Невеста губернатора (Новелла) - Глава 125

В особняке недалеко от столицы Рамедес слуги были заняты переездом. Вещи постоянно загружали в повозку, а те, кто оставался внутри, были заняты беготней и расстановкой оставшихся предметов в особняке.

Агнес равнодушно следила за слугами.

— Все загружено, мэм.

— Хорошо, поедем прямо в порт.

Агнес дала указания слугам и вошла в особняк. В особняке все еще оставалось много вещей, до такой степени, что слова слуги о том, что все было загружено, не соответствовали действительности. Среди еще висевших на стене картин она сняла небольшой натюрморт и посмотрела на него.

— Жаль, если бы было больше времени, я бы забрала все.

Но сегодня она должна была уехать отсюда. Вещи, которые она забирала, были дороже этой картины.

Пока Агнес смотрела на картину, к ней сзади подошел молодой человек и нежно обнял ее за талию.

— Мэм.

— Гарри? Ты не ушел?

— Я беспокоился о вас, поэтому вернулся.

— Волновался?

При словах Гарри Агнес повысила голос и рассмеялась.

— Какой дерзкий. Кто о ком должен беспокоиться? Человек, который ложится в постель богатой вдовы?

Лицо Гарри слегка покраснело при этих словах, но он не ослабил хватку на талии Агнес.

— … Вы действительно уезжаете в Саул?

— Да, я никогда не думала, что снова попаду в эту проклятую землю. Это приказ Его Величества, поэтому я не могу пойти против него.

— Если госпожа уедет, я…

— Ты с таким гладким лицом и телом сразу найдешь других одиноких женщин. Я знаю, почему ты вернулся. Денег, которые ты получил прошлой ночью, было мало?

— ……

Гарри выразил ​​молчаливое подтверждение. Прошлой ночью он развеселил Агнес, и она улыбнулась и протянула картину ему.

— Возьми это. Тот, кто рисовал, умер в прошлом месяце, поэтому его продажа через несколько лет принесет много денег.

Я не знаю, сможет ли Гарри выдержать до тех пор.

— Мадам, я…

— Можешь взять все оставшиеся картины.

Агнес сказала это и убрала руки Гарри.

— Тебе лучше поторопиться. Помимо тебя, есть много людей, которые хотят их.

Поняв, что накануне спальню Агнес посетили другие мужчины, Гарри быстро отошел от нее и начал лихорадочно собирать оставшиеся картины в коридоре. Агнес покинула особняк, оставив Гарри. Сев в карету, кучер начал сильно хлестать.

— Мадам, вам действительно нужно в Саул?

Служанка, которая ждала по другую сторону от нее, осторожно сказала.

— Да.

При слове “Саул”  Агнес посмотрела на отдаляющийся особняк. Это был особняк, достойный роскоши в Рамедесе. Особняк, который был более роскошен, чем вилла, принадлежавшая ее отцу, крупнейшему торговцу.

Именно благодаря деньгам, ежемесячно переводимым ей из Индевора, она могла поддерживать жизнь в этом особняке, не занимаясь бизнесом. Деньги, отправляемые Лакланом Ллойдом Гамильтоном, губернатором Индевора, его матери Агнес Гамильтон.

— Это цена того, что я его вырастила. Нет, это цена того, что я сделала из него человека?

Агнес пробормотала это и закрыла глаза.

Когда она отплыла от Саула, корабль, на котором она вернулась, был загружен товарами для продажи с аукциона. Среди них был тот, кого она ненавидела больше всего. Зверь ее мужа, смешанный с зверем Саула.

Агнес ненавидела Саул, но больше всего она ненавидела его. Появление гибрида, которого никогда не существовало в мире, вызвало у нее отвращение. Вернувшись в Рамедес, она думала, что больше никогда не будет иметь ничего общего с Саулом, но Агнес не могла сдержать гнев.

Для Агнес ее отец, из жадности  продавший ее за зятя с титулом, и ее муж, свободно смешавшийся с животными в Сауле, были червями, портящими ее жизнь. И Агнес почувствовала жгучую ярость на себя за то, что не смогла им ничего сделать.

“Я должна как-то отомстить им.”

Агнес думала об этом, но в тот момент, когда она увидела зверя, убежавшего из зала Иландея, она решила, как будет мстить.

Агнес привела его. Она сказала зверю, которое вроде говорил, что его зовут Кассар:

— Ты хочешь Диртес?

Агнес смеялась над зверем, который отозвался на имя Диртес, хотя и не знал языка Рамедеса. Она видела записи мужа. Согласно им, он выбросил его, увидев один раз, потому что он был отвратительным и неприятным… Но этот зверь готов на все ради Диртес.

Зверь оказался умнее и сильнее, чем она ожидала. Он, который долгое время находился в заточении, быстро восстановил здоровье после того, как его хорошо накормили и лечили. Она платила большие деньги, звала учителей, которые не болтают лишнего и учила его всему, начиная с письма и устной речи.

— Оставь имя Кассар здесь. А когда вернешься в Саул, делай, что хочешь.

— Понял.

Теперь, когда зверь выучил этикет, он вежливо ответил даме учтивостью. Так родился ее инструмент по имени Лаклан.

Титул, которого так желал ее отец, перешел к незаконнорожденному сыну Саула, а не к ее ребенку. Ее муж, смешавшийся со зверем, погиб от рук созданного им зверя. И Агнес смогла вернуть деньги, которые она вложила в Лаклана. Это были деньги, которые она требовала от Лаклана, и деньги, которые Лаклан ей обещал.

Она думала, что сможет спокойно прожить остаток своей жизни с этими деньгами.

— Глупый ребенок.

Услышав эти слова, горничная удивленно подняла голову:

— Мэм?

— Неважно. Думаю, мне нужно немного выругаться, чтобы почувствовать себя лучше.

С тех пор, как она услышала новость о том, что Диртес сослали в Саул, она забеспокоилась. Сумасшедший в конце концов отказался от своей навязчивой идеи и покинул эту землю, но Диртес отправилась в Саул. Однако она думала, что он не наложит руки на женщину, посланную по приказу короля. Она ошибалась.

— Зверь остается зверем, сколько его не учи, — пробормотала Агнес, скрежеща зубами. Король, вызвавший ее, говорил очень просто:

— Езжай в Саул. И убеди Лаклана освободить Диртес.

Это было все, что сказал король, но Агнес заметила, как идут дела. Сумасшедший наложил руку на женщину, которую послал король.

Агнес погладила себя по шее. Она был той, кто подтолкнула Лаклана к королю и заявила о его полезности, чтобы он мог быть назначен губернатором Индевора. Король мог бы возложить на нее всю ответственность и сразу же убить, но он дал ей шанс.

“Ну что ж… Хотя я больше никогда не смогу вернуться в Рамедес.”

Агнес прищелкнула языком, глядя на толко что прибывшие корабли, привязанные к порту. То, что Лаклан освободит Диртес, не избавит ее от вины. Да и Лаклан ни за что не отпустит Диртес.

Зная это, она быстро организовала все, что могла. Это не единственная причина, по которой она собрала весь свой багаж. Рожденная и выросшая дочерью купца, ее инстинкты предупредили ее в тот момент, когда она встретила короля.

Когда она и ее служанка сели в корабль до Саула, Агнес повернулась и посмотрела на Рамедес. Это была страна, в которой она родилась и выросла. И страна, в которую она никогда больше не вернется.

Агнес слышала, как страна начала рушиться.