Тень Императрицы (Новелла) - Глава 41

Сидя на лужайке и наблюдая, как девушка исчезает из виду, Халиф оглянулся.

— Как долго вы собираетесь там стоять? Разве вы здесь не для того, чтобы увидеть меня? Хотите присесть рядом со мной?

Дав понять Елене, что заметил ее присутствие, Халиф предложил расположиться на коврике для пикника.

— Нет, мы можем поговорить и стоя.

Ей было неудобно садиться там, где некоторое время назад лежала та девушка. Халиф пожал плечами, соглашаясь с ее решением.

— Судя по цвету именной таблички, вы первокурсница… И какое у вас ко мне дело? Признание?

— Нет!

Елена оборвала его и замолчала. Она не хотела быть втянутой в подобные разговоры.

— Что же тогда? Зачем первокурсница решила заговорить со мной?

— Я здесь ради заключения сделки.

—Сделки?

Халиф удивленно моргнул. Это было не то слово, которое могло легко слететь с уст девушки, только что поступившей в академию и, судя по очкам в роговой оправе, любившей проводить время за чтением книг.

— Да, если быть точной, я хочу сотрудничать с вами.

— Сотрудничество? Это весьма сложная тема для первого разговора с незнакомым человеком.

Халиф озадаченно почесал щеку, а потом спросил:

— Вы меня знаете?

— Думаю, я знаю достаточно.

По крайней мере, она хорошо знала, каким он станет в будущем и через что он прошел в своей жизни.

— Тогда наш разговор будет коротким. У меня нет ничего кроме милого личика. Это вы тоже знаете?

Кивок.

— И все равно хотите работать со мной? Что это значит?

Халиф усмехнулся. Это была циничная улыбка.

— Я предложу вам работу, в которой нужен будет исключительно ваш физический труд. Это не опасно и вполне законно. Подумайте хорошенько. Не пожалейте потом о своем выборе.

— …

— Вам нечего мне ответить?

Халиф, сделав какие-то свои выводы, махнул рукой, чтобы она уходила. После этого он лег на коврик для пикника, закрыл глаза и притворился, что уснул. Елена молча стояла и наблюдала за ним.

«Он хорошо осознает свое положение».

Большинство людей переоценивают себя, но это не относится к Халифу. Он точно знает, где и в каком состоянии он находится, что собирается делать и о чем нужно беспокоиться. Несмотря на то, что она видела его только второй раз, Елене он нравился.

Халиф — в меру милый и добрый человек, хорошо разбирающийся в произведениях искусства и имеющее отличное деловое чутье. Он идеально подходит для организации совместного дела, которое в будущем можно полностью возложить на него. А сама Елена будет только присматривать со стороны, не вникая во все нюансы этой работы.

Елена присела на коврик для пикника, демонстрируя свое намерение продолжить разговор.

— Я еще ничего не объяснила, не будьте столь категоричны. Я выскажу свои мысли и пожелания.

—?..

Халиф лежал на спине, не открывая глаз. Такое поведение невежливо по отношению к другому человеку, но Елене было все равно. Ей только нужно найти к нему подход, остальное не имеет значения.

— Вы интересуетесь искусством?

— Что вы имеете в виду?

— Я подумываю начать дело, но одной заниматься этим слишком сложно. Я хочу, чтобы вы мне помогли. Повторюсь, это не опасно и не противозаконно. Можете быть уверены.

Елена замолчала, и Халиф посмотрел на нее, прищурив глаза. Не похоже, что она подошла с дурными намерениями и пытается использовать его. Халиф нерешительно поднялся, почесывая затылок, а затем сел, скрестив ноги и глядя на Елену в упор.

— Вам стало интересно?

— Нет ничего плохого в том, чтобы послушать.

Елена улыбнулась и продолжила.

— У меня есть кое-какие накопления. Сумма немаленькая. Мой отец довольно богат и дает мне много карманных денег.

— Ого, вам повезло. И что дальше?

— Не хочу, чтобы мои сбережения пропали впустую, потому собираюсь инвестировать их в произведения искусства, организовать свое дело и в будущем расширить его. Что-то вроде посредничества в области искусства.

Халиф покачал головой, услышав план смелой и уверенной в себе девушки.

— Легко сказать, да трудно сделать. Вы знаете о происходящем в мире искусства?

— Я знаю в общих чертах.

— Хорошо, наш разговор пройдет быстрее. Знаете ли вы самое важное условие для становления посредником?

Когда Елена уставилась на него вместо ответа, Халиф сказал со вздохом.

— Необходимость состоять в социальных кругах. Знаменитые художники, скульпторы и ремесленники задирают нос, но не умеют обращаться с деньгами. Не могут получить достойное вознаграждение и правильно им распорядиться. И как думаете, это все?

— Что-то еще?

— Кому вы собираетесь продавать произведения искусства? Ни дворяне, ни коллекционеры не будут встречаться с кем попало. Если вы не из их круга общения, не известный торговец или человек, с которым они уже имели дело, они даже не посмотрят в вашу сторону.

Халиф, начавший говорить спокойно, все больше распалялся. Он тоже интересовался миром искусства, поэтому мог только вздыхать над наивным планом невежественной девушки.

— Хах, я говорю вам это как старший, даже не думайте действовать в этом направлении. Вы — идеальная цель для мошенников.

— У меня есть собственное видение и план.

— Только в вашей голове? Моя дорогая, реальность сильно отличается. У меня тоже множество идей, но им не суждено воплотиться в жизнь, даже если я разбогатею.

Не смотря на попытку Халифа своим объяснением остановить Елену от необдуманных действий, та продолжала упрямо смотреть на него. Халиф вздохнул и подумал, что дальнейшие советы бессмысленны.

— Если хотите ввязаться в это, делайте все в одиночку, не тяните никого за собой. Тогда нет никаких проблем.

— У меня тоже есть свои обстоятельства. Я должна получить диплом, потому что дала обещание своему отцу. Это даже не обсуждается.

Конечно, реальная причина была иной, но Елена придумала правдоподобную отговорку, красиво ее обыграв. Халиф встал со своего места, не собираясь продолжать разговор.

— Извините, но мне тоже нужен диплом. Занимайтесь этим сами.

— Вы передумаете, когда узнаете, что у меня есть более прочные и обширные связи, чем вы можете предположить.

— Неужели?

Халиф саркастически рассмеялся.

— Вы будете удивлены…

— Все так ужасно? Юная леди, я дам вам совет. Продавать ценные произведения искусства вы сможете лишь дворянам высшего сословия, тем, кому некуда девать деньги.

— Знаю. И даже знакома с таким человеком.

Елена ответила так, будто это не имело никакого значения. Халиф чувствовал раздражение, не понимая чего она добивается.

— В самом деле? Мне очень любопытно узнать, какого же замечательного человека вы знаете? Может быть это связи с кем-то из четырех великих герцогств? Слуга? Кучер? А! Наверное, это добродушный дворецкий?

— У вас хорошее воображение. Значит, вас устроит мое знакомство с эрцгерцогом?

— Эй!

Халиф не выдержал и вскрикнул. Чем больше он разговаривал с Еленой, тем больше чувствовал себя вовлеченным во все это.

— Спуститесь с небес на землю. Перестаньте так шутить. Вы не представляете, чем все это закончится.

— А вдруг я серьезна? Если эрцгерцог будет первым клиентом, разве это не будет прекрасным началом для нашего дела?

— Эрцгерцог?!

Халиф запнулся, когда Елена упомянула семью, о которой он боялся и подумать.

— Я весьма близка с леди Вероникой.

— Это правда? Если вы пытаетесь меня обмануть…

— Леди Вероника сказала мне, что хочет иметь дело только с тем посредником, которого я ей представлю.

Халиф заколебался, не зная, как отнестись к этим словам. До него дошли слухи о возвращении в академию леди Вероники. Но особые отношения с этой непримечательной девушкой, поступившей лишь в этом году… В это верилось с трудом. Он не мог решить, насколько может верить этой истории.

Шурх.

Елена протянула руку, в которой лежали невероятной красоты часы.

— Подарок от леди. Может это вас убедит?

— !..

Глаза Халифа стали такими большими, что казалось, будто они вот-вот выпадут. Крышка часов Елены была украшена символом эрцгерцогского дома леди Вероники. С первого взгляда становилось понятно, сколько пота и крови ремесленника ушло на создание такой прекрасной вещи. Халиф оценил непревзойденное мастерство ее автора.

— Теперь вы готовы заключить со мной соглашение?

Халиф инстинктивно почувствовал, что это один из трех величайших шансов, даваемых человеку в течение его жизни.

Встречаясь время от времени, Елена с Халифом обсуждали различные вопросы и строили планы. Чтобы серьезно начать заниматься посредничеством, нужно было продумать все до мелочей, систематизировать информацию и подготовить материальную основу. И только после этого можно двигаться дальше.

Для встреч они использовали комнату самоподготовки в библиотеке. Будучи в образе Люции, Елена пыталась свести к минимуму возможность столкновения с Реном и старалась не появляться на улице.

— Вы хотите купить работу художника среднего уровня подешевле, а потом продать ее леди Веронике подороже?

— Вы верно все понимаете.

— Я имею право сделать подобное? Разве это не мошенничество? — нахмурившись, переспросил Халиф.

— Нет, мошенничество — это продавать бесполезные предметы под видом огромной ценности.

— Это одно и тоже.

— Нет, это разные вещи. Пока художник не признан обществом, его работы менее ценны. Но это не значит, что он не умеет рисовать или делает это плохо.

Халиф удивился, но это странное рассуждение его убедило.

— В конечном счете стоимость произведения искусства определяется предлагаемой за него суммой денег. Один только слух о том, что именно леди Вероника приобрела картину, изменит отношение к художнику и поднимет ценность его работ.

— Это правда.

— Когда репутация мастера повышается, растет и стоимость его работ. На первый взгляд кажется, что она купит картину по завышенной стоимости, однако позже стоимость картины возрастет, и леди Вероника ничего не потеряет.

— Все это мне известно, но звучит весьма убедительно.

Елена высказала здравую мысль. Просто Халиф не задумывался о существовании противоречий в мире искусства.

«Так несправедливо. Вы можете нарисовать один и тот же портрет в одном стиле. А позже кто-то из вас станет известным мастером, а другие будут всю жизнь работать уличными художниками и умрут в безвестности».

При условии схожих навыков рисования, некоторые художники стали известнее других только из-за возможности заявить о себе, а неизвестные мастера были лишены подобного шанса.

Елена осмелилась утверждать, что нынешний мир искусства прогнил. Если посредственной работе искусствоведы придадут значение, а критики оценят очень хорошо, ее стоимость взлетит до небес. В момент, когда картина будет продана по высокой цене, художник обретет известность. Если же работа талантливого мастера с уникальным стилем рисования не будет признана критиками, то она останется забытой и бесполезной.

«Я должна купить множество картин по высокой цене и забрать как можно больше денег у эрцгерцога».

Это то, к чему стремилась Елена. Необходимо получить большую сумму денег, которая послужит основой для множества целей, не ограничивая себя размерами пособия, выдаваемого Лайбрик.

Очень удобно покупать картины на имя леди Вероники. Произведения искусства имели высокую остаточную стоимость, которая со временем будет только расти. При таких условиях Лайбрик стерпит, даже если Елена потратит больше установленного лимита на покупку картин.