Точка зрения Всеведущего читателя (Новелла) - Глава 76.1

*Кугугугугугу!*

На экране созвездия сторон Добра и Зла испускали пугающие ауры навстречу друг другу. Напряжение между ними было столь плотным, словно взрыв мог произойти в любой момент. Ну и не стоило забывать о яркой, но маленькой туманности, которая стояла перед ними и умудрялась сохранять баланс.

[Прошло очень много времени с тех пор, как я в последний раз видел, чтобы представители Добра и Зла собрались вместе в одном месте…]

Хранитель Мандалы, Шакьямуни, смотрел на экран с непроницаемым выражением лица. В его радужках отражались древние истории.

Сценарий из эпохи до сценариев – тех времён, когда Добро, Зло и придерживающиеся нейтральной позиции работали сообща. История о том, как они все вместе сражались с Драконом Апокалипсиса, дабы предотвратить
наступление этого самого Апокалипсиса…

«Я тоже хочу помочь своим товарищам».

Услышав этот голос, Шакьямуни перевёл взгляд на небольшой резервуар. Внутри него парил слабо светящийся шар души, который, собственно, и сказал эти слова.

«Когда я смогу реинкарнировать?»

[Это поле битвы не предназначено для тебя, дорогое дитя. Ты должна реинкарнировать в существо, предназначенное для более великой цели.]

«Но это моя цель».

Даже как Душа Ю Сангах была крайне решительной.

«Если я не смогу спасти их в этой ситуации – в моей реинкарнации не будет никакого смысла».

[Весь смысл в том…]

Шакьямуни вновь перевёл взгляд, но уже на другой резервуар, который находился на противоположной от Ю Сангах стороне зала. Внутри плавало женское Тело Воплощения, одетое в буддийскую мантию.

[Ты войдёшь в тело ребёнка, о котором я заботился.]

«Я войду в чужое тело? Разве я не должна была переродиться?»

[Ты переродишься с этим телом, в качестве своего нового тела.]

«А что насчёт изначальной обладательницы этого тела?»

Шакьямуни не ответил.

Может ли вообще сожалеть Будда? В этот момент Ю Сангах кое-что поняла.

«Ты имеешь ввиду этого человека?»

Ничего не говоря, Шакьямуни продолжал наблюдать за плывущей в резервуаре девушкой в буддийской мантии.

[Она вернулась к провидению космоса, вот и всё. Ещё один пустой оборот колеса.]

«Это действительно то, что ты чувствуешь? Ты ведь о ней заботился, так ведь?»

[Ты скоро всё поймёшь, дитя. Всё-таки ты вскоре должна стать реинкарнатором.]

«Но сейчас я не реинкарнатор».

[Вскоре ты поймёшь, что в этих оковах нет никакого смысла – всё, что было тебе дорого являешься лишь бесполезной частью бытия.]

«… Накаркивать другим – твоё хобби?»

[Я говорю только правду, моё дороге дитя.]

Шакьямуни вновь обратил своё внимание на экран. Там были видны созвездия, которые жили очень долго.

[Созвездия всю жизнь страдают бессонницей. Они не могут заснуть без сценариев, и даже когда им снятся сны – их всё равно пропитывают чужие истории. Таким образом, жадно пожирая чужие сценарии, они пытаются стереть те, через которые прошли сами. Из-за этого они постоянно испытывают тревогу, даже если и не понимают, из-за чего именно.]

Одно из самых древнейших созвездий среди всех, Шакьямуни, продолжал свой рассказ.

[Они чувствуют себя так, словно застряли в вечном сне – ведь сбежать от сценариев они не могут. Они не воспринимают смерть, так как не знают её реального значения. А раз они не знают смерти – очнуться от иллюзии сценариев у них тоже не получается. В итоге все они ошибочно верят в то, что существует одна единственная история, что может их спасти.]

На экране поддерживающие и враждебные к Компании Ким Докча созвездия вовсю засылали отражающиеся на нём косвенные сообщения.

Шакьямуни медленно перевёл взгляд на середину загруженного экрана.

[Вот только реинкарнаторы другие.]

Именно посреди экрана можно было увидеть обитателей этих островов. Они последовали за Компанией Ким Докча. Они всё ещё были вынуждены подчиняться гигантской истории после того, как выбрали сторону Добра или Зла. Смотрящий на них Шакьямуни продолжил свою мысль.

[Реинкарнаторы будут жить вечно, как и Созвездия – но они вынуждены умирать и возрождаться вновь. Они знают, что из себя представляет пробуждение, ведь они понимают смерть. И раз уж они понимают пробуждение – они так же приходят к пониманию того, что они лишь небольшие винтики в механизмах сценариев. Реинкарнация, по сути – это понимание истинной сути сценариев.]

Реинкарнаторы со слабым статусом потеряют свои воспоминания со своей смертью, но таковое ждало не всех.

Были и те, что сохранят свои воспоминания, наподобие Нирваны, при своём перерождении. Они переродятся в другие виды, обретут другой пол и продолжат свой сценарий. Человеком, жабой, орком, эльфом, муравьём…

К этой мысли они рано или поздно придут после множества перерождений.

«Кажется они просто смирились».

[Всё потому, что они понимают, что любой победитель в этой войне ничего не изменит.]

«Сценарии можно изменять. До сих пор мы только этим и занимались».

[Вот только от этого они не перестают быть сценариями.]

«Тогда ты просто возьмёшь и сдашься? Только потому, что заставить сценарии перестать ими быть у тебя не получается? Ты ведь просто хочешь сбежать. Это тоже самое, что признать поражение, даже не начав драться».

[Ох, моё дорогое дитя. Ты оскорбляешь жизнь реинкарнаторов. Они постоянно сражались со сценариями на протяжении своих бесчисленных жизней…]

«Вы когда-нибудь дрались, поставив на кон всё, при этом, не сдаваясь и не отказываясь от своего пути?»

Шакьямуни прервался на полуслове, услышав этот вопрос.

Не отказываясь от своего пути, сказала она.

Прежде чем он успел ответить – Ю Сангах вновь взяла слово.

«Есть человек, который не отказывался от своей жизни и цели, даже если ради неё ему приходилось пройти путь
1 800 раз».

Ю Сангах смотрела на экран. Там был виден мужчина в чёрном пальто.

«А ещё есть тот, кто прожил эти жизни вместе с ним».

Теперь её взгляд был сфокусирован на мужчине в белом пальто, который осматривал своих товарищей. Под конец его взгляд остановился на лежащем на земле Ли Хюнсунге.

[Это тело пережило слишком многое, чтобы придавать значения числам. Но кое-что я всё-таки ещё могу сосчитать.] – Сказал Шакьямуни, глядя на Ли Хюнсунга.

[На острове Реинкарнаторов вскоре станет на одного больше.]

***

«Ещё нет».

Я нащупал пульс неподвижно лежащего Ли Хюнсунга. Его у него не было. К тому же он не дышал, да и видны были только белки глаз.

«…Правда?»

Джун Хивон смотрела на меня так, словно она была искренне верящей в чудеса ребёнком. Окинув взглядом её поседевшие волосы, я легко догадался что именно тут произошло.

«Да, он точно не мёртв».

У моих товарищей были донельзя сложные выражения лиц. По Ли Джиё было буквально видно, что она считала, будто я вру во благо, в то время Ли Гильюнг, кажется, готов был поверить даже в самую откровенную ложь.

Хан Союнг спросила:

«Ты что, между делом решил изменить определение слова смерть?»

«Если бы Ли Хюнсунг и правда умер – Мастера Стали уже бы выкинуло из сценария».

Я посмотрел на небо. Хоть я и не получал косвенных сообщений об этом, но я был уверен, что Мастер Стали всё ещё участвует в сценарии.

Взволнованная Джун Хивон схватила меня за руку.

«Тогда почему Хюнсунг-сси…»

«Понимаешь, Хюсунг-сси пробудился так же, как и ты, Хивон-сси».

Я перевёл взгляд на истории, текущие по коже Ли Хюнсунга. Истории о Стали.

Снаружи этого не было видно, но теперь его тело было буквально переполнено этими историями о Стали.

Персонаж, ‘Ли Хюнсунг’, находится на пороге эволюции атрибута Ли Хюнсунг не просто так был известен в романе как Величайший Щит.

Защита кого-то ценой своей жизни позволяет Императору Стального Меча достичь финальной стадии Стальной Трансформации. Так что, придя в сознание, он станет самым прочным щитом в мире.

Джун Хивон спросила дрожащим голосом:

«Так значит он всё ещё жив?»

«Да».

«Это правда? Ты мне не врёшь?»

По её дрожащим щекам текли слёзы. Она положила руку на грудь Ли Хюнсунга. Его сердце не билось. Чувствуя эту равнодушную тишину, она с трудом спросила:

«Но я ничего не слышу…»

«А, теперь так и будет, не волнуйся».

«…Прости, что?»

Я вновь посмотрел на Ли Хюнсунга.

Теперь его сердце было подобно стали 100% чистоты породы. Его уже никогда нельзя будет сломить. Нынешней Джун Хивон, увы, это было пока не понять, хотя…

«В любом случае, Ли Хюнсунг всё ещё жив. Так что прошу тебя, не волнуйся».

«В любом случае сейчас он нам не пригодится», – равнодушным голосом вклинился в разговор Ю Джонхъюк, высвобождая свой статус.

«Лучше постарайтесь поберечься. Сейчас нам не до меланхолии».

*Кугугугугу!*

На другой стороне поля боя, смотря на нашу туманность, расположились два лагеря. Лагерь Добра и лагерь Зла. Но для нас они были не более чем врагами. В центре этих двух лагерей располагались Писарь Небес Метатрон и Правитель Восточного Ада Агарес.

[Кто победил Барбатоса?]

Этот вопрос вызвал ропот, пронёсшийся по полю боя. Барбатос, занимавший 8 место в рейтинге Королей Демонов умер. Но вместо ошеломления на лицах присутствующих Королей Демонов явственно читалось удовольствие.

[Вмешиваясь в Великую Войну Святых и Демонов вы показываете, что уже лишились разума.]

Во взглядах Королей Демонов, прикованных к моим товарищам, явственно читалась насмешка. Они были переполнены уверенностью, что мы больше не сможем полагаться на удачу, чтобы выжить, как мы, по их мнению, делали до сих пор. Но тут их можно было понять – члены Компании Ким Докча явно выглядели не особо готовыми к столь крупной схватке, уж слишком сильно их потрепали предыдущие столкновения. Запасы магической силы Ю Джонхъюка почти полностью исчерпали себя после битвы с Индрой, да и Хан Союнг после схватки с архангелами выглядела очень утомлённой.

Упоминать о на вид мёртвом Ли Хюнсунге и измученной Джун Хивон даже смысла не было. Последние и то смогли пережить свою схватку только благодаря пришедшим из Следующего Города детям.

«Аджосси, не волнуйся. Я смету их всех».

Сказав это Ли Джиё ударила себя в грудь, а Шин Ёсунг согласно кивнула, вселив в меня ощутимую надежду. Как я и предполагал, в Следующем Городе они стали значительно сильнее. Даже глаза Ли Гильюнг ярко сверкали.

«Хён, с кем нам разобраться первым? Кто даст нам больше всего опыта?»

Хоть мы и были не в самом выгодном положении – он говорил так, словно воспринимал всё как игру.

Спонсор воплощения Ли Гильюнга смотрит на вас. Я покачал головой. Было ещё слишком рано использовать Ли Гильюнга. Да и даже если бы я использовал его силу – не было бы никакой гарантии, что это принесло бы нам победу.

Стоящая рядом со мной Анна Крофт спросила:

«Вы что, и правда собираетесь сражаться? Вы ведь понимаете, что у вас нет и шанса на победу, да?»

Было очевидно, чего она добивалась, задавая этот вопрос. Всё-таки она принадлежала стороне Добра. Так что ей было бы намного проще ударить меня в спину, если что-то пойдёт не так, после чего присоединиться к победителям.

«В любом случае у нас никогда не было особых шансов на победу. Но я всё равно намереваюсь сражаться, так как уверен в результате. Ну, по крайней мере пока ты нас не придашь».

Зло прищурившись, при упоминании предательства, Анна Крофт подняла руку. Стоило ей это сделать, как Селена Ким и Айрис, стоявшие позади неё, сделали шаг вперёд.  Туманность, «Асгард», поддерживает «Компанию Ким Докча» Созвездия и Короли Демонов воскликнули в явном изумлении.

— Асгард, вы тоже сошли с ума?]

— Бог Молотов, наверное, наконец получил своим оружием по голове.]

— О, это явно Бог Обмана! Неужели ты планируешь устроить хаос?]

Хоть беспорядочно звучащих истинных голосов становилось всё больше – некоторые всё продолжали смотреть на ситуацию с насмешливыми взглядами, словно она становилась лишь интереснее. Например, занимающий пятое место в рейтинге Королей Демонов Чёрная Грива Льва Марбас.

— До чего же глупое решение, мой дорогой Асгард. Хоть ваша туманность и мощна, но созвездий участвующих в событии слишком мало. Этого просто недостаточно, чтобы изменить расклад на этом поле боя!

«Только тут не одна туманность».

— Ох, ну а кто тогда ещё? Компания Ким Докча? Вы и правда хотите называть эту маленькую группу с одним единственным созвездием туманностью?

Короли Демонов громко засмеялись. Но тут…

Созвездие, ‘Отец Богатой Ночи’, ледяным взглядом смотрит на созвездия Туманность, «Преисподняя», поддерживает «Компанию Ким Доча»

…Смех будто бы отключили.

— …Преисподняя??

— Эй, Олимп! Что происходит? Разве это не ваша туманность?

После этих слов из одного угла битвы раскрылся статус, явно принадлежащий Олимпу. Как и ожидалось, они тоже участвовали в этом сценарии. Их вело созвездие, которое было нам хорошо знакомо.

— Хмм, как неприятно… А у нас ведь нет никакого желания повторять Гигантомахию в этом месте.

Это был неловко улыбающийся Бог Вина и Экстаза, Дионис.

«Дионис, ты намерен сражаться с нами?»

— Ох, из-за тебя мне уже хочется выпить.

Вытащив бутыль из своей одежды, он к ней жадно приложился.

— Знаешь, мне лично плевать. Я буду обо всём этом беспокоиться после того, как напьюсь. Кстати, Демонический Король Спасения, может тоже приложишься? Нам ведь есть о чём поговорить, так ведь?

«Спасибо за предложение, но сейчас я немного занят».

Дионис ухмыльнулся и поднял в честь меня тост. Можно считать, что таким образом свою позицию обозначил весь Олимп.

Поддерживать нас они не собирались, но и сражаться с нами они не будут.

Теперь, когда целая великая туманность прямо заявила о своём невмешательстве – лагеря Добра и Зла охватила довольно специфическая атмосфера. Я не упустил этот момент и решил им воспользоваться.

«Ну что же, со знакомством покончено. Давайте уже начнём сражение».

Мои слова вызвали злобу у Созвездий и Королей Демонов из обоих лагерей. Анна Крофт явно не ожидала, что я буду эскалировать конфликт, поэтому уже через мгновение я поймал на себе взгляд, в котором явно читался вопрос: «Ты что, с ума сошёл?»

Тут слово взяла Хан Союнг:

«Честно говоря, я думала, что наш пророк не настолько тормоз. Просто садись и смотри».

Упрёк Хан Союнг заставил Анну Крофт замолкнуть. В этот момент Короли Демонов выступили вперёд, обнажая свои чёрные как смоль мечи. Но даже несмотря на то, что ситуация становилась всё более нестабильной – И Агарес, и Метатрон хранили гробовое молчание.

Множество Королей Демонов испытывают к вам сильную ненависть!

Под звук рассекаемого металлом воздуха, меч Короля Демонов направился мою в сторону – но тут появилось сообщение.

Представители одного и того же лагеря начали битву друг с другом!

Скорость появления Очков Хаоса увеличилась!

Количество Очков Хаоса увеличилось на 1

Очков Хаоса: 76

Король Демонов удивлённо моргнул.

Я видел застывшие лица Метатрона и Агареса. Теперь они смотрели в ночное небо Звёздного Потока. Видимо они наконец поняли, что произошло. Дабы привлечь внимание созвездий, я воспользовался истинным голосом.

— Ваш противник не является Добром или Злом.

Компания Ким Докча состояла из представителей и Добра и Зла. Проявление же враждебности против нашей туманности было фактическим подрывом самой сути Великой Войны Святых и Демонов.

— Если вы хотите убить нас – ну что же, у вас может и выйти. Но что с вами случиться потом?

На дальнем конце небес начали зловеще кружиться облака, наполненные аурой хаоса. Стоит Очкам Хаоса достичь значения 80 – и начнётся обратный отсчёт до Апокалипсиса. Так что теперь мы играли в труса. Древнейшее Добро смотрит на вас Древнейшее Зло смотрит на вас В этой игре первый испугавшийся и отступивший становится проигравшим.

— И всё-таки, что произойдёт быстрее – мы умрём или вас уничтожит Дракон Апокалипсиса? Вам не любопытно?

Улыбнувшись, я обнажил Нерушимую Веру.

— А мне вот, честно говоря, очень любопытно.