился… Ты нигде не ранена?

— …Нет, дедушка, — мягко ответила Лелиа, поморщившись.

Сначала Ромео, а теперь еще и ее семья. Все они говорили об Оскаре так, словно тот был худшим в мире злодеем.

— Оскар… Я слышала, он прислал предложение о браке.

— Ага, я его видел. Он тебя украл, так с какой стати я должен был это позволить? Я думал, начнется война.

— …

— Ты не могла уехать, не поговорив сначала с нами. Поэтому я не поверил.

Выслушав дедушку, Лелиа опустила голову.

— Так что вот, Лелиа.

— …Да.

— Сэр Каликс. Как насчет того, чтобы выйти замуж за этого молодого человека?