Однажды я стала принцессой (Новелла) - Глава 126

— Принцесса, вы были в Башне?

— Да.

Первой, кто встретил меня по возвращению в Изумрудный дворец, как всегда была Лили. Я уже давно стала наведываться в Черную Башню, так что она к этому уже привыкла.

— О-о, Лили, пахнет вкусно.

Я принюхалась, приблизившись к Лили.

— Только что приготовила финансье*. Я отнесу его в вашу комнату.

Лили лучезарно улыбнулась мне. Кх, вот она, наша Лили. Откуда ты узнала, что я буду голодна, когда вернусь, еще и приготовила как раз к моему возвращению?

— Принцесса, я сложила все ваши приглашения на стол.

— О, спасибо, Сет.

Стоило ступить на порог комнаты, и я по привычке скользнула взглядом по уже ставшей привычной горе приглашений на столе.

Сказать по правде, здесь были самые крохи того, о чем стоило позаботиться мне лично, поскольку их уже прошерстили сверху донизу. Как бы то ни было, мне все еще надо было принять кое-какие, или отказаться от них.

— Хах.

Я выдохнула и села на диван, принявшись читать приглашения. Сегодня я рассказала им формулу, над которой все это время корпела, так что на душе было свежо и радостно. Ох, знай я, что будет так хорошо, высказала бы все раньше.

Сейчас маги Черной башни не так слепо поклоняются Этернитасу, но все еще настороженно относятся к моим опровержениям.

Воу, видали, как я выросла? Поверить не могу, что наконец настал день, когда я посягнула на формулу Этернитаса, звавшегося сильнейшим магом-императором! Угх, стоит только подумать об этом, и как-то жутко становится!

Да, скверно признавать, но Лукас все же благотворно на меня повлиял. Признаю, ты гений!

— Принцесса, прошу, поешьте.

В общем, пока я поражалась собственной крутости, в комнату вошла Лили с вкусняшками.

— О, кофе?

— Да. Насколько я помню, в прошлый раз он понравился принцессе. Так что я купила немного.

Если честно, изначально в Обелии не было кофе. Но когда Лили сказала, что недавно в Изумрудный дворец доставили импортный чай из Арланты, кто бы мог подумать, что это окажется кофе?

От знакомого аромата меня захлестнула ностальгия и напиток быстро перекочевал в разряд любимых. Конечно, я не против черного чая, но иногда хочется чего-то новенького. Хм-м, этот кофе, конечно, не идеален на вкус, но что есть то есть.

Хоть я и выросла, но мои вкусовые рецепторы остались такими же, как в детстве, так что я насыпала в принесенный Лили кофе сахар.

— Лили, садись, поедим вместе.

— Мне достаточно видеть, как их ест принцесса.

Хнык, но ведь было бы лучше поесть всем вместе. Но я не могу повторить предложение, когда Лили смотрит на меня с ее материнской улыбкой на лице.

Она продолжает делать мне сладости, расчесывать волосы перед сном и заправлять кровать. Я не против, но она продолжает это делать даже и сейчас, когда мне стукнуло семнадцать.

— Вы выросли такой красавицей…

За прошедшие два года я слегка подросла и, по сравнению со старой собой, нынешняя я избавилась от большинства своих детских черт. У меня выросла грудь и лицо стало более вытянутым. Ничего удивительного, что тело приобрело более плавные изгибы.

Должно быть поэтому последние дни Лили иногда бормотала нечто подобное, поглядывая на меня. Я игриво ей улыбнулась.

— Я всегда была красавицей.

— Само собой. С самого своего рождения принцесса была прекраснейшей в мире девочкой.

К-кха. Она по-прежнему принимает мои шутки близко к сердцу. Немного смущает, но я просто обожаю реакцию Лили. Потому и продолжаю играть перед ней в дурочку.

Доев пироженки и просмотрев приглашения, я направилась в Гранатовый дворец.

— Папа, пора отдохнуть!

Клод по-прежнему работал с бумагами в своем кабинете. Стоило открыть дверь и войти внутрь, как он поднял голову.

Поначалу я сомневалась, стоит ли прерывать того, кто уже столько времени сидит за работой, но теперь я усвоила, что если не прерву, он так и просидит здесь круглые сутки. Клод моргнул снова, когда я пришла к нему в то же время, что и вчера, и до этого.

— Феликс.

— Да, Ваше Величество.

Тихий зов Клода, и Феликс, стоявший позади меня, тут же склонил голову и отозвался.

— Мне кажется, или я стал собачкой, которую нужно постоянно выгуливать на поводке?**

— Доброта сердца принцессы Атанасии не имеет границ. Вы так беспокоитесь о здоровье Его Величества, что приходите к нему в кабинет каждый день в одно и то же время.

— Да, папа. Я собачка на поводке и хочу погулять, как ты и сказал.

— К тому же, человек или животное — и тем и другим необходимо бывать на солнышке и двигать ногами, сэр.

Молодец, Феликс! Может ли быть, что за столько лет жизни бок о бок мы стали понимать друг друга с полуслова?

С трудом верится, что это наш старый Феликс. Так много анекдотов, которые без слез не выслушать.

Как бы то ни было, я заметила взгляд, которым Клод наградил нас с Феликсом на тех словах.

— Ну же, закончи свою работу и пойдем погуляем. Как и сказал Феликс, людям надо гулять на солнышке.

— Ха-а.

Клод недовольно вздохнул, но этим было меня не взять.

— Тогда я подожду здесь.

Я засмеялась и плюхнулась на мягкий диванчик, поставленный специально для меня. Ха-а, но это странно. Два года назад я сменила диван в моей комнате на диван того же бренда, что и этот, так почему ощущения от них совершенно разные? Странно, но почему-то диван в кабинете, кажется, помягче будет.

Я хотела еще немного потестировать удобство диванчика, но пришлось перестать ерзать, когда Клод поднялся со своего места.

— Папа, я устала каждый день проводить за чтением писем, пойдем сегодня в сад.

И вскоре я, взяв Клода за руку, вместе с ним покинула Гранатовый дворец. Феликс теперь шел позади нас.

Феликс, синоним такта, постоянно получал от Клода приказы из разряда «десять шагов назад», но теперь, когда мы с Клодом гуляли, он перестал близко к нам подходить.

Поначалу он был в унынии каждый раз, когда Клод вышвыривал его вон, но теперь он, похоже, к этому привык.

М-м. Но, с другой стороны, разве это не значит, что тебя заставили привыкнуть к такому обращению? Кх. Теперь мне почему-то сталко жалко Феликса…

— Ну же, папа, тебе же нравится гулять на свежем воздухе, верно?

— Раздражает.

— Пусть и раздражает, но ты так зачахнешь в четырех стенах. Тебе не стоит забывать о своем возрасте.

Клод нахмурился, стоило бросить ему в лицо жестокую правду. Ха-ха, не нравится вспоминать о своем возрасте? Но что правда то правда.

Само собой, Клод гордился своей красотой, не менявшейся годами. Но что, что это лишь оболочка? Он каждый день выглядит бледным и уставшим.

Само собой, Клод будет отрицать это, даже если сказать ему об этом. Пускай он пока не достиг своего предела, все-таки не стоит закрывать глаза на нужды своего тела и работать в кабинете двадцать четыре часа в сутки.

— И разве я не говорила, что тебе следует спать в кровати? Такими темпами я сама избавлюсь от твоего дивана.

Ко всему прочему, ты никак не избавишься от привычки засыпать на диване, а ведь не важно насколько он мягок — на нем дико неудобно спать. Но на моих словах Клод нахмурился как от головной боли.

— Для моей единственной дочери твое нытье день за днем переходит все границы.

— А кто еще выскажет все папе, если не я?

Ведь Феликс уже сотню раз говорил тебе об этом, не так ли? Не думаешь, что стоит хоть немного прислушаться и побеспокоиться о себе?

Ха, да я, похоже, просто отличная дочь, раз беспокоюсь о здоровье папы. Ну же, не хочешь меня за это похвалить? Не хочешь сказать, какая я хорошенькая?

Но Клод такой Клод. Вместо того, чтобы сделать мне комплимент, он сокрушенно пробормотал себе под нос.

— Родная дочь считает меня за собаку, день за днем продолжает ныть и велит делать то, делать се… Мое терпение скоро лопнет.

Ох, да ладно, почему ты продолжаешь бурчать про собак! Я просто вывела тебя на прогулку, это что, делает тебя собакой?! Нет, конечно, все выглядит так, будто я силой тащу тебя на улицу и выгуливаю…

— Кстати, ты еще не устала от этого сада?

Но Клод, некоторое время оглядывавшийся по сторонам, вдруг спросил. Услышав его слова, я мигом вернулась в реальность. Мы стояли посреди сада, в окружении розовых роз. Само собой, этот сад также был сделан Клодом.

Ум, мне нормально, а ты что, устал?

— Тогда, может, погуляем где-то еще?

Кхм, судя по всему, то, что мы раз за разом ходим по одному и тому же маршруту, как по собачьей площадке. А все потому, что он первым стал говорить о себе как о собаке!

— Феликс.

Стоило ему открыть рот, и Феликс тут же показался, словно этого и ждал.

— Да, Ваше Величество. Вы звали меня?

— Скажи, чтобы завтра здесь сделали тропический дендрарий.

Пф! Я уставилась на Клода, будучи в шоке от его слов. Нет, с какого перепугу? Сдали нервы даже у Феликса, содрогнувшегося от столь внезапного заявления.

— Тропический дендрарий.. То есть?

— Да. Атанасии надоел мой розовый сад.

Че? Мне?! Я опешила настолько, что решилась открыть рот.

— Пап, когда это я такое сказала?

— В прошлый раз я слышал, что сад маркиза Элани сильно тебя впечатлил. Ты тогда еще сказала название цветка…

А, погоди! Не сейчас же!

— Да. Кажется, ты назвала его Аристолохия элегантная***?

Кх, кха! Я едва не подавилась слюнями, услышав название из уст Клода.

— Да? Аристо…

— Аристолохия элегантная.

— Аристолохия элегантная… Там был такой цветок. Решил запомнить название.

Эти двое выглядели нелепо, с серьезными лицами произнося научное название цветка. Прежде всего, им это не идет! Не говори это с таким серьезным лицом и таким кошмарным произношением!