Не стоит подбирать мусор, который уже выбросили (Новелла) - Глава 7

Что-ж, даже учитывая размеры особняка, было глупо надеяться, что мы не столкнёмся друг с другом, живя под одной крышей. Как и сейчас, какова была вероятность, что я пересекусь с ней, проходя по коридору.

Обвиняя свое глупое «Я» за то, что упустила этот факт, я посмотрела на женщину, стоящую передо мной.

Солнечные лучи, проникавшие в окно, ослепительно падали на мягкие платиновые волосы. Как видимый полумесяц, ее красивые изогнутые глаза были привлекательны. На ней было платье без особых украшений, хотя мы уже подобрали ей новый гардероб. Было надето только ожерелье с голубым камнем в качестве аксессуара. И все же она была прекрасна.

Я не могла даже стоять рядом с ней, потому что уже знала, почему Филен влюбился в нее.

Невольно посмотрев на живот женщины, заметила, что он был в два раза больше, чем, когда я впервые увидела его.

Сколько месяцев уже прошло?

Я никогда не видела беременных, поэтому не могу сказать точный срок.

Эта женщина почувствовала мой взгляд и слегка улыбнулась, коснувшись своего живота.

— Вы можете прикоснуться к нему.

— …все в порядке, не нужно.

Я поступила бы так, только в случае если потеряла свой рассудок окончательно.

Когда я отказалась, эта женщина, Сесилия, стала казаться какой-то грустной.

— О, я еще не представилась.

Сесилия слегка улыбнулась. Она схватила подол своей юбки и слегка поклонилась.

Каждый раз, когда она двигалась, голубой драгоценный камень на ее ожерелье необычно трясся.

— Сесилия Гелиод.

— Что вы сказали? Гелиод?

«Разве это не фамилия королевской семьи, из Королевства Маллис? Империя завоевала его некоторое время назад. Если слова ее правдивы, она принцесса Королевства Маллис. Нет. Королевства Маллис больше не существует, она «была принцессой» лучше выразиться так .»

В любом случае, тот факт, что она была неудобным человеком для общения и шуток, не изменился. Я просто хотела молча развернуться и уйти, но было трудно проигнорировать человека, который представляется тебе с улыбкой.

Я ничего не могла поделать, и представилась, проглотив раздражение внутри.

— …Лейла Тебеса.

Затем Сесилия посмотрела на меня широко раскрытыми глазами, словно в панике. Это было лицо, надеющееся, что я сделаю что-то большее, чем скажу свое имя.

Что она хочет? Чтобы я спросила о состоянии ее и ее ребенка?

Если все было так, то её ожидания напрасны. Я не собираюсь интересоваться ни ею, ни её ребенком. Нет, я не желаю им зла, но желать им счастья выше моих сил. Они меня совершенно не интересовали, если быть более точной.

Я уже представилась, так что могу идти, верно? Сесилия, казалось, хотела еще что-то сказать, но я не собиралась её слушать, и развернулась, чтобы уйти. Но она снова позвала меня.

— Леди Тебеса.

Тем не менее, если Сесилия была обычной иностранной королевской особой, называть меня леди Тебесой было бы правильно. Однако она была членом павшего королевства. Не грубо ли было с ее стороны?

Обычно, когда королевство пало, члены королевской семьи и дворяне теряли свой статус и становились обычными простолюдинами. Так что, со стороны Сесилии, которая знала этот факт, было неправильно называть меня леди Тебесой.

Правильней было вежливо называть меня «юная леди». Конечно, были исключения. Например, королевство захвачено, но Император признал легитимность королевской семьи. Или же, когда мать была из другого королевства и она унаследовала титул матери.

Когда я увидела уверенное отношение Сесилии ко мне, я не могла исключить этот случай, поэтому какое-то время колебалась.

Самым очевидным и быстрым способом решить этот вопрос будет спросить лично, но это было нелегко, потому что вопрос очень деликатный.

— Разве с принцессой падшего королевства нужно обращаться как с принцессой?

От моего имени это спросила Сара. В то время я была ошеломлена её смелыми словами, и почувствовала прохладу из-за внезапного облегчения.

С другой стороны, Сесилия была под небольшим впечатлением. Похоже, ей не понравилось то, что сказала Сара. Да, именно поэтому она так уверенно назвала меня Леди Тебеса.

— Мне очень жаль.

Было правильно быстро извиниться, потому что она не могла взять обратно слова, которые мне уже сказала.

— Моя служанка совершила ошибку, потому что недостаточно образованна. Я вернусь и отругаю ее, так что, пожалуйста, извините ее .Ммм…

Её королевство было разрушено, чтобы она и дальше называла себя принцессой Гелиод, и она не была дворянкой Империи, чтобы называться леди Гелиод. Не была дворянкой из другой страны, и я не могу просто звать ее по имени, как обращалась бы со служанкой.

— …Мисс Гелиод.

Пока я думала, как ее назвать, нашла возможный подходящий вариант.

Сесилия продолжала делать вид, что от моих извинений ей не стало легче. Но я больше не хотела извиняться. Вместо того, чтобы сказать что-то еще, я обернулась.

Я чувствовала настойчивый взгляд Сесилии позади, но не оглядывалась. Потому что не хотела с ней разговаривать.

Говорить было не о чем, поэтому, проигнорировав Сесилию, направилась в свою комнату. Я шла быстро, боясь, что она меня поймает, и даже немного запыхалась.

Когда я вошла в свою комнату, Миса убирала мой стол и посмотрела на меня с недоумением.

— Миледи, кто вас преследовал?

Я сидела на диване, не отвечая.

Заметив, что я не очень хорошо себя чувствую, Миса спросила уже Сару.

— Что произошло?

— Это…

— Сара.

Я быстро одернула её, назвав по имени.

Миса заметила, что это плохо сказывается на моем настроении, поэтому больше не спрашивала.

Я откинулась на спинку дивана и медленно закрыла глаза.

Миса посмотрела на меня и осторожно позвала:

— Эм, Моя Леди.

Позвать меня сейчас, хотя она знала, что я в плохом настроении, означало, что было что-то очень важное.

— Можешь говорить.

— Недавно пришло письмо от Графини Тебесы.

— …Графини?

Граф Тебеса был моим биологическим отцом, но не Графиня. Она была просто матерью в семейном реестре.

Графиня Тебеса приняла меня как родную дочь, дабы скрыть ошибку мужа, но не более того. Она полностью игнорировала меня и осуждала каждый шаг. Если у нее было плохое настроение, или что-то было не так, часто поднимала на меня руку. Ей всегда было противно притворяться хорошей матерью на людях.

Основной причиной, по которой я хотела выбраться из дома, была Графиня Тебеса. Второй причиной был ее сын, и мой сводный брат — Андант Тебеса.

Когда я закрыла глаза, то отчетливо вспомнила тот день.

— Лейла, ты хорошая девочка?

Отвратительно густой запах алкоголя и сверкающие глаза. А также…

— Моя леди?

— Ох, извини.

Что я делаю? Мне незачем думать о плохом прошлом.

Я слегка покачала головой и стряхнув с себя мысли.

— Ты сказала, что пришло письмо от Графини? Принеси мне его.

После того, как Миса принесла мне письмо, они с Сарой ушли, чтобы мне было удобно читать письмо в приватной обстановке.

Я вскрыла конверт ножом для писем, вынула письмо, и прочитала.

На листе были бесполезные приветствия и длинная риторика, но суть была одна.

Завтра она навестит герцогство Уиллиот.

Причина визита не уточняется. Было написано, что она приедет, потому что хотела бы увидеть меня после долгой разлуки, но это была новая ложь, которую она писала.

Пишет, что хочет меня видеть? Убедительнее было сказать, что завтра солнце взойдет на Западе.

Что мне делать?

Я действительно не хотела с ней встречаться, но не было веских причин отказывать ей. Я задавалась вопросом, почему она хочет приехать. Я посмотрела на Мису, вошедшую обратно в комнату, думая, как не встретиться с ней, в такое-то время.

— Миса, Графиня уже завтра приезжает в особняк.

— Боже мой, Графиня? Я должна все подготовить.

— Тебе не обязательно.

— Нет, что вы. Ведь сама Графиня… Я должна тщательно подготовиться.

Отправив к ней в помощь Сару, я занялась делами. Но вскоре после этого ко мне пришла служанка и сообщила мне неожиданную новость:

— Что ты только что сказала?

— Говорят, что эта женщина внезапно потеряла сознание!

Она потеряла сознание. Женщина, о которой служанка говорила, была Сесилия. Некоторое время назад она выглядела нормально, но сейчас она без сознания.

Мне это не нравилось, и очень беспокоило. Вероятно, потому, что у нее был ребенок от Филена.

— А доктор?

— Он только что приехал, и я услышала, что осматривает ее. Даже герцог очень обеспокоился и тут же побежал к ней.

— Действительно?

Если бы Филена не было, мне пришлось бы идти, чего бы сильно не хотелось.

Я вернулась к незавершенной работе, как дверь быстро открылась без стука.

— Лейла!

Это был Филен. Он посмотрел на меня с искривлённым от злости лицом и сказал:

— Что ты сказала Сесили?

Как и ожидалось, я была права. Глубоко вздохнув, и наполовину смирившись, ответила:

— Я ничего ей не говорила.

— Не лги мне.

Филен не поверил моим словам.

— Если ты ничего не сказала, почему Сесили упала в обморок после встречи с тобой?

— Она такая впечатлительная? Была потрясена мной и потеряла сознание?

— Нет. Она еще не проснулась. Врач сказал, что это из-за психологического шока. А горничные Сесилии свидетельствовали, что вы сегодня с ней разговаривали.

— Правда? Горничные сказали о том, что я ей сказала?

Филен не ответил мне, и все же он как огонь и мчался ко мне.

—Если с ребёнком что-то случится, ты за это ответишь.

В глазах Филена, смотревшего на меня, вспыхнула недобрая искра.

— Так что будь осторожна в будущем, Лейла. Или я не знаю, чем это обернется для тебя.

Филен пригрозил со зловещим лицом и вышел.

Я поняла это только после услышанного. Привязанность Филена к Сесилии была намного глубже, чем мне думалось.

Я была глупа и уверена, что место Герцогини никто не сможет отнять у меня. Тот факт, что помолвка может завершится расставанием, а не браком, становился все отчётливее.