В конце скрытой зелени (Новелла) - Глава 2

— В Эль-Рагниле нет ничего странного в том, что женщина руководит целой группой. А численность же этой группы, в среднем, около 30 человек.

Одного дня была достаточно для того, чтобы мир перевернулся с ног на голову.

Однажды, вместо пробуждения под механический звук своего настольного будильника, Си Дживу проснулась под взорами большого количества людей. Она находилась внутри большого белого здания с огромными колоннами, высившимися позади этих людей.

Она была в самом центре толпы.

Она сидела в месте, похожем на алтарь. Была одета в ту же пижаму, в которой ложилась спать. Не особо вдаваясь в размышления, можно было сказать, что здание представляет собой храм.

Один из группы подошёл к ней, видимо, это был верховный жрец.

Элегантная мантия. Большая корона, возвышающаяся на его голове. И люди, все ниже склонявшие головы при каждом его шаге.

Несмотря на непривычный стиль одежды, она точно могла сказать, что место это является священным. Если это храм, тот этот человек – епископ. Но когда он вежливо наклонил голову, Дживу растерялась.

Губы его приоткрылись.

«Рад видеть тебя, Акарна. Это большая честь для меня».

На удивление, она его понимала. Он говорил не на корейском, но Дживу знала этот странный язык.

«А-Акарна?..»

«Ты – страж Акарна, спустившийся с небес по воле Лорда».

«Ах…»

Дживу отреагировала глуповато, но не потому, что была согласна с тем, что он сказал. Она могла понимать его речь, но самой говорить на странном языке не получалось.

Услышав это, пожилой мужчина, похожий на священника, мягко и осторожно улыбнулся Дживу. Затем он вытащил великолепной работы кинжал из нагрудного кармана.

Внезапно он взял в руку ладонь Дживу и сделал надрез. Она вздрогнула и издала негромкий крик. Но, на удивление, боль в ладони не жгла.

Хоть он и сделал достаточно глубокий надрез кинжалом, боль ощущалась, будто её не сильно ткнули в ладонь иглой. Кровь потекла по руке, но вдруг остановилась. Рана зажила, не оставив даже шрама.

«Это наиболее явный знак, что Акарна была избрана богами. И…»

Священник также порезал свою ладонь тем же кинжалом. Он вновь взял Дживу за руку и позволил остаткам крови стечь на его рану.

Капли упали на его ладонь, и порез зажил так же быстро, как у Дживу ранее.

«Это яркое доказательство, что Акарна спустилась на землю чтобы исполнить Божью волю».

Пожилой священник добродушно улыбнулся Дживу, которая от удивления приоткрыла рот.

«Нужно ли ещё что-то продемонстрировать?»

«…»

«Скажите лишь да, или нет».

«…Нет».

На первый взгляд он казался добрым человеком, но всё же сложилось впечатление, что предложение его выбора не даёт.

С того дня, Си Дживу жила в храме в этом незнакомом ей мире. Адаптируясь к здешней обстановке, она приняла свой новый статус.

Акарна – очень высокая позиция в храме. Она даже не успела сказать своё имя, а Си Дживу уже называли Акарной, так как воспринимали её только в этом амплуа. В попытках привыкнуть к обстоятельствам, она начала забывать своё настоящее имя.

Язык был большой проблемой. Коммуницировать было гораздо сложнее, чем слушать то, что говорят другие. К счастью, она различала слова и понимала их, но, при попытках сказать что-то самой, получалась лишь какая-то невнятная тарабарщина.

Она никак не могла избавиться от ощущения, что слуги и священники здесь были расстроены из-за того, что у неё не выходит понятно разговаривать, и порой её даже игнорировали.

Но всё же, все обязанности Акарны ею исполнялись. Задачи её были связаны с тем, чтобы заботиться о больных и очищать земли, заражённые чёрной миазмой.

Женщина, которую называли Акарной, должна была обязательно отвечать за эти аспекты. Раненые и больные люди исцелялись с помощью её собственной крови, а земли, поглощённые чёрной миазмой, очищались. Ей не нравилось, что она должна заниматься этим. Она – не Акарна. Она – не Божий страж.

Если существует реальный Бог и этот Бог уполномочил её выполнять такие задачи, разве не должен он был проинформировать её заранее? В храме её мнение не воспринималось от слова совсем. Лишённая свободы, которой обладают другие люди; если её просят пойти куда-то, она идет, если её просят прийти куда-то, она придёт.

Помимо всего этого, храм нуждается в Акарне, но её безопасность не стояла для них на первом месте. Они верили, что, если Си Дживу вдруг умрёт, дух Акарны лишь переселится в какое-то другое тело.

Если Дживу пренебрегла бы своими обязанности Акарны, они убили бы её без колебаний, полагая, что дух Акарны просто мог ошибиться с телом, в которое вселился. Пожилой аристократ говорил с ней вежливо, и даже не самые приятные новости доносил добродушно, но искренне ли?

Она подумывала сбежать из храма, но мир вокруг неё был ей незнаком. Здесь действовала кастовая система, и чужак как она, не ведающий, что и как здесь устроено, в любом случае станет одинокой белой вороной. Единственным для Дживу, не имевшей поддержки, путём было продолжать жить в храме.

В конце концов, с каждым днём ей становилось всё хуже и хуже.

Когда у неё выдавалось свободное время, она присаживалась на корточки в тени замка и задумчиво сидела. Лишь небо в этом мире было схоже с небом в Корее. Так что она понемногу забывала о той жизни.

«Почему ты плачешь, находясь в подобном месте?»

Тогда они впервые встретились.

Она даже не привстала со своего места, лишь стрельнула взглядом туда, откуда послышался голос. Это был незнакомец, сопровождаемый парой рыцарей. Она никогда не видела его лицо за год жизни в храме.

Казалось, от него исходил свет, когда он стоял спиной к солнцу, потому сначала у неё даже не получалось полностью оглядеть его. Но он был очень красив. У него были яркие чёрные волосы, несмотря на бьющий свет, а аккуратный лоб и блестящие глаза под густыми бровями производили приятное тёплое как солнце впечатление. Высокая переносица и угловатая линия подбородка придавали мужчине ещё большую утончённость.

Дживу потёрла глаза тыльной стороной ладони. Ей показалось, что мужчина выдал какую-то глупость, но потом почувствовала слёзы на своих щеках.

«…Спасибо Вам».

«Хмм?»

Мужчина не выглядел жалостливо, ему было любопытно.

Дживу не знала, как необходимо с ним разговаривать, потому почувствовала льющийся по спине пот. Мужчина не задавал никаких вопросов, но рыцари позади него выглядели удивлёнными.

Дживу разнервничалась из-за этой странной неожиданной встречи.

Человек, прервавший тишину, был храмовым слугой, искавшим Акарну.

«Ах, Акарна! Вот Вы где!»

Слуга бросился к ней навстречу, заметив её замешательство. Он оценил напряженность обстановки и попытался придумать какое-то оправдание.

«Здравствуйте, Ваше Высочество Наследный Принц. А-Акарна пока что немногое знает о нашем языке».

«Акарна? Она-то?»

Наследный принц, смотревший на Дживу сверху вниз, картинно улыбнулся.

«Если она не знает здешних слов, почему она всё ещё не обучена?»

«Да, да. Вы правы, Ваше Высочество, ей требуется обучение».

Дживу и слуга занервничали. Наследный принц не спускал улыбку со своих губ и протянул встревоженной Дживу руку.

«В любом случае, я посетил храм чтобы встретиться с Акарной нынешнего поколения, и, видимо, я не ошибся с местом. Империя обязана тебе за твою работу, Акарна, так что я тоже хочу помочь тебе, если это потребуется. Я останусь здесь ненадолго, так что, будь добра, удели мне время».

Дживу необходимо было обучаться языку, который она лишь понимала, но всё также не могла на нём говорить.

В храме ей представлялся лишь один выбор – да или нет. Даже если у нее было мнение отличное от общепринятого, её желания отклоняли, так как Акарна должна быть образцовой храмовой персоной.

Не суть, находилась она в храме или в каком-то другом месте, к ней всегда обращались с таким отягощённым выражением лица, будто она не что иное, как обуза. А всё из-за того, что она не делала никаких успехов в рамках изучения языка.

Это было впервые, когда кто-то так близко приблизился к Акарне. Дживу жаждала наладить отношения хотя бы с кем-то, потому протянула руку наследному принцу в ответ.

Его зовут Алеф. Наследный Принц Алеф из Каарбадской Империи. Самая большая и самая влиятельная и могущественная страна во всём мире. Он был не только наследным принцем, но и героем войны, приведшим государство к победе.

Казалось, что он того же возраста, что и она, но он уже бывал на поле боя и приложил свою руку к победе армии. Ей бы хотелось узнать побольше о том, что он пережил.

Он был хорошим учителем для Акарны. Она без проблем понимала его речь, и, так как она была очень решительно настроена учить слова и познавать тонкости письма, ей многое давалось достаточно легко.

«Акарна, ты способный ученик. Ты раньше где-то занималась?»

Когда наследный принц предложил свои услуги как преподавателя, он не ожидал, что Дживу будет так легко познавать новое.

«Я ходила в школу когда была маленькой».

«Когда была маленькой. В Империи непросто найти место, где тебя будут обучать в раннем возрасте… И долго же это продолжалось?»

Наследный принц внезапно взял её за руку.

Сердце Дживу готово было выскочить из груди, но он лишь рассматривал мозоли, появившиеся на ладонях после того, как оно долго держала перо. Дживу попыталась успокоить колотящееся сердце и сказала.

«Да, эм… Около 16 лет?»

«Ты молодо выглядишь».

Империя развивалась гораздо быстрее других государств и всегда была впереди во всём, но, конечно, система образования по сравнению с современной Кореей была в упадке. Но как вообще можно сравнивать это место с тем миром, в котором жила она? Глядя на внешний вид людей и здешний образ жизни, будет ли правильно предположить, что это средневековая Европа?

В конце концов, Дживу подобрала подходящие слова и дала ответ.

«На моей родине это в порядке вещей».

«В любом случае, обучать тебя – одно удовольствие».

Наследный принц не только восседал в своём дворце, он также путешествовал по стране и видывал много-много людей. Потому Дживу могла постичь не только здешний язык, но и множество диалектов и других языков, а также акцентов.

Но дело было не в этом. После того, как её притащили сюда, наследный принц будто заботился о ней – составив чёткое и строгое расписание, он умел выбирать время для необходимой между занятиями передышки.

Интересно то, что, Дживу, привыкшая к сверхурочным в Корее, жила своей жизнью даже не сознавая, что это трудно. Но даже если бы она и осознала это, ничего бы не поменялось.

Храм не прилагал особых усилий для того, чтобы помочь Акарне наладить с кем-либо контакт. Более того, она считала, что люди делают это намеренно. И хоть для принца это могло и не доставлять неудобств, Дживу была безумно ему благодарна.

И в один день во время занятия он сказал,

«Ты не можешь постоянно лишь учиться. Может, сходим куда-нибудь прогуляться?»

«Как? Куда…»

«Следуй за мной. Храм навязывает тебе уже устаревшие стереотипы».

«Но…»

«Прямо сейчас тебе стоит сказать что-то из разряда ‘Хорошо, пойдёмте, Ваше Высочество’».

Он повёл Акарну, ведя себя лишь как заботливый учитель.