Второй брак императрицы (Новелла) - Глава 407

Он не думал, что эта привычка внезапно исчезла с годами, поэтому сначала он хотел просмотреть все записи, чтобы составить общую картину.

— Маркиз Карл, кто мои секретари?»,- спросил Совешу.

— Граф Пирну, граф Нориль и я. Всего нас трое.»,- ответил Маркиз Карл.

— Трое? Всего трое? Был ли я таким трудоголиком? Я…?»,- удивлённо спросил Совешу.

Услышав удивленный комментарий Совешу, Маркиз Карл скрыл выражение неловкости.

— Был еще один секретарь, но он ушел в отставку по приказу Его Величества.»,- поясняющим тоном сказал Маркиз Карл.

Когда он закончил говорить, маркиз Карл быстро вспомнил свои слова, чтобы убедиться, что он не сказал ничего неуместного.

Теперь он говорил более осторожно, чем когда-либо, чтобы не наговорить лишнего и не запутать своего Императора.

Так же он боялся сказать что-нибудь неподобающее, что могло бы удвоить потрясение Совешу и еще больше ухудшить его и без того нестабильное состояние.

Среди потерянных воспоминаний Совешу было много таких, которые он действительно хотел забыть, поэтому ему нужно было быть очень, очень осторожным при разговоре с ним.

Кроме того, Совешу все еще страдал от всех тех плохих воспоминаний, которые появлялись в его сознании после захода солнца, когда просыпалась его вторая личность, о которой сам Совешу ещё не знал.

— Понятно.»,- спокойным тоном сказал Совешу.

К счастью, Совешу, похоже, не интересовал секретарь, который на данный момент уволился с работы.

Совешу провел рукой по столу, отодвинул стул и сел на него.

— Этот стол отличается от стола моего отца. Неужели Навье выбрала его?»,- любопытным тоном спросил Совешу.

— Как Вы узнали?»,- немного удивлённым тоном спросил Маркиз Карл.

— Это в точности в стиле Навье. Она любит золото и всё что с ним связано.»,- ответил Совешу.

Совешу с довольной улыбкой провел пальцами по покрытому позолотой столу и спросил маркиза Карла.

— Хороший стол. Итак, прошло шесть лет с тех последних дней, которые я помню, не так ли?»

По дороге в кабинет Совешу вспомнил с Карлом важные даты из прошлого, поэтому маркиз Карл был убежден, что память Совешу вернулась на шесть лет назад.

— Да.»,- подтвердил Маркиз Карл.

— Шесть лет — это не проблема. Я скоро смогу наверстать упущенное.»,- бодрым тоном сказал Совешу.

— Да, конечно.»,- уверенным тоном подтвердил Маркиз Карл.

— Давайте посмотрим… сначала соберите всех секретарей завтра утром здесь. Также принесите все газеты, записи, все, что Вы можете получить за последние шесть лет.»,- приказал Совешу.

— Будет исполнено.»,- подтвердил приказ Маркиз Карл.

— Что еще мне нужно… ах…, Маркиз Карл, попросите близких мне людей написать о важных событиях последних шести лет и принесите их мне.»,- добавил Совешу.

— Вы имеете в виду всё, что Вы помнили за последние шесть лет?»,- уточняющим тоном спросил Маркиз Карл.

Это был довольно большой объём информации, и даже если эти люди сами смогут всё вспомнить, усвоить столько за раз было бы довольно сложно.

— Да. Текст не должен быть формальным, не должен быть слишком подробным и не должен быть объективным. Я хочу знать, что произошло с разных точек зрения людей.»,- ответил Совешу.

— …!»,- Маркиз Карл не знал, что на это сказать, но он знал, что предстояла большая работа.

— Если вы слушаете только одну сторону, вы можете получить предвзятую информацию.»,- поясняющим тоном сказал Совешу.
Как только Маркиз Карл ушел, Совешу огляделся, потирая руки.

Рука Навье была по всему кабинету, а не только на столе, почти ко всему она приложила свою творческую руку, во многих вещах прослеживался её вкус.

Шторы цвета слоновой кости в сочетании с золотым орнаментом, стулья, покрытые золотом, красные ковры в сочетании с золотым орнаментом, резные скульптуры из золота на колоннах и многое-многое другое…

— Наши отношения, похоже, не ухудшились сразу после того, как я взошел на трон. Странно…»,- Совешу задумался говоря вслух.

— Как же так вышло, что мы с Навье развелись, неужели всё из-за той женщины…?»

— Она так сильно повлияла на меня, что я отказался ради неё от моей Навье…?»

Совешу, разговаривая сам с собой, открыл ящик своего стола.

Совешу не только записывал и собирал информацию, которую он мог бы использовать в один прекрасный день, но и то, что он думал, что ему нужно было запомнить, среди прочего, эти записи в его нынешнем положении будут для него крайне полезны.

Он знал, что, если Император потеряет память, могут произойти ужасные вещи.

Это была привычка, которую его мать привила ему с детства, поэтому, если он не бросил ее, как только взошел на трон, личные записи должны были находиться где-то в кабинете.

— Должно быть они где-то здесь…»,- облегчённым тоном сказал Совешу.

Вытащив из ящика стопку бумаг, он протянул руку и принялся искать полое пространство в дереве, осторожно простукивая его.

Нажатие на внутренние концы ящика привело к тому, что дерево, закрывающее дно, открылось, и то, что было внутри, оказалось обнаженным.

Совешу вытащил все это и положил на стол.

Бумажный файл, полный бумаг, конвертов и журналов с личными записями…

Бросив быстрый взгляд на содержимое конвертов, Совешу открыл журнал с записями лежащий сверху.

По дате, указанной в этом журнале, записаны события прошлого года.

«В то время мы еще не были в разводе…»,- подумал про себя Совешу.

Совешу закрыл журнал записей за прошлый год и открыл журнал записей за этот год.

Когда он открылся наполовину, появилось имя, которое шептали придворные.

Рашта.

Затем Совешу перешел на первую страницу, это имя появилось и здесь.

Рашта.

Совешу снова открыл журнал учета за прошлый год, который отложил в сторону, и просмотрел последние несколько страниц.

Имя «Рашта» появилось зимой того же года, за несколько недель до празднования Нового года.

«Все началось тогда…»,- подумал про себя Совешу.

— Я спас женщину, попавшую в ловушку в моем охотничьем угодье, она была так прекрасна, что я не мог отвести от неё взгляда…

«Она угодила в ловушку…?»,- подумал про себя Совешу.

— У неё был самый жалкий вид, который я когда-либо видел в своей жизни, эта женщина была настолько жалкой, что сердце любого растаяло бы…

— Совершенно беззащитная женщина, она была беспомощна и нуждалась в сильном мужском плече…

— Я никогда не видел, чтобы кто-то плакал так, как будто весь мир рухнул, она так сильно сокрушалась, что не помочь ей было невозможно…

— Она была похожа на брошенного ангела, который сошёл с небес и по ошибке угодил в ловушку…

Совешу удивлённо приподнял брови, то, что он читал, было переполнено романтикой.

Когда он узнал, что он влюбился в женщину по имени Рашта и что он из-за неё развелся с Навье, Совешу не мог в это поверить, хотя знал, что Маркиз Карл не станет ему лгать.
Из этого журнала с записями было видно, что эта женщина по имени Рашта произвела на него сильное впечатление.

В любом случае, в конце этой страницы журнала рассказывалось о том, как он был удивлен, когда нашел её.

Совешу перешел к следующей странице.

— Навье неоднозначно спросила о личности этой женщины и о статусе её пребывания здесь… Я думал, что сделал что-то хорошее, что я сделал доброе дело и спас чью-то жизнь, но внезапно я почувствовал себя неловко, как будто я сделал что-то плохое…

— Когда я пошел в центральный сад дворца, чтобы выяснить, из-за чего поднялся переполох, я увидел, как фрейлина Навье толкает Рашту в инвалидном кресле и кричит на нее «грязная»…

— Рашта была так напугана, что даже не смогла адекватно ответить ей и сказать хоть что-то в свою защиту…

— Я был удивлен, что Навье ничего не предприняла, она не поспешила урезонить свою фрейлину, а просто молча наблюдала за происходящим…

Совешу снова перешел на следующую страницу.

— Рашту восхищают мелкие детали. Она была очень тронута пирогом, который я ей дал. Каким бы тяжелым ни было рабство, какую жизнь она вела раньше, неужели ей так мало нужно для счастья…?

— Я попрошу графа Пирну составить отчет о состоянии рабов, мне стало интересно в каких условиях их содержат…

— Я наговорил Навье вещей, которые не должен был говорить. Как бы я ни злился, мне не следовало сравнивать ее ни с кем другим, это определённо задело её чувства…

— Люди, у которых меньше всего денег, тронуты мелочами. Хотя у Навье есть всё, она также должна придавать значение мелочам. Я думаю, что мы действительно живем в пузыре. Нам нужно быть более приземлёнными и ценить обыденные вещи…

— Должны ли мы ожидать того же уровня манер, что и у нас, от людей, которые не имеют такого же уровня образования? Разве нельзя проявить сочувствие и позволить своей гордости пройти мимо… ведь мы все люди, мы должны понимать друг друга, разве не так…?

— Что Навье думает о Раште? Что она дерьмо? Неужели она оскорбила Рашту только потому, что она села на стул, на котором мог сидеть кто угодно? Если бы это не была Рашта, ситуация была бы той же самой…?

— Многие люди шепчутся на тему того, является ли Рашта рабыней, хотя я бы наказал любого, кто это сделает. Я был намеренно добр к ней на публике, чтобы заглушить голоса всех кто отзывался о ней нелестно. Какое имеет значение происхождение человека, если людьми овладела любовь…?

— Разве ей не нравилось танцевать? Навье танцевала очень счастливо с принцем-плейбоем из Западного Королевства…

Совешу хмуро пробормотал, прежде чем закрыть этот журнал.

— Кто такой этот принц-плейбой…?»

Вновь пробормотал Совешу, прижимая журнал с записями к пульсирующим вискам.

— Совешу из будущего… он полный идиот… как я мог стать таким человеком…?»

Даже просматривая эти журналы с записями, которые были написаны с его точки зрения, стало ясно, что он и Навье эмоционально дистанцируются друг от друга.

— Он был идиотом, который даже не пытался её понять…»,- раздосадованным тоном пробормотал Совешу.

Совешу терпеть не мог продолжать просматривать эти журналы с записями, поэтому он проверил оставшееся содержимое.

— Хм…?»,- нахмурился Совешу.

Там были довольно свежие документы.

Выражение лица Совешу стало жестким, когда он просматривал документы, еще до того, как прошел первый год.

— Что это такое…?»,- вопросительным тоном проговорил Совешу.

Это был отчет о странном явлении истощения маны, которое усилилось в последние годы, и исследование по этому поводу.

— Согласно этому письму, человек, в виновности которого подозревает моё будущее «я», является…»

— Хейнли…»

— Хейнли тот самый человек, который женился на моей жене!»,- повышенным тоном подытожил Совешу.