Под дубом (Новелла) - Глава 395

— Что ж, может просто спокойно поужинаем?.. — внезапно спросил молчавший доселе Хебарон с тяжёлым вздохом. По-видимому, не только Максимилиан ощущала дискомфорт от непрекращающейся перепалки.

— Сегодня мы одержали первую победу. Почему бы не отметить это небольшим пиром?

— Не слишком ли самодовольно? — резко возразил Куахель:

— Я здесь не для того, чтобы неспешно предаваться чревоугодию в вашем обществе.

— Неужели? Тогда что же привело отряд паладинов в это мрачное место? — Лихт Брестон нахмурился, вертя в руках свой большой кубок.

Проигнорировав его вопрос, лидер святых рыцарей невозмутимо продолжил:

— Как вы, возможно, уже знаете из донесений, остатки Альянса монстров из плато Памела пытаются уничтожить барьер в районе лексосских гор. Два из пяти храмов, возведённых священниками четыре года назад для блокировки потока магии к месту упокоения дракона, уже захвачены. Даже если Союзу людей удастся восстановить их, святая магия, осквернённая монстрами, просто не будет функционировать. Нам нужна святая реликвия, чтобы очистить захваченные храмы.

— Святая реликвия? — переспросил Рифтан, прищурившись. Куахель кивнул:

— Священный предмет, называемый Кубком очищения. Он способен очищать испорченную магию и создавать святую воду.

Лихт Брестон, любивший ставить под сомнение каждое слово паладина, выпрямился, заинтригованный его рассказом:

— Ты хочешь сказать, что такой предмет находится прямо здесь, в таком маленьком поместье, как это?

— Да. Я собирался забрать его и отвезти в Лексосские горы, чтобы…

— Данная святая реликвия была официально передана моему замку, — внезапный голос прервал паладина.

В зал степенной походкой вошла стройная женщина в длинном чёрном плаще. Она недовольно посмотрела на Лихта Брестона, затем повернулась к Куахелю и протестующе произнесла:

— Его Святейшество разрешил нам хранить Кубок очищения в Дарунде в течение следующих десяти лет. У вас нет никакого права приходить сюда и забирать нашу священную реликвию.

— Дарунд разрушен, а святилище, где должен храниться Кубок, рухнуло. Какой смысл хранить святую реликвию в подобной ситуации?

Лицо дворянки потемнело от холодного ответа Куахеля. Она устало оглянулась на стоявших позади неё старого священника и камергера. Однако поняв, что помощи от них ждать не приходится, снова вскинула голову:

— Но обещание есть обещание, и мы заплатили университету при Великой церкви огромную сумму денег, чтобы получить право на хранение святой реликвии. Она нужна нам сейчас, хотя бы для того, чтобы восстановить поместье. Ведь если у нас будет Кубок очищения, многие снова придут сюда, чтобы получить благословение богов.

— А кто нас остановит, если мы просто заберём Кубок и уйдём с ним? — Лихт Брестон лениво откинулся на спинку кресла и мрачно улыбнулся:

— В этом замке не осталось ни одного достойного солдата. Чтобы мы здесь ни делали, вы не сможете ничего нам противопоставить.

— Замолкни, — Рифтан осадил северянина грубым голосом. Макс поражённо уставилась на мужа.

Однако не только она, но и слуги, разносившие еду, и сама леди Дарунд были больше удивлены мгновенной реакцией лидера Союза людей, чем грубой угрозой Брестона.

Бросив на северянина убийственный взгляд, Рифтан медленно процедил:

— Мы рыцари, а не грабители. Мародёрство неприемлемо ни при каких обстоятельствах, — он бросил предостерегающий взгляд на Куахеля:

— Это касается и тебя. Леон, ты не имеешь права выносить что-либо из этого замка без разрешения госпожи Дарунд. Я не потерплю подобного.

— На карту поставлена судьба всех Семи королевств. Ты готов подвергнуть смертельной опасности сотни тысяч жизней ради одного поместья? — холодно возразил паладин и метнул острый взгляд на хозяйку замка:

— Эта земля окажется в смертельной опасности, если мы не остановим воскрешение дракона. Восстановление Дарунда будет поставлено под угрозу. Вы этого хотите, миледи?

— Но право на владение этой святой реликвией – это всё, что у нас осталось! Если мы потеряем её, для Дарунда не останется никакой надежды…

— Мы ведь не забираем Кубок навсегда. Он будет возвращён вам, как только закончится война. Кроме того, Церковь оплатит часть работ по восстановлению поместья.

Её лицо заметно просветлело. Макс вдруг поняла, что хозяйка Дарунда надавила на паладина, чтобы добиться подобного ответа при свидетелях. Она ответила куда более мягким тоном:

— В таком случае, у меня нет причин отказывать вам.

Её ответ заметно улучшил настроение присутствующих в зале. Но напряжённая атмосфера между Рифтаном и Лихтом ничуть не ослабла. Макс беспокойно переводила взгляд с одного на другого. Резкие черты на их лицах были видны невооружённым глазом. Но тут она обратила своё внимание на Куахеля. Паладин невозмутимо поднялся со своего места, очевидно посчитав, что делать ему здесь больше нечего:

— Тогда мы отправимся в Лексосские горы, как только святая реликвия окажется в моем распоряжении.

Повернувшись, он бодро зашагал к выходу. Внезапно Рифтан, бросавший на Брестона угрожающие взгляды, негромко окликнул паладина:

— Леон.

Куахель замер на месте и оглянулся через плечо. Лорд Анатоля медленно произнёс, пристально глядя на святого рыцаря:

— Дарунд находится далеко от Лексосских гор, так что у монстров не было причин нападать на этот замок. Они хотели заполучить священную реликвию?

Паладин промолчал. Однако такое молчание было красноречивее любого утвердительного ответа. Рифтан продолжил куда более тяжёлым голосом:

— Ты понимаешь, что это значит. Скорее всего, утечка информации происходит где-то внутри Церкви. Необходимо принять меры и как можно скорее.

Глаза лидера святых рыцарей резко сверкнули в полумраке. Отвернувшись, он вышел из зала.

Сидевшая долгое время, чуть дыша, Максимилиан, наконец, облегчённо выдохнула. Тем не менее, мысли её путались. Неужели Рифтан намекнул сэру Леону, что кто-то из священников сливал информацию Альянсу монстров?

Она тут же покачала головой. Ни один человек, как бы он ни был испорчен, никогда не встал бы на сторону монстров. В подобном предательстве не было никакой пользы. Какой смысл сотрудничать с монстрами, хладнокровно убивавших людей? И не просто убивавших, но осквернявших людские души и превращавших людей в нежить?

Куда вероятнее предположить, что в Великой церкви спрятался какой-нибудь высокоранговый монстр, замаскированный под человека. Такой же, что и существо, которого им удалось раскрыть и уничтожить сегодня во время битвы под замком Дарунд. Её размышления прервал тихий голос рядом сидящего человека:

— Твоя ложка совсем не двигается уже некоторое время.

Леди Калипс подняла голову. Её муж смотрел на неё со встревоженным выражением в глазах. У неё совсем не было аппетита, но девушка заставила себя продолжить трапезу. Едва осилив половину своей миски, она извинилась перед рыцарями и поднялась, закончив есть. Как только она вышла из зала, ожидавшая её служанка проводила миледи в чистую спальню.

Макс сняла плащ, умылась горячей водой, принесённой слугами, и устало опустилась на кровать. Ей хотелось дождаться возвращения Рифтана, но у неё совсем не осталось сил. Она положила голову на подушку и мгновенно уснула.

Девушка не знала, как долго она проспала, но в её теле по-прежнему ощущалась усталость. Она открыла глаза, посмотрела на угасающее пламя в камине и рывком поднялась. Судя по царившей вокруг темноте, солнце ещё не взошло.

Встав, леди Калипс подбросила в камин ещё одно полено и помешала угли кочергой. Пламя ожило, и комната озарилась светом. Оглядев пустую комнату, миледи накинула плащ и вышла наружу. В коридоре было черным-черно, но слабый свет, проникавший через арочные окна, помог ей выйти из замка, ни разу не споткнувшись.

Вдохнув холодный рассветный воздух, девушка огляделась, ища источники света. Было ещё темно, но она без труда нашла дорогу благодаря кострам на крепостных стенах. Макс быстро пересекла двор и вышла за пределы внутренних стен. Войдя в здание часовни, она принялась осматривать пациентов. К счастью, ни у кого из них не было лихорадки или внезапного впадения в кому.

Вздохнув с облегчением, Макс покинула временный лазарет, на этот раз направившись туда, где развевалось знамя рыцарей Ремдрагона. Рифтан, должно быть, засиделся допоздна, обсуждая планы со своими рыцарями. Возможно, он решил отдохнуть в казармах.

Пройдя небольшое расстояние между казармами, она, как и ожидала, заметила мужа, сидящего у костра под небольшим тентом. Макс медленно подошла к нему, подавив вздох, который грозил вырваться наружу:

— Рифтан… ты хоть спал?

— Я выспался, — рыцарь резко ответил, подняв на неё глаза:

— Почему ты вышла в такой час?

— Я просто проверила состояние пациентов, — спокойно ответила она, присев на корточки у костра.

Внезапно подул холодный ветер, пронизывающий тело насквозь. Она слегка ссутулилась. Наблюдавший за ней Рифтан, нахмурившись, глубоко вздохнул и распахнул плащ:

— Иди сюда.

Макс с радостью присела между его ног. Обхватив её за талию, мужчина прижал её тело к своей груди, а затем плотно обернул плащ вокруг неё. Она почувствовала себя маленьким птенчиком в объятиях курочки.

Она просунула голову сквозь его плащ, и посмотрела на мерцающий свет костра и редкие снежинки. Ни воспоминания о тяжёлой битве накануне, ни осознание того, что на рассвете им снова предстоит долгий путь, не могли испортить блаженства этого момента.

Макс ещё теснее прижалась к мужу. Рифтан положил голову ей на плечо и обдал тёплым дыханием шею жены:

— Тебе холодно?

Она покачала головой. Его дыхание пробирало до костей, и она испустила томный вздох, опьянённая наслаждением. Даже холодные снежинки, летавшие на ветру, и касавшиеся её щёк и лба, казались ей приятными.

— Помнишь, как мы вместе наблюдали за первым снегопадом в Анатоле?

— На берегу озера? — прошептал он, уткнувшись носом в её плечо.

Максимилиан не могла не рассмеяться над его поведением, напоминавшим большого пса. Слегка повернув голову, она увидела слабый намёк на улыбку, промелькнувшую в уголках рта мужа:

— Мы вместе катались на лошадях.