В поисках Камелии (Новелла) - Глава 74

Голос Клода был низким, в нём звучал едва уловимый оттенок настойчивости, как будто мужчина ждал, что Камелия примет его помощь. Однако она знала, что не сможет этого сделать.

— Это всего лишь недоразумение. Я смогу с этим разобраться.

— Ты действительно так думаешь? Леди Бейл обвиняет тебя не в краже алмазов, а в том, что ты подначила анархистов совершить это преступление. Разве не знаешь, что ждёт дворянина, связавшегося с ними?

“Обвинение в государственной измене.”

Лия не могла произнести это, хоть фраза и казалась простой. Эти люди пытались выставить Камелию предателем. И Леди Бейл была уверена в её причастности, ведь букет жасмина явно указывал на то, кто стоит за этим инцидентом.

— А если я связана с ними? – девушка сжала кулаки, глядя в глаза герцогу.

Эмоции забушевали в прежде спокойном взгляде Клода. Он, зачесав волосы рукой, поднялся и подошёл к ней.

— Тогда мне придется остановить тебя, – его голос звучал грубо и нежно одновременно. Девушка невольно вздрогнула.

— Это невозможно сделать.

— Из-за твоей семьи в Лоуэре? – Лия избегала взгляда Клода, надеясь скрыть удивление. Пипи собрала осколки разбитой вазы в ведро и поспешила выйти из комнаты. Они остались вдвоём в гостиной с разбросанными по полу алмазами.

— Этот член семьи – анархист?

— Нет! – Камелия сильно затрясла головой, но понимала, что не может быть в этом уверена.

Клод прошёл мимо неё и позвал Пипи, приказав той собрать алмазы. Сам мужчина направился к лестнице.

— Твоя комната наверху, верно? – он спросил так, словно никакого разговора в гостиной не было.

Лия поспешила за ним. Герцог тихо посмеялся, остановившись в верхней половине лестницы. Когда девушка поднялась по ступенькам, он обвил её рукой, за талию притягивая к себе. Камелия издала удивлённый звук, но мужчина поцелуем заставил её замолчать.

Находясь вдали от глаз Пипи, Клод безжалостно впился в губы Лии. она отступила назад, зажмурившись. Казалось, коридор не имел конца. Как только она делала шаг назад, он моментально сокращал расстояние между ними. Даже когда их губы соприкасались, а языки страстно танцевали, сердце девушки колотилось от мысли, что из любой комнаты может выйти ещё одна горничная. Волосы Лии встали дыбом от звуков их поцелуев, эхом разносящихся в ушах. Мужчина жадно поглощал её, подталкивая вперёд до тех пор, пока не опёрся рукой о стену. Камелия поняла, что они подошли к её комнате, когда спина ударилась о дверь. Она протянула руку за спину, чтобы повернуть ручку, забыв, что опирается на эту самую дверь. Клод подхватил возлюбленную, когда та потеряла равновесие, и направился к кровати, не прерывая поцелуй.

В спальне было прохладно из-за того, что она пустовала несколько дней. Они упали на кровать, подняв тонкий слой пыли в воздух. Клод заглушал сладостные вздохи, лизал распухшие от поцелуев губы. Лия взглянула на партнёра с растерянным лицом, пытаясь отдышаться.

— Почему ты выглядишь расстроенной?

— Вы продолжаете… влиять на меня.

— Влиять на тебя?

— Да! Я была спокойна всего несколько минут назад. И могла здраво мыслить. Но потом ты… Вы…

Наблюдая, как она, раскрасневшись, непрерывно болтает, Клод подумал, что его сердце может не выдержать.

— Тогда продолжай позволять мне влиять на тебя. Я сделаю всё возможное, чтобы повлиять на тебя сильнее, – он ехидно ответил ей, заставляя девушку снова закрыть глаза.

Его рука проникла под рубашку Лии, задирая её. Он надавил на спину с недовольным видом, нежно кусая губы Камелии.

— Все женщины такие худые? – жаловался он.

— Не лучше ли Вам известен ответ на этот вопрос, господин?

— Разве я могу знать? Ты – единственная женщина, с которой у меня была подобная близость.

Светлые ресницы отбрасывали лёгкую тень каждый раз, когда она моргала. Клод выглядел восхищённым, когда изучал её. Губы мужчины изогнулись в улыбке. Большая рука герцога переместилась со спины на мягкую грудь. Он ласкал поцелуями девичью шею, расстегивая её рубашку по одной пуговице за раз.

Камелия провела рукой по волосам мужчины, когда он обнял её. Его вчерашние слова были ничем иным, как предложением. Клод сказал, что сделает её своим клематисом и объяснил значение этого титула.

“Значит, он намеренно оставил мне брошь три года назад?”

Для неё это не имело смысла. Титул великой герцогини был предназначен для принцессы или благородной дамы из рода, обладающего равной силой и авторитетом. Мать Клода была из императорской семьи. Более того, Дом Ихар обладал влиянием, схожим на то, которым владел род императора. Герцогство было неотъемлемой частью императорского двора, расширяя и обогащая не только свои владения, но и сам Кайен.

Так мог ли незаконнорождённый ребёнок из Лоуэра носить этот титул? Это было просто немыслимо.

Клод Дель Ихар знал это лучше всех. Тот Клод Дель Ихар, который шептал ей соблазнительные слова, признаваясь в бесконечной любви.

— Господин, пожалуйста… Пожалуйста, прекратите.

— Почему?

— Пипи снаружи.

— Разве она не знает, что ты женщина?

— Знает.

— Тогда в чём проблема? – спросил герцог, переплетая их пальцы. Камелия, задумавшись на мгновение, посмотрела на их руки.

— Я… не могу быть Вашим клематисом, – прошептала она, чувствуя, как собственные слова пронзают её, словно проклятие.

Клод оторвался от груди, на которой мгновение ранее оставлял поцелуи.

— Почему нет? – его голос был пропитан гневом, – У тебя есть другой мужчина?

— Нет! Конечно, нет, – возразила Камелия, покачав головой. Мужчина вздохнул с облегчением. Он усадил девушку, а затем встал с кровати, чтобы зажечь огонь в дровяной печи. Дым поднимался в трубу и растворялся в лёгких серых облаках.

— Тогда почему?

— Я дала обещание ради мамы, что когда придёт время, я снова стану женщиной и уеду жить в место, где никто меня не знает. Камелиус Бейл – второй сын Дома Бейл, а Камелия – никто из Лоуэра. В истории Кайена никогда не было великой герцогини из трущоб.

— Доведи свою мысль до конца.

— Титул клематиса предназначен не мне.

Клод выдал длинный, глубокий вздох. Затем он засмеялся, словно услышал что-то нелепое, переворачивая дрова кочергой. Именно тогда герцог заметил брошь на столе – символ клематиса, который он подарил ей. Украшение лежало на бархатном платочке, сверкая без малейшей пылинки.

“Ты дорожишь им, но смеешь говорить мне, что быть моим клематисом недостойна?”

Комната, наконец, прогрелась, пламя весело потрескивало. Клод вернулся на кровать и сорвал с Лии рубашку и брюки. Раздетая, она нервно поглядывала на дверь. Мужчина обхватил её подбородок, чтобы обратить взгляд девушки на себя.

Только подвязки для чулок остались на её тонких бледных ногах. Глаза герцога осмотрели стопы Камелии, что были меньше его ладоней, после чего его взгляд переместился к её рукам. Внезапно мужчине вспомнилось, как она собирала снег этими крошечными ладошками зимой. Образ её глаз, сияющих нежно и ярко, когда тогда она стояла на коленях, собирая снег в кучу, оставался с ним на протяжении долгого времени. Это воспоминание было живо в его мыслях и по сей день.

“Тогда я не знал, что так сильно полюблю тебя. Ты была не знающей своего места заменой Киерана. Но почему сейчас это должна быть именно ты? Почему ты – единственная для меня?”

Клод стянул последний элемент её одежды и поцеловал подъём стопы девушки, гладя икры. Его взгляд инстинктивно остановился между ног Лии.

— Никто, кроме тебя, не может получить этот титул. Никто другой, кроме тебя.

— Клод…

— Ты не посмеешь таким образом разбить мужчине сердце, Камелия. Конечно, если ты пытаешься этим свести меня с ума, я не буду тебя останавливать.

Его тень нависла над её телом, совершенным и изящным, словно статуя богини. Дыхание Камелии перехватило от волнения, когда она наблюдала за тем, как он целует уже её ладонь. Его улыбка была до ужаса красивой.

— Если хочешь позлить меня, прошу, делай это правильно.

***

— Айвен, – белый клубок дыма вырвался из его тонких губ. Телохранитель потушил сигарету и подошёл к Клоду.

— Господин Камелиус не отправится с Вами? – Айвен спросил, слегка дрожа и поднимая воротник пальто, чтобы согреться.

Герцог взглянул на освещённое окно второго этажа, а затем передал собеседнику сумку.

— Это алмазы, украденные из особняка Бейлов. Держи их в безопасности.

— Прошу прощения?

— Мне нужен стражник. Кто-то, способный проверять приходящих и уходящих гостей этого дома, и готовый сообщать о них мне.

Айвен стёр улыбку с лица, услышав серьёзный тон герцога.

— Я сделаю это сам, господин.

Клод удовлетворённо кивнул, сев в машину, он вздохнул. Мужчина притворялся перед Лией, но на самом деле почти потерял рассудок от ярости.

“Недостойна быть клематисом из-за своего простого статуса?”

Где-то в глубине души герцог понимал, почему Камелия так считает, осознавая, что девушка права, и это он не мыслит ясно.

Однако когда он думал о ней, лежащей под ним и задыхающейся от наслаждения, разум затуманивался. Ничто другое не имело значения, кроме Камелии, её маленьких рук, пытающихся оттолкнуть его, её острых ногтей и зубов, оставляющих следы на крепком теле в моменты, когда девушка не могла справиться с эмоциями и ощущениями, охватывающими её собственное.

Клод провёл пальцем по сухим губам, переводя взгляд на окно. Улицы Лоуэра были неприятно близки к дому Камелии. Было что-то там, в пределах этой тьмы, что связано с ней.

На мгновение появилась мысль о том, чтобы сжечь трущобы дотла. Но тогда Камелию охватит горе, которое он никогда не сможет постичь. Она возненавидит и оттолкнёт его. Это стало бы самым ужасным из того, что могло бы произойти.

— Не теряй бдительности ни на секунду. Если… Камелиус направится в сторону Лоуэра, немедленно сообщи мне. Понятно?

— Да, господин.

Клод снова кивнул, его глаза блестели такими яркими огнями, словно он наяву видел, как трущобы горят.

***

— Великий герцог всё забрал?

— Да, господин.

“Я знала, что так будет.”

Камелия, вздохнув, кивнула. Пипи бросила на неё взгляд, полный любопытства. Лия не могла винить девушку.

“Уверена, у этой болтуньи бесконечное количество вопросов ко мне.”

Однако у Лии не было ничего, что она могла бы рассказать. Так что она притворилась непонимающей, выпила чай, который принесла Пипи, и попыталась вздремнуть, но ночью всё просыпалась от болей в теле. Камелия не знала, была ли это запоздалая реакция или это было так, просто потому что Клода не было рядом с ней.

Два дня. После двух дней Лия уже не могла спокойно спать без объятий Клода.

Отказавшись от сна, она села. Обнимая колени, она на мгновение устремила взгляд в окно, а затем, поднявшись, направилась к столику.

— Минутку…

Брошь исчезла. На её месте было кольцо с символом Дома Ихар – чёрным алмазом, которое Клод всегда носил на мизинце. Лия надела его на указательный палец: алмаз казался ещё более тёмным на бледной коже. Она засмеялась, прижала губы к кольцу и свернулась в клубок.

“Я такая дура… Отказалась быть клематисом, но уже скучаю по нему. Мой великий герцог…”