Принцесса-монстр (Новелла) - Глава 9

Тук-тук

— Первая Принцесса, вам пришло письмо от третьего сына семьи Монтера.

— Сына Монтера? Опять?

Когда пришло письмо, я читала книгу о чародейской лихоманке.

Марина замерла на мгновение, оценивая царящий бардак в комнате, затем протянула мне поднос.

С невесёлым лицом я открыла письмо, и из него вылетели цветы и бабочки. В довершение всего вдруг послышалась песня.

— Первая Принцесса рождена для любви.

—…

Конечно же, это была настоящая магия.

Как я, возможно, упоминала ранее, среди жителей Камулиты были люди способные использовать колдовство, в том числе представители знати.

— Ох, это, должно быть, спето самим третьим сыном Монтера. Как мило.

Третий сын семейства Монтера, Бобби Монтера, приславший мне это письмо, совершенно не имел слуха.

Марина хихикала, слушая песню, льющуюся из письма.

Бобби Монтера был одним из кандидатов в женихи.

Когда мне исполнилось четырнадцать лет, я была достаточно взрослой, чтобы участвовать в обсуждении моей будущей помолвки в качестве Первой Принцессы страны.

Однако, так как это очень важный вопрос, Монтера не являлся единственным кандидатом, но среди всех был самым активным. К тому же, обсуждения о моём замужестве, во главе которых была моя мать, начались ещё пять лет назад. Но, как мы знаем, примерно в это же время у меня была диагностирована чародейская лихоманка.

Историю с моей помолвкой решили не отменять, так как моё заболевание тщательно скрывалось от подданных, но, честно говоря, особого прогресса за это время не наблюдалось.

По мнению моего отца, сын семейства Монтера отлично мне подходил и дальнейшие препирательства будут лишь тратой времени, ведь я могу вскоре умереть.

Возможно, из политических соображений я бы лучше занялась организацией брака для моих младших сестёр.

Но, откровенно говоря, сын семейства Монтера, один из множества кандидатов на мою руку и сердце, имел самый низкий ранг из всех.

‘‘По этой причине, полагаю, он так отчаянно пытается завоевать моё расположение. И он даже не в курсе, что в любое время я могу умереть от своего недуга’’.

Как бы то ни было, он единственный продолжает мне неустанно писать письма в течение прошедших пяти лет.

‘‘Даже родители во мне не настолько заинтересованы’’.

И от этого факта его искренность восхищала.

Естественно, несмотря на всё это, он не моего поля ягода, мы разные как небо и земля. Но, возможно, причина так же крылась в том, что я видела самый печальный для себя исход из всех возможных?

Сегодня я с другой стороны взглянула на Бобби Монтера, кто до этого лишь казался докучающим и нелепым.

Поэтому я лишь фыркнула и положила письмо рядышком вместо того, чтобы просто избавиться от него.

— Божечки… Похоже сегодняшнее письмо пришлось Вам по душе.

— Прекрати, я порой отвечаю ему.

Марина улыбнулась, зная, что это не так.

Я сложила руки на подлокотнике кресла, оперев на них свой подбородок.

— Кстати, снаружи дворца Первой Принцессы шныряет жучок.

— Опять? Совсем нечем заняться.

Марина нахмурилась.

Я была с ней полностью согласна.

Чувствуя невероятную скуку, я крепко сжала своё поле манны в руке.

Чёрная фигура, пересёкшая границу дворца, тут же была раздавлена.

Им здесь всем мёдом намазано, что ли? Я не понимаю, почему они продолжают совать свой нос сюда.

‘‘Я думаю, сигналом для него послужило письмо, которое только что пришло…’’

Я вновь взглянула на письмо Бобби Монтера.

Оно доказывало его невиновность. Очевидно, что это не его рук дело, так что можно не волноваться.

‘‘Скорее всего, это принц Рамиэль или же его мать, леди Катарина’’.

Она оба слишком заинтересованы во мне.

Кроме этого, зная Бобби Монтера, он даже не осмелится на такое.

Раздумывая о юном господине Монтера, который обычно слонялся как идиот каждый раз, стоило меня увидеть, на ум вдруг пришли мысли о других женихах.

‘‘Кстати, один из кандидатов… Возможно, среди них мог оказаться главный герой?’’

Парень, имя которого я видела рядом с Юдит в «Великолепном мире принцессы Юдит».

И звали его Киллиан Бёрнхард.

Он двумя годами старше меня. Однако, даже несмотря на то, что он был одним из моих возможных женихов, я не старалась поддерживать с ним контакт в течение пяти лет. Мы лишь обменялись парой вежливых фраз и приветствий три или четыре раза.

И всё же, он был одним из лучших кандидатов мне в мужья, так как был главным персонажем в нелепой романтической новелле. Ходило множество разговоров о Киллиане из-за неё.

‘‘Я думаю, что его серебристые волосы, белые, словно снежные хлопья, и лиловые глаза поглощают тебя’’.

Неважно, на сколько Киллиан был хорош или влиятелен, меня он не интересовал.

‘‘На чужой каравай не разевай ротик’’.

Учитывая, что это каравай Юдит.

— Принцесса, время ланча приближается.

— Ага, пойдём.

Пришло время отогнать все мысли и освежиться.

***

— Арабела, ты…Что, чёрт возьми, произошло с твоими волосами?

Сегодняшний ланч был в покоях Императора, где он собрал всех своих отпрысков.

Подобным образом он временами собирал членов императорской семьи для приёма пищи или же чаепития, но определённых дат или времени не было. Встречи могли быть назначены спонтанно, как на то будет желания монарха, и поэтому бывали случаи, когда кто-то из членов семьи не мог присутствовать. Тогда Император был великодушен: он не серчал и не разговаривал строго.

Как только Арабела заняла своё место, она устремила взгляд на человека, задавшего столь дурацкий вопрос.

Седрик Сигбарт Рэйджин Камулита.

Нынешний Император и отец Арабелы. Темноволосый мужчина с голубыми глазами. Очень симпатичный, хорошо сохранился для своего возраста.

Однако, несмотря на все достоинствам императора, родился он не с золотыми глазами, доказательством чистокровного члена имперской семьи.

Впрочем, ген золотых глаз в императорской семье не проявлялся вот уже три поколения, так что Юдит, находящаяся в опале для всех остальных, считалась особенной.

‘‘Первое, что ты мне сказал, было не приветствие, а вопрос о моих волосах?’’

Учитывая, что Арабела совсем недавно была прикована к постели, естественно, что она была раздражена подобного рода вопросами, вместо осведомления о её самочувствии.

Но он всегда таким был, так что ничего удивительного.

И не один император Седрик, но и остальные собравшиеся принцы и принцессы не могли оторвать взгляда от светлых волос Арабелы, которые были обрезаны до плеч.

— Просто подстригла. Разве это запрещено?

‘‘Тебе не обязательно тщательно продумывать ответ на столь глупые вопросы’’.

С такой мыслью Арабела и ответила.

Конечно же, видя, как брови Седрика поползли в разные стороны, было очевидно, что ответ его не удовлетворил.

— Что, наша сестра-перфекционистка просто так отрезала себе волосы?

Столь игривый тон резанул Арабеле по нервам.

Её холодный взгляд скользнул вперёд. Рамиэль, Первый Принц, с которым она недавно встречалась, сидел напротив.

Он унаследовал чёрные волосы, однако его лицо и характер разительно отличались от отца.

Как только их взгляды встретились, сладенькая улыбочка появилась на красивом, переполненном ленью лице мальчишки.

— Не может быть. Кто-то разбил сердце нашей Арабеле? Я и не знал, что у тебя кто-то на уме… Угх!

Арабела использовала магию, чтобы заткнуть брата, но Рамиэль быстро развеял колдовство и навёл небольшую шумиху в качестве предупреждения.

— Ого. А ты беспощадна сегодня, Арабела. Возможно, я даже ноготь повредил… Упс! Хмпф!

Арабела скривила губы и снова прикрыла ему рот.

Император щёлкнул языком, как бы показывая, что это зрелище его утомило.

— Что вы устроили за столом? Успокойтесь и ешьте.

Лишь после этого Арабела угомонилась.

Рамиэль так же решил благоразумно промолчать, но всем своим видом показывал, что возмущён.

Все приступили к ланчу.