Похоже, я попала в игру с обратным гаремом (Новелла) - Глава 49

— Вот, ваш свежий хлеб.

— Спасибо, — бледно улыбнулась Юриэль. Мальчишка протянул ей хлеб и, краснея как рак, убежал на кухню. Стоило ему только исчезнуть из поля зрения, как Юриэль перестала улыбаться и выглянула в окно,

Симпатия Раки увеличивается до 50.

Вы можете открыть новый рут.

(*Оставшееся число слотов: 3)

Хотите создать новый рут? Да/Нет

Юриэль выбрала «Нет» и фыркнула. Кому вообще в голову пришло, что он достаточно хорош для нее? Ее буквально тошнило от того, что ей приходилось оставаться в этой жалком постоялом дворе.

Дверь открылась, на пороге показалась знакомая фигура. Золотые лучи заката обласкали широкие плечи, прежде чем он переступил порог и зашел в комнату.

— Я вернулся.

Мужчина устало потер глаза, затем взглянул на Юриэль и приблизился к ней. Последний принц теперь уже павшего королевства как-то изменился: даже его походка выглядела иначе. По крайней мере, так казалось Юриэль.

— Как твои дела? — спросил Эдсен, обнимая Юриэль. Она позволила ему обнять себя, а затем небрежно погладила по спине пару раз.

— Нормально, — коротко ответила она.

— Не так уж и плохо здесь, правда?

Юриэль кивнула, выдавив улыбку. Затем, не дожидаясь, пока Эдсен спросит что-то еще, поинтересовалась:

— А эта женщина?

Она почувствовала, как напрягся Эдсен.

— Почему ты продолжаешь спрашивать о ней? — спросил он, отстранившись, и заглянул Юриэль в глаза.

— А почему нет? — резко ответила Юриэль. — Я что, теперь, помимо всего прочего, лишилась права спрашивать, как там она чудесно проводит время, тогда как я загниваю здесь?

Затем, внезапно вспомнив, что мужчина перед ней — единственная оставшаяся у нее на руках козырная карта, Юриэль с трудом вернула себе самообладание.

— Она разрушила мою жизнь, но тебя это, кажется, совсем не расстраивает, — заметила она.

— Юриэль.

— Не так ли? Почему ты на меня так смотришь? Если ты правда меня любишь, так сделай с этим что-нибудь. Эта женщина выставила меня идиоткой! Посмотри на меня! Я…

— Ты центр моего мира что тогда, что сейчас. Ты по-прежнему…

— Я не об этом говорю! Ладно, хорошо, во дворе пруд пруди дворянок и аристократок, так что для тебя, бывшего члена правящей семьи, кажется, нет никакой разницы, здесь я или там, не так ли?

— Ты знаешь, что я так не думаю.

— И что? Я тебе спасибо сказать должна?

— Юриэль… Ты сама виновата в том, что тебя изгнали.

Эдсен не стал упоминать Эклота Пэйсиса, не стал спрашивать, почему она вообще поддерживала с ним переписку.

Юриэль истерически рассмеялась.

— Не смеши меня, — сказала она. — Не говори так, будто ты не понимаешь. Это случилось и с тобой тоже. Совершив какую-то ошибку, кто-то теряет все, что у них было, а кто-то продолжает жить как ни в чем не бывало. Почему я должна относиться к первой категории? Я собираюсь попасть во вторую, я не буду молча страдать, я…

— Юриэль, пожалуйста, успокойся, — взмолился Эдсен.

— А ты его не ненавидишь? Этот несправедливый мир? Это, черт подери, нелогично: почему я должна наблюдать за тем, как эти высокопоставленные люди не прикладывают никаких усилий, чтобы заполучить желаемое?

Эдсен ничего не ответил. Он уже давно подозревал, что женщина, которую он полюбил, возможно, и вовсе не существовала. Но разве мог Эдсен просто бросить ее? Вне зависимости от степени неприглядности правды, Юриэль — та, кто спасла его от стыда и ненависти.

— Я никогда ее не прощу, — выплюнула Юриэль.

Эдсен заключил ее лицо в ладони. Алые глаза его возлюбленной горели яростью и отвращением. Эти эмоции, которые когда-то поглотили его с головой, теперь нашли себе нового хозяина.

— Юриэль, пожалуйста, — прошептал Эдсен. — Забудь об этом. Не дай этой ненависти отравить себя. Не рань себя еще сильнее. Если хочешь, мы можем уехать далеко-далеко. Я официально стал рыцарем, теперь я могу работать на провинциальных аристократов и получать достойную зарплату. Это… все, что мне нужно, Юриэль.

Принцесса сказала ему забыть обо всем, не так ли? Держать дистанцию — не близко, не далеко, — идти раздельными путями.

— Хочешь сказать… ты просто простишь ее и уйдешь с пути? — спросила Юриэль. — Это ты хочешь сказать? Ты?!

— Нет, я говорю, что отпущу то, что нас связывало, — ответил Эдсен.

— Ты сошел с ума.

Иногда Юриэль чувствовала, что они с Эдсеном различаются. Как он может оставаться таким беспристрастным, в то время как она наполнена ненавистью? В свое время даже ненависть Эдсена казалась какой-то… отстраненной. Это понимание заставляло внутренности Юриэль скручиваться от ярости.

И так было с первой встречи с Эдсеном.

Как он мог добровольно преклонить колени перед принцессой ради своего королевства, ради людей, лиц которых он даже не видел? А дальше что? Он предложил свою жизнь в обмен на жизнь Юриэль!

Юриэль пыталась игнорировать свои ощущения: не было смысла завидовать тому, кто и так валялся у нее в ногах.

— Мне неважно, считаешь ли ты меня сумасшедшим, — отозвался Эдсен. — Ты все, что у меня есть, так что, пожалуйста, пойдем со мной.

Юриэль хотелось закричать. Она никогда не говорила, что хотела куда-то с ним идти! Так почему она обязана исполнять желания Эдсена?

— Эта женщина продолжит играть с людьми по своему желанию, — наконец сказала Юриэль. — Ты уверен, что мы не станем ее целью в очередной раз? Ты правда ей веришь? Думаешь, она позволит нам жить? Ей достаточно сказать, что она передумала! Как ты можешь быть настолько наивным? Вот почему она воспользовалась тобой. Люди не меняются так просто.

Уставившись на Юриэль, Эдсен думал, что некоторые люди действительно не меняются. Но даже те, которые казались непоколебимыми и неизменными, иногда менялись так быстро, что их перемены выглядели нереальными. Эдсен думал, что они трое никогда не изменятся: Юриэль, принцесса… и он сам.

— Ты мне веришь? Что ж, тогда ради меня… — сказала Юриэль, схватив Эдсена за шею. Заглянув ему в глаза, она четко приказала: — Убей эту женщину. Убей ее! Тогда я уйду с тобой и обо всем забуду.

Динь!

Вы попросили у персонажа Эдсен Велрод больше, чем он в силах сделать. Если он примет ваш запрос, уровень его привязанности будет снижен на 80% без возможности восстановления. Если вы отзовете приказ, уровень его привязанности останется на прежнем уровне.

(Внимание! Уменьшенный уровень привязанности нельзя восстановить).

A. Сохранить текущий уровень привязанности.

B. Принять штраф.

Впервые за долгое время система была на стороне Юриэль. Если Эдсен сможет убить принцессу, то определенно умрет, и тогда его уровень привязанности в любом случае перестанет иметь какое-либо значение.

— Я не прошу тебя отправиться убивать ее прямо сейчас. Но… — пробормотала Юриэль, коснувшись перевязи с мечом, и яростно улыбнулась. — Ты должен быть готов к этому в любой момент.

Руки Эдсена дрожали, когда он отнимал их от лица Юриэль. Выражение его лица было мрачным. Юриэль ждала, что же он ответил. Согласно окну оповещений, Эдсен не сможет пойти против ее приказа, так работала эта игра.

Но Юриэль не знала, что такой образ мышления лишь сделает ее очередным игроком, попавшим в ловушку системы.

— Думаю, я избаловал тебя, Юриэль, — горько заключил Эдсен.

Юриэль бросилась в его объятия и соблазнительно прошептала на ухо:

— Вот тебе и еще одна причина взять на себя ответственность.

Ее губы дрогнули в удовлетворенной улыбке. Неужели Эдсен думает, что она позволит кому-то избаловать себя? Кто, по его мнению, она такая? И по какой причине оказалась здесь?

Юриэль знала, чем все закончится: она станет победительницей.

Чего бы ей это ни стоило.