Невеста губернатора (Новелла) - Глава 196

— Мне очень жаль.

Брайан посмотрел на Диртес со сложным выражением лица, когда та искренне извинилась. Взгляд его остановился на растерянной Диртес и обратился к столу рядом. Там лежала пачка испачканной чернилами бумаги.

Не просто пролили. Словно опрокинули чернильницу, стопки бумаги слиплись, образуя единую массу.

Проще говоря, ни одна бумага не может быть использована.

Пока Брайан смотрел на это с выражением отчаяния на лице, Диртес снова объяснила, что произошло:

— Я хотела сдвинуть доску для письма, но рука соскользнула и…

При этом Брайан спросил холодным голосом.

— Губернатор был рядом, так почему не сказали ему? Он, должно быть, бездельничал весь день в любом случае.

— Губернатор спал… Я не думала, что стоит его будить из-за такой мелочи…

— А вы не подумали, что не стоит спать в рабочее время?

— И вправду…

Пока они разговаривали, Лаклан, стоявший позади, откашлялся. Потом он поругал себя изнутри.

“Почему я именно тогда заснул?”

Прошлой ночью в трактире в центре Индевора произошла крупная драка.

Обычно охрана уложила бы такую ​​суету. Однако по мере того, как к ним добавлялись аристократы и купцы из королевства, проблема усложнялась.

У аристократов не было высокого титула, но в любом случае были выше солдат. На солдат, которые пытались их поймать, они кричали: “Кого вы, ублюдки, смеете трогать?” и еще больше поднимали шум.

В конце концов охранники связались с Лакланом. Лаклану пришлось пойти ночью в трактир.

Когда он приехал и послушал рассказ, как он и ожидал, начало драки было не таким уж серьезным.

Индевор был городом со строгими законами, но также и городом с величайшей терпимостью к вещам, которые можно решить без закона. Лаклан собрал поссорившихся дворян, торговцев и крестьян, и стал слушать их рассказы. Конечно, они все были подвыпившие.

— Тогда давайте забудем всю обиду и выпьем еще!

— Да!

— Давайте!

Через некоторое время все в трактире радостно подняли свои бокалы. Охранники были довольны, хозяин трактира еще больше. Все ушли в хорошем настроении, остался только измученный Лаклан.

“Из-за этого я не смог нормально поспать.”

Диртес была к нему внимательна и не будила пропахнувшего алкоголем Лаклана после того, как он заснул.

Если бы он не спал, то передвинул бы доску для письма Диртес.

Чтобы хорошо писать, Диртес использовала толстую деревянную рабочую доску. Рабочая доска из дуба Рамедес была довольно толстой и тяжелой, поэтому Диртес было трудно поднять ее в одиночку.

— Брайан, не ругай слишком много. Это же ошибка…

— А что я? Если бы не ошибка, я бы не стоял здесь так смирно.

Смирно? Уже все в офисе смотрят только сюда.

Конечно, Лаклан не удосужился выговорить эту мысль из своих уст. Когда Диртес запаниковала еще больше, Брайан коснулся своего лба.

— В любом случае, пожалуйста, в следующий раз будьте осторожны. Знаете насколько бумаги дорогие в наши дни?

***

— Что же делать?..

Вернувшись в офис Лаклана, Диртес плакала, держась обеими руками за обе щеки. Лаклан подошел к ней сзади и обнял за плечи.

— Не волнуйся слишком сильно, это была ошибка. Руки в порядке? Не поранилась?

— Нет, но заляпалась чернилами… Стол в беспорядке, и одежда. Что делать со всем этим?

Диртес еще раз глубоко вздохнула, глядя на захламленный стол и свою одежду. Увидев такую Диртес, Лаклан испытал неописуемое смутное чувство.

Диртес, дочери графа, никогда в жизни не приходилось беспокоиться о материальных вещах. И такой ей пришлось стоять и слушать нежеланные слова на глазах у людей, потому что испортила бумагу. Обычный аристократ почувствовал бы в такой ситуации нестерпимый стыд.

Но Диртес, вместо того чтобы стыдиться, думала, что делать с вещами, которые испортила.

Хорошо, что Диртес начала понимать цену вещам, но это не означало, что он хотел, чтобы она беспокоилась и цеплялась за них.

Бумаги, столы и такие вещи, как одежда, Лаклан мог дать ей в изобилии. Просто все этого не замечали, потому что он держал свое состояние вдали от глаз королевства. А его личное богатство давно превзошло богатство графа Рассела.

Глядя на Диртес, которая все еще смотрела на стол со слезами на глазах, Лаклан подумал, что ему нужно избавиться от стола.

Тогда он подумал, что эта небольшая суета закончилась.

***

Через неделю Диртес удивленно спросила:

— Нет бумаги?

Брайан с обеспокоенным выражением лица ответил:

— Да. Есть только одно место, где производят бумагу… По какой-то причине кажется, что оно прерывает производство. Даже если я отправлю письмо с вопросом, что происходит, надлежащего ответа не будет.

Сказав это, Брайан показал Диртес письмо. Большими буквами грубо написано: “Я не думаю, что смогу это сделать на данный момент. Мне жаль.”

Брайан положил письмо обратно в конверт и спросил:

— Сколько бумаги для писем у вас осталось?

— Хм… Думаю, что всего около 150.

После ответа Диртес нахмурилась.

— Нет, около 50. Так как я испортила целую пачку…

В прошлый раз она пролила чернила на целую пачку из 100 листов.

— Сколько страниц в день вы сейчас используете?

— В последнее время количество писем увеличилось, и я использую больше десяти в день.

От слов Диртес лицо Брайана помрачнело еще больше.

— Тогда оставшейся бумаги хватит не более чем на неделю.

Подумав немного, Брайан прошел в одну сторону офиса и взял у органайзера пачку бумаг.

— Не могли бы вы использовать эти бумаги? Они дешевле.

Диртес взяла листок бумаги, который протянул Брайан, и изучила его. Бумага, которой она пользовалась, кажется мягкой, как перышко, если потереть ее пальцами. Однако, прежде чем она даже коснулась этой бумаги, она увидела шероховатую поверхность. Перо часто застревает на такой бумаге. И соответственно большая вероятность сделать опечатку.

Диртес понюхала бумагу. Был неприятный запах, хоть и не противный.

— Это невозможно. Ладно, обычным купцам, но это не та бумага, которую можно отправить важным клиентам или дворянам.

— Как и ожидалось.

Он думал так, но на всякий случай решил спросить. Взяв бумагу у Диртес, Брайан попросил ее:

— Если вы собираетесь вернуться в кабинет губернатора, не могли бы вы передать ему?