Невеста губернатора (Новелла) - Глава 200

Это был утомительный день. Он попытался сжечь цветы, но Эмбер остановила его, а он не мог толкнуть свою беременную дочь. Дэвид пообещал, что как только эти цветы зацветут, он перестанет их выращивать. Он не поверил, но ничего не мог поделать.

Тем временем Гарри приходилось лгать, чтобы держать других подальше от леса. Было легко притвориться, что деревья заболели. Он знал, что в лесу водятся жуки, которые грызут деревья и заражают их.

Он намеренно ловил их и выпускал в одном месте, чтобы деревья выглядели больными, а поскольку этого было недостаточно, он также выдумал историю о народе Фалуда. Как и ожидалось, люди не шли в лес при упоминании Фалуда.

Тем временем цветы хорошо подросли и начали раскрывать бутоны. Все кончится через день-два, но губернатор что-то услышал и пришел проверить. Женщина, которая пришла с ним, должно быть, была просто заинтересована в бумаге.

Гарри схватил свою дочь и умолял:

— Эмбер, очнись! Деньги не важны. Пожалуйста, приди в себя! Разве разумный человек оставит свою беременную жену одну в лесу, чтобы ухаживать за цветами?

Он не мог сказать дочери, что у него была другая женщина в другом городе и что он явно просил тебя сделать самую опасную вещь.

Гарри открыл сумку, которую принес.

— Надо сжечь все! Тут далеко, так что огня не увидят, и раз ночь — дыма тоже. Для губернатора это должно выглядеть как лесной пожар.

— Нет. Их всех завтра утром надо собрать. Еще чуть-чуть.

Эти слова разозлили Гарри.

— Приди в себя! Это погибель людей! Нельзя наслаждаться деньгами, которые заработаете от его продажи! Просто унаследуй мою бумажную фабрику и…

Затем что-то холодное ударило Гарри по голове.

— Так ты планируешь сжечь это все, старик?

— Дэвид!

Эмбер вскрикнула от удивления, но Дэвид не выпустил ружье. Вместо этого он приказал Эмбер:

— Эмбер, поторопись, собери все цветы и положи их туда.

— По-подожди, Дэвид! Давай поговорим. Отпусти ружье! Папа просто был не в себе…

— Давай быстрее!

Услышав голос Дэвида, Эмбер заколебалась и сделала шаг назад. Она знала, что в последнее время его истерики усилились, но он впервые так кричал на нее. Кроме того, нацеливаясь на ее отца. В этой неожиданной ситуации Эмбер просто задрожала и сделала, как сказал ей Дэвид.

Дэвид, сильнее прижимая дуло к голове Гарри, пока Эмбер лихорадочно срывала лепестки и клала их в мешок, сказал:

— Старик, повтори-ка. Губернатор пришел?

— Да, губернатор Лаклан здесь. Если он найдет эти цветы, он посадит тебя в тюрьму Индевора, как только найдет!

Дэвид громко рассмеялся. По какой-то причине смех вызвал у Гарри мурашки по коже. Вскоре Дэвид перестал смеяться и холодно посмотрел на Гарри:

— О чем ты говоришь? Это ты вырастил цветы! Ты! И твоя дочь!

— Что? Что ты говоришь?

— И, увидев пришедшего губернатора, боясь, что твои грехи обличатся, ты поджег лес и покончил с собой… Разве это не хорошая история?

Тут Гарри закричал:

— Эмбер! Беги! Быстрее! Этот псих убьет тебя!

Удивленная этими словами, Эмбер заколебалась и посмотрела на них двоих.

— Быстрее!

— Этот чертов старик!

Дэвид ударил Гарри по голове ружьем. Когда Гарри со стоном упал на землю, Эмбер бросила сумку и в слезах убежала. Дэвид направил ружье на Эмбер. Эмбер, которая бежала, споткнулась обо что-то и покатилась по земле.

“Она все равно сгорит, но кто знает? Всего лишь один выстрел.”

Дэвид подумал об этом и прицелился в Эмбер. И тут.

Бам!

Это не он нажал на курок, но выстрел сотряс лес.

— Ааа!

Дэвид закричал и схватил себя за руку. Его ружье упало на землю. Он почувствовал сильную боль в руке, будто ее обожгли.

— Кто это!?

— Губернатор.

Лаклан сказал это и вышел. Смуглое лицо Лаклана было хорошо видно даже в свете лежащей на земле лампы. Как только Дэвид его увидел, он тут же побежал к Эмбер. Он схватил ее, которая тряслась и плакала, поднял ее, вынул из кармана нож и приложил к ее горлу.

— Не подходи ближе! Если сделаешь хоть один шаг, я порежу ее!

Эмбер, которую Дэвид держал в руке, задрожала от этих слов. Упавший отец, любимый, держащий ее в заложниках. Вся ситуация была абсурдной.

При его словах Лаклан остановился. Дэвид, который подтвердил, что его угроза сработала, снова закричал:

— Брось ружье! Брось его вперед!

— Что…

— Быстрее!

Острие ножа Дэвида вонзилось Эмбер в шею. Увидев красную кровь, стекающую по ее шее, Лаклан напрягся и отбросил ружье. Затем он спросил Дэвида:

— Как ты получил этот цветок?

Лаклан знал эти цветы. Это был цветок, выращиваемый племенами, которые не образуют больших групп и собираются только для поклонения своим богам. Это было также то, что никогда не было бы дано другим племенам.

— … Убил и украл?

Дэвид рассмеялся:

— Почему ты спрашиваешь об очевидном?

Сказав это, он потащил Эмбер к тому месту, где он уронил ружье. Отбросив нож и подняв ружье, он нацелил его на Лаклана. Лаклан, наблюдавший за действиями Дэвида, спросил:

— И что ты собирался сделать?

— Говорят, беглецы готовы заплатить хорошие деньги за это.

При слове “беглецы” Лаклан цокнул языком. Какие-то сумасшедшие осмелились торговать наркотиками в Индеворе.

— В любом случае, это здорово. Думаю, что беглецы заплатят гораздо щедрее, чем за эти цветы, если увидят твой труп.

— Это да. А эта леди, кажется, твоя возлюбленная?

— Ха! Какая возлюбленная? Глупая и наивная — идеальная, чтобы чтобы использовать.

Дэвид сказал это и поцеловал Эмбер в дрожащую щеку.

— Мне нравилось, что она такая послушная, но жаль, что сегодня ее последний день.

— Дэ-Дэвид… Пожалуйста…

— Не волнуйся, дорогая. Я разберусь с тобой после того, как убью губернатора. Поживи до тех пор.

Дэвид хихикнул и посмотрел на Лаклана. Лаклан сказал Дэвиду:

— Ты пожалеешь, если нацелишься на меня.

Дэвид ухмыльнулся, когда Лаклан сказал, и посмотрел на лес.

— Не блефуй. Я наблюдал за тобой с тех пор, как ты пришел в Гленнон. Думаешь, я не знаю, что ты привел только одну сучку без других солдат?

При этих словах Лаклан снова посмотрел на лес и закричал.

— Слышала, что он сказал?

Увидев действия Лаклана, Дэвид посмотрел в том направлении, куда смотрел Лаклан. И в этот момент, бам! В лесу с другой стороны раздался выстрел.

Раздался лязг металла, и ружье в руке Дэвида взлетело в небо. Бам! При втором выстреле Дэвид схватился за плечо и закричал. Еще раз бам! С третьим выстрелом кровь брызнула с бедра Дэвида.

Увидев это, Лаклан повернул голову в ту сторону. Там шла Диртес с ружьем в руке. Золотистые волосы, развевающиеся на ветру, и зеленые глаза, сияющие ночью, смотрели, на извивающегося на земле Дэвида, словно на самую грязную вещь в мире.

Лаклан подошел к Дэвиду и сказал:

— А у тебя железные яйца, называть лучшего стрелка Индевора сучкой.

***

— Похоже, он начал гореть.

Лаклан увидел, как вдалеке над лесом стелется черный дым. Сидевшая рядом с ним Диртес тоже смотрела на дым. Дым все густел и густел за залитым утренним солнцем лесом.

— Эмбер будет в порядке?

Диртес прослезилась и вспомнила девушку, которая умоляла забрать ее, говоря, что ее отец тут ни при чем. Она ведь только стала взрослой? К счастью, она сказала, что беременность была ложью, чтобы убедить отца.

— Нелегко забыть воспоминание о том, что тебя и твоего отца использовали, и чуть не потерял свою жизнь. Но она должна преодолеть это.

Диртес ехала рядом с Лакланом, который говорил спокойно. Затем она легонько поцеловала его в щеку. Лаклан, не понимая за что, спросил:

— Почему вдруг?

— Это небольшой знак благодарности губернатору за его милосердное наказание.

Он посмотрел на Дэвида, привязанного к лошади, которую он взял в Гленноне. Он все еще был в шоке.

Лаклан не стал судить Гарри и Эмбер. Он только приказал не оставить ни одного цветка и сжечь все без следа. Чтобы никто не узнал, что там выращивали цветы.

— … Гарри и Эмбер трудно обвинить. Тогда сколько мой писец будет страдать? И вообще, те двое даже не использовали цветы, и…

— Хорошо. Буду думать, что поэтому.

Сказав это, Диртес посмотрела на лошадь, везущую Давида.

— А его отвезем в Индевор? Хочу, чтобы его посадили как можно скорее.

На это Лаклан кивнул. Несмотря на то, что закон об автономии Индевора повлечет за собой суровые приговоры, он намерен добавить к этому предосудительное преступление, состоящее в том, что вчера он втянул Диртес в опасность.

— Тогда побежим? Нам нужно приехать пораньше, чтобы было время отдохнуть перед тем, как завтра идти в мэрию. Я первая!

Сказав это, Диртес пнула лошадь. Вскоре лошадь Диртес начала ускоряться, удаляясь от Лаклана. Лаклан посмотрел на нее с улыбкой, затем отвел взгляд в сторону. Если лошадь бежит быстро, его будет сильно трясти. Раны, которые еще не были должным образом обработаны, будут сильно болеть.

— А мне какая разница?

Пробормотав, он пнул лошадь в бок. Он хотел поскорее вернуться в Индевор и сдать этот кусок говна.

— Диртес!

Он посмотрел на Диртес. Хорошо катается на лошади, хорошо стреляет, хорошо пишет, умеет прекрасно улыбаться, умеет злиться, одновременно доброжелательна и… Он хотел быть со своей богиней, которая любила его.

Это было единственное, чего он хотел.

***

Конец