Роксана. Как защитить старшего брата главной героини (Новелла) - Глава 74

Неожиданно я попала в поле зрения Касиса.

Он отправил обратно ястреба, после чего подошел ко мне.

— Я ведь говорил тебе отдохнуть.

Низкий голосок напоминал стоявший вокруг нас пейзаж – холодный и серый.

Однако взгляд и тот тон, что обратились в мою сторону, вопреки ожиданиям, были не столь леденящими.

Он собирался мне что-то сказать, но, взглянув на приблизившегося Касиса, я первой разомкнула губы.

— Куда мы сейчас направляемся? И что это за место?..

Касис ответил, даже не думая что-либо от меня скрывать.

— Сейчас мы остановились во Фредерике. Если продолжим двигаться с таким же темпом еще полдня, то окончательно покинем плоскогорье.

Услышав о нашем местонахождении, я осознала, где мы сейчас.

Говоря кратко, точка, куда направлялась группа спутников, принадлежала Феделианам.

Разумеется, я ожидала этого еще перед тем, как оказаться в карете, но, увидев все собственными глазами, не могла не рассмеяться.

Я холодно спросила Касиса:

— Тогда я пленник или трофей?

Агриче сжигало алым пламенем…

Разрушенная земля…

Даже среди спутанных воспоминаний образ оставался четким, словно застряв в моих глазах.

Именно этот человек совершил подобное, и именно он открыл дверь Агриче, дабы получить такой результат.

Я не могла забыть сего факта. Словно мне нельзя было его забывать.

Но я не испытывала никакого недовольства.

Мне заранее было известно, что Касис мог официально появиться в день собрания по случаю объединения, так что догадывалась, что настанет момент, когда Феделианы направят обнаженные мечи на Агриче…

Потому я намеренно выбрала этот день. Чтобы полностью уничтожить Агриче с помощью рук Феделианов.

Было ясно, что все шло по плану, при виде Касиса и других людей Феделиана, передвигавшихся столь большой группой.

Однако реальность, где Касис стоял прямо перед моими глазами, не была мной ожидаема.

В последний день существования Агриче я планировала уйти одна.

— С какой целью ты меня сюда притащил?

Какое-то время Касис молча на меня смотрел.

В глазах, что оглядывали мое лицо, не было ни малейшего волнения.

Спустя некоторое время слабое беспокойство, подобное тонкой и незаметной нити, появилось на его лице.

Но в тот мимолетный момент я не сумела ничего разглядеть.

В последующий момент Касис поднял руку и направил ее ко мне.

Как только пальцы, источавшие освежающее тепло, коснулись кожи, мои глаза невольно затрепетали.

Будто не зная меня, рука Касиса коснулась моего лба, а потом и щеки.

Невольно мои черты лица ожесточились от ласкового прикосновения, подобного поглаживанию.

— Температура опять поднимается.

Я ощутила, как окружающие наблюдали за мной и Касисом.

Посреди этого лишь мужчина выглядел спокойным.

Вскоре его рука отпрянула от моего лица.

— Исидор, сегодня здесь разобьем лагерь.

— Да, я все подготовлю, — ответил мужчина, что все время стоял позади Касиса, на его слова.

Взгляд парня вновь перевелся на меня.

— Из-за жара ты даже не ощущаешь холод? Оденься – и потом выходи.

Стало бы гораздо лучше, будь его тон жалостливым либо порицательным…

— Ты все еще не заботишься о себе.

Но эмоции, отразившиеся на лице Касиса, что приковал ко мне взгляд, были далеки от этого.

Потому в тот момент, когда наши взоры встретились, у меня не оставалось выбора, кроме как крепко держать рот на замке.

После Касис снял плащ и укутал им меня.

И нет, вместо того чтобы просто набросить, он завязал его так, чтобы холодный ветер не проник под плащ…

А потом он просто обнял меня.

Последовательность тех действий была так естественна, что я не имела сил даже возмутиться, а про рядом стоявших людей я вообще молчу.

Касис легко приподнял меня, словно я не человек, а омет соломы, и без колебаний понес к экипажу.

От этого вздорного поступка с моих уст слетел смех, так что я ничего не могла ему сказать.

Касис вошел со мной в карету и положил меня на место.

Потом он достал одеяло из меха куницы, которое я сняла ранее, и накинул его на мое тело.

От мягкого тепла, пронизывавшего мое тело, меня охватило странное чувство.

— Не лучше ли меня связать?..

Когда я спросила это приглушенным голосом, глаза Касиса скользнули по моему лицу.

— Не знал, что у тебя такие предпочтения.

Пусть и понимал значения моих слов, он отреагировал довольно спокойно.

— К сожалению, я таким не интересуюсь. Но, если хочешь, в следующий раз я приму это желание во внимание.

— А что, если я убегу?

— Я вновь приведу тебя.

На эти слова я прикусила губу. Вместо ожидаемого «я тебя поймаю» он произнес «вновь приведу».

Я даже понятия не имела, что он собирался со мной делать.

— А может, жар у тебя от множества мыслей в голове?

Тихий голосок защекотал мои уши, а потом холодная рука закрыла мне глаза.

Его ладонь была ледяной. У меня что, правда жар?

Спокойный голос защекотал мои уши.

— Не переживай и отдыхай. Теперь тебе не о чем беспокоиться.

Как только я прислушалась к голосу, чудесным образом запутанный разум постепенно успокоился.

Что же произошло с Агриче после того момента, как оборвалась моя память?

И что случилось с матерью, Джереми и остальными Агриче, включая Деона и Ранта?..

Выслушав Касиса, я подумала, что теперь могу оставить все эти мысли позади.

Человек, который сейчас сидел рядом со мной, и люди, стоявшие снаружи кареты, – все были из Феделиана.

Так что в каком-то смысле можно сказать, что я сейчас нахожусь в гнезде вражеского лагеря.

Однако, представив это ложью, я прониклась спокойным, ранее ко мне не приходившим в Агриче чувством.

Странно, что далеко, вне полного осознания, я считала это смешным…

Неудивительно, что я считаю это очень забавным, особо ни о чем не задумываясь…

 

Тук-тук.

— Вы очнулись?

Это произошло, когда я спала и внезапно очнулась посреди прекрасного сна, почувствовав подкравшееся сомнение по отношению к себе.

Раздался незнакомый голос одновременно со стуком в дверцу экипажа.

Снаружи тот тон казался в каком-то смысле нейтральным…

Я сама отворила дверцу кареты.

Затем мое внимание привлек мужчина с оливкового цвета волосами и темно-голубыми глазами.

— Извините меня, я ненадолго.

В тот момент, когда наши глаза встретились, я остановилась, а застывшее лицо немного расслабилось.

Это было незначительным изменением, но, похоже, после пробуждения я стала выглядеть счастливее.

Хоть пришедший ко мне человек и обладал весьма короткой стрижкой и низким голосом, он определенно был женщиной.

Подобное для меня не было чем-то странным или интересным, ибо в Агриче брали людей с хорошими навыками и не обращали внимания на их пол.

Я на секунду остановилась, когда увидела ее.

— Если Вы вдруг проголодались, может, мне подготовить для Вас небольшой перекус?

— А что насчет Касиса?

— Он отошел на некоторое время с сэром Уинстоном. Мисс… он сказал мне проверить, встали ли Вы, и, если что-нибудь понадобится, дать Вам это.

Сэр Уинстон – это человек по имени Исидор?

Что ж, вот и вторая интересная вещь.

Услышав ее слова, я вновь задумалась о своем положении и местонахождении.

Человек, стоявший передо мной, казалось, на мгновение растерялся, не зная, как ко мне обращаться.

Да и я сама призадумалась, в какой манере мне общаться…

— Если хотите, я принесу Вам сюда что-нибудь поесть… Я все равно готовлю еду на улице, так что это не займет много времени.

— Тогда вперед.

Однако я решила не думать об этом слишком долго и заговорила неформально.

Мне было неудобно разговаривать с людьми Касиса, которые также не особо подобающе к нему обращались.

Но и я не собираюсь общаться с Касисом формально.

‘Кажется, этого человека не особо волнует, как я говорю’.

Она опустила голову, не изменив выражение своего лица, и захлопнула дверцу кареты.

— …

Это невыразительное лицо напомнило мне Эмили.

Когда я отправила ее к матери, то была наша последняя встреча. Сказанные ей тогда слова были моим последним приказом.

Я быстро открыла дверцу, чтобы посмотреть, не приготовили ли еще еду.

Мне не пришлось долго размышлять о таких вещах.

***

— Это еда, конечно, не так хороша, потому что мы разбили лагерь, но есть можно.

— Спасибо.

Прежде я уже это чувствовала, но ее отношение ко мне было довольно вежливым.

Казалось, эта особа не видела во мне заключенного.

Возможно, она не знает, что я Агриче, хотя об этом нетрудно догадаться.

— Как тебя зовут?

— Вы можете звать меня Оллин…

Я спросила ее имя, но, возможно, «Оллин» – это псевдоним.

Вряд ли тому, кого впервые видишь, можно так открыто назвать свое имя.

Я взяла миску, которую она мне протянула. Когда наши пальца соприкоснулись, Оллин вздрогнула от испуга.

Если подумать, ее отношение было немного странным. Кроме того, она оставалась слишком заботливой со мной.

Она не испытывала ко мне неприязни, но почему-то, казалось, старалась не прикасаться даже к кончикам моих пальцев.

— Спасибо, я с радостью все съем.

К тому времени я кое-что поняла, поэтому говорила спокойно, как будто не заметила ее волнения.

Она также опустила руку, которой протягивала миску и коснулась меня.

Оллин на мгновение посмотрела мне в лицо и тихонько закрыла дверцу.

Когда вновь осталась одна, я слегка вздохнула.

Что ж, если я была без сознания целых три дня, то не могла как следует контролировать яд в теле.

В таком случае другие ко мне не сумели бы приблизиться.

Возможно, я могла причинить вред людям, стоявшим снаружи, даже не понимая этого.

Так что ты, должно быть, была осторожна и старалась не прикасаться ко мне даже сейчас.

О, может быть, именно поэтому Касис присматривал за мной.

Основываясь на моем предыдущем опыте, Касис смог бы приблизиться ко мне.

Интересно, эти три дня он заботился о моем теле?

Когда думала об этом, я мало-помалу начинала хмуриться.

Если подумать, вполне естественно, что я не могла даже умыться, пока лежала без сознания, однако мое тело чистое.

Я не думаю, что кто-то другой мог его вымыть…

Я посчитала, что Касис просто не мог совершить столь постыдную вещь, посему решила, что это было эффектом от его очищения.

Когда он был в Агриче, его на несколько дней запирали в темнице, но тело Касиса оставалось чистым.

Я хотела спросить об этом юношу по его возвращении, но переживала, что получу неоднозначный ответ, поэтому подумала: «А не лучше ли мне просто держать рот на замке?»

Я набрала одну ложку того, что дала мне Оллин, и сунула ее в рот.

По словам девушки, на вкус суп был неплохим для еды, приготовленной в лагере…

Но я опустила миску, не съев ни грамма.

Обычно я не привередлива к еде и даже не думала становиться таковой в подобной ситуации.

Однако мой аппетит пропал, потому еда не попала в мой пищевод.

Я с неловкостью подозвала Оллин.

Она убедилась, что содержимое миски было нетронутым, и проговорила, что принесет мне что-нибудь еще.

Но я отказалась, сказав, что из-за длительного отсутствия еды в желудке тело, кажется, начало отвергать еду.

После того как Оллин ушла, я быстро огляделась через распахнутую дверцу.

Пока не было видно фигуры Касиса.

Как будто поочередно, в поле зрения появились люди, готовившие еду и разбивавшие лагерь.

Тем временем они украдкой посмотрели на меня. Однако никто не осмеливался подойти ко мне.

Я снова закрыла дверь и задернула шторы, а какое-то время спустя начала смотреть на улицу через окно.

Тогда за людьми, подготавливавшими лагерь, появилась более известная фигура человека.

Касис был вместе с мужчиной по имени Исидор.

Я снова открыла дверцу кареты, когда увидела, как он приближается сюда.

— Касис.

Как только я его окликнула, взгляд Касиса мигом устремился в мою сторону.

Вокруг воцарилась тишина, напоминавшая ту, что была днем. Касис прошел через весь безмолвный лагерь и спросил:

— Ты поела?

— Да.

Взгляд Касиса скользнул по Оллин, которая охраняла карету сбоку.

Мне бросилось в глаза, что она помахала головой Касису.

Но юноша снова повернулся ко мне, не вымолвив ни слова о прошлой теме.

— Тебе что-нибудь нужно? Если что, обращайся к Оллин, когда я буду отсутствовать.

Я слегка покачала головой и сказала:

— Мне душно. Я хочу немного подышать свежим воздухом.

После небольшой паузы Касис снова разомкнул губы.

— На улице стало холоднее.

Я молча надела плащ, отданный ранее Касисом, и поверх него накинула одеяло из меха куницы.

Он ничего не сказал, но по-своему выразил свое твердое намерение.

— Что ж, Вы плохо себя чувствуете, так что лучше просто остаться внутри… — сказала Оллин, стоявшая рядом, и слегка заколебалась.

Казалось, она была искренне обеспокоена моим состоянием.

Но Касис на миг уставился на мое лицо, а затем сделал шаг назад, встав прямо перед дверцей кареты.

Вскоре его рука протянулась мне. Я взяла ладонь Касиса и вышла из экипажа.

После этого Касис повернул голову. В тот момент все люди, попавшие под его взгляд, отвернулись от меня, будто попытавшись изо всех сил следовать приказу.

Это было довольно вопиющим зрелищем, но я просто притворилась, что ничего не заметила.

В области лагеря было разведено несколько костров. Касис привел меня к самому теплому из них.

Люди, находившиеся в том месте, куда направлялся Касис, переместились в другое место.

Так что лишь Касис и я были там.

Так как их принудили, они даже не смотрели в нашу сторону.

Несмотря на это, в стоявшей обстановке атмосфера была сдержанной и прилежной, так что, думаю, слово «рыцари» их могло прекрасно описать.

Люди Агриче же походили на какое-то сборище наемников…

И я всегда задавалась вопросом, в каждой ли семье была подобная атмосфера.

— Ешь.

Через некоторое время Касис протянул мне горячую миску.

Перед тем как сесть, он хотел позвать слугу, чтобы отдать какой-то приказ, но, похоже, парень заострил внимание на том, как я мало ем.

— Я не слишком голодна.

— Поешь немного, даже если у тебя нет аппетита. Ты не питалась три дня.

В этот раз я снова отказалась, но, в отличие от Оллин, Касис не отступил.

Он протянул мне тарелку супа, а в другую руку всунул ложку.

— Не думаю, что ты можешь питаться одной водой.

Из-за неожиданности в тот момент я потеряла контроль над своими же руками.

Я посмотрела на теплый суп в своей руке и сузила брови.

Отчего-то эта ситуация казалась странной. Промелькнула мысль, что впервые в жизни кто-то так упрямо настаивал на том, чтобы я поела…

Так что на моем лице появился легкий румянец.

Я, решив как-то скрыть свое смущение, начала мешать суп ложкой, что была у меня в руках.

Вот так я какое-то время просто смотрела на миску, а после попыталась избавиться от смущающего настроения и отбросила все мысли, которые лезли в голову.

— Как ты и сказал, я поспала, и, как только проснулась, температура, думаю, спала.

— Это хорошо.

— Кажется, я ненадолго просыпалась посреди своего сна. Тогда я приняла жаропонижающее? Не особо помню…

— Думаю, температура стала выше. Я беспокоюсь, — спокойно ответил Касис.

Его вид был невозмутимым, так что я тоже осталась умиротворенной.

Но вдруг в стороне я услышала чью-то подозрительную реакцию после сказанного.

— Кхым-кхым!..

Некоторые из людей, что ели у костра, внезапно закашляли, будто поперхнувшись.

Кажется, они пытались заглушить этот звук, но все их попытки были тщетны.

Глядя на их одновременную реакцию, было ясно, что они услышали нашу беседу с Касисом.

Внезапно я ощутила нечто странное и сузила глаза, а потом взглянула на Касиса.

Но он, смотря на меня с невозмутимым и неизменным лицом, сказал:

— Поешь. Если остынет, на вкус суп станет еще ужаснее.

После Касис отвел взор в сторону.

Люди, на которых пал его холодный взгляд, поспешно отвернулись и принялись опустошать миски.

Я почувствовала, что что-то пробивало мою макушку…

Однако мне было неловко спрашивать об этом.

Вскоре люди закончили есть и ушли.

Внезапно вокруг воцарилась тишина…

Может быть, все специально держали расстояние и не подходили к месту, где находились мы с Касисом.

Посреди звуков треска дров в костре слышались визжания насекомых.

Незаметно солнце уже село.

Вслед за индиговым покровом начало расстилаться яркое желтое пятно, все больше обрамляя собой небосвод.

— Если это плоскогорье Феделианов, то мы сейчас около логова монстров?

Касис ответил на мой вопрос.

— Место обитания монстров находится в конце плоскогорья, граничащего с Изумрудным озером. А сейчас мы в безопасной зоне. Завтра, около полудня, мы будем проезжать мимо их гнезда, однако сделаем крюк, так что все пройдет хорошо.

Я успокоилась, услышав его слова. Касис уставился на меня, как будто собираясь спросить, остались ли у меня еще вопросы.

Я посмотрела на трепещущий костер и вскоре открыла рот.

— Что случилось с Рантом Агриче?

 

Касис молча на меня уставился.

Его глаза будто бы говорили: «Ты спрашиваешь об этом только сейчас?», ну или: «Ты пришла, желая спросить меня о таком?»

— …Просто скажи итог.

Вскоре Касис кратко ответил:

— Как пожелаешь.

Я услышала эти слова и слегка улыбнулась…

— Что ж, он мертв.

Горящее поместье Агриче иллюзией промелькнуло перед моим взором за опасно покачивающимся пламенем костра.

Постепенно воспоминания о том дне возвращались.

Вероятно, там, куда направился Деон после того, как покинул офис, находился Рант.

Я задавалась вопросом, кто убил Ранта, каков был его конец…

Но в то же время мне казалось это неважным.

Такая правда вызывала противоречивое чувство, которое с тех самых пор господствовало надо всеми.

— Я слышал, что Исидор видел, как твоя мать покидала особняк, — добавил Касис, все еще не сводя глаз с меня. На его слова я медленно опустила взор.

— Хорошо.

— Что-то еще?

На этот раз вопрос задал Касис.

— Тебе не интересно?..

Я молча на него уставилась.

Между колышущимся пламенем какое-то время мы в полной тишине смотрели друг на друга.

Спустя короткое и в то же время долгое время плотно сомкнутые губы Касиса наконец-то разомкнулись…

— Все случилось так, как ты хотела.

И после он тихо на меня взглянул.

Он ждал моей реакции.

И я дала ему то, чего он хотел.

— Вот как… Ладно.

Я больше не нашла слов.

Треск-треск…

Из костра вспыхнули маленькие искры, которые разлетелись по сторонам.

— Ты не выглядишь радостной.

— А что насчет тебя?

С уст слетел весьма сухой голос.

— Ты рад, что отомстил? Тебе стало легче, что Агриче пали?

Сильный поток ветра ударил в затылок. С заходом солнца температура резко упала, а воздух, бьющий по щекам, похолодел.

При этом я почувствовала, как температура моего тела падала, однако ни разу не подправила воротник плаща, словно не ощущая стоявшего мороза.

То же самое было и с Касисом.

— Ну да…

Касис, в какой-то момент надолго закрывший глаза, говорил в более медленном темпе, чем прежде.

— Обычное ощущение, как от решенной задачи. Результат не превосходит эмоций от ожидания.

Выслушав его, меня посетили такие же чувства.

— У меня то же самое…

— «То же самое»?

Насыщенные золотистые глаза, почти поглотившие пламя костра, смотрели прямо в мою душу.

Но в тот момент на лице Касиса расцвела холодная улыбка.

— Вероятно, ты не знаешь, какое у тебя сейчас выражение лица.

Внезапно Касис поднялся со своего места.

Несмотря на то что он сделал несколько шагов, расстояние между нами быстро сократилось.

Бряц!

Миска, ударившись о его ногу, упала на землю…

Но Касиса будто это не волновало.

Когда я, сидя на своем месте, подняла взгляд, парень выглядел еще крупнее.

Возможно, потому что он подошел и встал прямо передо мной и повернулся спиной к костру, на его тело отбрасывалась густая тень, делая присутствие юноши еще более заметным.

Касис, подошедший очень близко, тем самым немного мешавшись мне, опустился.

Его лицо, с которым я столкнулась, было ледяным.

Даже в глазах, смотревших прямо, виднелся ранее не виданный мною мороз…

— Ты… Ты думала умереть в тот день?

В ответ на тихий шепот я посмотрела на человека перед собой.

Насыщенные темные золотистые радужки вместе с тенью, казалось, были готовы съесть меня целиком.

— О чем ты говоришь? Зачем мне это?.. — спросила я его, скрывая душевную рябь.

Глаза Касиса, обращенные на меня, будто глубоко во мне копались.

— Что бы ты делала, если бы я не привел тебя сюда?

— Ушла бы.

— Куда?

— Куда-нибудь. Туда, где нет Агриче.

— Ты знаешь, какое у тебя было лицо в тот день, когда я нашел тебя?

Встретившиеся мне глаза погружались в душу еще глубже…

— Ты выглядела как человек, что желал отыскать место для своей смерти.

В этот момент воспоминания, затонувшие в глубокой бездне, всплыли на поверхность.

— Что за?..

— Сестра, куда ты направлялась одна?

— Почему ты смотришь на меня таким взглядом? Как будто… в последний раз.

— Сестра… ты тоже меня бросаешь?

Печальное лицо, которое я видела в тот момент, и жалостливые глаза, что настигли меня, словно шипы, вонзились в мое сердце, заставляя его свербеть…

Я закрыла глаза, стирая картину дня, ярко передо мной развернувшуюся, как иллюзия.

— …Ты и так это знаешь.

Мне осталось не так долго жить.

Все было так, как и сказал мне Касис три года назад.

Нельзя точно сказать, сколько у меня имелось времени, но, по приблизительным расчетам, около года.

Результат предсказуем, ибо мое тело всю жизнь подвергалось различным пыткам и страданиям.

Думая об этом, мне стало как-то грустно, ведь все, за что я так упорно боролась, обернулось в ничто…

Что бы я ни делала, моя судьба предвещала мне короткую жизнь, как и в романе.

Однако я впервые это почувствовала. Размышляя о сим, у меня не оставалось желания жить дольше, чем положено, так что я лишь старалась изо всех сил выкарабкаться.

Я даже не достигла 20-ти лет, но у меня не осталось ни сожалений, ни навязчивых мыслей. Думаю, я потеряла свою жизнь намного быстрее, чем рассчитывала.

Казалось, этого хватит для моего существования…

Быть может, где бы ни умерла, в сим мире не найдется даже моих останков. Прежде чем я умру, плотоядные бабочки вдоволь насытятся, выпив из меня все до последней капли.

— Поэтому ты собираешь жить, пребывая в ожидании дня своей смерти, не испытывая сожалений?

Глаза Касиса хладно сверкнули. Бесстрастные очи, сопровождавшиеся тишиной, не отрывались от моего лица.

В какой-то момент парень приподнял кончики губ и слабо улыбнулся.

— Значит, тебе будет все равно, если я ее заберу…

Я не сразу поняла, что означали сказанные им слова.

— Отдай мне оставшееся время.

На лице, что было прямо передо мной, не промелькнуло ни малейшее колебание или неуверенность…

Я все никак не могла понять значения фразы парня…

— Так или иначе, если тебе все равно на свое будущее, оставайся со мной. До самой смерти.

В тот момент разум опустел.

Но Касис продолжил говорить, даже не предоставив мне шанса выразить какую-нибудь реакцию.

— Выглядит так, что, умри хоть сейчас, ты не будешь сожалеть… но не я.

— Касис…

— Так что, если остаток жизни, сегодняшнее время и даже последний вдох – действительно все считаешь бесполезным…

Тихий шепот проник мне в ухо, а мою руку окутало нежное тепло.

Вскоре Касис прильнул губами к тыльной стороне моей руки, которую сам схватил.

— Я приму их с благодарностью.

Похожие на клеймо поцелуи на руках и запутывающий близкий взгляд казались горячими, как будто готовы были опалить и проглотить меня собственным пламенем.

Ночь, сверкающая очаровательной группой звезд над головой…

Так я отдала ему остаток жизни.