Мои друзья детства пытаются прикончить меня (Новелла) - Глава 172

Каликс подошел с таким видом, словно он был старым воякой, пытающимся подловить своих подчиненных на грешках и вправить им мозги.

Он растерянно почесал лоб указательным пальцем и растащил Лелию с Оскаром в разные стороны.

— Эй, раз ты наложник, то и веди себя, как наложник.

— …

Оскар проигнорировал слова Каликса и отвернулся.

Лелиа же наоборот уставилась на него во все глаза.

«Что еще за наложник? Где он такое выучил?»

— Лелиа, тебе тоже стоит вести себя правильно. Если будешь добра только к своему наложнику, то в один миг все падет прахом. Разве дядя тебе этого не говорил?

— …

«Что за херню дядя сказал Каликсу?»

Имея дело с Каликсом, Лелиа чувствовала себя так, словно смотрела на взрывчатку.

— Ты поцеловала наложника. Сюда тоже целуй.

Каликс вытянул руку.

— Что, что ты делаешь?

Лелиа смутилась, но Каликс все продолжал решительно совать ей свою руку.

Когда Оскар попытался его остановить, Лелиа преградила ему путь.

Сказать по правде, отношения между Оскаром и прочими друзьями казались неестественными. Скорее всего, это из-за того, что случилось в прошлый раз.

Он в конце еще и с Каликсом тогда подрался…

Лелиа боялась, что немедленно завяжется драка. Она не хотела опять смотреть, как ее друзья бьют друг друга.

Чтобы не допустить этого, она была готова поцеловать Каликсу руку, однако Оскара бы это напрягло.

Теперь, когда они признались друг другу в чувствах, это было естественной реакцией, ведь теперь Оскар стал ее возлюбленным.

Когда Лелиа это осознала, у нее засвербело в сердце.

— Скорее, скорее. Сделай это четыре раза.

— Ох, ясно, — она покосилась на Оскара.

Тот выглядел так, словно сдерживал недовольство.

Лелиа опасалась, что он мгновенно взорвется от гнева, но его реакция вызвала у нее облегчение.

«Полагаю, он не станет ревновать из-за такой мелочи».

Оскар точно ревновал, но это было неожиданно.

Казалось, что Каликса все устраивало, ведь они дружили с самого детства.

С другой стороны, когда Лелиа подумала о том, как Оскар целует руку другой женщине… От одной лишь мысли об этом у нее подскочила температура.

Она вспомнила, как разозлилась при виде того, как он тогда улыбался другой девушке. Думая об этом сейчас, она поняла, что в тот раз ее определенно снедала ревность.

Но она решила, что все будет в порядке, если речь о друзьях.

Поцеловать руку Каликсу…

Она не могла себе этого представить, но это не имело значения. Лелиа решила, что это скорее будет даже неплохо, потому что они так близки.

Должно быть, Оскар думал так же.

С этими мыслями Лелиа поцеловала Каликсу руку.

— Да, теперь все в порядке, — с улыбкой сказал тот.

Похоже, его устраивало то, что его поцеловали в два раза больше, чем Оскара.

Вот так они втроем направились к оранжерее.

— Когда мне сообщить твоей семье? — вдруг на ходу спросил Каликс.

Лелиа не понимала, о чем он говорил, но не сомневалась, что это была та самая взрывчатка, из-за которой она волновалась.

— О чем ты?

— О том, что ты, я и он женимся.

— …

Лелиа остановилась и напряглась.

«Каликс, ты и правда…»

— О чем ты говоришь? — спросил Оскар, хмурясь.

Каликс радостно ответил:

— В смысле? Это значит, что я принимаю тебя в качестве младшего брата.

— …

— Разве ты меня вчера не слышал? Тебе стоит черпнуть образованности у дяди Кариуса. Наложник не такое положение занимает.

— …

— Слушай. Сначала поженимся мы с Лелией. Ты сможешь на ней жениться лишь после того, как я это разрешу.

— Кто сказал этот бред? — пробормотал Оскар, подавляя злость.

Каликс дерзко ответил:

— Чье сердце ты хочешь? В любом случае, я тебя принимаю, так что будь благодарен.

— …

— Гриффит, Ромео? Не думаю, что им это светит.

Каликс пожал плечами, как бы говоря, что один лишь Оскар удостоился особого отношения. Тот его игнорировал так, словно он не заслуживал ответа.

Лелиа пребывала в растерянности.

Это, и правда, так…

Каждый раз как Каликс так делал, она не обращала внимания и все ему объясняла.

Но это ни разу не сработало.

Каликс верил лишь в то, во что хотел верить. Никто не мог перебороть его упрямство.

Возможно, он по-прежнему считал Лелию мужчиной. Она бы точно не удивилась, если бы узнала об этом.

Она вздохнула в растерянности.

Они подходили к оранжерее.

— Каликс, выходят замуж за одного… Это делают с одним человеком, — с трудом выдавила Лелиа, поборов приступ раздражения, и вошла внутрь.

— Так ты говоришь, что согласна с тем, чтобы он был наложником? — ответ оказался еще фееричнее.

Каликс указал на Оскара и назвал его «наложником».

«Ты велишь Оскару быть наложником?»

Лелиа наморщила лоб. Похоже, Каликс считал, что они с ним уже женаты.

Как это может быть?

— Каликс, мы с тобой не женаты.

— Раз мы согласились это сделать, значит, все равно что уже женаты.

— Я никогда на это не соглашалась.

— Соглашалась. Ты на меня набросилась.

— Это…

Лелиа сжала губы. Внутри нее кипела злость.

Оскар спросил взглядом, о чем говорил Каликс.

Ромео, уже бывший на месте, их подозвал. Сдержавшись, Лелиа подошла к столу.

Неуютное чаепитие началось.

Тем временем во дворце Аурелии.

Седрик с тяжелым сердцем мерил комнату шагами.

Этим утром император очнулся.

Однако едва он открыл глаза, как выяснилось, что он был не в своем уме.

— Где я? — спросил Персей хриплым голосом. Наморщив лоб, он наблюдал за плакавшим перед ним Седриком. — Кто ты?

От этого Седрик почувствовал себя так, словно его по голове огрели. Император не узнавал собственного сына.

И не только. Он признал всего несколько человек. Не узнавал никого, кроме нескольких слуг. Даже собственную семью.

Доктора с чародеями спешно принялись его лечить.

После длительного лечения они с сожалением сообщили:

— Это… Похоже, он полностью забыл события пары последних десятилетий. Должно быть, шок оказался слишком силен.

— Разумеется…

Императрица удивилась, а Джулианна дрожала и плакала.

— Воспоминания могут быстро к нему вернуться, а могут и не вернуться вовсе. Однако если вы попытаетесь пробудить их силой, это может привести к проблемам. Пока что ему будет лучше отдыхать и общаться лишь с теми людьми, которых он помнит.

После этих слов доктора взяли под контроль спальню императора.

К нему допускали лишь законотворцев, врачей и слуг, которых он помнил.

Если говорить точнее, то император психологически вернулся в свои семнадцать лет, в те времена, когда он еще даже не был знаком со своей первой любовью.

Его подсознание стерло все воспоминания.

Но шокировало не только это.

Когда император впал в такое состояние, один из его молчавших все это время подчиненных, ездивший вместе с ним в Храм и к герцогу, пришел к Седрику и все рассказал.

— …Поверить не могу.

Из-за невероятного известия Седрик никак не мог взять себя в руки.

Поначалу он отрицал реальность.

Как такое возможно… Не может быть. Это ложь.

Однако потом он поверил в услышанное.

У него дрожали руки и ноги, а сердце колотилось. Голова шла кругом, не хватало воздуха.

— Не могу поверить, что мама жива.

Даже произнося это вслух, он не чувствовал правдивости данных слов.

Пришли Дэмиен с Джулианной. Стараясь сохранять спокойствие, Седрик им все рассказал.

— Эй, я не могу в это поверить. Ваша мама же точно…

— Ага, и я так думал… Отец тоже знал об этом, так почему он вернулся один?

Седрик не понимал этого.

Подчиненные тоже не могли объяснить в деталях, потому что сами были не в курсе.

Седрик знал лишь о том, что Элизабет жила во владениях Суперионов, и императору было это известно.

То, что тот в порыве безумия сделал с Элизабет, знали лишь трое: Лелиа, император и сама Элизабет.

— Почему отец вернулся один? Почему отрубил себе руку? Почему? Наша мама жива. Почему…?! — в растерянности бормотал Дэмиен.

Седрик выдавил ответ:

— Говорят, мама потеряла память.

— Что, память? — Дэмиен моргнул.

Она, как и отец, потеряла память? Значит ли это, что она их не помнит?

Не может такого быть.

Как их мама могла…

Дэмиен опустил голову, потому что не успевал стирать капавшие слезы.

Шокированная же Джулианна осторожно заговорила:

— Эта женщина… Если она и правда жива и потеряла память… Не лучше ли вам поехать и встретиться с мамой лично?

— Да, так и сделаем.

— Пожалуйста, возьмите меня с собой!

— Что?

— Я уговорю ее, Лелию, эту девушку…!

На этих словах Джулианны лица Седрика с Дэмиеном напряглись.

— Но…

— Пожалуйста… Я смогу ее убедить. Правда!

Джулианна была в отчаянии. Она ужасно чувствовала себя из-за того, что папа ее не помнил. А она-то ожидала, что все трудности закончатся, когда он откроет глаза. От этого было так больно.

В любом случае, сейчас она не могла заботиться об отце. Она даже подойти к нему не могла, потому что он нуждался в полном покое.

Лучше было поехать вместе с братьями. Сидя на месте, она бы просто сошла с ума.

К тому же, похоже, для того, чтобы отец все вспомнил, нужна была помощь той девицы.

Если потребуется, Джулианна готова была умолять Лелию помочь.

Ради памяти отца она поедет и привезет ее с собой.

— Хорошо… Давайте выедем как можно скорее. — Принял решение Седрик.

Спустя несколько дней два принца и Джулианна покинули столицу и направились во владения Суперионов.

В карете с Джулианной ехал и ее жених, Рут.

Он крепко держал ее за руку и подбадривал:

— Я уверен, она выполнит твою просьбу. А если нет, я попрошу ее вместе с тобой. Помня о нашей прошлой дружбе, мне она не откажет… Так что не волнуйся, Джулианна, — сказал Рут, по-прежнему пребывая в своих заблуждениях.

Джулианна что-то пробормотала в знак благодарности и кивнула.