Побег Великой Княгини (Новелла) - Глава 44

Аселла не виновата, что не смогла ответить ему. Ее разум помутился от головокружительных стимулов, которые она никогда раньше не испытывала. Она, как новорожденный теленок плотно зажмурила глаза, и с ее губ невольно слетело:

— Ах…!

От смущения у нее начали краснеть уши, затем щеки… Когда ее, до сих пор непроницаемое лицо полностью покраснело, Каликс почувствовал себя по-странному счастливо. Внезапно ему стало интересно увидеть те выражения ее лица, которые он никогда не видел. Ему было до жути интересно, какое бы лицо она показала ему, если бы плакала, а как бы она выглядела, когда была счастлива?..

— Сестра, а что это за новая комната такая? — раздался чистый и свежий голос. Аселла поспешно перевела взгляд на невинное выражение лица Мариэль, которая смотрела на нее с чистой улыбкой.

— Мариэль, это… — внезапно Аселла побледнела как чистый лист. Что ей сказать маленькому невинному ребенку, который еще ничего такого не знает?

Пока Аселла колебалась, думая, что ей ответить, Мариэль воскликнула:

— Ах, я знаю! — в одно мгновение личико Мариэль покрылось румянцем. — Великий Герцог приготовил для вас новую комнату?

На личике Мариэль было гордое выражение, как у щенка, который ждет похвалы. Аселла беззвучно промурлыкала. Тем временем девочка, воодушевленная тем, что без посторонней помощи узнала ответ залепетала:

— Ох! Теперь, когда вы поженились и стали взрослыми, вы ведь должны проводить много-много времени вместе! Вы должны вместе играть и часто разговаривать, чтобы получше узнать друг друга!

— Нет, это…

— Ой, а во что обычно играют взрослые?

— Остановись!

Внезапно из-за угла кареты раздался громкий хохот. Ярко улыбающиеся глаза Мариэль расширились как у испуганного кролика.

— Зик! — Райзен, стоявший рядом с ней выкрикнул его имя, словно предупреждая, но это не остановило растяпу. Зик с ухмылкой заговорил:

— Возможно, юная госпожа не в курсе, потому что еще слишком молода, но между молодоженами один только зрительный контакт может зажечь искру на долгую игру в течение всего дня и всей ночи! Ай! Почему вы меня бьете? — Закричал Зик, когда Райзен приложил сильную затрещину сослуживцу по затылку и глазом не моргнув. Кто знает, каких дров может наломать этот болтливый рот, если оставить его открытым.

— Не болтай глупости.

— Да что не так-то?! — Зик потер ладонью затылок и уставился на него, но Райзен, не обращая внимания на его, полный ярости жалящий взгляд добавил:

— Если хочешь получить подобную затрещину от Его Высочества, то продолжай.

И тут-то Зик понял, что натворил. Он задрожал, словно его окатили ледяной водой. Его голова, застывшая, словно у деревянной куклы, медленно повернулась в сторону командира.

— Эй-эй… — Каликс скривил угол рта в усмешке — Это что, новый способ суициднуться?

— Нет! Никак нет! — завопил Зик, словно маленький ребенок, застигнутый врасплох. Райзен, удовлетворенный исходом посмеивался над паникующим Зиком. Он заслужил это зрелище, спасши сегодня его голову от отделения от тела.

Промедли он всего несколько мгновений, Зику в спину ударил бы кованный меч командира, а не его ладонь. Райзен подумал, что Зик по гроб жизни будет обязан ему за подобные спасения, которых на его счету накопилось предостаточно.

Сообразительный дворецкий, быстро разобравшись в ситуации, деликатно произнес соответствующие слова:

— Ваше Высочество, комната для леди Мариэль тоже готова.

— Хорошо.

— Ах, как насчет того, чтобы сначала посмотреть на ее комнату? — Каликс искоса бросил взгляд на Аселлу. Ее щеки горели от смущения, а покраснение опустилось даже до нижней части шеи. Она напоминала маленького смущенного олененка. Он хотел еще поддразнить ее, было так забавно видеть ее смущение, но он не хотел перебарщивать и слишком много озорничать.

— Да, думаю, так будет лучше. — Каликс хотел еще поддразнить ее, но она может в конце концов расплакаться от его постоянных поддразниваний, а если она расплачется, то он не выдержит этого. Мужчина хотел бы избежать ее расстройства по его вине. — Не вижу причин, чтобы отказываться посмотреть комнату твоей сестры.

Аселла несколько раз медленно моргнула, затем кивнула, приходя в себя. Улыбка промелькнула на губах Бенвито. Он перевел взгляд на седовласого дворецкого.

— Ты должен их сопроводить.

— Да, Ваше Высочество.

Услышав ответ верного дворецкого, Каликс кивнул и отвернулся. Точнее, хотел отвернуться, но его остановил голос:

— Эм… — услышал он растерянное бормотание. Каликс бездумно повернулся к источнику звука. Он увидел сбитую столку Аселлу, взгляд которой выражал немой вопрос. Только в этот момент он понял, что до сих пор держит руку своей жены.

— Ох… — смущенный, он отпустил ее.

Кажется, ему понравилась роль ее эскорта. Это было странным и удивило даже его самого. До сих пор он ненавидел любые физические контакты с кем бы то ни было. По этой причине он всегда приходил на Императорские банкеты без пары.

Между тем, он почувствовал сожаление, отпуская ее руку. Прикосновение её тонких пальчиков к его ладони щекотало не только его руку, но и затрагивало уголок его сердца. Ее ручка была маленькой и теплой и, если бы у него была возможность, он хотел бы подержать ее подольше.

— Твои руки теплые…

Но его бессердечная жена уже взяла этой рукой свою сестру. Мариэль, державшая Аселлу за руку, взволнованно размахивала ею взад и вперед. Каликс почувствовал странное желание поменяться местами с этим десятилетним ребенком.

К счастью, это чувство длилось недолго. Один из рыцарей, охранявших ворота, поспешно подбежал к нему и преклонил перед ним колено. Затем он сообщил важную новость:

— Ваше Высочество! Прибыл гонец из Императорского дворца!

— Как вовремя, — саркастически произнес Каликс сухим тоном.

Стоило ему прибыть в замок, как явился Императорский посыльный. Словно поджидал его. Каликс повернулся к Аселле:

— Так как это твой первый день здесь, я хотел поесть с тобой, но, похоже, что сегодня не получится.

— Все в порядке.

Аселла понимала, что никак не смогла бы сидеть с Великим Герцогом за одним столом и спокойно есть. Каликс, внимательно наблюдавший за ней открыл рот:

— Надеюсь, тебе понравится комната. — этим он дал понять ей, в каком ключе он думал о ней в этот момент.

— До скорого свидания. — Аселла, не найдясь что ответить медленно произнесла прощальную фразу.

Дворецкий, ожидавший, когда герцог закончит, быстро подошел.

— Ваше Высочество, юная мисс, отныне я буду служить вам. Прошу, следуйте за мной.

Немного поколебавшись Аселла последовала за ним. Она чувствовала, как кто-то пристально следил за ней, но покачала головой, как будто ей это просто померещилось.

***

— Ух ты!

Как только дверь открылась глаза Мариэль расширились. Только благодаря тому, что Аселла крепко держала ее за руку, Мариэль не бросилась со слезами счастья скакать по комнате.

— Это так похоже на комнату принцессы, про которую я читала только в сказках! — не скрывая взрыв своего восхищения воскликнула Мариэль.

Светло-зеленые шторы придавали ощущение свежести желтым шелковым обоям. Мебель в белых тонах была со вкусом расставлена по комнате, а на полу лежали пушистые ковры, создавая ощущение уюта.

Над просторной кроватью свисал роскошный балдахин, богато расшитый тонким кружевом. Также в комнате было множество всевозможных детских игрушек, книжная полка на стене была забита книгами, а еще в комнате были различные музыкальные инструменты. Большой плюшевый мишка в центре комнаты привлек внимание Мариэль в первую очередь. Глаза ребенка засияли при виде него.

— Можно мне его потрогать?

— Разумеется.

Мариэль, как будто ждала команду «фас» подскочила и с разбегу прыгнула на плюшевого медведя крупнее нее.

На лице Аселлы появилась слабая улыбка, когда она наблюдала за взволнованной младшей сестрой.

— Сюда, пожалуйста.

Пожилой дворецкий обратился к Аселле, лицо которой побледнело, а глаза затуманились.

— Есть ли в этой комнате что-то, что вам не нравится?

С момента, как Аселла увидела комнату Мариэль, она пыталась в некоторой степени подготовить свой разум к тому, что она увидит дальше. Но сейчас она понимала, что все ее старания были тщетны. То, что она увидела было за гранью ее воображения. Она потеряла дар речи от того великолепия, которое далеко превзошло все ее мысли. Тем временем способный дворецкий эрцгерцога начал нервничать:

— Мы не знаем вкусов Вашего Высочества, поэтому подготовили все на свое усмотрение. Вы можете поменять все так как захотите и сколько захотите, — он продолжал говорить, беспокоясь о том, что его новая хозяйка до сих пор бездействовала. — Вам нужно только сказать, что вас не устраивает и мы тут же все исправим.

Она была первой Великой Герцогиней за последние двадцать лет. В течение последнего месяца с тех пор, как эрцгерцог решил жениться, все обитатели замка Бенвито ломали голову над обустройством пространства для них.

Из этой комнаты дверь вела в соседнюю комнату, которая была гостиной. Чтобы увеличить пространство спальни, была разрушена стена, разделявшая эти две комнаты и в другом месте, была возведена новая, временная стена. Двери, окна, обои были заменены на новые. Из старого остались только оконные рамы.

Вся мебель, постельное белье, шторы и даже мелкие аксессуары были тщательно подобраны и были только самого высокого качества. Ни один предмет не уступал по качеству тем, что использовал сам Император. Даже пионы, стоявшие на столе в хрустальной вазе, были тщательно выбраны.

— Ваше Высочество.

Во рту у пожилого дворецкого, все еще ожидавшего реакции от новой хозяйки, пересохло от напряжения. Он подумал, что его голова, и так белая от седины, побелеет еще на несколько волосков.

«В это дело было вложено очень много сил…»

Пожилой мужчина работал в семье Бенвито больше тридцати лет. Он начал служить этой семье, когда был в возрасте Мариэль, когда нынешний герцог еще не родился даже. За это время он прекрасно изучил характер своего хозяина и мог быстро реагировать на все его прихоти. Он сухо сглотнул, сам того не осознавая.

Все в роду Бенвито были безжалостными и жестоким из поколения в поколение. Конкретно Каликс обладал этими особенностями наиболее выражено по отношению к остальным, хотя до сих пор и не был, в отличие от остальных, заинтересован в женщинах.

«Его Высочество не простит нас. Я уверен в этом… То, как Великий Князь себя вел со своей женой, когда они только приехали, ясно дало это понять…», — думал дворецкий.

Взгляд его хозяина, до сих пор достаточно холодный, чтобы заморозить весь воздух вокруг, был на удивление расслабленный и теплый, когда он смотрел на свою жену. Сначала дворецкий подумал, что ему привиделось, решив проверить свое зрение, но ему не привиделось. Он несколько раз в этом убедился. Теперь судьба каждого из слуг, работавших над этой комнатой, зависела от того, что скажет их новая хозяйка. Дворецкий крепко зажмурил глаза, с чувством, что добровольно ступает в адский огонь, с трудом открыл рот, собираясь снова обратиться к герцогине:

— Миледи, пожалуйста, скажите хоть что-нибудь…

— Ох, простите! – внезапно Аселла пришла в себя и заговорила. — Это очень красиво. Это слишком для меня…

— Нет! Вовсе нет! — громко закричал дворецкий и глаза Аселлы расширились. — Его Высочество распорядился подготовить все в наилучшем виде. Даже самая маленькая мелочь не должна была быть упущена. Поэтому, если вам что-нибудь понадобится, вам нужно просто сказать.

— Хорошо.

Дворецкий расслабил окаменевшее от напряжения лицо и выдохнул. Послышался шум за дверью, когда наконец она открылась мужчина произнес с улыбкой:

— Ох, похоже, что она наконец-то прибыла.

В тот момент, когда он собирался начать объяснять, кто-то появился. Это была женщина, впервые за все время его работы на семью Бенвито, нанятая специально для герцогини. Женщина была весьма красивой, со светло-пшеничными волосами, аккуратно собранными сверху, с очками в серебряной оправе, каштановыми глазами, напоминающими лесные орешки. Она была одета в аккуратное темно-синее платье простого покроя, без каких-либо аксессуаров, однако, если присмотреться, можно было понять, что это было платье из качественного роскошного материала. Юбка была аккуратно выглажена, без единой складочки. Уголки воротничка были идеально накрахмалены. По возрасту, она, казалось, самое большее, едва достигла тридцати лет. Женщина производила впечатление сильного человека с острым взглядом, хотя на первый взгляд и казалась простой.

— Ваше Высочество! Позвольте поприветствовать вас в ваш первый день в герцогстве! Я — Марго Роумен. Для меня большая честь лицезреть вас! – четко, без единой запинки прочеканила женщина.

— Если вы Роуман… — Аселла слышала о ней. Это была семья вассалов семьи Бенвито. Также, как и семья Кадан, это была семья с графским титулом из поколения в поколение производившая на свет одних из самых выдающихся военных офицеров Империи.

Прочитав удивление на лице Аселлы, Марго кивнула ей.

— Да. Мой муж, Ричард Роуман служит Его Высочеству эрцгерцогу.

— Вы — графиня.

— С сегодняшнего дня я лишь покорная слуга Вашего Высочества. Пожалуйста, не стесняйтесь обращаться ко мне.

Образцовая дворянка. Ее тон был вежливый, но твердый, не допускающий никаких возражений. Нетрудно было догадаться, что у нее очень сильная личность просто посмотрев на нее. Ее дотошное отношение ко всему не допустит ни малейшего изъяна.

«Скорее всего, она будет следить за мной».

Ни один из слуг не приехал вместе с ними из семьи Чарт. Хотела Аселла того, или нет, она должна была иметь при себе свою горничную в замке герцога.

— У меня еще отобрана дюжина* детей, которых вы в будущем сможете использовать как капелланов**. Не желаете ли выбрать кого-то из них?

(П/п*: дюжина = двенадцать. )

(П/п**: Капеллан = священнослужитель, который совмещает службу в церкви со служением в светском обществе. Скорее всего, здесь имеются в виду молодые монашки для прислуживания их новой госпоже.)

— Я уверена, что смогу сама справиться. — Для Аселлы не имело значения, кто будет ей прислуживать, ведь в конце концов они все будут рядом с ней и Мариэль только для того, чтобы быть глазами и ушами Каликса Бенвито.

Этот замок для нее был как огромная роскошная тюрьма. Место добычи — внутри клетки. Не стоит строить ложных надежд. На первый взгляд, все выглядит уютно и роскошно, но ты никогда не сможешь сделать шаг за эту невидимую решетку. Вспомнив вооруженных до зубов солдат, охранявших стену, Аселла тяжело вздохнула.

— В таком случае, позволите ли вы мне отправить их служить госпоже Мариэль?

— Что?.. — и тут Аселла задумалась. Не важно, кто это был, цель слежки никак не менялась. Но, по крайней мере, она не хотела бы, чтобы Мариэль это заметила.

Аселла бы хотела найти для нее горничную с ярким и дружелюбным характером, но с первого взгляда найти такую было бы сложно.

— В таком случае, позвольте мне разделить детей на группы и по очереди направлять их служить госпоже Мариэль. Как вы смотрите на то, чтобы принять решение после некоторого времени наблюдения за ними? — словно прочитав сомнения Аселлы протараторила Марго.

После этого Ее Высочество расслабилась и кивнула.

— Да, сделайте так. Спасибо.

— Конечно, — ответила Марго с мягкой улыбкой.

После этого разговор перетек в другое русло и постепенно Аселла расслабилась.

Умело ведя беседу, Марго узнала вкусы и предпочтения Аселлы в еде, в дизайне одежды, ее увлечения и прочее.

«Какая она замечательная женщина». — Дворецкий, наблюдавший за этой сценой, откровенно восхищался.

Марго Роумен. До замужества за графом Ричардом Роуменом она была вторым ребенком в семье Блэр. С ее прекрасной внешностью, великолепным умением вести разговор и высокой ученостью она была самой желанной невестой в обществе. Ей даже придумали прозвище, которое всегда прибавляли к ее имени: «Вечный драгоценный камень семьи Блэр». Те, кто ничего не знал, считали это комплиментом для леди Блэр, но сама Марго считала это прозвище необычайно оскорбительным и постыдным. Она считала, что от драгоценных камней нет никакой пользы, поэтому от всей души недолюбливала это прозвище.

«Что я могу сделать, чтобы однажды этот «драгоценный камень» не упал в грязь, как любая другая безделушка?»

Интересен тот факт, что отца Марго, предыдущего графа Блэр считали маразматиком. И не без оснований.

Марго была одаренной девушкой. Восемь лет назад она окончила факультет политологии Императорской академии. Ее достижения были столь велики, что профессорско-преподавательский состав кафедры открыто выражал пожелание графу сделать Марго преемницей его титула. Если бы Марго стала наследницей семьи Блэр, то ее бы давно уже сделали профессором Академии Хван Рип. Однако, положение наследника семьи принадлежало ее брату. Когда Марго категорически возразила против этого, бывший граф Блэр насильно выдал свою дочь замуж за Ричарда Роумена, тем самым пресекши ее притязания на семью Блэр. После этого семья Блэр начала терять свою силу.

Брат Марго, нынешний граф Блэр, не обладал ни способностями, ни знанием, как управлять семьей и прослыл глупым гулякой. Он никогда ничего не делал своими руками и в итоге привел семью к банкротству всего за несколько лет. У него появилось двое внебрачных детей, и его жена подала на развод. После того как он недавно проиграл в карты, выплатив жене алиментов и развелся, он остался ни с чем.

Фамилия Блэр, некогда восхваляемая теперь была заклеймена позором. Этот конец был ожидаем.

«Я знала, что это в конце концов произойдет…» — невольно покачала головой Марго вспоминая прошлое.

— Миледи, только что к воротам замка прибыл священник, — доложил слуга.

***

Волосы пожилого священника были совершенно белыми.

Осторожными движениями он распустил бинты на руках Аселлы. Лицо священнослужителя просветлело, когда он увидел раны, нанесенные зверем на ее руках.

— Я не знаю, кто вас лечил, но ваши раны заживают очень хорошо. Раны чистые и шрама не останется даже без божественного исцеления.

— Хорошо, — Аселла вспомнила события того дня.

Каликс Бенвито показался как раз в тот момент, когда на них напали монстры. Благодаря его своевременному прибытию она и Мариэль смогли избежать грозящей им опасности.

«Но я все еще не понимаю…»

Почему-то он сам лично залечил все ее раны. С равнодушным лицом священник прощупывал ее ушибы. Движения рук мужчины были точными и аккуратными.

— Навыки вашего врача поразительны! Довольно сложно в полевых условиях излечить рану, нанесенную таким монстром.

— Его Высочество занимался моим лечением.

— Вы говорите, что это был эрцгерцог?

— Да.

На лице священника проступило нескрываемое удивление. Но он не просто так прожил такие годы. Легко справившись со своим выражением лица, он повернулся к ней с нежной улыбкой.

— Понятно. Сейчас я воспользуюсь божественным исцелением. Если вам будет слишком горячо, просто скажите мне.

Мягкое тепло окутало руки Аселлы. Глубокие порезы заполнились плотью и полностью зажили. После того, как шрамы затянулись и тепло распространилось по всему ее телу. Усталость быстро исчезла, а тело освежилось.

— Лечение закончено. Пожалуйста, будьте впредь осторожнее, чтобы снова так не пораниться.

— Я буду осторожна.

— Хорошо.

Священник улыбнулся и с теплом посмотрел на Аселлу. Это был взгляд любящего дедушки на дорогую ему внучку.

— Могу я сделать вам небольшой подарок?

— Подарок?

— Я бы хотел благословить вас счастьем и удачей в будущем. Я надеюсь, вы примите сей скромный дар от этого старого священника.

У Аселлы от удивления расширились глаза. Все, кто присутствовал заулыбались.

— Но это так дорого…

— Я не найду более подходящего случая, чтобы преподнести имеющееся у меня благословение еще кому-то. Богиня для этого благословила меня сегодня встречей с миледи.

Благословение Богини было весьма ценным. Его ценность невозможно было переоценить. Все потому, что священника, обладающего благословением Богини. Священники получали способность благословить благословением Богини только прожив долгую религиозную жизнь и после единократного благословения им требовалось не меньше года, чтобы снова восполнить свои силы для следующего благословения.

— Если вы примете это благословение, это будет для меня великой радостью.

— Если это действительно так… То я буду весьма признательна, — поколебавшись, Аселла все-таки согласилась.

Леди Каликс встала со своего места, преклонила колени и склонила голову. Священник встал перед ней и поднял ладони над ее головой.

— Я дарую тебе благословение богини Гернии, которая есьмь источник и твердыня этого мира, которая была создательницей жизни и всего существующего с самого начала.

Ослепительный свет исходил из тела старого священника. В одно мгновение необъяснимая сила хлынула потоком из тела жреца в Аселлу. Когда сила начала циркулировать по венам девушки, пробуждая каждую клеточку и оживляя ее тело, она встряхнула ее. Аселла почувствовала мощный толчок, не грубый или свирепый. Скорее, она почувствовала ощущение зажиты и безопасности. Она чувствовала, как будто ей вернули что-то весьма ценное, что она некогда давно потеряла.

— Да пребудет с тобой на все твои дни благословение богини Гернии.

Когда Аселла открыла глаза, она увидела, как на лице старца отразилась неописуемая радость.

***

Замок Великого Герцога Бенвито был ничем иным как неприступной крепостью. Дорога, ведущая из замка, вела прямо через густой лес.

— Священник, вы и правда будете в порядке без кареты?

— Спасибо за вашу заботу, но вам не о чем переживать. Когда становишься старше, начинаешь все больше любить пешие прогулки, в которых можешь насладиться пейзажем.

Рошан, пожилой священник, отказавшийся от кареты, которую ему предлагали, несмотря на возраст, на удивление, зашагал довольно бодрым шагом. Как только он отошел на достаточное расстояние, чтобы его не смогли видеть глаза солдат, он тут же изменил направление своего движения, свернув в безлюдный лес. Убедившись, что на некотором радиусе никого нет, Рошан остановился.