Невеста губернатора (Новелла) - Глава 198

После стольких скитаний по рынку они вдвоем были полны деревянных корзин, которые они подобрали то тут, то там. Это было самое приятное время для них двоих — выбрать тихую дорогу и дойти до резиденции губернатора.

Конечно, после входа в официальную резиденцию их всегда ругала Хелен, говоря: “Зачем вы столько купили?” Затем, вернувшись в пристройку и освежившись, Диртес в полудреме ложилась на кровать, а Лаклан клал рядом с ней купленные вещи, описывая вещи одну за другой или кормя ее.

Затем, сами того не осознавая, пальцы двух людей переплетались, и легкая одежда, которая была на них, падала под кровать. Таким образом, они не расставались до вечера воскресенья.

“На этой неделе не будет такого веселья.”

Поскольку по будням им приходилось ходить в мэрию, он, как правило, занимался бурными любовными делами, которые доводили Диртес до конца, по выходным. Жаль, что он не смог испытать наслаждение, но, увидев, как Диртес взволнованно смотрит на пейзаж, Лаклан подумал, что это тоже хорошо.

Они вышли в путь утром, и по мере того, как солнце медленно опускалось, количество людей, входящих и выходящих на дорогу, постепенно уменьшалось. Поля сокращаются, и начинают появляться зеленые луга, которые еще не возделывались. И после медленной езды около часа вскоре увидели поднимающийся дым.

— Это Гленнон.

Диртес с любопытством посмотрела на Гленнон.

— База Гленнон…

Между Индевором и Зебрем, которого скоро повысят до города, есть около двадцати деревень меньше, чем Зебрем. Места поменьше, чем деревня, были базами.

Это было место, где многие налоги были сокращены в соответствии с Законом об автономии Индевора. Потому что они понимают трудности, через которые им приходится пройти тут.

— Со стороны кажется, что серьезных проблем нет.

Теперь, под небом, которое вот-вот должно было стать красным, Гленнон выглядел таким же умиротворенным, как и дорога, по которой они проехали до сих пор. Деревянные дома казались немного неряшливыми, но видно, что они содержатся в чистоте. Там перед домом сделали клумбу, а сзади дома тоже сделали сад. Это вещи, которые можно делать только в стабильном месте.

Он увидел несколько человек, приближавшихся со стороны Гленнона. Заметив их, спросили:

— Кто это? Губернатор?

Сказав это, они посмотрели на Диртес. Она была в вуали, и одета былаэ просто.

— Извините, но этот человек…

— Мой писец. Когда я сказал, что должен ехать в Гленнон из-за проблем с бумагой, она умоляла тоже поехать. У меня не было выбора, кроме как взять ее с собой.

При этих словах люди поняли. Губернаторский писец должен быть человеком с красивым почерком, и неудивительно, что среди таких людей есть аристократы низкого ранга. И вполне естественно, что в Сауле работают женщины.

— Итак, что не так с изготовлением бумаги?

— Это… Старик Гарри заупрямился.

— Гарри? Почему?

Гарри — владелец бумажной фабрики Гленнон. Лаклан помнил его как немногословного и упрямого человека. К счастью, его упрямство проявлялось не при общении с людьми, а при изготовлении обычной бумаги.

— Говорит, проблема с деревьями.

— С деревьями ? А что с ними?

— Должно быть не может достать дерево каран, которое является материалом. Не знаю, знает ли губернатор, но дерево каран, из которого делают бумагу, немного отличается от других деревьев. В верховьях реки есть лес, но деревья там вдруг заболели и засохли, а на стволах появились странные штуки. А, вот. У меня есть с собой.

Мужчина достал из кармана сухую ветку и протянул ее Лаклану. Диртес тоже подошла и осмотрела. Все было так, как сказал мужчина. Из странно искривленных тонких ветвей вырастали странные штуки, словно у дерева была кожная болезнь.

— Кто принес это?

— Старик Гарри.

— Все деревья такие?

— Говорит, что да.

— Что? А ты не видел?

Тут мужчина махнул рукой.

— Да это старик Гарри! Заблокировал вход, сказав, что делать, если люди без необходимости войдут, то распространят болезнь в другом месте. “Если собираетесь войти в лес, помойтесь, прежде чем войти, и помойтесь после того, как выйдете.” Поэтому я забил. Еще, старик Гарри сказал, что там были следы Фалуда. Пока это не будет подтверждено, я туда не сунусь.

Другие люди рядом покачали головами, будто им это надоело.

Лаклан, который смотрел на них, спросил:

— Где сейчас Гарри?

— Вау…

Диртес увидела машины под крышей дерева. Там же была большая деревянная бочка и железная пластина. Не только это, но и несколько луж, образовавшихся в результате покраски стен побелкой.

Диртес посмотрела в сторону. Там с громким шумом текла широкая река. Многие птицы сидели на реке, купаясь в оранжевом свете заходящего солнца, готовясь к концу дня.

— Значит, Гарри здесь нет?

— Да, губернатор. В эти дни мой муж каждый день ходит в лес, чтобы поймать очаг болезни.

— Но сказали же, что там нашли следы Фалуды?

— Что? А, да. Я не знаю, но мой муж сказал, что видел это…

На фабрике жена Гарри растерянно встретила Лаклана. Тем временем Диртес оглядела фабрику.

“Вот как делают бумагу в Сауле.”

Она слышала, что в Рамедесе бумагу делают из хлопкового волокна. Судя по всему, поскольку сукно здесь драгоценно, бумага, по-видимому, делается только из дерева по методу из дальних стран.

Диртес, осматривавшая фабрику, увидела, что упало на пол, и наклонилась.

“Лепесток?”

Это был большой круглый красный лепесток. Она огляделась, но цветов не увидела.

“Снаружи?”

Подумав так, Диртес смотрела на лепесток, когда снаружи вбежал пожилой мужчина.

— Гу-губернатор!

— Гарри, давно не виделись.

Он посмотрел на Лаклана и увидел в углу Диртес. Затем с удивленным лицом он смотрел то на Лаклана, то на Диртес.

— По-почему вы здесь…

— Я получил письмо, что ты не можешь делать бумагу, вот и пришел разобраться. Слышал по дороге. Деревья заболели? Я хочу пойти туда.

— Ах, это…

Гарри заколебался от слов Лаклана. Затем он схватил Лаклана за руку и повел его прочь.

— Вы, должно быть, устали, проделав весь этот путь сюда, так почему бы вам сначала не поесть?

— Нет, я не…

— Губернатор, вы наверное и в порядке, поскольку у вас чудовищная выносливость, но не будет ли это трудно для вашей спутницы? Ну давайте же.

Лаклан, который собирался сказать, что все в порядке, понял, о ком он говорит, и позвал Диртес. Диртес бросила то, что держала, на пол и последовала за Лакланом.

***

Вуаль, закрывавшая лицо Диртес весь день, упала на пол. Диртес вытащила ночную рубашку из привезенного с собой багажа. Она оглядела комнату, в которой находилась. Это была старая и узкая комната, там была кровать и простая мебель.

“Как-то странно.”

Комната без Лаклана. После ужина жена Гарри позвала Диртес:

— Леди, пожалуйста, пройдите сюда. Я провожу вас в комнату, в которой вы сегодня остановитесь.

Диртес последовала за женщиной. Когда Лаклан, естественно, встал и попытался последовать за ними, Гарри поймал его:

— Куда вы? Ваша комната здесь.

Диртес вспомнила выражение лица Лаклана в тот момент и рассмеялась. Это было такое растерянное выражение, будто небо упало. На самом деле даже Диртес была внутренне удивлена. Она, конечно, думала, что будет делить комнату с Лакланом.

“Когда я успела к этому привыкнуть?”

Чувствуя себя странно, Диртес взмахнула руками. Она не так сильно устала, но, поскольку завтра рано утром они собираются в лес, подумала, не лучше ли лечь спать пораньше.

“Если бы Лаклан был здесь, он бы рассказал мне о том и о сем.”

О бумажной фабрике, которую видела днем или об окрестностях.

Казалось, что она сегодня уснет от скуки.

Вытерев лицо и тело влажной тканью, Диртес переоделась в ночную рубашку. И тут.

Тук!

Раздался звук удара чего-то в окно. Диртес остановилась и прислушалась.

Тук! Тук!

На этот раз дважды. Кто-то намеренно бросает в ее окно небольшие камешки. Было очевидно, кто это. Диртес подошла к окну и осторожно, бесшумно открыла его.

— Лаклан? Это ты?

Как только она спросила тихо, ответ пришел обратно:

— Если кто-то, кроме меня, сделает так, сразу же пристрели его.

Лаклан стоял у клумбы перед окном. Он подошел осторожно, чтобы не наступить на цветы.

— Что ты делаешь? Что если кто-то увидит тебя?

— Поэтому ты должна быстро выйти, пока нас не поймали.

Он просунул лицо в окно, посмотрел на Диртес и коротко застонал. При этом звуке Диртес вспомнила, что на ней только нижнее белье, и закрыла окно. Она услышала, как что-то стукнулось и он застонал, но ей было все равно.