Мои друзья детства пытаются прикончить меня (Новелла) - Глава 96

— …

— У них разные обстоятельства, пап.

У Кариуса папаша Лелии не вызывал у него никаких теплых чувств, одно лишь презрение.

— …Ого, — вздохнул герцог Суперион, утратив дар речи.

Кариус заговорил так, словно хотел его увещевать:

— Как это может распространяться на Лелию? Ее отец… Ты сам подумай и мне скажи.

— Ох уж этот парень!

У Кариуса на лбу выскочила большая шишка.

Он схватился за разболевшуюся голову и подумал: «Отец по-прежнему силен. Когда я, вернувшись спустя шесть лет, увидел его постаревшим, у меня заныло сердце… Но слава богу».

Он облегченно вздохнул и потер ушибленный лоб.

Однако Кариус заблуждался — герцог Суперион действительно сдал.

Его здоровье начало ухудшаться после того, как Лелиа покинула замок.

Вся еда казалась ему одинаковой на вкус, каждый день был наполнен тишиной и меланхолией, его тело и разум слабели.

По сути, герцог Суперион думал, что Лелиа может уже не вернуться никогда.

Хоть император Персей и был придурком, неспособным узнать собственную дочь, он все равно оставался ее отцом.

Будучи дедушкой, герцог Суперион взращивал Лелию со всей любовью, на какую только был способен… Однако с родителями ей было бы лучше, чем с ним. Он думал, что Лелиа отправилась на поиски своего отца, и постоянно молился о том, чтобы она была здорова и счастлива, даже если уже никогда не вернется.

А она так быстро приехала!

Ну и ладно, что она вернулась в мужской одежде и со странной прической.

Все это неважно, пока она здорова.

— В любом случае, отец. Ты собираешься скрывать ее от императора Персея вечно?

Когда Кариус это спросил, герцог поморщился.

— А он нам поверит?

— Лелиа сказала, что он еще не нашел ее няню, которая обо всем знает.

— …

Когда герцог Суперион ничего не ответил, Кариус продолжил говорить, словно пытаясь продавить эту тему как можно дальше:

— Но… Мы же все равно не знаем, что произойдет, так что давай дождемся, пока император Персей сам все не выяснит. Если он обо всем узнает, разве ее немедленно не заберут в императорский дворец?

Герцог тяжело вздохнул.

По сути, он раздумывал об этом все эти годы.

Лелиа выросла в красавицу, очень похожую на свою мать.

Уже не требовались никакие доказательства, показания няни не имели никакого значения.

Если она наденет любимое белое платье Элизабет, император Персей немедленно признает в ней свою дочь.

«Он не узнал Лелию маленькой, но сейчас она выросла, и иные доказательства уже не нужны…»

Она так сильно походила на свою мать.

Глядя на Лелию, герцог Суперион порой чувствовал себя виноватым.

Он гадал, не лучше ли б было для ее же блага рассказать императору Персею правду?

«Нельзя сломать Тысячу Колец…»

Однако император Персей своими действиями заставил его отказаться от этих мыслей.

К тому же, стоило ему вспомнить о том, насколько тяжко Лелии жилось в императорском дворце, как сразу же хотелось его грохнуть.

Персей загубил его драгоценную дочь. Через что придется пройти герцогу, если он отпустит к нему свою внучку?

«Все равно принцесса Джулианна считает себя его родной дочерью, а теперь еще и императрица родила ему сына?»

Если бы не потомки Элизабет, Седрик с Дэмиеном, герцог бы уже давно обрубил с императором все связи и провозгласил независимость земель Суперионов.

Именно в этот момент Кариус завел разговор и о них:

— Что ты собираешься делать с Седриком и Дэмиеном, отец? Не лучше ли будет послать старшего брата в столицу?

— …Я по-прежнему беспокоюсь.

После появления у императора с императрицей общего ребенка, родственники императрицы принялись подзуживать столичное дворянство:

«Наконец-то родился поистине законный принц», — утверждали они.

Они так праздновали рождение младшего ребенка у сочетавшихся вторым браком императора и его жены, однако это замечание открыто игнорировало Седрика с Дэмиеном.

Они оба уже были взрослыми принцами.

Однако нельзя сказать, что такие мысли высказывались в столичных газетах.

По сути, положение Седрика с Дэмиеном пока что было прочным. Настолько, что семье их матери, Суперионам, не требовалось сидеть в столице и их поддерживать.

Однако в последнее время атмосфера становилась все более и более странной.

После того как император повторно женился, семья действующей императрицы с каждым днем становилась все сильнее и сильнее, словно в паруса их корабля дул ветер. И к настоящему моменту она обладала уже огромной властью.

А затем она начала перегибать палку.

Герцог офигевал с их попыток объявить малютку-принца наследником престола.

Проблема заключалась в том, что император Персей все это знал, но ничего не делал.

Герцог Суперион подавил злость и скрипнул зубами.

Время еще было.

В любом случае, провозгласить маленького ребенка наследником престола будет непросто.

Противники у семьи императрицы тоже не лыком шиты. Сначала лучше изучить ситуацию повнимательнее.

Сейчас гораздо важнее было здоровье его жены и тот факт, что Лелиа вернулась домой.

Герцог вздохнул и ответил:

— Давай пока оставим этот вопрос.

— …Да, отец. Тогда я пойду. Мне нужно отдать Лелие подарки.

— Подарки? Ты привез с войны подарки?

— Я купил их в столице. Если бы я знал, что Лелиа пересечется с этим парнем, я бы не стал там задерживаться… Отец, тебе стоило позвать меня раньше.

— Ага, значит, своему папе ты никаких подарков не привез?

— О, да… Жаден даже в старости. Подарком для тебя является то, что я вернулся живым и здоровым.

После этих слов герцог Суперион огляделся и схватился за трость.

При виде этого Кариус выскочил из гостиной и сбежал вниз по лестнице.

Тем временем, помывшись, Лелиа переоделась и теперь стояла перед зеркалом.

В отражении она видела себя точно такой же, какой была до отъезда в столицу.

Живя в замке, она носила легкие и свободные платья, в которых было комфортно и телу, и душе.

Лелиа плюхнулась на стоявшую рядом кровать.

В этот момент она искренне думала: «Нет ничего лучше дома».

В столице ей спалось очень нервно, ночевать под открытым небом было неудобно.

В сравнении с этим здесь был рай.

Она лежала на залитой солнцем кровати, а от простыней исходил нежный запах, по которому она скучала.

Даже во время ее отсутствия Бекки приглядывала за ее комнатой.

Лелиа ощущала облегчение и эйфорию, но затем она вдруг подскочила на месте.

Несмотря на то, что она здесь расслабилась, мысль кое о чем немедленно вызвала у нее дискомфорт.

«Кстати говоря… Оскар уже понял, что я женщина? Когда успел? Как?»

Ранее, когда Бекки назвала Лелию «госпожой», выражение лица Оскара ни капли не изменилось.

Зная, что она — «Лео», он к тому же понял, что она женщина?

В растерянности Лелиа слезла с кровати.

Именно в этот момент открылась дверь и вошла Бекки. Принесла для Лелии поднос с закусками.

— Госпожа, вы куда-то идете? До ужина еще есть время, так что перекусите немного. Повар очень обрадовался, когда узнал, что вы приехали!

Бекки поставила поднос на стол и потащила Лелию к стулу.

Затем, поколебавшись, спросила:

— Госпожа, а что это за гость с вами приехал? Служанки чуть с ума не сошли.

— Ух-х-х?

— Где вы нашли такого красавца? Вы же говорили, что не собираетесь замуж. Вы передумали? Да? — с надеждой уточнила она.

— …

Когда Лелиа промолчала, Бекки добавила:

— Но он… вызывает у меня беспокойство.

— …Что?

— Он невероятно красив, но… выглядит немного холодным. Его глаза так пугают! Но со своей дамой он ведет себя иначе, да? Он с вами добр?

— …

— Вы бы ни за что не сошлись с ним, не будь он добрым! — Бекки трепетно вздохнула.

У Лелии гудела голова.

— Госпожа, ну скажите же мне. Это так?

Бекки взяла вилку и сунула Лелии в рот кусочек фрукта.

Та не знала, что ей делать: есть или говорить.

Проглотив скормленный ей Бекки фрукт, Лелиа ответила:

— Прости, но все не так. Мы действительно просто друзья.

— Не может такого быть!

— Но это правда, Бекки…

Услышав это, Бекки стала выглядеть так, словно мир рухнул.

В этот момент в дверь постучали, приходя Лелие на помощь.

— Бекки, ты не впустишь гостя?

Бекки с мрачным видом — таким, словно у нее не было иного выбора — подошла к двери. Однако при виде гостя она тут же ярко зарделась.

Лелиа, ожидавшая, что это пришел дядя, немедленно напряглась.

Неужели?

Бекки распахнула дверь настежь, вошел Оскар.

Бекки кивнула и с восторженным видом удалилась, закрыв за собой дверь.

— …

Оскар медленно подошел к Лелие.

Он тоже помылся и переоделся, его лицо сияло.

Неудивительно, что служанки готовы были визжать от восторга.

— Ух, что такое? Больше не хочешь отдыхать? — спрашивая это, Лелиа встала из-за стола.

Оскар с головы до ног оглядел ее в новом обличие. Та не сводила с него нервного взгляда.

— …Когда ты заметил?

— Что?

— …Что я женщина.