Тень Императрицы (Новелла) - Глава 11

Было очень утомительно и трудно запоминать каждый портрет и его личные данные в списке, который состоял из нескольких сотен биографий. Как добавила Лайбрик: «Тебе нужно многое запомнить». Тем не менее, Елена не думала, что это имеет большое значение.

«Еще труднее найти лицо, которого я не знаю».

Елена правила как светский цветок и поднялась на вершину как королева. Это было обычным делом — встречаться с королевской семьей или дворянами лицом к лицу из этого списка, так что не узнать их было невозможно.

— Давай двигаться дальше. — Лайбрик протянула руку и выложила на стол следующий портрет и личные данные.

«…!»

Глаза Елены резко дрогнули, опасаясь еще одного аристократа.

— Кладиос де Сиан. Наследный принц, который в будущем унаследует трон Империи.

В ушах Елены не было ни звука. Она не могла оторвать взор от портрета, ее глаза были полны неописуемой радости и печали. На изображении был мужчина, которого она когда-то любила больше, чем себя. Но тот никогда не делился своим теплом и всегда винил себя в появлении ребенка. Несмотря на то, что он сделал потомка, который унаследует королевскую семью, девушка все еще не могла забыть, как Клавдий отчаивался и корил себя.

«Моя минутная ошибка в конечном итоге отправила империю тысячелетия в ад».

Вскоре после родов Елена разрыдалась от горя, как только услышала его причитания. Она все еще была в крови! Она знала, что сам император не испытывал к ней никакой привязанности, но как он мог говорить такие жестокие вещи женщине, которая родила его собственного ребенка?

После того дня Елена держалась подальше от Сиана. Она больше не жаждала любви этого мужчины. У нее не было таланта терпеть ненависть и обиды.

«Почему я была такой? Мы с ним не могли жить вместе с самого начала. Я даже не знала этого, была одержима им и ненавидела его.»

После своего регресса она, наконец, поняла, почему Сиан прогнал ее и заставил ненавидеть его.

Он пытался укрепить свою императорскую власть. Великий герцог даже произвел на свет Королеву, из-за чего его власть стала так велика, что достигала небес. Эти два политически разных человека находятся в противоречии друг с другом, что делает невозможным их сосуществование. Ослепленные собственными амбициями, великие герцоги Фридрих и Лайбрик сделали то, чего им никогда не следовало делать.

«…Они отравили императрицу, чтобы сделать меня супругой».

Это был варварский акт, вызванный опасением, что императрица может родить законного наследного принца.

В то время Елена даже не знала, что это была работа великого герцога. Она даже не могла догадаться о настоящих мыслях императора, который был разгневан смертью императрицы и смотрел на нее так, словно хотел убить.

Все это можно было узнать, только если оглянуться назад на череду событий более беспристрастно с момента ее регрессии. В особенности причину, он так сильно ненавидел и обижался на Елену. Чем ближе становилась правда, тем лучше она могла контролировать себя, успокоив свои эмоции того дня, которые были наполнены любовью и ненавистью.

«Ваше величество, я никогда больше не буду стоять рядом с вами».

Это была череда плохих отношений, которые не оставили ничего, кроме боли и ненависти друг к другу. Она считала правильным перерезать веревку, а не повторять ту же ошибку.

— Ты меня слушаешь? — Елена пришла в себя под взглядом острых глаз Лайбрик.

— О, мне очень жаль. Когда я увидела Его Высочество Наследного принца, то потеряла самообладание. Он такой красивый, будет ли в жизни он выглядеть еще краше?

— Ты скоро увидишь его, так что сама и узнаешь.

— П-правда? О, я так взволнована. Я уже с нетерпением жду этого дня.

Лайбрик взглянул на Елену, которая была застенчива, как девочка, и рассказала всю личную информацию наследного принца, которую знала.

— Чтобы сделать это, ты должна быть знакомы с наследным принцем, верно? Убедись, что ты понимаешь каждое слово. — Елена безучастно кивнула.

Они провели несколько лет вместе как муж и жена, несмотря на их плохие отношения. Сиан не интересовался ею, дочерью политического оппонента, но Елена, которая жаждала его привязанности в одностороннем порядке, не была в неведении о каждой мелочи. Но тот факт, что ее взгляд так часто падал на него, вероятно, был вызван безответной любовью, которую они разделили, пусть и ненадолго.

К закату осталось всего несколько толстых портретов.

— Это последняя страница.

Елена, которая неохотно посещала занятия, притворяясь увлеченной, посмотрела на лицо оставшегося портрета.

— Это… — Несмотря на то, что она выглядела восторженной, гнев, который копился глубоко в сердце Елены, рос.

«Это ты сукин сын?»

Рен Басташе. Этот человек, больше подходящий для ублюдка, чем его собственное имя, был преемником знаменитого виконта Басташе и троюродным братом Вероники. Согласно генеалогии, он был внуком внучатого племянника принцессы Вероники, который был младшим братом ее деда.

Хотя они и были родственниками, строго говоря, семья Басташе была прислугой. Ее дед, тогдашний великий герцог Фридрих, заключил столетний договор с семьей слуг, по которому они могли быть независимыми при условии, что будут выполнять грязную работу великого герцога. Конечно, в настоящее время договор все еще действовал, и они подчинялись Фридриху. По этой причине они были полны источников неприятностей.

Рен был самым опасным слугой в мире, если бы у него был шанс убить своего хозяина, он бы это сделал.

«Подожди, если подумать, Рен подозревал меня с самой первой встречи. Почему?»

Внезапно у нее возник вопрос. Как Рен мог быть уверен, что Елена была фальшивой Вероникой менее чем через десять минут после того, как он впервые встретил ее?

«Неважно, насколько вы были молоды, вы бы не виделись так много раз».

Елена вспомнила свою первую встречу с Реном. Она оглянулась, чтобы посмотреть, не пропустила ли она чего-нибудь.

«Сначала он, конечно, не подозревал, что я лишь замена».

Должно быть, было что-то, что Елена пропустила, что укрепило его подозрения, ясные как день. Если бы только она знала, что это было…

«Что если?…»

Девушка невольно погладила себя по задней части уха. Пушистая и гладкая кожа передавалась кончикам ее пальцев. Конечно, у нее не было шрама, который должен был быть у Вероники.

«Я слышала, Вероника никогда не укладывала волосы в хвост. Она боялась, что шрам за ухом будет виден. Точно».

Шрам был не более чем позором для дворянки. Было понятно, что нужно быть чувствительным и скрывать отметину, даже если это находилось в таком неприглядном месте.

Так вот почему? Уголки рта Елены были слегка приподняты. Если бы не Лайбрик, она бы свободно рассмеялась, но жаль, что не могла.

«Я больше не собираюсь поддаваться влиянию этого сукина сына. Я могу просто сделать шрам».

Рен был человеком, с которым не следовало связываться. В результате было бы трудно заподозрить, что Елена может быть заменой.

— Рен Басташе. Наследник семьи, независимой от Великого герцогства, родственник принцессы и ее троюродный брат.

— Если бы они были родственниками, значит, они были близки?

— Нет, они на самом деле не ладили. Просто запомни, что тебе не следует подходить к нему близко.

Лайбрик тоже настороженно относилась к Рену. Это было потому, что он был амбициозным и опасным человеком, чтобы быть связанным Столетним договором. Все цифры были обозначены подсказками и рекомендациями об опасностях этого парня.

— Запомни все к завтрашнему дню. Не должно быть ни малейшей путаницы. Незначительные ошибки в человеческих отношениях необратимы.

— Я-я постараюсь.

Лайбрик добавил несколько слов Елене, которая не была уверена в себе, но проявила энтузиазм.

— Я не допущу ошибок. Отныне все реально, так что пути назад нет.

— Если это так, то не говорите мне…

Лайбрик спокойно продолжила, наблюдая, как Елена нервничает из-за всего, о чем она могла догадаться.

— Через два дня мы уезжаем отсюда и отправляемся в великое герцогство.

Раздел. 3 Хурелбард

Стоя у окна, Елена смотрела вниз на четырехколесный экипаж, припаркованный у входа в особняк. По бокам кареты, которую вели четыре белые лошади, был блестяще выгравирован орел, символизирующий Великое герцогство. Высокомерие этой птице, которая обладала властью убить даже императорскую семью, витало в воздухе.

«Мне придется пойти в гнездо, чтобы свернуть орлу шею».

Елена встала перед зеркалом и оделась. Ее светлые волосы ниспадали водопадом, а яркая серебряная вышивка на платье идеально гармонировала с ней. Но когда дело дошло до этого, именно атмосфера сделала Елену похожей на благородную даму. Ее сострадательная честность, одиноко поднятый подбородок и тривиальные жесты излучали авторитет, которому нельзя было противостоять.

*Тук-тук*

Еще до того, как раздался стук, дверь открылась, и вошла Лайбрик.

— Подъехала карета. Мы можем отправляться?

— Да. — Елена ответила и вышла из комнаты.

Когда они проходили по коридорам и выходили из особняка, ожидавшие их шоферы сдержанно кланялись. Девушка поблагодарила их в ответ несколько неуклюжим движением подбородка и села в четырехколесную коляску. Вскоре послышалось грубое ржание лошадей, и четыре круга покатились по земле.

— Ты не нервничала и хорошо поработала. Они рыцари, но все же уступают принцессе. Ты не обязана отвечать.

—Какое облегчение. Я волновалась из-за неловкости… — Елена выглядела обеспокоенной, как будто она все еще носила одежду, которая не подходила ее телу.

— Тебе нужно контролировать свои выражения, Елена. Ты знала об этом?

— Да, Лив.

Когда Елена рефлекторно отреагировала, глаза Лайбрик стали свирепыми. Девушка была похожа на цыпленка, которого ловили бесчисленное количество раз.

— Снова и снова. Почему я должна всегда поправлять тебя? Вчера умерла девочка по имени Елена. Ты что, забыла, кто ты такая?

— Я… мне жаль, я больше не повторю ту же ошибку.

— Помни о том факте, что ты принцесса и не нервничай.

Лайбрик усилила давление на случай, если она совершит ошибку. Тем не менее, добавила, что все горничные, которые обслуживали покойную Веронику, были изгнаны, так что все было в порядке. Она пыталась контролировать Елену с помощью правильного кнута и пряника.