Под дубом (Новелла) - Глава 341

Рифтан отвёл жену подальше от места казни, на другой конец поля. Солдаты здесь недоуменно переглядывались, не понимая причину внезапной остановки.

Он протиснулся сквозь них и остановился перед повозкой, стоявшей на дальнем конце поля. Над ней развевалось знамя Уедона. Рыцарь подхватил Максимилиан и усадил на свободное место в повозке. Она смотрела на него, бледная и испуганная. Рифтан внимательно изучил её ясные серые глаза, снял с пояса флягу и протянул жене:

— Это вино, выпей.

— Я н-не хочу.

— Всего один глоток. У тебя бледное лицо.

Макс нехотя приняла флягу, открыла крышку, понюхала и сделала несколько осторожных глотков. После чего зашлась булькающим кашлем:

— Боже мой… Ч-что это за спиртное?

Она вернула ему флягу, нахмурившись. Закупорив крышку и подвесив флягу обратно на пояс, Рифтан прямолинейно ответил:

— Я ношу её с собой, потому что она помогает от холода и ей можно промыть раны.

Окончательно пришедшая в себя Макс, нервно выглянула из повозки. Её лицо слегка порозовело:

— Ч-чьи это были тела? Почему… их так жестоко убили?

— Дезертиры с Балто. Казнены по приговору военного трибунала, — он сухо ответил. Нагнувшись, рыцарь вытащил одеяло из повозки и накинул его на плечи миледи:

— Оставайся здесь, пока мы не избавимся от тел. Это займёт не более десяти минут.

— Я в п-порядке. Просто… немного удивлена неожиданным зрелищем, — на её лице вдруг появилось упрямое выражение.

Рифтан нахмурил брови. Глядя на землю с задумчивым выражением лица Максимилиан вдруг заговорила довольно жёстким тоном:

— За время моей работы целительницей… я видела трупы и похуже этого. Я уверена, что увижу ещё более жуткие картины, когда буду служить в корпусе поддержки. Так что… тебе не нужно будет меня уводить. Я не упаду в обморок от ш-шока, как это было раньше.

Она сложила одеяло и убрала его в недра повозки, после чего поднялась, собираясь уходить. Но не успела она спрыгнуть на землю, как была поймана Рифтаном. В его груди словно что-то взорвалось. Зарычав, он со злостью в голосе заставил её вернуться на место:

— Я же сказал тебе оставаться здесь!

Заметив непокорность в глазах жены, Рифтан пробормотал какое-то ругательство себе под нос. Насильственные действия только провоцировали её на неповиновение. И, хотя он прекрасно знал об этом, его неспособность контролировать свои эмоции в общении с ней часто вызывала в ней самые худшие черты. Он добавил, с трудом сохраняя самообладание:

— Нет никакой причины, по которой ты должна смотреть на обезглавленные трупы. Всё скоро закончится, подожди здесь.

— М-может у меня и нет никаких причин смотреть на обезглавленные трупы… но и нет причин избегать их, словно испуганный ребёнок! — она отмахнулась от его руки и решительно уставилась на мужа:

— Я р-руковожу магами в тылу. Если… если я не дам им понять, что я… человек, на которого они могут положиться… н-никто не будет воспринимать мои указания всерьёз.

Он хотел было ответить, что не позволит никому, кто не выполнит её указаний, уйти от ответственности, но сдержался. Не сложно было догадаться, как отреагирует на подобные слова эта гордая женщина.

Она с вызывающим видом спрыгнула с повозки, и тут же выпрямила спину. Сделав несколько шагов к месту, где собрались волшебники, леди Калипс нерешительно оглянулась на мужа:

— Я ц-ценю твоё… беспокойство. Но… пожалуйста, пойми, что у меня здесь есть свои обязательства.

Он ничего не ответил. Рифтан боялся, что стоит ему открыть рот, как из него вырвется что-нибудь резкое. Разочарованная его молчанием Макс покинула мужа. Она гордо и уверенно ступала по снегу.

Если бы она не была женщиной, которая ценила свою жизнь больше, чем саму жизнь, он мог бы восхититься силой её воли. Но, наблюдая за тем, как она с измождённым лицом на лютом холоде старается выдержать тяжёлый марш, он не чувствовал ничего, кроме разочарования, злости и навязчивого страха.

Рифтан в бессилии крепко сжал кулаки. Он хотел оторвать её от всего ужасного и беспощадного, что есть в этом мире.

Он не хотел заставлять её привыкать к виду трупов. Он не хотел, чтобы она привыкала к таким вещам, как трупы. Но чем больше он пытался защитить её, тем чаще и сильнее она подвергала себя опасности.

По его телу струился холодный пот, а в голове мелькали образы избитых и истекающих кровью людей. Возможно, для неё было бы лучше, если бы он не женился на ней.

Мысль, давно преследовавшая его, вновь овладела им. Если бы герцог Кросс выдал свою старшую дочь замуж за дворянина из обеспеченной семьи, она могла бы до конца своих дней наслаждаться жизнью в комфорте и покое, не зная жестокости войны.

«Проклятье…»

Рифтан провёл дрожащей рукой по волосам, прогоняя из головы самоуничижительные мысли. Ради её блага эта война должна закончиться как можно скорее. Сейчас было самое время сосредоточиться только на этом.

Лорд Анатоля мрачным взглядом проводил удаляющийся силуэт жены, затем жестом приказал Юриксиону, стоявшему в ожидании на небольшом расстоянии, следовать за ней.

Покивав головой, тот бодро двинулся за миледи. Ещё понаблюдав какое-то время, Рифтан молча отправился к месту казни, где солдаты закапывали тела.

За это короткое время солдаты успели вырыть яму на значительную глубину, и сложить в неё десятки тел. Он позвал высокопоставленного жреца Уедона, чтобы тот провёл простой очистительный ритуал, а затем велел засыпать их землёй.

После того как все необходимые процедуры были завершены, армия людей снова двинулась в путь. Пока Рифтан внимательно наблюдал за марширующими рядами войск, чтобы убедиться, что никто не отстал от строя, Эллиот подошёл к нему:

— Что вы собираетесь делать с этой ситуацией?

— Я намерен заявить официальный протест, — мрачно ответил он, усаживаясь на Когтя:

— Если подобные казни станут регулярными, это не только увеличит риск нападения демонов, но и деморализует всю армию. Мы не можем позволить этому продолжаться.

— Думаете, он подчинится? — Эллиот бросил на лорда обеспокоенный взгляд. Пришпорив Когтя, он холодно ответил:

— Мы заставим его подчиниться.

* * *

Максимилиан накинула одеяло на шею Рем и с тревогой посмотрела на небо. Погода уже несколько дней была пасмурной, а сейчас вообще пошёл лёгкий снег. Это была не полноценная снежная буря, какие бывали в самый разгар сезона отдыха, но ветер дул с такой силой, что холод, который она ощущала, был несравним с метелью.

Макс поплотнее укуталась в пальто и надела перчатки. Ехавшая рядом с ней Аннет, зашлась в затяжном кашле:

— Хорошо, что лорд Кальто решил остаться в Этилене. Если бы он отправился с нами, мы бы похоронили его ещё до начала войны.

Ехавший неподалёку Рут подгонял до смерти усталую лошадь. Услышав это замечание, волшебник рассмеялся. Макс с недоверием посмотрела на него. Ей казалось, что жизнь мага тоже находится в опасности. Для неё было загадкой, как Руту удалось продержаться рядом с Рифтаном столько лет…

— Хорошо хоть дезертиров нет, — неожиданно пробормотал Армин, молча осматривая марширующие войска.

Макс нахмурилась. Даже после первых казней всё равно находились желающие дезертировать. И некоторым это удавалось, других же ловили и казнили на месте преступления.

Благодаря решительным протестам остальных военачальников трупы не выставляли на всеобщее обозрение, но казни продолжались, так как были серьёзные опасения, что без сурового наказания моральный дух всей армии будет подорван и всё больше людей захотят дезертировать.

В основном это были люди Балто, изредка встречались дезертиры из лагерей Уедона, Арекса или Либадона. По словам рыцарей, это было обычным явлением для такой большой экспедиции.

— Привал! Сегодня мы отдохнём здесь!

Она не знала, какое расстояние им удалось преодолеть под шквалистым ветром, но впереди раздался общий вздох облегчения.

Пошатываясь, Макс спрыгнула с кобылы на полуонемевшие ноги. Юри, всегда державшийся рядом с ней в качестве личного охранника, бросился к миледи, предлагая свою помощь.

Обычно она отталкивала его, притворяясь сильной, но в этот раз девушка приняла помощь молодого рыцаря. Вместе они сняли седло со спины Рем. Всё тело миледи покалывало и пульсировало от того, что она целый день передвигалась верхом.

Макс подошла к тому месту, где солдаты разводили костёр, и размяла замёрзшее тело, пока Юриксион ухаживал за её лошадью. Когда тепло, наконец, начало проникать в её окоченевшее тело, она наконец-то смогла осмотреться.

Она обвела взглядом собравшихся у костра людей, затем заглянула за ветрозащитный экран, установленный солдатами. В её поле зрения появился Рифтан, восседающий на Когте и отдающий приказы рыцарям.

На лице девушки появилось обеспокоенное выражение. Каждый раз, когда порыв ветра трепал его тёмные волосы, по её телу пробегал ледяной холодок. Ещё больше её беспокоило то, что лицо её мужа осунулось за последние дни.

«Он хоть отдыхает?»

Она разочарованно нахмурилась, как вдруг Рифтан повернул голову в её сторону, словно почувствовав на себе взгляд жены. Макс замерла. Он спрыгнул с лошади и быстрым шагом направился к ней:

— Сейчас состоится последнее стратегическое совещание. На нём должны присутствовать все маги Мировой башни.

Глаза Макс расширились от удивления:

— П-последнее совещание?

— Да, — он нахмурился, удивлённый её вопросом:

— Если ты не в курсе, мы прибудем к цитадели через два дня. Война вот-вот начнётся.

При этих словах у девушки замерло сердце. Она сухо сглотнула и медленно поднялась на ноги, но, несмотря на внешнюю решимость, все её внутренности сжались.

Один за другим она назвала имена магов из группы тылового обеспечения. Все маги из группы боевой поддержки отправились с армией Осирии на передовую, поэтому оставалось назвать имена лишь четырёх волшебников: Аннет, Армина, Бена и недавно принятого на службу мага из Ундаима [башня воды] по имени Ларри.

— Не думай, что тебя это не касается. Следуй за мной, — сурово произнёс Рифтан, глядя на Рута, сидевшего на корточках перед костром и делавшего вид, что он не при делах. Тяжело вздохнув, волшебник поднялся на ноги.

Вскоре они уже шли за Рифтаном. Юри и Эллиот шли следом, а замыкали процессию Хебарон и Гару, возглавлявшие подразделение по охране тыловых частей Уедона.