Второй брак императрицы (Новелла) - Глава 338

Я закрыла дверь, села на кровать и закрыла глаза погрузившись в своим мысли.

Сколько прошло времени…?

Когда я посмотрела на настенные часы из-за того, что мои плечи напряглись, я поняла, что прошло два часа.

Я встала и прошлась по комнате, затем вышла в коридор рядом со спальней и выглянула в окно.

Я не сделала этого, думая, что Совешу всё ещё будет ждать меня там, я не хотела видеться с ним.

Тем не менее… я увидела там Совешу.

Его лицо было закрыто капюшоном, как тогда, когда я была в Верховном суде, но это определенно был Совешу.

Я могла это почувствовать, сама не знаю почему…

Он прислонился к стене за пределами особняка, в то время как его плечи, казалось, слегка дрожали, он явно был в отчаянии.

Я не могла ясно видеть его, потому что он был далеко, но он определенно выглядел так в моих глазах.

Она плачет…?

Понаблюдав за ним мгновение, я повернулась и вернулась в свою комнату пока он меня не заметил.

Я закрыла окна, легла в кровать и забралась под простыни стараясь поскорее заснуть.

На следующее утро я даже не посмотрела в окно, опасаясь вновь увидеть там Совешу.

— Навье, ты сказала, что вернешься сегодня, верно?»,- спросила Герцогиня Троби.

— Да.»,- ответила Навье.

— Почему бы тебе не отдохнуть еще несколько дней, прежде чем уехать?»,- предложила Герцогиня Троби.

— Я не могу дождаться, когда вернусь. Я также хочу поделиться хорошими новостями со своим братом.»,- ответила Навье.

Пробыв здесь месяц, мои родители приедут в Западную Империю.

Как только я позавтракала и немного пообщалась с родителями, потому что мы какое-то время будем разлучены, я надела соответствующую одежду и села в карету во дворе особняка.

На этот раз, в отличие от того, когда я отправилась в Верховный суд, я села в официальную карету с гербом нашей семьи.

Я не хотела смотреть в окно, всё по той же причине…

Хотя я знаю, что Совешу, должно быть, уже вернулся в Императорский дворец, я просто… я просто не хотела его видеть до такой степени, что не могла себя пересилить.

Но потом я почувствовала, что придаю слишком большое значение Совешу, поэтому быстро передумала и выглянула в окно.

Таким образом, я хотела убедить себя, что мне наплевать на Совешу.

В тот момент, когда карета выехала из особняка и я посмотрела на внешнюю стену, где ночью стоял Совешу, я была поражена тем, что я там увидела.

Совешу… он всё ещё стоял там и ждал меня.

Когда карета проехала в том направлении, Совешу посмотрел на меня.

На короткое мгновение наши взгляды пересеклись.

Его глаза были полны мрачного отчаяния.

Казалось, он молча просил меня о помощи.

Но что я мог сделать, чтобы помочь ему? И должна ли я это делать? Хочу ли я это делать?

Я поспешила избежать его взгляда и положила голову на плечо Хейнли, который сидел рядом со мной.

Мое сердце сильно билось в груди, я была в смятении.

На первый взгляд глаза Совешу казались глазами человека, находящегося на грани смерти.

Когда я повернула голову, чтобы избежать этого, мне показалось, что я сделала что-то не так…

Правильно ли я поступаю, игнорируя его так откровенно?

— Моя Императрица?»,- обеспокоенно спросил меня Хейнли.

Я покачала головой, убрала её от плеча Хейнли и села как следует.

— Ты можешь продолжать опираться на меня…»,- улыбаясь сказал Хейнли.

— Я в порядке…»,- ответила Навье.

Неужели это я причинила боль Совешу в нашем браке…?

Нет!

Были ли у меня причины жалеть его из-за его умоляющего взгляда?

Нет!

Пока карета двигалась вперед, я изо всех сил гнала от себя всякие мысли, чтобы выкинуть из головы его полные отчаяния глаза.

Совешу сам виноват в том, что с ним произошло, всё это результат принятых им решений.

Хейнли, который смотрел в окно, внезапно позвал меня.

— Моя Императрица.»

— Серьезно, я в порядке.»,- вновь сказала Навье.

Услышав тоже самое, что и в предыдущий раз, Хейнли с улыбкой предложил.

— Дело не в этом. Посмотри в окно.»

Я не хотела туда  смотреть…

Хотя мы были далеко от Совешу, я боялась снова увидеть этот взгляд, умоляющий меня о помощи.

— Моя Императрица, поторопись.»,- торопящим тоном сказал Хейнли.

Хейнли настаивал, так что у меня не было другого выбора, кроме как высунуть голову в окно.

В этот момент я могла видеть волны ярко-красной ткани и слышать, как люди приветствовали:

— Ваше Величество!»

— Ваше Величество!»

— Ваше Величество!»

Мой разум был опустошён.

Люди вышли на улицу, размахивая красными тканями в сторону моей кареты.

— Ах…»

Я не знаю, было ли это согласовано, но люди постоянно присоединялись к толпе на улице, в то время как другие размахивали красными тканями из своих домов и магазинов.

Я могла видеть, как количество людей увеличивается с каждой минутой, они всё прибывали и прибывали, словно прилив воды у берега моря.

Некоторые люди даже плакали. Что здесь происходит…?

Затем Хейнли пробормотал рядом со мной.

— Сожалеют ли они о том, что сделали на свадебном параде Рашты?»

Я покачала головой. Я не знаю… Однако…

Я вспомнила день свадьбы Рашты.

Молчание людей по отношению ко мне, презрение и неловкое холодное обращение, всё это тогда прекрасно чувствовалось в них.

Те, кто демонстрировал свое неприятие по отношению ко мне, теперь размахивали красными тканями, желая мне счастья, и приветствовали меня, медленно следуя за каретой.

Уголки моих глаз начали краснеть, и в конце концов слезы непроизвольно потекли по моим щекам, меня переполняли различные эмоции…

— Моя Императрица.»

Хейнли тихо позвал меня и нежно обнял.

— Моя Императрица… Моя жена… Навье…»,- успокаивающим тоном бормотал Хейнли.

— …»,- Навье не могла взять себя в руки.

— Красный цвет символизирует несчастье в Западной Империи, так что это немного неоднозначно…»,- сказал Хейнли улыбаясь.

— Хейнли…»,- сказала Навье строгим тоном.

Когда я притворилась, что смотрю на него злыми глазами из-за его шутки, Хейнли засмеялся и покачал головой.

— Я знаю, что в Восточной Империи красный цвет символизирует счастье. Моя Императрица, посмотри, как все желают тебе счастья.»

— Да…»,- согласилась Навье.

— Отныне будут происходить только хорошие вещи. Ты, я и наш будущий ребёнок… мы будем счастливы вечно.»,- торжествующим тоном сказал Хейнли.