Второй брак императрицы (Новелла) - Глава 263

Маккена был счастлив, потому что с появлением Навье, объем выполняем им работ уменьшился. Навье теперь брала на себя многие задачи, которые временно выполнял Маккена. Однако присоединение Навье к “рабочей команде” имело и негативные последствия: по иронии судьбы она стала причиной «задержек в работе» Хейнли.

После свадьбы с Навье Хейнли начал часто отвлекаться на «личные беспокойства», и в это время производительность его работы резко снижалась. Всякий раз, когда это происходило, Маккена также был вынужден замедлять темп своей деятельности. Прямо как сейчас:

— Маккена, у меня вопрос.

— Ну вот, опять. В чем дело, Ваше Величество?

— Опять? Опять?

Когда Хейнли прищурил глаза, Маккена прикрыл рот кулаком и пискнул «чииик», притворяясь милым. В какой-то степени он сделал это, чтобы воззвать к своему птичьему облику, но делать такое перед кузеном своих лет было просто ужасно. Хотя Маккена был красив, в глазах Хейнли он всё же был просто уважаемым другом.

Человек по своей природе существо забывчивое, потворствующее своим желаниям животное. Хейнли совершенно забыл, что он точно также намеренно вел себя подобно миленькой птичке в присутствии Королевы, и потому стал раздражаться:

— Иногда ты бываешь настоящей занозой, ты в курсе?

— … Чего вы от меня хотите? Я занят. Ваше Величество ничего не утверждали уже сорок пять минут, так что я сейчас очень занят.

— Если я ничего не утверждал, разве ты не должен быть менее загруженным?

— Это всё мой разум! Он перегружен! Пожалуйста, одобрите что-нибудь!

— Я сделаю это после того, как задам тебе очень важный вопрос.

— Нужно ли говорить, что этот вопрос касается императрицы. Так о чем вы хотите спросить?

Когда Маккена покорно ответил, Хейнли покачал головой:

— Этот вопрос касается тебя.

— Вы собираетесь отпустить меня, чтобы я смог жениться?

— Помнишь, как я свернулся калачиком в постели?

— Когда?

— После того, как моя Королева узнала, что я просто притворялся. Когда я от стыда заполз под одеяло.

— Ах… Да. Тот раз.

— Ты на меня навалился?

— Зачем бы мне делать что-то настолько противное? — ответил Маккена с отвращением, и Хейли побледнев спросил:

— Маккена. Моя Королева, случаем, не приходила ко мне в тот день?

Маккена удивленно поднял брови. В тот день когда он увидел холодность Навье, которая, казалось, была готова устроить ссору со своим супругом, Маккена поспешил незаметно удалиться. Он не стал спрашивать о том, что произошло после его ухода, так как не хотел вмешиваться в выяснение отношений женатой пары.

До сих пор Маккена, естественно, предполагал, что Хейнли поговорил с Навье. Однако Хейнли даже не знал, что она приходила…

— Приходила. А почему вы спрашиваете? Что произошло?

Когда Маккена ответил на вопрос, Хейнли воскликнул и закрыл лицо руками.

— Ваше Величество? — Маккена вздрогнул и наклонил шею, чтобы рассмотреть выражение лица Хейнли. Тот выглядел очень расстроенным.

— Почему вы?.. Что случилось? Вы подумали, что это я, и рассердились?

— Будучи придавленным, я, естественно, решил, что это ты и…

— И?

— Я сказал, что ты тяжелый.

Маккена наклонил голову:

— И что в этом плохого?

Хенли недоуменно посмотрел на Маккену. Тот, казалось, искренне не понимал, в чем проблема.

— Моя Королева ненавидит это слово. Думаю, она злится на меня из-за этого.

— Что? Почему? — Маккена широко раскрыл глаза и задал еще один вопрос, явно не понимая проблемы ситуации:

— Вы сказали ей, что она тяжелая, только потому, что она действительно показалась вам тяжелой, так с чего бы ей злиться?

Как только Маккена проговорил этот вопрос, то услышал низкий голос позади себя и его пробил озноб.

— Что ж, всё ясно. Женщина не может злиться, когда ей говорят, что она тяжелая, если это правда. Значит, ты действительно думаешь, что я тяжелая, и тебе также любопытно, почему я злюсь, да, Хейнли?

Маккена медленно оглянулся.

Навье стояла в дверях с яркой улыбкой на устах. В одно мгновение выражение ее лица стало свирепым и вместе с тем холодным. Казалось, только тронь её, и полетят льдышки.

***

Не обращая внимания на серьезные выражения лиц двух мужчин, я вошла и холодно сказала:

— Мне нужно кое-что передать, — затем я протянула Маккене бумаги. Тот нервно взял их у меня из рук, и положил Хейнли на стол.

— Моя Королева! — Хейнли поспешно встал и улыбнулся. Он хотел использовать свое красивое личико и милую улыбку, чтобы скрыть свои ошибки. Я равнодушно улыбнулась ему и указала на бумаги. Я собиралась быстро сказать ему то, что у меня было на уме.

По правде говоря, я была не настолько зла, чтобы не хотеть смотреть на него вовсе. Моя нынешняя обида на него была ничем, по сравнению с той, что была, когда Рашта называла меня сестрой, а Совешу обвинял меня во всем, что касалось Рашты.

Но прежде, чем я что-либо сказала:

— Ваше Величество, — сэр Юним внезапно появился в дверях кабинета и позвал Хейнли. Я обернулась и заметила, что у него обеспокоенное выражение лица.

— Что-то случилось? — спросил Хейнли с достойным выражением лица, мгновенно прекратив смущаться передо мной.

Что-то действительно случилось? Юним с большим трудом ответил:

— Пришла леди Криста.

Хейнли нахмурился и приказал:

— Для начала спроси, что привело ее сюда.

Затем он внимательно посмотрел мне в глаза.

Я отбросила свою полушутливую холодность и легонько положила руку ему на плечо. Несмотря на то, что Криста пришла по собственному желанию, Хейнли не переставал смотреть на меня с момента упоминания Кристы. Я хотела сказать ему, что все в порядке.

— Ваше Величество… — проговорил сэр Юним с еще более озабоченным чем раньше выражением лица. — Я думаю, вы должны принять ее, Ваше Величество.

Что случилось?

Выражение лица Юнима было необычным.

Я кивнула Хейнли в знак того, мол, все в порядке, пусть она войдет.

Хейнли нахмурился, но в конце концов разрешил Кристе войти.

Через некоторое время Криста появилась в компании маркиза Кетрона. Определенно, ситуация была весьма странной. Казалось, Криста сегодня даже не уделила внимания своему наряду. Ее платье было темнее, чем те, что она носила обычно, не было никаких аксессуаров. Ее волосы также не были уложены, они были просто завязаны. Еще более странным было то, что сэр Юним смотрел на меня с сочувствующим выражением лица.

Что произошло?

Выражение лица Юнима, внешний вид Кристы и сердитый взгляд маркиза Кетрона. У меня было плохое предчувствие.

Криста посмотрела на меня, но просто обратилась к Хейнли, даже не поприветствовав его:

— Ваше Величество, могу я поговорить с вами наедине?

— Простите, невестка, но нет, — наотрез отказался Хейли и тайно подал мне знак не уходить.

Я и без того не намеревалась уходить, поэтому я подошла ближе к Хейнли и посмотрела на маркиза Кетрона. Сердитый вид маркиза был слишком раздражающим.

Это был взгляд полный гнева, но… почему он казался таким фальшивым? Он был похож на хорошего, но неопытного актера, который пытается в полной мере проявить свои актерские способности на сцене.

Криста словно ожидала этих слов. С горькой улыбкой она проговорила:

— Понятно. Тогда я скажу вам всё здесь. Я пришла с предложением.

Предложением?

— Предложением?

На мгновение Криста замолчала и затаила дыхание.

В этот миг обстановка в кабинете стала напряженной. У меня было предчувствие, что что Криста собирается сказать что-то ужасное.

И в этой мрачной атмосфере Криста медленно произнесла:

— Сделайте меня своей наложницей, — её слова показались мне горячей спичкой, которую бросили в сухой порох.

Воцарилась полная тишина. Абсолютная тишина. Все молчали.

Я тоже была очень удивлена. Это… было неожиданное предложение.

Наложницей? Она хотела стать его наложницей?

Судя по выражению лица Хейнли, он, казалось, не поверил услышанному. Выражение лица удивившей всех Кристы сочетало в себе так много эмоций, что я даже не могла представить, о чем она думает. Ее слова были за пределами моего понимания здравого смысла.

— Невестка, кажется, я ослышался, — холодно проговорил Хейнли с бесстрастным лицом после минуты молчания. На его лице, не было ни следа эмоций. Но несмотря на этот холод, Криста не отступила:

— Это неплохое предложение. Мы с моей семьей поможем вам стабилизировать Западную империю.

— Невестка, — Хейнли помрачнел, — Как дворяне этой страны, ваша семья обязана помогать стабилизации Западной империи.

— Ваше Величество, вы наверняка слышали о тех слухах о нас с вами, которые недавно стали распространяться в обществе? — спросила Криста с мрачной улыбкой. Сообщив об этом касающемся её скандале, Криста крепко сжала руку маркиза Кетрона и жалобно уставилась на Хейнли: — Пока люди болтали, я все думала о Вашем Величестве.

— Невестка!

Словно не желая больше ничего слышать, Хейнли заткнул уши и приказал сэру Юниму:

— Юним! Уведи мою невестку отсюда.

Юним поспешно подошел к Кристе, но маркиз Кетрон остановил его. Криста улыбнулась, глядя на Хейнли, словно вся эта суета не имела к ней никакого отношения.

— Я знаю, Ваше Величество не думали обо мне. Но Ваше Величество приняли меня, пускай всегда лишь раз, не так ли?

— Невестка!

— Наша тайная встреча состоялась, и многие дамы стали ее свидетелями. Из-за этого мое достоинство и моя репутация были разрушены. Если бы не было никаких свидетелей, я бы просто сохранила это в своей памяти, словно сон одной ночи, но в данной ситуации это невозможно. Мы взрослые люди. Мы с Вашим Величеством должны взять на себя ответственность за то, что произошло той ночью.