Точка зрения Всеведущего читателя (Новелла) - Глава 66.5

От моих слов выражение лиц членов группы изменилось. Глаза Джун Хивон широко раскрылись, а Ли Джиё выглядела
смущенной. Ли Хюнсунг выпучил глаза. Наконец, Шин Ёсунг…
[ У Ким Док ча непра вильный и ден тификатор. ]
Четвертая стена звучала в моей голове.
[ Ещё не поз дно. ]
Я не знал, было ли это волей Четвертой стены или слабой частью моего разума. Четвертая стена до некоторой степени отражала
мои чувства, так что оба варианта могут быть правдой. В любом случае, на этот раз я принял решение.
«Я знаю, что мои слова трудно понять».
Мне пришлось рассказать эту историю группе людей.
«Я медленно объясню это с самого начала».
Я долго разговаривал. Однажды роман, который я читал, стал реальностью. В той истории я их встретил. Я не рассказал им всю
историю, но в то же время я не солгал.
Я знал о членах группы до того, как встретил их. Я не сказал должным образом о том, что знаю будущее. Я монополизировал
информацию в одиночку и обманул людей. Я говорил обо всем этом. Как будто я ковыряю старую раны.
Немного позади группы Хан Союнг смотрела на меня, хмурясь. Я понял ее чувства. То же самое и с Хан Союнг из 1863 регрессии.
Однако я не мог жить, как Хан Союнг. Эта история должна быть сделана правильно. Чтобы двигаться вперед должным образом,
необходимо рассказать некоторые истории. Когда-нибудь… как Ю Джонхъюк.
«Я регрессор».

Может быть, Ю Джонхъюк тоже так себя чувствовал. Он знал будущее, снова и снова переживал одну и ту же историю и
встречался с членами группы в бесчисленных регрессиях. Затем… он отпустил их. Я мог понять чувства Ю Джонхъюка, когда он
изложил историю без каких-либо уловок.
«…Таким образом, я привел вас сюда».
Моя история закончилась. Однако после того, как история закончилась, никто не открыл рта. Не то чтобы они не поняли. Это была
длинная история, которую мог понять даже маленький ребенок. Тем не менее члены группы промолчали.
Я поклонился и продолжил:
«Я хочу искренне извиниться перед всеми вами. Мне очень жаль, что я говорю вам это только сейчас».
Я хотел знать. О чём думает группа? Что они чувствовали? Тем не менее, я не использовал Точку зрения всеведущего читателя. В
этой ситуации было бы действительно обманом, если бы я прочитал их, используя этот навык.
Я хотел использовать свои силы, не полагаясь ни на какие навыки. Я хотел верить, что всё, что они думали и чувствовали внутри,
действия, которые они выбирали, было действительно их решением.
Я медленно поднял взгляд и встретился глазами с Ли Джиё. Глаза Ли Джиё были красными. В тот момент, когда я увидел эти
глаза, я внезапно кое-что понял. Я уже знал эти глаза.
[ «Тогда Мастер знал все будущее…» ]
Они были точно такими же, как когда Ли Джиё услышала историю Ю Джонхъюка. Ли Джиё медленно открыла рот:
«Тогда и до сих пор ты знал все о будущем…»
Ли Джиё заговорила, словно оригинальный персонаж читал свой сценарий. Я также ответил ей, как будто это был сценарий.
[ «Верно». ]

«Да».
Ли Джиё стиснула зубы и сказала мне:
«Тогда… почему ты нам это рассказываешь?»
Раненый Демон Меча была в ярости. Я читал оригинальный роман и мог предсказать, что она скажет.
[ «Что мы, черт возьми, для тебя?» ]
Плечи Ли Джиё слегка дрожали, когда она склонила голову. Ситуация, которая последовала за этим, продолжала течь в моей
голове. Ли Джиё вытащила свой меч и могла атаковать меня, потому что не могла подавить свой гнев.
В оригинальном романе таких случаев было много. Однако Ли Джиё выбрала путь, которого я совсем не ожидал.
«Допустим, ты знал будущее».
«…»
«Все было спланировано, и Аджосси использовал нас для своих целей. Скажем, мы персонажи проклятых Путей выживания, и все
предрешено!»
Ли Джиё плакала, глядя на меня, кусая свои бледные губы.
«Тогда… почему ты так много раз рисковал ради нас своей жизнью?»
Я видел, как по ее щекам текли слезы, и несколько раз пытался открыть рот. Это был неожиданный вопрос. Это было неожиданно,
потому что я не мог ответить…
«Отвечай! Если мы действительно персонажи выдуманного романа, почему ты умирал за нас снова и снова?»
Это был вопрос, на который я не мог ответить, прочитав «Пути выживания».
«Четвертая стена» сильно трясется
Ли Джиё вытерла глаза и ударила меня по плечу, проходя мимо меня. Джун Хивон поспешно погналась за ней.

«…Докча-сси, поговорим позже».
Шин Ёсунг заколебалась, беспомощно глядя на меня, прежде чем последовать за Джун Хивон. У Ли Хюнсунга были пустые глаза,
когда он выходил из комнаты с опущенной головой.
Остались только Хан Союнг, Ли Сеолва и Ли Гильюнг. Ли Гильюнг смотрел на меня сложными глазами, а Ли Сеолва склонила
голову, как будто она была потрясена. Хан Союнг похлопала Ли Сеолва по спине и огрызнулась:
«Ким Докча, уйди ненадолго».
***
Больничная палата. Я смотрел на спящее лицо матери. В перерыве я посетил больничную палату, потому что члены группы не
вернулись через долгое время.
После последней серьезной операции моя мама так спала весь день. У нее были мешки под глазами и изможденные щеки. Я
посмотрел в лицо матери и вспомнил время, когда навещал ее в тюрьме. Что думала моя мать, когда ее сын приходил к ней и
говорил только о романе?
«У тебя мрачное выражение лица».
«…Ты проснулась?»
«Я проснулась с того момента, как ты вошел».
В голосе не было никакой энергии. Я натянул матовое одеяло и накрыл шею матери. Моя мать слабо улыбнулась.
«Почти умереть – это хорошо. Мой сын заботится обо мне».
«Поправляйся скорее».
«Поговори со мной. О чем угодно».
Я боролся какое-то время, прежде чем открыть рот.
«В 154 регрессе Путей Выживания Ю Джонхъюк рассказал членам группы историю своего регресса…»
«Ты говорил с группой о Путях выживания?»
«Откуда ты знаешь?»
Моя мать протянула костлявую руку и схватила мою.

«Ты думал, они обвинят тебя. Думал, что они почувствуют себя обманутыми и спросят, почему ты скрыл информацию».
«Этого не случилось».
«Ты не знаешь, как искать прощения».
Я молча кивнул.
«Отвечай! Если мы действительно персонажи выдуманного романа, почему ты умирал за нас снова и снова?»
Голос Ли Джиё звучал у меня в ушах.
Моя мать сказала:
«Не тебе решать, достойно ли это прощения».
«Тогда…»
«Может быть, человек, стоящий за тобой, скажет тебе».
Я повернул голову и увидел Джун Хивон, стоящую у двери больничной палаты. Я извинился и вышел из больничной палаты.
Джун Хивон почесала щеки и предложила:
«Может, прогуляемся?»
Мы прошли по коридору больничного крыла. Это был простой коридор, в котором не было никаких украшений. Похоже, это по
вкусу Ю Джонхъюку… этот парень возился с Фабрикой последние три года. Фактически, в конце коридора находилась больничная
палата, где лежал Ю Джонхъюк.
Джун Хивон выглянула в окно и первой открыла рот:
«Спасибо…что сказал».
Я не знал, насколько сильно беспокоилась Джун Хивон, прежде чем это сказать. Было ещё хуже от того, что я не видел ее лица.
Членов группы можно было увидеть за окном. Ли Гильюнг и Шин Ёсунг ссорились, в то время как Ли Хюнсунг и Ли Сеолва утешали
Ли Джиё.
«Все будет хорошо. Джиё потребуется немного времени, но…»
«Хивон-сси…»

Прежде чем я успел закончить свои слова, Джун Хивон повернулась ко мне. Ее лицо, как обычно, озаряла улыбка. Я закрыл рот, и
Джун Хивон спросила:
«Ты удивлен, потому что я в порядке?»
«Это не то».
«Ничего подобного».
Джун Хивон давно знала, что у меня есть «информация о будущем». Возможно, среди персонажей она была человеком, который
знал обо мне больше всего.
Джун Хивон заговорила, начав потягиваться.
«Ну, это не имеет большого значения. Это мир, в котором существуют монстры и Доккэйби… это нечто особенное, что превратило
роман в реальность».
«…»
«Теперь я понимаю прошлое. Причина, по которой Докча-сси сказал, что я не появляюсь в будущем. Значит ли это, что меня не
было в романе, который читал Докча-сси?
«…Да».
Биё парила облаком и двигалась над головой Шин Ёсунг.
Джун Хивон сказала мне:
«Тогда я смогла благополучно добраться сюда благодаря Докча-сси».
«Это, Хивон-сси―»
«Спасибо, что нашел меня. Без сарказма. Я говорю это искренне».
Я знал. Я уже был знаком с тоном, которым Джун Хивон дразнила меня. Даже так, не знаю, что сказать.
«Не будь мрачен и подавлен в одиночестве, а смотри в будущее. Если хочешь, дай мне повышение побыстрее. Итак, это
рукопожатие, чтобы подбодрить».
Джун Хивон с большой силой схватила меня за руку. Что-то теплое внезапно поднялось во мне.
Я крепко закусил губы.
«Джун Хивон, она не в порядке».
Я чувствовал пульс на руке Джун Хивон. Ей тоже было грустно. Ей будет больно, и ей будет тяжело. Даже так…
Джун Хивон какое-то время крепко держала меня за руку, прежде чем отпустить с улыбкой. Затем она спросила:
«Кстати, Докча-сси… У меня есть вопрос».

«Да, спрашивай».
«Если этот мир – роман, значит, есть главный герой».
Как и ожидалось, Джун Хивон была резкой. Я рассказал группе о Путях выживания, но не сказал, кто главный герой. Однако Джун
Хивон уже знала о личности главного героя.
Джун Хивон смотрела в конец коридора.
«Вот почему вы ссорились?»
«Я точно не разговаривал с ним, но… кажется, что да».
«Поскольку ты начал это, тебе нужно как следует разглядеть конец. Ты знаешь?»
Я кивнул.
«Этому человеку будет нелегко».
Я знал. Тем не менее, этого нельзя было избежать.
***
Следующие два дня я был в больничной палате Ю Джонхъюка. Я почти не встречался с другими людьми. Я волновался, но решил
сохранять спокойствие. Я считал, что людям нужно время, чтобы подумать. Когда все будут готовы, поговорить будет еще не
поздно.
Ю Джонхъюк все еще не проснулся.
«Раны его плоти почти зажили. Тонкий момент – это проблема рассудка».
«Проблема рассудка?»
«Кажется, он отказывается просыпаться… возможно, он испытал сильный шок».
Это были слова Айлин. Она поменяла истории и ушла, оставив в комнате только нас с Ю Джонхъюком.
Плывущая пыль осела на его носу. Я открыл рот, наблюдая за Ю Джонхъюком.
«Ты схватил меня первым и сбросил с моста».
Я знал, что он меня не слышит, но все же хотел поговорить.
[ «Отпусти уже руку и свали, чёртов придурок».
«Я верю тебе. Ты явно пророк».]
Первый раз я встретил его на мосту. Внезапно раздался смех.
«Честно говоря, ты не можешь меня ни в чем винить. Ты регрессор… сколько людей погибло из-за тебя?»

Как только я начал говорить, воспоминания хлынули водопадом. Это было похоже на ящик Пандоры. Казалось, что прошло много
времени. Я провел много времени с этим человеком.
«Я думал, что понимаю тебя лучше, чем кто-либо, но сейчас я не знаю. Почему ты сделал это во время Потопа бедствий?»
[ «…Этот человек мой товарищ». ]
«Почему ты назвал меня товарищем? Обычно ты такого не говорил… Убить меня ножом в Темном замке… хотя я и сказал тебе
убить меня тогда».
[«Ким Докча! Нет! Ким Докча!» ]
Каждое отдельное воспоминание вызывало множество эмоций. Сценарии, которые в то время были действительно серьезными,
по завершении превратились в истории. Нам остались истории.
«Тем не менее, я благодарен за революционную игру. Я выжил в то время благодаря тебе. Тем не менее, это странно. Почему ты
назвал мое имя, когда попал не в тот производственный комплекс? Что ж… может быть, ты пытался меня надуть».
Я вылил все, о чем думал, и постепенно стал засыпать. Я плохо спал…
Жалобы продолжались, даже когда мое сознание помутнело. Времена, когда я дрался с ним, прошли, как будто я читал «Пути
выживания».
Вопрошающая Катастрофа. Сильнейшая Жертва. Мирная Земля. Гробница Сценариев. Выборы Короля Демонов и Гигантомахия.
Трудно было найти поле боя, где бы я не дрался с ним. Я вспомнил те времена.
«Возможно, все будет хорошо».
Я мог бы как-нибудь убедить его, если бы это был тот Ю Джонхъюк, которого я знал. Мы никогда не говорили об этом должным
образом. Что, если бы я нашел время, чтобы объяснить все шаг за шагом? Это был Ю Джонхъюк, а не кто-то другой…
Я мог видеть спину Ю Джонхъюка вдалеке. Я забыл, что это сон, и подошел к нему.
«Ю Джонхъюк».
В этот момент у меня началась жгучая боль в голове и появились слова. Это была сцена из «Путеи выживания». Сцена, где Ю
Джонхъюк был предан Анной Крофт и жил в жалком состоянии.
Это были последние слова, которые оставил Ю Джонхъюк.
[ «Я никогда не прощу тебя». ]
Ю Джонхъюк повернулся и заговорил со мной. Убийственная энергия исходила от Меча Черного Демона.
[«Ким Докча!» ]
Я почувствовал прохладу в шее и проснулся. Я ахнул, вспотев, прежде чем сообразил, что это сон. Тусклый лунный свет проникал
в окно. Пустая больничная палата.

Я медленно протер глаза. Потом я понял, что что-то не так.
«…Ю Джонхъюк?»
Кровать была пуста. Ю Джонхъюка не было нигде в комнате. Выбранный раствор Рингера парил в воздухе. Я поспешно встал, но
нигде не чувствовал Ю Джонхъюка.
На кровати остались карманные часы знакомого дизайна. Оставшееся время до Войны Святых и Демонов составляло 26 дней.
В этот день Ю Джонхъюк покинул компанию Ким Докча.