Под дубом (Новелла) - Глава 232

Звук был настолько громким, что даже беспомощная Максимилиан, которая не могла ничего сделать, кроме как дремать на своей кровати, открыла глаза от шума. Она почувствовала себя земной нимфой, пробудившейся от глубокого сна. Издалека донеслись радостные возгласы и победные мелодии. Могущественные злые силы, которые причиняли ей величайшие страдания и тяготы на протяжении весны, лета и начала осени, наконец-то подняли белый флаг, сигнализируя о своей капитуляции.

Макс открыла окно рядом с кроватью и посмотрела на вязовый лес, который приобретал насыщенный желтовато-коричневый цвет осени. Затем она сунула ноги в удобные мокасины и накинула на плечи шаль. Одна из целительниц вошла в комнату с подносом, и её глаза распахнулись от удивления, когда она заметила леди Калипс на ногах:

— Миледи, вам что-нибудь нужно? Скажите мне, что это, и я сразу же всё сделаю.

— Я хочу… в-выйти. Я хотела бы услышать подробности завершения войны…

— Я попрошу одного из слуг собрать все подробности и доложить вам. Вам пока не стоит покидать свою спальню.

— Я не хочу спать, и моё тело уже восстановилось. Позвольте мне ненадолго встретиться с рыцарями… Я хотела бы услышать от них. Рыцари из Либадона наверняка знают подробности.

— Но я приготовила вам еду и лекарства…

Целительница в смущении поставила принесённый ею поднос на стол. На нём лежали горькие лекарственные травы, которые её заставляли пить каждое утро и вечер. Макс сморщила нос:

— Это лекарство… делает меня очень сонной, мне так тяжело, когда я хочу спать. Я выпью лекарство, когда вернусь.

На лице целительницы застыло обеспокоенное, но в то же время решительное выражение. Она позвала слугу, чтобы тот сопровождал Макс, так как знала, что миледи не отступит. Девушка прошла через тихий зал, сопровождаемая двумя слугами. Замок принцессы находился в самой отдалённой точке на территории дворца Дракиум, поэтому днём здесь было тихо и спокойно. Она медленно спустилась по мраморной лестнице, которая вела в длинный, освещённый солнцем коридор. Один из слуг, сопровождавший её, следовал за ней, держа её за локоть, словно боясь, что она упадёт. Макс чувствовала, что с ней обращаются, словно она превратилась в девяностолетнюю старушку, но она приняла поддержку без протеста. По правде говоря, её ноги были слабыми от долгого пребывания в постели, и любое движение вызывало лёгкое головокружение. Поэтому она не жаловалась, даже если Симон позволял себе грубо ругать её.

Максимилиан вздохнула, делая последние шаги по лестнице. В этот момент она услышала откуда-то голос Агнес, заставивший Макс повернуть голову на звук. Обычно принцесса не появлялась в своём дворце до наступления сумерек, весь день она была в главном замке или на тренировочных площадках, так что её присутствие в замке в это время действительно было большой редкостью. Снедаемая любопытством Макс направилась по коридору на голос принцессы. Она подумала, не случилось ли что-то серьёзное. Ноги привели её к огромной приоткрытой двери. Внутри была большая комната, заставленная книжными полками. Принцесса Агнес и Симон сидели напротив друг друга в центре комнаты.

Принцесса что-то записывала на листе пергамента, но, заметив леди Калипс, стоявшей у двери, тут же вскочила со своего места:

— Максимилиан, это нормально, что ты уже встала с постели?

— Это н-ненадолго… всё в порядке.

Волшебник даже не взглянул на неё, продолжая ворчать на принцессу:

— Мисс Агнес, не отвлекайтесь от письма.

— Фу, тошно. А магов ветра случаем не учат, как не ворчать во время обучения? — раздражённо жаловалась Агнес, обмакивая перо в чернильницу:

— Попрошу, чтобы в следующий раз мне присылали только магов воды!

— Если вы не сможете адекватно объяснить ситуацию инспекторам, которые скоро прибудут, вам придётся ждать как минимум 10 лет, пока к вам не будет приставлен новый волшебник, — фыркнул Симон в ответ на возмущение принцессы, а затем жестом указал на миледи:

— Не стойте там, почему бы вам не войти и не присесть?

— Вы, кажется, з-заняты… Я не хочу вас беспокоить. Я вас покину…

— Куда ты идёшь? — с тревогой спросила Агнес. Макс ответила с горькой улыбкой:

— Я н-ненадолго… Я собираюсь встретиться с сэром Кэроном, чтобы узнать новости от рыцарей Ремдрагона.

— Ты можешь спросить меня. Тебе не нужно идти к нему, — Агнес улыбнулась, покручивая ручку:

— Все в безопасности. Судя по времени, которое потребовалось почтовому голубю, чтобы добраться до Дракиума, они уже должны были добраться до Левана и сесть на корабль.

Получив хорошие новости, Макс подбежала к столу, за которым сидела принцесса:

— Этот голубь-посыльный был… от Ри-Рифтана?

— Письмо пришло сегодня утром. Хочешь прочесть? Думаю, они прибудут не позднее чем через две-три недели.

Принцесса порылась в стопке пергаментов и свитков на столе, затем достала письмо размером с её ладонь и протянула леди Калипс. Глаза Макс расширились, когда она прочитала его. Среди рыцарей Ремдрагона потерь не было, и они вернутся, как только раненые пройдут лечение в Леване. Записка, извещавшая об их прибытии, была написана всего двумя предложениями.

Макс была в смятении. «Кто-то пострадал настолько сильно, что ему потребовалось лечение от травмы?»

Пока она озабоченно кусала губу, принцесса Агнес сказала светлым голосом:

— Не волнуйся. Если бы кто-то был серьёзно ранен, они бы даже не подумали о том, чтобы послать почтового голубя. Письма, отправленные другими лордами из союзных войск, более информативны, чем это письмо. В них говорится, что они немедленно сядут на корабли после отдыха в Великом храме Левана в течение 3-4 дней, чтобы дать возможность тем, у кого лёгкие и тяжёлые ранения, пройти лечение. Уже идёт подготовка к большому банкету.

Принцесса бесстрастно пожала плечами:

— Я написала сотни приглашений с тех пор, как пришло известие о победе. Думаю, король собирается созвать всех дворян Уедона на этот банкет.

— Вы, должно быть, очень з-заняты… п-подготовкой к празднеству.

— Прямо сейчас, что более срочно, чем легкомысленный банкет, так это написать отчёт для инспекционной группы Мировой башни волшебников.

Симон резко прервал их разговор и постучал кончиком пальца по пергаментной бумаге с древним шрифтом, как бы передавая принцессе сообщение. Агнес снова начала что-то писать, раздражённо ворча. Симон, смотревший на неё словно начальник, повернул голову к Макс и объяснил:

— Три волшебника из Мировой башни погибли в этой войне. Норнуи будет расследовать, не были ли тому причиной какие-либо необоснованные приказы. Причина их смерти должна быть изложена и подробно объяснена. Иначе в будущем будет трудно нанимать магов, которые обучались в Башне волшебников.

— Башня в-волшебников… допускает подобное вмешательство?

— А разве не для этого была создана Мировая башня, чтобы предотвратить преследование волшебников? Все маги, зарегистрированные в башне, находятся под защитой Норнуи. Хотя отношение к волшебникам с тех пор ощутимо улучшилось, остаются те, кто негативно относится к использованию магии. Из-за этого Норнуи бдительно следит за тем, чтобы в отношении волшебников не было плохого обращения. Поэтому любая смерть мага из Мировой башни должна быть объяснена.

— Вот почему каждый раз, когда происходят грандиозные сражения, армейским командирам вроде меня приходится много страдать. Я должна объяснять всю ситуацию людям, которые никогда в жизни не были на поле боя, а потом умолять новых волшебников занять места тех, кто погиб, — сурово объяснила принцесса. Макс с любопытством проследила взглядом за древними письменами, сделанными искусным мелким почерком принцессы, а затем осторожно спросила:

— Маги из Башни в-волшебников… отправляются в л-любое место, откуда поступил запрос?

— Обычно, когда запросы на волшебников приходят из Дракиума, Башня волшебников рассматривает запрос и отправляет магов, которые были вызваны. В наши дни каждый лорд на континенте стремится иметь хотя бы одного высокопоставленного волшебника, некоторые просят больше архимагов, но для этого потребуется много времени… Башня волшебников старается соблюдать баланс и равномерно распределить волшебников по всем частям света.

— Возможно ли… послать ещё одного волшебника в А-Анатоль? На нашей территории не хватает мага.

Симон и Агнес замерли при её словах. После странного молчания мужчина ответил со смешанным выражением на лице:

— Я сомневаюсь в этом… пока «тот человек» находится там, будет трудно заполучить нового волшебника.

— Что значит «т-тот человек»?

— А ты как думаешь! Он имеет в виду этого бесстыжего беглеца! — принцесса внезапно повысила голос:

— Рут Сербел, который пренебрёг всеми правилами Мировой башни и покинул её без разрешения! До тех пор, пока этот предатель находится в Анатоле, от них не будет отправлено ни одного волшебника.

Макс нахмурилась и в замешательстве огляделась вокруг. Её всегда удивляло, почему среди всемирно известных рыцарей был только один высокопоставленный волшебник, но она даже не подозревала, что это из-за Рута. Принцесса потихоньку распалялась, развивая неприятную ей тему:

— Если бы не этот жалкий маг, непременно нашлись бы ещё один или два высокопоставленных волшебника, которые добровольно согласились бы служить Рифтану Калипсу. Я несколько раз советовала Рифтану выгнать его, но он не послушал. Похоже, он хранит верность подлецу, который этого не заслуживает, и терпит на этом огромные убытки.

Лицо Максимилиан омрачилось. Возможно, она не видела этого, но уголок её сердца похолодел, когда она вспомнила, что Рифтан отказался жениться на принцессе, как будто он силой сдержал свои брачные обеты. Затем принцесса заговорила успокаивающим голосом, неверно истолковав выражение лица миледи:

— Тем не менее… Есть много талантливых вольных волшебников, так что не стоит слишком беспокоиться об этом. Когда рыцари Ремдрагона вернутся, я запрошу высокопоставленных волшебников для отправки их в Анатоль и подам прошение о благосклонности короля.

— С-спасибо.

— Не за что. А теперь давай вернём тебя в твою комнату. Тебе пока не стоит напрягаться.

Не в силах преодолеть уговоры принцессы, Макс пришлось тихо вернуться в комнату, принять лекарство и нехотя лечь в постель. Прошло ещё несколько бессмысленных дней. Бесконечной вереницей шли вельможи, приехавшие в столицу, чтобы присутствовать на грандиозном банкете во дворце Дракиума. Утром вся усадьба заполнялась слугами, которые приветствовали их, а вечером устраивался приветственный ужин. Макс сидела в постели, вывернув шею, день и ночь глядя на ворота замка. Она гадала, не приедет ли Рифтан каким-то чудом чуть раньше положенного срока. Принцесса пожалела её и, к удивлению Макс, предложила ей присутствовать на банкете. Между тем, Агнес знала, что она волнуется, потому что она не может дождаться прибытия мужа. Словно осознавая своё необычное отношение, принцесса сказала с утешительным выражением лица:

— Сегодня я слышала от целителя, что твоё здоровье намного улучшилось. Если тебе не трудно, почему бы не посетить банкет и немного поднять себе настроение? Ты не посетила ни одного мероприятия во дворце с тех пор, как прибыла в замок Дракиум.

— Н-но…

Макс пыталась протестовать, ей было неловко. Было несколько случаев, когда она по каким-то причинам присутствовала на банкетах в замке Кросс, но она всегда была под присмотром отца и тихо возвращалась в свою комнату после непродолжительного появления на публике. Поскольку общение с дворянами ей было запрещено, придворный этикет она изучала за столом, и у неё не было возможности общаться со знатью. Когда она представила, как заикается, словно идиотка, среди знати, по её спине побежал холодный пот.

— Я не… очень люблю ш-шумную обстановку…

Наконец, когда она привела это оправдание, принцесса рассмеялась, как будто что-то скрывала:

— Я планировала сделать тебе сюрприз, но лучше я расскажу тебе сейчас. Дело в том, что сегодня днём герцог Кросс вошёл во дворец вместе с восточными вельможами. Если вы пойдёшь на банкет, то сможешь повидаться с ним.

Макс почувствовала, как холодок пробежал по её спине. Она постаралась быстро скрыть мрачное выражение лица. Её сердце колотилось от прежнего страха, а ладони вспотели:

— Мой отец п-приехал? Он зна-знает… что я тоже здесь?

— Король, должно быть, сообщил ему. Герцог ведёт переговоры с королём с момента своего прибытия, поэтому он ещё не навестил тебя, — добавила принцесса, думая, что Макс расстроилась из-за того, что герцог всё ещё не приехал навестить свою дочь.

Макс подавила свою гордость. Её отцу было всё равно, была она здесь или нет. Нет, скорее всего, он не был заинтересован в том, чтобы с ней что-то случилось. Она сгорбила плечи, вспомнив, что он не простит ей, если она сделает что-нибудь, что запятнает фамилию. Герцог Кросс ненавидел, когда она появлялась перед дворянами. Ей было велено держаться в тени, казаться почти невидимой, поскольку она неполноценна. Это было запечатлено в крови Максимилиан из-за её заикания.

Девушка не хотела представлять себе наказание, которое она однажды получит, если будет присутствовать на обеденном банкете и каким-либо образом опозорится перед вельможами. Она поспешно придумала предлог, чтобы отказаться:

— Я-я тоже хочу присутствовать… но сегодня я ч-чувствую себя очень измотанной… Наверное, будет лучше… спокойно встретиться с ним з-завтра.

— Ты всё ещё чувствуешь слабость?

— Хотя это не так уж с-серьёзно… если я покажусь ему слишком б-бледной и слабой… он может з-забеспокоиться…

Принцесса кивнула, увидев, насколько убедительно Макс говорила:

— Я понимаю. Тогда тебе следует отдохнуть. Я скажу лекарю, чтобы он принёс тебе лекарство.

Когда принцесса вышла из комнаты, Макс укутала своё холодное тело одеялами и свернулась калачиком, подтянув колени к груди. Она перебирала в уме предлоги, чтобы избежать встречи с отцом, когда наступит завтрашний день. Нет. Может быть, её собственный отец найдёт какое-нибудь оправдание. В столице было бесчисленное множество вельмож, с которыми он должен был встретиться. Скорее всего, у него не будет времени на неё. Макс крепко держалась за мысль, что он не встретится с ней. Она действительно никогда больше не хотела видеть его. В голове промелькнуло последнее воспоминание об отце: он угрожал ей, что её ждёт самое худшее, если она поставит под угрозу имя семьи из-за возможного развода.

В итоге развода не случилось, как боялся её отец. Герцог должен быть доволен, что она смогла сохранить свой брак, и ему не пришлось за ней приезжать. Макс мучила себя этими мыслями, она пыталась вычеркнуть существование отца из её головы. Однако её ожидания были жестоко низвергнуты. На следующее утро, едва забрезжил рассвет, герцог Кросс отправился во дворец Агнес, чтобы встретиться с ней. Когда Макс узнала, что отец ждёт её внизу, кровь застыла в её жилах. Прежде чем подойти к ней, принцесса с небывалым смущением рассказала ей о состоявшемся у неё разговоре с отцом леди Калипс:

— Когда он услышал, что твоё здоровье… не в порядке, он очень забеспокоился. Он тут же поспешил отправиться к тебе.