Политический брак с дружелюбным врагом (Новелла) - Глава 7

Министры продолжали толпиться, высказывая свое мнение, как вдруг неожиданно за пределами зала для переговоров раздался грохот.

— Мой принц! Нет, мой принц!

Неожиданно дверь распахнулась, и в проеме возникло знакомое лицо. Это был мой младший брат, Дженнер, которому всего двенадцать лет.

Диакит хмуро уставился на него.

— Что ты делаешь? Такому мальчику, как ты, здесь не место.

Дженнер уставился на него покрасневшими от пролитых слез глазами.

— Это правда, что сестра выйдет замуж за Первого императора?

— Мы как раз это обсуждали, — сухо ответил Диакит.

Я поднялась с места и приблизилась к Дженнеру.

Он был моим младшим братом, наша разница в возрасте составляла восемь лет. После смерти матери он был единственным, кто любил меня больше всех.

— Сестра! Скажи уже что-нибудь!

Дженнер выглядел так, будто вот-вот расплачется. Но прежде чем я успела его успокоить, Диакит продолжил:

— План по созданию альянса вполне разумен.

— Разумен? Что в нем разумного? Что там может быть разумного? Продажа собственной сестры — это разумно?

— Мы говорим о безумце, который может развязать войну, если того пожелает, но вместо этого он предлагает нам заключить альянс. При этом его условия невероятно выгодные. Нам представилась уникальная возможность.

— Но какой ценой? Брат!

На глазах у министров Дженнер отбросил вежливость, открыто закричав на Диакита.

— Дженнер, прекрати!

Я порывисто обняла младшего брата и легко похлопала его по плечу.

Если меня продадут, то я была рада, что покупателем оказался именно Кванах.

Я посмотрела на убитого горем Дженнера, и в голове пронеслась новость, которую слышала, будучи призраком.

[Передайте второму батальону. Это Дженнер!..]

Дженнер умер на поле сражения, когда ему было всего пятнадцать.

Ни за что не позволю этому будущему повториться.

Успокоившись, я оглядела собравшихся и заговорила:

— Министры преувеличивают, утверждая, что мне со своей стороны нечего сказать.

— Принцесса!

— Все в порядке. Я уже достигла брачного возраста. Поэтому, пожалуйста, кронпринц, примите это соглашение.

— Сестра!

Неожиданно Дженнер схватил меня за запястье, после чего один из министров паническим голосом произнес:

— Нам не нужно прибегать к этому способу и жертвовать принцессой, мы обязательно придумаем что-нибудь еще…

— Почему жертвовать? Это не жертва. Я правда хочу выйти за него замуж.

Брови Диакита взмыли вверх.

Я тихо рассмеялась. И говорила совершенно серьезно. Настал тот момент, которого я так долго ждала.

Спустя десятилетие, проведенное в ожидании мужчины, замужем за которым я была лишь полдня, наконец-то настало время встретиться с ним должным образом.

***

После моей речи члены официального собрания решили принять предложение о создании альянса.

Когда по всему королевству разнеслись слухи о том, что меня выдают замуж, а точнее — продают Кванаху, повсюду можно было услышать протестующие крики.

Поток прошений от граждан не прекращался, а капитан пограничной стражи незамедлительно прибыл в королевский дворец, в надежде переубедить меня:

— Ваше Высочество, это возмутительно. Где это видано, чтобы принцесса выходила замуж за ничтожного раба? Это оскорбление для нашего королевства. Я буду сражаться. И даже если мое тело разорвут на куски, я до самого конца буду противостоять Рэйдонской империи.

— Я не возражаю против этого союза, — серьезно пояснила я, но капитан пограничной стражи, казалось, не одобрял мой выбор.

Я впервые встретилась с этим высоким мужчиной среднего возраста, который стоял передо мной, не прекращая жаловаться.

— Будет хорошо, если нам удастся избежать войны.

— Но это!..

– В войне с империей мы не обойдемся малыми потерями. Прольется море крови. Даже если бы нам удалось подключить к сражению союзные войска и победить, нашему государству никогда не оправиться от произошедшего после окончания войны. Вам хорошо известно, как это бывает. Там, где прошла война, не осталось ничего, кроме руин.

На самом деле я нисколько не возражала против заключения брачного союза.

Но остальные, казалось, напротив, думали, что я совершаю благородный акт самопожертвования.

Чем ближе приближалась дата свадьбы, тем сильнее королевство погружалось в мрачную и меланхоличную атмосферу, словно все готовились к похоронам.

И вот однажды Диакит пришел увидеться со мной.

– Как ты себя чувствуешь перед предстоящей свадьбой?

В отличие от предыдущей жизни, в этой Диакит не обращался со мной грубо. В любом случае я бы этого не допустила. Возможно, именно поэтому, стоя передо мной, он выглядел странно расстроенным, а его взгляд был полон сожаления.

– Я прекрасно себя чувствую. Пожалуйста, присаживайся.

Диакит сел напротив меня, закинув ногу на ногу, и рассмеялся.

– Прекрасно? Это ты так пытаешься быть сильной, да?

– Нет, я серьезно.

– Ты еще передумаешь, когда выслушаешь мою историю.

Диакит прищурился и ехидно улыбнулся.

– Ты ведь знаешь, что во дворце есть королевская библиотека, войти в которую может только король, верно?

– Да.

– Раньше, когда отец был в добром здравии, только он имел право находиться там, но теперь и я, будучи регентом, получил доступ к библиотечным архивам.

Что, ради всего святого, он этим пытается сказать? Я опустила руки на подол платья и посмотрела на Диакита.

– Я обнаружил тайный документ, содержащий сведения о пробужденных нашего клана.

Я молчала, ожидая продолжения.

– О, богиня Фахар была жестокой. – Диакит изогнул губы в усмешке. – Она не хотела, чтобы сила, которой наделяла пробужденных для защиты Серебряного Леса этого королевства, была передана в чужие руки.

– Что это значит?

– Пробужденные не могут иметь детей.

От слов Диакита у меня на мгновение закружилась голова.

– Это значит, что любой пробужденный, будь то мужчина или женщина, никогда не сможет завести наследников. Ты не сможешь иметь детей.

– Но в генеалогическом древе…

– Да. На древе у пробужденных есть дети. Однако эти записи – подделка. Все это было сделано, чтобы скрыть их бесплодие. Они забирали пробужденного ребенка у кого-то из своих родственников и растили его как собственного.

Я сцепила руки в замок, стараясь сохранять спокойствие.

Послушав Диакита, я поняла, почему эту информацию скрывали.

Магия леса неожиданно пробуждалась в ребенке, когда ему исполнялось десять лет. При рождении невозможно было определить, является ли дитя пробужденным.

Магия не передавалась по наследству – Лес наделял ею ребенка, выбранного случайным образом, но лишь одного из поколения.

Если Диакит сказал правду, то я не смогу иметь детей. Этот факт меня не печалил. Я никогда не мечтала завести семью. Меня волновало только одно: что случится, если об этом станет известно?

«Будет ли альянс разрушен, как это случилось в моей предыдущей жизни?»

Потому что Кванах хотел от меня наследника.

И не простит ни меня, ни мое королевство.

«Неужели, когда нас унесет течением времени, все вновь завершится войной?»

Я выровняла голос и наконец заговорила:

– Ты в этом уверен?

– Разве у меня есть причины лгать тебе?

Но в то же время у него не было причин говорить мне правду.

Я пристально посмотрела на Диакита.

– Почему ты не рассказал мне об этом раньше?

Тот факт, что я бесплодна, очень сильно усложнит формирование альянса.

Сложившаяся ситуация отличалась от моей предыдущей жизни. Поведение Диакита изменилось. Мне было необходимо собраться с духом.

Я успокоила хаотично бьющееся сердце.

– Если эта тайна раскроется, союзу между государствами придет конец.

– Все верно. И рабы наводнят наши земли.

– Но теперь, с нашей силой…

– Нам не удастся их одолеть. И ты это тоже знаешь. Вот почему твоя роль очень важна.

Диакит сунул руку в карман и достал маленький кулон.

– Это артефакт для общения на расстоянии и достать его было непросто. Возьми его.

Я осторожно сжала артефакт в ладони.

– Если ты отправишься в империю, я смогу незамедлительно с тобой связаться. Не волнуйся: только маг сможет понять, что это артефакт – обычным людям это не под силу.

– Откуда он у тебя?

– Этого тебе знать не нужно.

В наши дни источник магической силы на человеческом континенте истощился. Цена за одноразовый боевой артефакт составлял практически годовую зарплату простолюдина. Более того, такие усовершенствованные артефакты для общения на расстоянии, должно быть, оценивались в целое состояние.

Наше королевство образовано на неплодородных землях, поэтому мы не были богаты. Где он раздобыл столько денег для тайного приобретения подобных артефактов?

– Чего ты хочешь? – Спросила я.

– Информацию, – улыбнувшись, ответил Диакит и продолжил, – думаю, ничего страшного не случится, если ты не забеременеешь в ближайший год или около того. Поэтому притворяйся. Избегай спать с ним так долго, насколько это возможно.

Диакит внимательно оглядел меня сверху вниз.

– Ты представляешь собой полную противоположность южным стандартам красоты, поэтому, возможно, Кванах и не станет навещать тебя по ночам.

От этих слов я лишилась дара речи.

– Выиграй немного времени, раздобудь кое-какую информацию об империи и Кванахе и передай ее мне. Когда ты покинешь это место, будешь всего лишь юной девчонкой, которой нечего предложить. Но уж с этой задачей ты справишься, правда?

И когда я уже было собиралась упрекнуть Диакита за его отношение ко мне, внезапная догадка, словно молния, осенила меня.

Не говорите мне…

– Брат, ты с самого начала замышлял разрушить альянс?

– Неужели ты думаешь, что я и правда позволю этому рабу делать все, что ему вздумается? Я лишь хотел отнять у него все, что смогу, а затем разорвать союз в подходящее время.

– Но начнется война.

– Я уже переговорил с другими северными королевствами. Мы объединимся, чтобы выступить против империи Рэйдон.

Чем дольше я слушала Диакита, тем отчетливее осознавала, что у него на уме. Диакит жаждал власти.

– Первоначально, когда они пришли с предложением заключить союз, мы намеревались нанести Кванаху удар в спину. И я думаю, мы начнем войну здесь, так на нашей стороне окажется небольшое географическое преимущество. Но раз уж ты играешь в шпионку, у нас появилась мысль, что это даст нам возможность подготовиться тщательнее.

По моему телу неожиданно пробежали мурашки. Диакит всегда хотел развязать войну.

В прошлой жизни мне показалось странным то, как быстро сформировалась Северная Лига – это произошло сразу же после моей смерти. Собрать армии стольких королевств в одном месте за такой короткий промежуток времени было не так уж просто.

Но все оказалось спланировано заранее.

Разница только в том, что раньше я об этом не догадывалась, но теперь точно знаю.

Похоже, для Диакита я была полезнее, чем думала. Именно поэтому он делится со мной своими планами и пытается вывести меня на политическую арену.

Я вспомнила ту единственную стрелу, которая привела к моей смерти и развязала войну между государствами.

Обычной стрелой попасть в императорскую карету и пронзить мое сердце было невозможно. Я догадывалась, что это, вероятно, была зачарованная стрела.

А теперь Диакит передает мне артефакт. Это служило доказательством того, что ему помогает один из магов, которые на человеческом континенте оказались на грани вымирания.

И тут все встало на свои места.

Меня охватила ярость, а внутри все похолодело. Я с трудом подавила желание рассмеяться и внимательно посмотрела на Диакита.

«Это был ты, верно? Тот, кто убил меня.»